Книги судеб

Пусть всё застынет, пусть миг замрёт, Мне эта тишина — что липовый мед. Я ни знать, ни ждать ничего не хочу, И Дамоклов меч не склонится к плечу, Покуда не знаю сурового приговора в виде Обычных недесятичных двузначных цифр. Сегодня двадцатое, молодцевато подмигивают ромашки, По оврагам ютятся незабудки, А я иду мимо леса и всё будто не здесь. Я не хочу ничего знать и ответ держать за то, Как я выиграла или провалила свою судьбу, Мне бы загорать на солнце и плести ворожбу, Мне бы уехать далеко-далеко, знать все цветы и травы наперечёт, но никогда В глаза Никому Не смотреть. Есть, конечно, и те, кто всё знал и успешно сдал, Но мне не очень-то верится, что у таких есть душа, Больно каменны их лица, больно схожи они на машины. Знали многие, многие были умны, Но подошли к школе и разом храбрость растеряли, Пошли ко дну, и расплатились не за свои ошибки — За то, что не привыкли юлить и писать шпаргалки. Ожидание - худшая пытка, и страшнее Только приговор незримых нечеловечных судей, Которые не знают жалости, но знают промах (тебе его, впрочем, не простят), Первая часть не аппелируется, Вот как хочешь, так и пляши, не зная, Где ошибка, а где незнание, И почему такую свинью подложили ни в чём не повинным людям, Почему не экзамен, а сплошная лотерея, Где двоечник пишет на пять, А медалист всё валит. Последнее, что хочу сказать — Мой первый экзамен стал самым неверным из всех.