Твоя первая весна

Время шло, молодая пара училась жить совместно, делить на двоих и радости, и грусти. И у них это хорошо получалось. Родители будто объявили бойкот, никак не участвуя в жизни детей, не интересуясь их делами, проблемами. Том устроился на подработку, а Вильгельм пошел на кулинарные курсы. Иногда они не понимали друг друга, доходило до ссор, но каждый раз кто-то шел на попятную, поэтому скандалов удавалось избегать. Том заметил, что его омега стал немного дерганным и нервным, но оно и понятно: на нем теперь весь дом, готовка, уборка, стирка, плюс школа и курсы. Он крутился, старался для Тома, учился готовить, не отказывал в постели... Билл же с каждым днем все чаще задумывался о том, что ему просто необходимо увидеть те бумаги из клиники. Он начал догадываться, что его нервозность и постоянная усталость в купе с болью в спине были признаками чего-то определенного. И эта определенность пугала. Именно сейчас ему было важно знать, что Том его истинный Альфа. Только самому Эрею об этом говорить не хотелось. Дубовая улица. Дом Вильгельма Литц и Томаса Эрей. 18:00 – Не трогай! Я сам! – Вильгельм отогнал любимого от плиты. – Чего ты ругаешься? – смеётся, прижимая омегу к себе. – Ну, Том... Не трогай меня, не сегодня... – Что опять с твоим настроением?! – сел на стул, глядя на парня, который кружил вокруг плиты, одновременно нарезая овощи для салата и поджаривая рыбу. – А что с моим настроением?! – не выдерживает. – Чего кричишь? – Том, свали с кухни, если ты хочешь получить ужин... – Да нахрен мне такой ужин, если ты снова не в духе! – ему было сложно успевать за изменениями в настроении Билла. – Ты похож на пузатого папашу, Билл, я не могу так! – он вздрогнул, когда сбоку раздался грохот... Клиника Святого Эммануила 18:53 – Что с моим сыном?! Что ты с ним сделал? – Лондон остановился около младшего Альфы. – Я ничего с ним не делал, он просто потерял сознание, так врач сказал. Сейчас его осматривают специалисты... – Том тоже был на взводе, но старался говорить спокойно, скандалить с отцом своего омеги не хотелось. – Мало того, что ты забрал его не пойми в какие условия, так ещё до больницы довел! – Да что вы говорите такое?! Вы сами-то сильно нашей жизнью интересовались?! – Ты взял на себя ответственность за него! И мы с твоими родителями специально не лезли в вашу жизнь, чтобы вы поняли, что ослушиваться нас нельзя! – Вы ничего не понимаете! Мы стараемся! – все-таки сорвался на крик. Он обессилел. Сейчас Том слишком переживал за омегу, ему не хотелось признавать это, но одному со своими чувствами ему не справиться. Нужно было обратиться за советом к матери или отцу, иначе он не знал, как быть. Том сел на скамью, лицом уткнулся в ладони. Силы были на исходе, он не переживёт, если с Биллом по его вине что-то случится. Альфа думал о том, что за последние недели неподобающе вел себя, не ухаживал как следует за омегой, вдруг Билл чем-то заболел. А тот факт, что на плечи слабого существа упали все заботы по дому, теперь не казался Эрею таким уж милым и приятным. – Лондон, перестань, – Флай подошёл к супругу, – им нужно учиться быть вместе, ты не можешь стать помехой. – Молчи, Флай! Я не помеха, я отец! Эти двое все нервы нам сожрали: мы не будем вместе, мы будем, ой, не будем, ладно, будем... Собрать вещи и переехать! Без слов, без объяснений! – Но они не виноваты, милый, они ведь молоды, они не знают, как нужно правильно. – И чему их в этой школе учат... – буркнул Лондон. Он понимал, что супруг во многом прав, что молодые стараются, как могут, а Том ни в чем не виноват. Только и его можно было понять. Он отец, который хочет счастья для своего сына, и Том ему не кажется плохой партией, просто сам их поступок выводил из себя... В их мире все строилось на уважении к старшим, почитании и послушании. Омега, ослушавшийся своего отца, мог быть выгнан из семейства... В принципе, Вильгельм сам ладони"изгнался", уйдя за Томом... Лондон и понимал, и не понимал молодых. Понимал их чувства и желания, возможность ошибок и сложностей, но не понимал, зачем они так все усложняли?! Почему Том всю жизнь вел себя как последний козёл рядом с Биллом, утрированно, но это было примерно так. Зачем Билл отталкивал этого парня так долго, если он его истинный Альфа?! Где природа или кто-то из этих двоих совершили ошибку?! – Что случилось?! – в коридоре больницы появился Бэнджамин, а вместе с ним его супруга. Шарлота подошла к сыну, присаживаясь рядом с ним, обнимая. Сейчас она не видела в нем Альфу, сейчас он был её ребёнком, которому нужна помощь. – Биллу плохо стало, он потерял сознание, – рассказал Том. – И что?! Он ударился? Чем-то заболел? Отравился? – Бэнджамин, не говори ерунды, – Шарлота гладила сына по спине, – скорее всего я догадываюсь, по какой причине случился его обморок... Старшие особи переглянулись, а Том как-то непонимающе уставился на них. – Не может быть... – Лондон схватился за голову. – Ему ещё мало лет, у него школа, он не готов... – Милый, со мной было то же самое! – Флай постарался успокоить мужа. – Не делайте выводов раньше времени, – Бэнджамин выдохнул. Прошло около двух часов с момента поступления Вильгельма в клинику, в его палату входили разные врачи, специалисты, медсестры то и дело приносили какие-то папки с бумагами и даже книги... Когда из просторной палаты наконец-то вышел врач, Том первым подскочил к нему. Мужчина приятно улыбнулся, понимая, что молодой Альфа больше других переживал. – С ним все хорошо, – сообщил доктор, – он попросил зайти своего отца... – А как же я? – Том расстроился. – Сначала отец, а затем все остальные. Не печальтесь, молодой человек, для вас у нас тоже есть отличная новость... Лондон вошёл в палату, его встретил взгляд, полный отчаяния. – Дай мне посмотреть результаты теста... – тихий голос. Лондон кивнул, понимая все без слов - Шарлота была права. Он достал из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул его сыну. Вильгельм был измотан долгими процедурами и собственными мыслями. Парень открыл конверт, забирая чуть помятые листы и быстрым взглядом пробегая по строчкам... – Нет... – его нижняя губа затряслась, в глазах встали слёзы. – Не Том?! – он взглянул на отца. – Прости, сын... – пожал плечами. – Таких совпадений не бывает. Он просто оказался рядом в нужный момент. Так случается иногда... Билл растер по щекам слёзы, не веря в то, что в конверте нет имени Тома. Омега чувствовал себя беспомощно, но вместе с этим внутри просыпался протест. Не мог он ошибаться насчёт Тома, он его чувствовал, ощущал его своим... В палату вошёл доктор, а за ним и все остальные гости. Том прижал к себе любимого, поцеловал его в щеку, ощущая соленый привкус на губах. Альфа заметил конверт, ему понадобилось несколько мгновений, чтобы найти нужную строчку и не обнаружить там своего имени. – Довольны?! – зашипел Том. – Вот, чего вы добились своими бумажками! Чёрт бы вас всех... – Том! – Ну, а что?! – омега в его руках снова заревел. – Мы не просили вас вмешиваться! И это вы все это придумали... Чего вам не сиделось?! – Молодые люди, – доктор улыбнулся всему семейству, – не устраивайте драмы, Вильгельм у вас не простой. И тест, который проходят все особи, для него не действителен. Вы его рожали? – он обратился к Флаю, тот кивнул. – Первая беременность от первой течки? – мужчина открыл журнал, который до этого держал в руках. – И пол ребенка вы не могли определить до самого его рождения, так? – И? – все затаили дыхание. – Нынешняя медицина развивается с огромной скоростью, а несколько десятков лет назад был раскрыт главный секрет соития Альф и омег, но этого оказалось недостаточно для вашего сына. Дело в том, что среди омег попадаются такие, которые не поддаются ни кодировке, ни раскодировке. То есть Вильгельма невозможно запрограммировать на связь с определённым Альфой и невозможно раскодировать элементы и их порядок в его генной структуре, а значит, и узнать его истинного Альфу тоже. Таких как он – единицы. И его ребёнок будет таким же, в отличие от других особей его структурные элементы более агрессивны, они будут подавлять наследие Альфы. Такие особи, как ваш сын, появляются в результате того, что омега на момент зачатия ребёнка был болен обычным гриппом или каким-либо вирусным заболеванием. Плод формируется правильно до седьмой недели, а потом идёт определение пола: бета, омега или Альфа. У обычных детей этот период длится до трёх недель, а такие эмбрионы, каким был Вильгельм, не могут определиться до самого рождения. Поэтому пол таких детей не могут увидеть ни Альфы-отцы, ни сами матери. – Но ведь он прошёл тест, вот результаты... – Лондон недоумевал. – Знаете, наши методы не идеальны, а работники не способны определить таких особей, как Вильгельм. Да, люди раскрывают секреты природы, но ваш сын остаётся загадкой для медицины и науки, подобные ему не поддаются тестированию. Сегодня, когда мы узнали причину его обморока, то решили сразу провести комплексный осмотр и взяли необходимые анализы. Тут-то и стало понятно, что Вильгельм не такой, как все... Все, кто находились в палате, молчали, пытаясь переварить полученную информацию. – Я объяснил все очень примитивно, самыми простыми словами, если вы хотите узнать об этом подробнее, то зайдите на наш сайт в раздел "Аномалия". Такие особи в жизни отличаются чрезвычайным упорством и вредностью. Они стоят на своём до конца как раз потому, что где-то глубоко в них заложены черты характера Альфы, его задатки. Я уверен, что Вильгельм задал вам жару, пока взрослел... Том прижался губами к макушке своего омеги. Все это время он обнимал его так, будто желал спрятать от всех, будто кто-то собирался его отобрать или забрать. Почему-то в его голове и мысли не возникало, что Билл сам захочет уйти. – Ваши дети нашли друг друга, – закончил врач, – не противьтесь природе, она все равно найдёт для себя путь. С вашего разрешения я вас покину. Вильгельм, на следующей неделе я жду тебя на осмотр. Томас, поздравляю вас! – Я твой Альфа! – уверенно произнёс Том. – Я! – Я знаю... – для него не осталось сомнений. В момент, когда он не обнаружил имени Тома в результатах теста, он точно понял для себя, что нет смысла в этих бумажках, он чувствует Его... Своего Альфу. – Господи, дети, ну, почему вы у нас такие проблемные, – усмехнулся Лондон. – Так, наверно, в родителей пошли, – Бэнджамин подошёл к сыну, похлопал его по плечу, – поздравляю, папаша! – Спасибо... А почему папаша? В палате вновь стало тихо, все смотрели на Тома, неужели он ничего не понял? До сих пор не понял?! – Ты папой станешь, Том... – тихо произнёс Вильгельм, устраивая ладонь любимого на своём животике. – В честь чего это?! – испугался. – У меня... У меня даже аттестата ещё нет, я... Папа?! Родственники рассмеялись, глядя на молодого Альфу, который был слишком удивлён и, наверно, даже шокирован. Он выглядел таким потерянным, но счастливым... Говорят, что любовь заложена в нас в виде определённых химических реакций – человек разгадал секрет природы. Люди уникальны, и любой тест, процедура, слова специалистов – ничто перед чувствами, которые рождаются в сердце человека, когда он влюбляется. Природа – хитрая натура, и там, где, казалось бы, уже все понятно, всегда появляется что-то не естественное – исключение из правил. В один момент в жизни каждого человека наступает его первая весна – когда чувства берут вверх над разумом, а сердце неустанно бьётся в груди... И если в этот момент выбрать разум, подчиниться логике и отвергнуть чувства, то можно победить влечение, заложенное в нас природой... Но нужно ли Вам это?! =) КОНЕЦ (=