В погоне за тьмой

Пи-пи, пи-пи, пи-пи… Рука наткнулась на «ненавистный» предмет – будильник. Голова все еще лежала между подушками и не хотела командовать телом. «Сегодня выходной!» - проснулась первая мысль. «Ага, выходной?! На работу сегодня…» - ответила вторая. «Неа, отпуск!» - настаивала первая. «Отпуск, мы погудели, вчера Катакура приходил?» - настаивала вторая. «Ну, прогудели, зато как!!!» - откликнулась первая, - «Катакура приходил и мы… Твою же мать! Масамуне, поднимай свою ленивую жопу!» Глаз открылся, за ним послышался тяжелый стон. Дате встал с кровати и пошел в ванную. Медленные шаги тихо окликаются от кафельных стен ванной. Шум воды, приводит Дате в реальный мир. «И во сколько мы вчера легли спать?» - спросила первая мысль вторую. «Поздно, очень!» - ответила вторая. «Как именно, поздно?» - не успокаивалась первая. «Хм, в половине четвертого!» - возмутилась вторая, - «не хрен было в загул уходить, сколько нужно было пить, чтобы засрать всю квартиру, а ведь я ее в чистоте держала!» «О, тоже мне праведница, нашлась…» -Тишина! - крикнул Дате, мысли замолчали и отложили свой утренний спор на неопределённый срок, - Я уже проснулся! Так что у нас на завтрак? «Макароны…» - буркнула обижено первая. «С омлетом!» - блаженно добавила вторая. Дате умылся, ментоловая зубная паста, отлично привела в норму. Детектив посмотрел в зеркало, в нем отражал красивый мужчина лет тридцати. Прямой нос, бледная кожа с легким загаром, тонкие губы, светло серый глаз. Не парень, а картинка! Только всю эту картину портил правый глаз. Веко украшал жирный, толстый, похож на червяка из фильма ужасов, шрам. Глаз так и не удалось спасти, и пять пластический операций не чего не смогли сделать, как только подкорректировать ситуацию. Дате сел на пол и закрыл лицо руками, вся его жизнь перевернулась ровно пять лет назад из-за того треклятого дела. Перед глазами стоить страшная картина. Flesh back. Дате открыл глаз первое, что он увидел белый, как снег, потолок. Справа, что-то противно пикало и привлекало все внимание. Масамуне попытался повернуть голову, но ту же все тело завыло, как ветер зимней ночью. Боль, словно ток, пробежала по всему телу. С губ сорвался стон. Дате не мог понять, где он и что происходит. Попытка встать не привела ни к чему новому, как к резкой боли во всем теле, казалось, что сотни жерновов пытаются помолоть Дате живым. -Вам не следует пока вставать, - сказал грубый мужской голос. -Где я? – еле выдавил из себя Дате. -В двенадцатой городской больнице, - ответил тот же голос. -Ясно… Что я здесь делаю? -Вас привезли два дня назад. Не волнуйтесь. Все будет хорошо. «Все будет хорошо» эту фразу Дате запомнил как 2х2. В кошмарах ему она снилась и смех врачей. Но это было позже, сейчас он смотрел на медсестру и лечащего врача огромным единственным глазам. -Как невозможно спасти? – спросил он, не понимая, что сейчас ему сказали. -Ваш правый глаз… Нам пришлось, удались глазное яблоко, чтобы не подвергать вашу жизнь опасности. -Это не возможно! – шептал Масамуне, понимая, что это конец на его карьере и жизни. -Мила, два кубика, - сказал врач медсестре. На следующий день пришел Кодзюро, он пытался развеселить друга, но все тщетно. Дате все больше и больше уходил в депрессию. -Мы не можем его силой заставить есть, если это продолжится, то я приму радикальные меры, - говорил врач. -Я его уговорю, не в первый раз, - ответил Катакура. -Молодой человек, если это у вас получится, то я только за, - говорил врач, - ему сейчас нужно питание, анализы крови очень плохие. -Я понимаю, - Кодзюро вошел в палату, - Привет, «Масяня»! Дате не ответил. Только нервное сопение говорило, что он не желает говорить с другом. -Дате, что с тобой? – он не повернулся. – Масамуне, твою же мать, что случилось? «Масяня», ты что обиделся?! Тишина. Обычно Дате всегда улыбался это детское прозвище, но не сейчас. Катакура прекрасно понимал, что его друг что-то с тобой сделает если не этой ночью, то следующей. Он положил на тумбочку пакет любимых фруктов Масамуне, и сел на край кровати. -Я все знаю, дай мне возможность помочь тебе. -Чем? – прозвучал голос Дате. Катакура знал, что он не в силах помощь другу. Он был готов поменяется с ним местами, но, увы, это не возможно. Кодзюро понимает, что смерть в том подвале для Дате был единственный выход, но от этого по коже бегут мурашки. Он не может видеть друга в таком состоянии, что теперь скажут родители Дате, когда увидят сына инвалида? На этот вопрос не ответа. Нужно бороться за жизнь друга, это единственный выход из ситуации. -Теперь я точно урод! – сказал Масамуне. -Дате, - ели слышно произнес Катакура. -Что в пакете? – вопрос Масамуне поставил Катакура в тупик. -Э… апельсины и персик… -Персик один? -Неа, два килограмма… -Так чего ты, падло, молчал! – Масамуне повернулся к другу. Катакура посмотрел на Дате. Правый глаз скрывала повязка, лицо опухшие после побоев, синяки украшали все тело, пальцы в тугой повязке. Заметив любопытный и в тоже время жалостный взгляд друга Дате хмыкнул. -Что не подхожу под прежнее описание? -Нет. Я … -Когда выйду отсюда убью эту суку! -Я этого боюсь! – признался Кодзюро. *** Обычный день для работников полиции. Но только на первый взгляд, весь отдел занят одним делом. Кодзюро не отходил от стола, даже на пару минут не мог встать. В голове за все года работы в полиции полная неразбериха. Кеншин и Мацу расписали весь вечер Дате по минутам, и ни как не могли найти минуту, когда похитили детектива. На первый взгляд все так просто, но когда подходили к конкретным фактам – тупик. К столу подошла Касуга, ее глаза выдавали все. В них считался страх, тревога. Белая кожа стола еще белее, а руки тряслись. -Катакура-сама, - позвала детектива Касуга. -Что случилось? – хотя Кодзюро прекрасно понял, что случилось, только посмотрев на огромные глаза девушки. -Там привезли пять расчленённых трупов. Их порубили мечом или топором… Я не знаю, подробностей. -Твою мать! – Кодзюро влетел из отдела и не помнил, как он доехал к дому Масамуне. Катакура звонил пять минут в «родные» двери, и через пару минут их открыл Дате. Напарники минуту стояли и смотрели друг на друга. Масамуне хмыкнул, и по хромал в кухню. -Чего не заходишь?! – крикнул из комнаты. -Ты где был? – начал допрос Кодзюро. -Дома. А что случилось? -Ты мне врешь! -Объясни в чем дело?! -Сегодня в наш отдел привезли пять трупов, порубленных мечом. -А я тут причем? -У тебя есть каната. -Тьфу! Ты дурак?! Я буду с поломанной ногой каких-то уебков мочить! Совсем ум потерял, Кодзюро! Я ее семь лет из банковской ячейки не доставал. Если хочешь то можешь проверить, я не возражаю… -Я не знал, что думать, - Катакура сел на стул. -Твоя мама звонила, приглашала нас в гости. Твоих рук дело? – Масамуне налил ему чашку чая. -Да… -Тогда поедем… The end Flesh back. Масамуне встал с пола, пошел на кухню. Быстро позавтракал, оделся и вышел из квартиры. Через полчаса он сидел за рабочим столом. В отдел только сходились все сотрудники. Юкимура опять не выспавшийся, зевал во все тридцать два зуба. Сестренка Мацу красила губки, после чего принялась за реснички. Катакура приехал только в половине восьмого. Что за это время Дате успел пересмотреть все бумаги, и отправить пару старых дел в архив. Только одно дело весело тяжелом грузом в ящике Дате – дело № 36778 А/В. Именно это дело было связанно с Дате, но как все сказали, что это «глухарь». Не было ни одной зацепки, но Одноглазый Дракон знал, что найдет ту тварь, которая искалечила его всю жизнь. На столе лежала папка с этим делом. Дате в сотый раз перечитывал ее содержание, но не чего нового так и не узнал. -О, ты уже на работе?! – не выдержал Катакура, поставив напарники чайку с кофе. -Ага, а что мне дома делать? – ответил Дракон, полностью поглощённый чтением бумаг. -И что ты хочешь в нем найти нового, «Масяня»? – Катакура сел за свой стол, и тихо ругаясь, включил компьютер, тот в очередной раз завис. -Называй меня так где угодно, только не на работе, - попивая кофе, отозвался Дате. -Чтобы тебя переебало, консервная банка… - бурчал Катакура на «высший» разум в мире техники.- Где этот «мотоблок»! Я его точно прибью, когда-нибудь! Опять с очередной шалавой зависает, скотина с техотдела. -Ты чего с утра пораньше маты гнешь? – спросил Кеншин, посмотрев на черное поле монитора, понял в чем дело, - а, все понятно, мешать не буду. -Катакура, успокойся, - сказал Дате. – Явится эта сволочь и все сделает, если нет, то я его придушу. -Спасибо! -Всегда, пожалуйста… Отдел работа в привычном режиме. Санада строил в перерывах от работы глазки Саске. Девушки мило хихикали за журналом свадебных мод. Кеншин не сводил глаз с Дате. Но Масамуне не придавал ни какого значения этому взгляду. «Кэти» с кем-то выяснял по телефону отношения, он делал все что угодно только не работу. Масамуне отложил дело в ящик, попив кофе, пошел за новой чашкой. Он проходил мимо двери начальника, когда услышал: -Я все понял, скоро мои орлы будут… - дверь открылась, в коридор вышел Тигр из К.А.И. – куда лыжи навострил, Масамуне?! -Я за кофе, - ответил тот. -Быстро в конферанс зал, и все скажи, что б там сидели, - приказал Такеда. -Попил кофе, - тихо буркнул Масамуне, пошел назад. – Банда, живо в комнату 2454, приказ Тигра! -Нет, это уже слишком! У меня работы много, - возмущался «Кэти». -Ага, у тебя много! Ты весь день на телефоне гей-недоделка, сидишь… -Это я гей! На себя посмотри…. Дальше пошла перепалка между Акэти и Юкимура. Они очень громко выясняли отношения. Начали с собственной критики, а закончили критиковать своих женихов и любовников. Отдел молча слушал весь этот цирк, а Такеда в тысячный раз пожалел, что перешел в этот отдел. «Нужно было уходить на пенсию!» - подумал он, смотря как, его подчинённые тягают друг друга за волосы. -Весь город знает что тебя выгнали из морга из-за того что ты устроил оргию с двумя парнями в кабинете начальника, - крикнул Санада. -Не было такого! -Да, а вот камера говорит обратное… -Сука, я только целовался! -Вот и признание в содеянном! – вмешался Масамуне. -Я не г… Да, ну вас! – Акэти отпустил «тигрёнка», и гордо пошел в зал заседаний. Масамуне пошел за ним. Через десять минут все сидели в зале. Эта комната не отличалась чем-то особенным. Белые стены, огромные два окна. На центральной стене весела доска, в углу возле двери проектор. Все остальное пространство занимали стулья. Возле доски стоял стол. Сейчас в зале не было где яблоку упасть. Сотрудники заняли свои места. Дате нагло развалился на своем стуле, возле него сидел Катакура. Последним в зал вошел Такеда. -Ну, что притихли, орлы? – спросил Тигр. – К нам за помощью обратили полицейские небольшого городка Му… Мухарты… -Мухосранска! – ответил за начальника Дате, в зале прошел не одобрительный возглас. -Масамуне!!! -А, что если название без сто грамм не выходит, значит - дело ЖОПА! -Тьфу, на тебя. Мукраск… -Я же говорил жопа! – настаивал на своем Дате. -Короче. Дело вот в чем, в этом городке... – Такеда закашлялся и не стал называть город, ему не нужен цирк в таком деле, - убиты четырнадцать девушек от шестнадцати до двадцати восьми лет. -Это что шутки? – не выдержал Акэти. -Если бы. Дело очень серьезное, поэтому позвонили нам. -Почему именно нам? – спросил Дате, – что высшие органы мозгов не имеют? -Наверно, нет. Если они прислали заявку нам. – Такеда замолчал, что-то долго искал в записях, после чего посмотрел на подчинённых. – Кто готов поехать? – в ответ тишина, - Тогда… Дате ты едешь. -Почему я? – возмутился Дате. – Что в отделе мало хороших детективов? -Хороших много, а лучший только один, - ответил Санада, - поэтому ты! -Правильно! – согласился с «тигренком» Такеда. – Нужен результат, и очень быстро. Катакура, ты едешь с ним. -Только не это! Мало того, что я с ним живу в одном доме, и постоянно за ним присматриваю, так еще и это! - не выдержал Кодзюро. – И почему ты вечно во что-то лезешь… -Двое есть, нам нужно еще три, - зал затих, словно студенты на семинаре который не готовили, - Акэти Мицухидэ, Маэда Мацу, Маэда Кэйдзи – те завыли от недовольства, - я не могу послать другую девушку, Касуга скоро замуж выходит, извини сестричка Мацу. Главный в группе Дате. Все свободны. Люди разошлись, только Дате остался в зале. Ему явно нужно было поговорить с боссом, срочно и откладывать этот разговор не следует. Такеда подошел к нему. -Что случилось, Масамуне? – спросил он. -Я должен на пару часов отлучиться, к врачу, если вы не возражаете? – говорил Дате. -Я не возражаю… Масамуне, я знаю, что тебе не следует отлучаться из города, но ты лучший из всей этой компании бездельников. Если ты не стравишься, то этого не смогут сделать ни кто. -Когда мы едим? -Дате, давай так ты едешь сейчас в больницу, а потом поговорим. -Хорошо, - согласился Дате. – Меня не будет два часа к половине первого я… -Можешь не спешить, я буду выколачивать деньги из нашего «жлоба»… *** Масамуне остановил машину возле трех этажного здания. Возле входной двери табличка. На синем фоне красная надпись «Двадцатая городская больница». Дате вошел в помещение, пойдя по коридору, подошел к кабинету № 12788. Тихий стук, привлек внимание сидящего за дверью человека. -Да, - отозвался мужской грубый голос за белой, как все в этом заведении, дверью. Масамуне вошел в кабинет. Светло розовые обои украшали стены, на них висели таблицы, календари с котятами. В углу стоял шкаф без стеклянных дверей, забитый доверху папками и бумагами. У окна большой стол, за ним сидел стройной мужчина средних лет. Он оторвался от бумаг и посмотрел на посетителя. -О, как давно вы у меня не были! – сказал он удивления, - что-то беспокоит? -В последнее время, левый глаз… - Дате не знал, как рассказать о проблеме, ему давалось раскрыть самые сложные дела, но когда дело шло о здоровье, тут он – беспомощным. – Вдали все расплывается, и четкость предметов расплываются очертания. -Хорошо я помогу вам. Когда вы в последний раз принимали лекарство? -Полгода назад, - ответил Дате. -Тогда я осмотрю глаз. - Врач после осмотра записывал что-то в тетради, после посмотрел на пациента, добавил, - продолжайте принимать тоже, что и раньше, и я вам выпишу витамины. Старайтесь меньше читать и сидеть за компьютером, больше отдыхать. -Это не возможно, я работаю в полиции. -Тогда каждые полчаса отдыхайте на рабочем месте, я вам дам брошюру со специальной гимнастикой для зрения. *** Масамуне ехал назад в участок. На соседнем сиденье лежали пакет и толстая книжка. На перекрестке образовалась небольшая пробка из-за сломанного светофора. Дате расслабился, закрыл глаз и вслушался в музыку, играющую по радио. Известная группа пела по детство, эта песенка напомнила Дате о самых неприятных воспоминаниях в его жизни. Flesh back. Мать Масамуне не могла простить сыну, что он живет на свете. Она работала в школе, постоянно обвиняла сына в тупости. Дате учился отлично тихий мальчик, он старался не выделяться из толпы учеников. Мать указывала, что он урод и дебил, тыкая ребенка в отличный дневник. Отец не обращал на сына внимания, ему было все равно, что с ребенком. Тот день изменил всю жизнь Дате. -Ты снова принес плохую оценку! – кричала мать. – Как я могу родить такого урода! Жаль, что у меня нет больше детей… Мой ребенок в детском доме, а ты не мой… Мать кричала на сына, после выгнала из дома. Дате сидел на ступеньках и тихо плакал. Лифт открылся, на лестничную площадку вышла соседка госпожа Катакура. -Масамуне, что ты тут делаешь? – спросила она, заметив заплаканного одиннадцатилетнего мальчика. -Я гуляю… - ответил тот. -Зимой! Пошли к нам, Кодзюро будет рад… The end Flesh back. Масамуне вошел в отдел. Катакура сидел за столом, читая дело. Дате сел рядом тяжело вздыхая. -Что случилось? – не отрываясь от работы, спросил друг. -Не очень хорошо… Витамины выписали, и не разрешают работать много, - признался Дате. – Босс выходил? -Нет… Но видно наш бухгалтер вошел в его кабинет злой. -Денег не даст, даже к гадалке не ходи. -Группа 3245 к боссу, - крикнула Касуга. -Ну, вот пошли! – недовольно сказал Дате другу, понимая, что это дело не принесет ни чего хорошего кроме неприятностей, - я так не хочу лезть в это болото…. Команда вошла в кабинет босса. У окна стоял стол, на стенах висели картины, фотографии, дипломы в дорогих рамках. В углу шкаф, забитый доверху папками и бумагами. За столом сидел Такеда, смотря на фотографии дочерей. Дате и его бравая команда стола возле стола, наблюдая за капитаном. -Как подумаю, что родители жертв больше не увидят своих дочерей, хочется разорвать эту скотину, - сказал Такеда, прекрасно понимая, что не следует этого говорить. – Значит так завтра к половине десятого вам нужно приехать на работу с вещами. Получите расчёты и дело. Сколько вы там будете, я не знаю, все зависит от дела. Дате отвечаешь за каждого. Все свободны, сейчас едите по домам. Если есть дела, то их будут расследовать другие. – Все вышли, но Дате посмотрел на босса. – Масамуне, что еще? -Мы найдем этого ублюдка, найдем! – сказал он, дав понять Тигру, что раскроет это дело, чтобы ему не стоило. *** Дате вошел в пустую квартиру. Положив пакет из магазина по стол, он прошел в спальню. Масамуне собирал вещи для поездки. Большая дорожная сумка открыта, на кровати в пакетах лежали все необходимые вещи: рубашки, брюки, аптечка, предметы личной гигиены. Все это отправилось в сумку, Дате убрал квартиру, принял душ. Когда часы отсчитали восемь вечера, занес соседки ключи, чтобы она поливала цветы. Для него это лишь дело как дело. Обычное выездное, у него таких дел было множество, но что-то не давало покоя. Вопросов было множество, и нет на них ни одного ответа. Главным было узнать, почему Такеда отправил именно его в такую даль. Что-то старик явно скрывал, или просто желал ему удалить из отдела из-за того «шуточного» звонка в половине второго, а может он хочет отмстить? Дате лежал, читая книгу, когда треск мобильного телефона нарушил тишину квартиры. -Кузю, ты хотел, - спросил Масамуне напарника. -Хм, - недовольный голос послышался из трубки, - опять ты за свое! -Но я все еще «Масяня»! А, ты все еще не можешь простить тот случай с девушкой… -Нашел, что вспомнить! Я звоню по делу… - друг замолчал, - ты свою машину не бери, что поедим на моей. -С чего это? -Твоя не сильно, как бы это сказать… -Не пригодна! – ответил за друга Дате. – Ладно, но я веду. -Ага, сейчас! Я тебя за руль моей красотки не пущу! -Ок! Только не усни за рулем! -Ты лекарства принимаешь, что за рулем всю дорогу буду я. -Сдаюсь, мой лорд… -Масяня, иди ты к Тигру в гости. -Позвонить, складной попке? -Дате!!! – Понял, спокойной ночи, и сладких куколок во сне… -Ты не меняешься! С.П.Ч. – в трубке послышались гудки.