Исключение из правил (Asterisks)

С глубоким вздохом Блейз Забини опустился в кресло рядом с камином и вытянул свои длинные ноги. Глядя на второго обитателя новой общей комнаты восьмого курса Хогвартса, он усмехнулся и сказал: – Итак, что у тебя за великий план? – План? – протянул Драко Малфой. Он легонько провел рукой по своей черной мантии, смахивая пылинки с ее полы. – Почему ты думаешь, что у меня есть план? – А когда у тебя не было плана, Дрей? – спросил Блейз. – Ну, раз ты спросил... Я наконец придумал способ отомстить двум нашим самым ненавистным врагам. – Поттер, конечно, но кто второй? – нахмурился Блейз. – Уизли? Драко махнул рукой: – Уизли? Ты, наверное, шутишь. Зачем мне тратить гениальный план на Уизли? – Навреди Уизли, и ты навредишь Поттеру, – пожал плечами Забини. – О, но с моим планом я наврежу Поттеру напрямую. То, что я имею в виду, шокирует не только Поттера, но и его питомца Уизела, и его маленькую грязнокровую подружку-замухрышку. – Так вторая цель – Грейнджер? – прищурился Блейз. – Я полагал, ты считаешь, что она не стоит усилий. – Грейнджер? Конечно, она не стоит затраченных усилий, – со смешком ответил Драко. Блейз наклонился вперед, упираясь локтями в колени: – Кто же тогда? – Снейп.

* * * * * * * *

Северус Снейп оторвался от своего котла и окинул взглядом мрачное помещение в поисках своего помощника. В лаборатории было слишком тихо. Северус фыркнул: с каких это пор тишина стала беспокоить его? Ответ был прост – с тех самых, как он взял помощником мальчишку-гриффиндорца. Взгляд остановился на Поттере. Тот сидел за своим столом, листая учебник по продвинутым зельям. Северус увидел, как парень облизывает пересохшие губы, увлажняя их. Рука его зарылась в уже и без того встрепанные волосы. Верные признаки того, что студент чем-то смущен. – Поттер, – позвал Северус. – Что, сэр? – юноша оторвался от книги, его взгляд медленно фокусировался на мастере зелий. Северус отрегулировал огонь под котлом, установил таймер и подошел к Поттеру. – Уж не застряли ли вы снова? Поттер вздохнул и толкнул через стол свиток. – Эссе Дженнингса по златоцветнику. Не думаю, что я достаточно умен, чтобы понять хоть половину из того, что он пишет. – Дженнингс на два года младше вас, Поттер, – нахмурился Северус. – Вы прошли зелья шестого курса, вы мой помощник, и вы, безусловно, должны быть в состоянии оценить эссе мальчишки. Поттер снял очки и долго тер глаза. – Простите, сэр, – наконец проговорил он. – В конце концов, может быть, этот пост не для меня. Есть ведь и другие восьмикурсники, получше соображающие в зельях, чем я. Проклятье, наверняка есть даже чертовы четверокурсники, которые могли бы легко справиться с этой работой. – Следите за своим языком, юноша, – Снейп вытянулся во весь рост и посмотрел сверху вниз на студента. – Поработав с вами после войны, Поттер, над целебными зельями для нашего лазарета, я знаю ваши навыки. – Он наклонился ближе, чувствуя тепло юноши и безграничную магию, окружавшую его. – И после того, как вы вернули меня почти из-за грани, поняв, какое сочетание зелий может стать противоядием к яду Нагини, я знаю о ваших мозгах достаточно. Но если вы чувствуете, что эта работа слишком утомительна для вас, я с радостью избавлю вас от ваших обязанностей. Взгляд Поттера метнулся к профессору: – Если это то, чего вы хотите.... Это было именно то, чего Северус не хотел. Он уже привык, что мальчишка болтается под ногами. На самом деле, если бы Снейп пожелал признать это – а он не желал, – то мог бы даже сказать, что наслаждается компанией Поттера. Осознав, что загнан в пресловутый угол, Северус махнул рукой и зашагал прочь. – Оставьте эссе Дженнингса на моем столе. Я разберусь с ним. Можете вернуться к себе, когда закончите проверять остальные. Он скорее почувствовал, чем увидел улыбку Поттера. Стоя спиной к мальчику, Северус позволил уголкам рта дернуться в легкой усмешке. Он вернулся к своему котлу и сделал вид, что не заметил, когда Поттер попрощался и выскользнул за дверь. Конечно, как он мог не почувствовать потрясающую силу юного волшебника, которую тот рассеивал на своем пути? Эта сила опьяняла Северуса Снейпа больше, чем что-либо иное. Но, естественно, паршивец не должен никогда узнать об этом.

* * * * * * * *

– Снейп? – переспросил Блейз. – Я не знал, что ты хочешь умереть, Драко. Идти против Снейпа! Да ты с тем же успехом мог бы прямо сейчас сам себя проклясть. – Я не испугаюсь этого предателя, – усмехнулся Малфой. – В любом случае, он никогда не узнает, что его сразило или кто за этим стоит. – Тогда, возможно, тебе следует пояснить план, – Блейз приподнял бровь в довольно-таки неплохом подражании Северусу Снейпу. – Все очень просто, – Драко погладил Метку на левом предплечье, – мы только подпустим немного романтики и подождем последующего скандала. Глаза Блейза удивленно расширились, но не успел он ответить, как в гостиную вошел Поттер. Он чему-то улыбался, пока не увидел двух слизеринцев. – Хорошо сегодня провел время со своим змеем, Поттер? – с усмешкой спросил Малфой. Проигнорировав вопрос, но все же напрягшись, Поттер прошел мимо парней. Уже подойдя к лестнице в спальню, он услышал слова Малфоя: – Как ты думаешь, Блейз, с этим Хозяином Снейпу будет лучше, чем с двумя предыдущими? – Ты имеешь в виду Волдеморта и Дамблдора? – принял подачу Забини. – Ты действительно ставишь Поттера в один ряд с ними? Гарри повернулся и посмотрел на Малфоя так, словно ему было необходимо услышать ответ блондина. Драко на это выгнул бровь. – Так ведь всегда должен быть «самый сильный волшебник среди живущих», правда, Поттер? Разве не такова твоя роль сейчас? У тебя всегда есть роль, в конце концов. Поттер нахмурился, но не двинулся с места. – Я не буду хозяином профессора Снейпа, – произнес он сквозь зубы. Драко рассмеялся. – Нравится тебе это или нет, но все уже так и есть. Ты стал им просто из-за силы своей магии. Снейп никогда не мог устоять перед сильным. – Драко усмехнулся собственному сексуальному намеку. – Но вот вопрос, будешь ли ты относиться к нему лучше, чем его предыдущие хозяева? Или ты будешь использовать Снейпа, как делали они, и он будет влачить свое жалкое подобие жизни? Не ответив, Гарри развернулся и быстро покинул гостиную, поднимаясь по лестнице через две ступеньки. Блейз вытянул шею, чтобы убедиться, что Поттер скрылся, и прислушался, прежде чем сказать: – Это ты о чем? Пытаешься убить себя так? Действительно хочешь умереть, что ли? Драко, ты ведь знаешь, что чертов мерзавец едва контролирует свою магию. Малфой только усмехнулся: – Это, мой дорогой Блейз, был первый этап моего плана.

* * * * * * * *

Гарри распахнул дверь в спальню мальчиков и оглядел комнату. Обнаружив только трех приятелей-гриффиндорцев, парень позволил своему гневу выйти на поверхность. Воздух в комнате заметно уплотнился и заискрился. – Эй, Гарри, – позвал Рон, подойдя к своему лучшему другу, подняв руки вверх, ладонями вперед. – Что тебя так вывело из себя? – Малфой, – сквозь стиснутые зубы ответил Поттер. Другие обитатели комнаты заметно расслабились, когда атмосфера вернулась к почти нормальной. – Что Малфой теперь сделал? – оторвавшись от пергамента, на котором писал, спросил Невилл Лонгботтом. Вместо ответа на вопрос Гарри шагнул к кровати на противоположной стороне комнаты, зарычал и пнул ее. Кровать уклонилась от удара. Рон рассмеялся за его спиной. – Оставь пинки для Малфоя, его вещи зачарованы от повреждений. – Не могу поверить, что мы должны делить комнату с этим долбаным ублюдком, – метался по комнате Гарри. – Когда мы вернулись, чтобы закончить наш последний курс, я думал, что мы, по крайней мере, будем жить с нашими прежними факультетами. – Гарри, ты, как и я, знаешь, что директриса не могла позволить куче восемнадцатилетних магов жить среди детей. Это было бы неприлично, – сказала Гермиона. Она сидела на полу, прислонившись к кровати Рона, но теперь встала и подошла к Гарри. – Война сделала нас всех слишком взрослыми, чтобы мы могли по-прежнему жить, как обычные школьники. Ты действительно хочешь вернуться ко всем тем правилам и запретам? Потому что, если бы мы жили в башне Гриффиндора, нам пришлось бы соблюдать их. Гарри знал, что это правда, но очень не хотел признаваться в этом. Двенадцать человек живут теперь помещениях, которые известны как «Крыло восьмого курса». Часть замка, которая была им отдана, включала общий зал, спальни для юношей и для девушек. К ним и относились как к взрослым, а не детям. Иногда Гарри задумывался: был ли на самом деле кто-нибудь из них когда-нибудь ребенком. Каждый был вовлечен в войну с Волдемортом и каждый пропустил слишком много из их седьмого года в школе, чтобы хорошо сдать ТРИТОН. Но что по-настоящему приводило Гарри в ярость, так это то, что малолетних Пожирателей смерти, вроде Драко Малфоя, поздравили с возвращением в Хогвартс так же радушно, как и гриффиндорцев, рейвенкловцев и хаффлпаффцев. Гермиона приблизилась к Гарри, коснувшись рукой его плеча. Он заметил, как она помедлила, прежде чем прикоснуться, но он уже достаточно контролировал свою силу, чтобы не навредить ей. – Что Малфой сделал? – спросила она. Гарри вздохнул. – Как ты думаешь, профессор Снейп назначил меня своим помощником только из-за моей силы? – Конечно, нет, – покачала головой подруга. – Вы с профессором хорошо работали вместе после войны. Не думаю, что сейчас он захотел бы работать с кем-то из нас. – Ты спас ему жизнь, – поддержал Рон. – И это не имело ничего общего с магической силой. Гарри кивнул и сделал глубокий вдох. – Что сказал Малфой? – настаивала Гермиона. – Он сказал, что я новый хозяин Снейпа, и спросил... – Гарри было трудно проговорить это. – Малфой спросил: буду ли я использовать его и... выброшу ли я его так же, как это было с предыдущими хозяевами. Рон хмыкнул. – Гарри Поттер как хозяин Северуса Снейпа. Да ни за что. Гарри рассмеялся. Конечно же, Рон прав. Было немало ярлыков, которые Гарри хотел бы использовать для его отношений со Снейпом: друг, наставник... даже когда-нибудь, возможно, любовник, но хозяин… Такого не было среди них. Он внутренне поежился при мысли о том, что его лучшие друзья подумают о влечении, которое он испытывает к этому немолодому мужчине.