Просто сон

Саша любит кошмары. Ведь они никогда не лгут. В предрассветной дымке не видно содранной с земли плоти, теряются в белой пустоте выдранные из десятков горл крики. В предрассветной дымке, там, где не различить шрама-горизонта, исчезают кошмары, чтобы вновь вернуться. Через вздох. Саша сидит на парапете, свесив ноги в безвестность – в руках сырая картошка, в воспоминаниях чья-то очередная смерть. И стук каменного сердца Марии вторит биению ее порванного в клочья огрызка мяса, которое тоже, вроде бы, называется сердцем. Она иногда приходит сюда и только сюда – ни на Розу, ни на Сину: посидеть, подумать. Послушать Марию – тысячу и одну ее сказку о несчастливом конце, сказку, которая позже приходит к ней во снах, а потом и наяву. Саша ловит потрескавшимися губами падающую с небес пыль давно забытого богами мира и выкидывает в безвестность сырую картошку, выторговывая еще один кошмар для себя. Больше всего на свете Саша любит кошмары. Ведь они никогда не умрут. В закатной дымке истерзанная земля истекает кровью, а в багровой пелене вырисовываются силуэты вечно-голодных гигантов, отрывающие куски плоти теперь уже от омертвевших небес. В закатной дымке, когда оказывается, что мир давно гниет, и помыслы героев обуглены кошмарами, нет ничего. Что можно защитить. Саша ступает на носочках, раскинув руки в стороны по каменному канату с пропастью впереди. Впереди зияет рана, которая никогда не исцелится – навсегда разрушенная, навечно брошенная. Она идет медленно, впитывая боль Марии, слыша нескончаемый плач Марии, вторя Марии, потому что и сама ранена. Неизлечимо. Очень давно. Когда перестала любить сны. Саша смеется каркающим смехом несущей смерть птицы и слепнет от закатных бликов под чавканье улыбающихся чудовищ. Однажды она научилась просто существовать. Когда кошмар впервые вспорол камень. Единственное, что любит Саша больше, чем картошку – это кошмары. Ведь они никогда не предадут. Саша никогда никому не расскажет, что раз в полгода приходит в место, где правят кошмары. Никогда никому не расскажет, что когда-то очень-очень давно услышала далекий плач брошенной стены-защитницы. И пришла. Пришла, плача сама. Саша любит кошмары – неистово, бездумно, самоотверженно. Ведь они никогда не лгут, никогда не умирают и никогда не предают. Всего лишь однажды исчезают. Как исчезла однажды Мария. Как исчезнет когда-нибудь и сама Саша. Это случится. Когда вместо кошмаров сгнившему миру, обугленным героям приснится сон. Самый светлый, самый добрый, чарующий сон. Просто сон.