Биологическая угроза.

- Ну и что это, екарный бабай, было, - русский брел по лесу, изредка останавливаясь, так как травма при падении оказалась серьезнее, чем все думали. Он пытался отвлечь сам себя, а тем более Наташу, от мыслей об Оле. Такие мысли поглощали сейчас их всех, наполняя грустью и лишая надежды. Никто не ответил Ивану, как и ожидалось. И вот они опять шли по темному лесу в полной тишине. Уже наступала ночь, за ними и перед ними, с боков, везде могли быть мертвецы, что так и норовили убить их и сожрать их тела. В голове лишь вертелась фраза "Почему именно Оля". Она была такой отзывчивой, такой доброй, всепомогающей и понимающей. Она с доблестью сражалась, ничуть не уступая мужчинам, даже в ближних схватках на ее любимой сабле она побеждала. Но сейчас ее не стало, а значит, что не стало и светлого личика, что поддерживало славян и не только. Они вышли в просторное и полное цветущих трав поле. Высокая трава могла обозначать для них огромную беду. Это было похоже на то, как в высокой траве раньше искали змей, ходя по полям с длинными шестами и пригибая траву. Теперь же тут водятся не только змеи. - Нам нужно где-то переночевать, - наконец-то разорвал эту гнетущую и мрачную тишину успокаивающий низкий голос Германии. Он шел впереди, какой-то первой попавшейся палкой пригибая стебли травы, чтобы хоть не сразу попасться в лапы к зомби, - иначе мы очень многим рискуем. - Да и если мы решимся остановиться, то мы тоже многим рискуем, - произносит холодным голосом Беларусь и продолжает идти, злобно вырывая у немца палку и обгоняя его, - ты слишком медленный. - Наташа, не горячись.., - Ваня попытался успокоить сестру и приструнить ее хотя бы взглядом, но либо было слишком темно, либо она проигнорировала взгляд. - Брат, я холодна как сталь, - прыснула она и начала набирать темп. Италия и Германия не хотели вмешиваться в разборку, но им было до ужаса некомфортно. Бедный Северный был слишком шокирован, чтобы хоть что-то предпринимать или кого-то успокаивать. Еще недавно он нежился в постели с мягкими подушками, рядом со своим любимым немцем. Теперь же он шел по мокрой траве, пугаясь каждого шороха, будто бы момента их спокойной жизни вообще и не было. - Но нам правда нужен отдых, Наталья, - серьезным тоном произносит старший брат. Теперь он за нее в полной ответственности, теперь он старший в их маленькой семье. - Да знаешь что, Ваня! - зашипела на него сестра. Вот чего-чего, а агрессии по направлению к Ивану от Натальи никто не ожидал, - не пытайся заполнить пустоту, что образовалась. Никто не сможет. Наконец-то, не заметив за этими беседами того, что они преодолели поле, они вышли к лесу. Опять мрачная чернота множества дерев поглощала их своей массивной и пугающей атмосферой. - Слышите? - Что именно. Я слышу только шуршание листвы и хруст веток под ногами. - Нет, Людвиг. Наташа права. Прислушайся, - Иван остановился, заставив всех на секунду замереть и поймать тишину за ее уворотливый хвост. Им послышались звуки бегущего бурного потока, который несся буквально в нескольких сотнях метров от них. Целая ночь приключений в лесу и хождения по полям должна была выдать хоть что-то хорошее. Вода - это всегда надежда. Надежда на то, что пройдя по течению реки они могут встретить какую-нибудь хижину, надежда на то, что они смогут обновить свои фляжки и отправиться в дальнейший путь. И грязнота воды сейчас не имела значения. Конечно, было неприятно, когда песок скрипел на зубах, когда илистый привкус мешал насладиться живительной влагой, но сейчас это было одним из семи чудес света для путников, что блуждали между деревьев. - Быстрее, - рявкнул Германия, и, схватив Венециано за руку, понесся на звук потока. Они добрались до реки в тот момент, когда наконец-то начало появляться солнце. - Да! - Беларусь ликовала, не смотря на то, что берег был сравнительно высок, - хоть что-то хорошее. И Иван был рад. Рад тому, что его сестра отвлеклась от плохих мыслей и, как будто бы прислушавшись к внутреннему голосу Ольги в себе, поверила в надежду. - Наконец-то, - выдохнул Людвиг и упал на землю, чуть улыбаясь. Все сложили свои вещи и, выставив в караул Ивана, который сам попросился, принялись за отдых. Внезапно послышавшиеся голоса со стороны реки вспугнули всех, даже спящих. - Что? - Беларусь пыталась приглядеться, но из-за поворота потока и высоких берегов она не сразу могла увидеть. - Господи, да это же наши! - Германия вскочил, заметив то, как страны выползали на берег. Они были в каких-то ста метров от них. - Ребята! - Беларусь замахала руками, подпрыгивая на бережку. - Вы слышали? - Испания недоверчиво покосился на другой берег и не сразу заметил другую часть их команды. - Черт, да это же брат и остальные, - пруссак тоже вскочил, превозмогая усталость и уже плюя на пробуждение американца, - быстрее к нам! Вам тут прыгнуть и проплыть недалеко. Поток сильный, но если держаться кучкой, то можно справиться. И они действительно решили прыгать. Взяв свои вещи, страны попытались спуститься с берега, что удалось только Германии, Беларуси и России. Держа поклажу над головой, они встали около берега, где течение не было таким шустрым, и принялись ждать Италию. - Прыгай аккуратнее, - советовал ему Людвиг, смотря на свою пассию снизу. - Да, капитан! - радостно запыхтел Феля и принялся готовиться к прыжку. Он прыгнул. Но это было полнейшим бредом. Около берега скопилось много палок, веток, мусора. Все это было опасным и ужасным скоплением дряни, на которую, по слепоте своей природной или притворной, Италия и напоролся. Это поразило всех, заставив замереть и не верить в происходящее. А тем временем вода уже окрашивалась в алый цвет, унося с собой кровь Италии дальше и дальше. - Венециано.., - Людвиг попытался приблизиться, но уже было видно, что Фелю не спасти. Его тело было буквально пронзено десятками веток, острых как пики, - Италия... Все просто были в ужасе от происходящего. Сначала Оля, теперь, так глупо, Италия. - Нет... Этого... - Людвиг, - Иван положил руку на плечо немца, - нам надо идти. Оплакать погибших мы сможем на берегу. - Я не могу оставить Италию. - А мы не могли оставить Олю. Но ради общего же блага, мы справились с этой непосильной задачей. Молча кивнув, они направились к берегу. Было сложно, но они выплыли даже с вещами. Все замолчали и сидели на берегу, пялясь то на изуродованное тело итальянца, то в даль, разглядывая рассвет. - Это просто ужасно, - Ирландия сел и обнял свои колени, пытаясь справиться с сильной дрожью, вызванной отнюдь не холодом. - Это теперь наша жизнь, - Наташа сохраняла спокойствие. Теперь она стала тем сильным персонажем, которому ни по чем преграды и проблемы, - надо свыкаться со смертью и принимать ее как гостя. - Смерть? Да это подарок здесь, - хмыкнул немец и опять замолчал.