Старо предание

Наступило то время, когда все ночные жители возвращались с охоты. Луна слёзно прощалась со своим светом. Ночь почти ушла со своих владений. Всё погружалось в долгожданный сон. Но четверо обитателей никак не могли окунуться в царство Морфея. Четыре бога не могли увидеть сны, каждый по-разному справлялся с этой ночью. Аполлон лежал на стоге сена, закинув за голову руки и держа во рту соломинку. Впервые, за несколько веков, он позволил себе просто лежать и наслаждаться звёздным небом. Как часто он хотел заняться этим, но всё не было возможности. И вот, когда бы ещё он смог полежать так, если бы не Веста со своим проклятьем? Что ж, надо отдать богине должное, она-таки заставила его задуматься. “Правда, как она могла наложить проклятье? Это была просто шутка. Я делал так уже миллион тысяч раз, - наблюдая за жучком, который пролетал мимо стога, подумал бог Солнца. – Нет, правда, у меня будто забот больше нет, как лежать и думать, что какая-то девушка прокляла меня!” Аполлон тяжело вдохнул. Холодный воздух заполнил его лёгкие. Да, перед рассветом всегда морозно. Через несколько мгновений его Небесная колесница должна будет начать свой бег. Начнётся новый день. Но бог никак не мог понять, что же произошло в его душе. Вроде, проклятье пустяковое. Он и не собирался заводить семью. Если уж на то пошло, он ещё ни разу не влюбился “до потери пульса”, как говорят некоторые полукровные служанки. Ни разу он не хотел провести с девушкой больше суток. Может, это с ним были какие-то проблемы? Но он ничего не видел. Всё для него было в порядке вещей. До сегодняшнего дня он даже и подумать не смел, что когда-нибудь у него, возможно, будут жена и дети. Но сейчас его мысли только и были забиты этими картинками из будущего. Аполлон всё так же лежал на стоге сена и не двигался, но его сумбурные мысли дошли до критической точки: “А что же я тогда хотел ей сказать?” Перед ним всплыла сцена из недавнего прошлого, где он полулежал на земле и пытался подобрать слова, чтобы охарактеризовать Весту. Сейчас он уже даже понять не мог, что тогда с ним произошло. Богиня - довольно приятная особа, да и сама она хороша собой. Мужчина невольно дотронулся до своих губ. Он вспомнил поцелуй. Такой робкий и нежный. Нет, всё-таки, она была слишком… слишком… “Она слишком хороша для меня…” – наконец, заключил Бог Солнца, переворачиваясь на бок и предаваясь чуткому сну. В это же время, на балконе в своём замке наматывала круги богиня мудрости. Она никак не могла смириться с тем, что её вечер был так уничтожен, причём из-за неё самой же. “Что эта девка имела в виду, когда говорила, что водой станет моя кровь?” – ругалась мысленно Афина. Она хоть и была богиней мудрости, но иногда вела себя так глупо. Например, она имела множество каких-то несуразных мыслей по поводу браков смертных и богов. Как-то раз она поклялась сама себе, что у неё никогда не будет любовника из мира людей. Но, буквально пару лет спустя, она приворожила Одиссея. Конечно, Венера была против этих любовных чар, но Афину не переубедить. С тех пор, как Одиссей смог, всё-таки, выбраться из чарующего любовного плена, богиня мудрости решила, что больше никогда не посмотрит ни на одного смертного. “В самом деле, не могла же она меня сделать смертной на какое-то время? – с истеричным смешком заметила Афина, облокачиваясь на каменные подпорки. – Нет, она не могла. Или…” Дело в том, что Афина до боли боялась хоть на день спуститься к людям. Там боги теряли все свои магические возможности. Единственное, что оставалось с ними, это их красота и возможность открыть портал обратно на Олимп. Как-то Гера даже пошутила: “Для Афины равнозначно: спуститься в мир людей и смешать свою кровь с водой”. “Чёрт! Чтобы Цербер тебе пятки лизал, Веста!” – прошипела Афина и зашла в дом. Сейчас её радовало только одно: все проклятья вступали в силу только с восходом Солнца. - У меня есть два варианта: или убить Аполлона, или сделать вид, что быть смертной мне в радость, - вдумчиво проговорила богиня. – Нет, убить Аполлона не вариант, никогда не будет дня. Да и вообще, убивать кого-то - не вариант! Что за бред? Ты же богиня мудрости! Возьми себя в руки! Значит, будешь превосходной актрисой, другого выбора у тебя всё равно нет! После того, как Афина накричала на себя, глядя в зеркало, она тут же пошла в кровать и забылась сном. Веста не могла уснуть уже долгое время. Конечно, она знала, что все проклятья и наказания вступают в силу только с восходом Солнца. Но её внутренний голос отсчитывал минуты до начала её бесцветного мира. Сейчас она изучала все предметы в комнате, которые были знакомы ей до боли. Она запоминала все оттенки, каждую мелочь. Зачем? Для какой цели? Возможно, из-за того, что больше никогда не сможет видеть цвета и радоваться. Наказание Зевса было невозможно отменить. Он непоколебим. Но в эти минуты она давила все свои мысли слезами. Да, обидно. Всё-таки, Зевс слишком жесток. Это ужасное наказание для юной девушки. Словно приговор, оно обрушилось на неё. Весте было легче умереть, чем не суметь радоваться. Кто полюбит девушку, что вечно грустна и сама по себе бесцветна?.. До скончания дней не видать тебе цвет. Строчки наказания эхом проносились в мыслях Весты. Даже губы её шептали эти слова. Возможно, не будь этого наказания, она бы сейчас не сидела на кровати, обложившись кучей подушек и скрестив ноги. Возможно, она бы не была такой бледной, с запутанными волосами и вся в слезах. Но даже это не могло умалить её красоты. Она была прекрасна в своём горе. Её слёзы, словно бриллианты, падали на шёлк, который покрывал подушки. Но Весту волновал лишь один вопрос: - Почему они так поступили со мной? Она понимала, что многие богини завидуют её красоте. И Афина не раз говорила, что Веста слишком уж придирается к мужчинам и разбивает им сердца почём зря. И она злилась, ведь ни один мужчина не хотел её, богиню мудрости. Возможно, это её своеобразная месть, подослать того, кто вскружит голову. Аполлон. Почему он? Для него нет никакой конкретной цели, к тому же, он не раз был отвергнут Вестой. - Если я это понимала, почему согласилась на этот раз? – недоумённо спросила сама у себя богиня. – Я же прекрасно понимала, что эта новая интрижка не продлится долго. Так почему же? Но девушка не могла дать себе внятный ответ. Всё дело в том, что роль Аполлона в этом розыгрыше была непонятна вообще. Может, он хотел показать Весте, что всё-таки ни одна богиня не может устоять перед ним? Если да, то это ему удалось, Веста, всё же, соблазнилась. Может, он просто задолжал Афине, которая решила воспользоваться им. Нет, это так и оставалось загадкой. “Пусть, пусть они решат, что победили, - подумала Веста, всхлипывая в последний раз. – Мне уже всё равно. Я остаюсь одна”. - Навечно… - прошептала девушка в подушку и доверилась Морфею. В минуты, когда лошади Аполлона уже нервно начали бить землю, ожидая начала своего бега, одна богиня никак не могла обрести покой. Её мучали сомнения, и она страдала. Страдала, что на её любимую подругу обрушилась такая участь. Мало того, что её унизили подобным образом, так ещё и наказали навечно. Знать бы ей, как помочь… Но всё, что ей оставалось делать, это стоять на рассвете в лесу и стрелять в дерево. Диана умывалась слезами обиды, но это не уменьшало её боли. “Я бы всё отдала, лишь бы Веста смогла снова быть самой собой. Её и так пришлось многое пережить…” – думала богиня охоты, запуская очередную стрелу в кору ивы. Так каждый из заинтересованных богов встречал этот новый день, что сулил мало приятного. Но что ж. Проклятья не отменить, наказание надо отбыть. Пусть даже и вечно…