Близкие родственники

Физик действовал сугубо по наитию, только успев краем глаза заметить, как побледнела и вцепилась в телефон Яна. У малыша было плохо с сердцем, а сердечникам нельзя волноваться. Если это правило было справедливо для девяностолетней бабушки, то подходило и для двухлетнего малыша. Сергей подхватил сына на руки и начал поглаживать по спине, старательно сдерживая ритм собственного дыхания. Для своего возраста Васенька был пугающе лёгким, к плечу мужчины приник испуганно и вцепился намертво в руку. Больше всего Физик боялся, что не получится, что малыш будет волноваться и дальше, повышая нагрузку на сердечко, но Васенька потихоньку успокаивался. За временем Физик особо не следил, но показалось, что прошло минут двадцать, прежде чем малыш снова стал дышать ровно, а с личика исчезла пугающая бледность. Сергей с облегчением вздохнул и присел обратно на скамью, продолжая удерживать ребёнка на руках. — Яна, лечащему врачу надо всё-таки сообщить. — Да, я сейчас ей позвоню. Серёж, спасибо огромное. Я никогда его успокоить не могу, ужасно паникую из-за этих приступов. — Яна, его можно вылечить? Кот что-то говорил, но я толком не понял. — Можно, — мягко кивнула Яна, — нам назначили операцию через полгода, в Швейцарии. Если всё пройдёт благополучно, то годам к пяти про все проблемы со здоровьем мы забудем. Спецназовцем ему не стать, но вполне здоровым мальчишкой будет. Вася уже почти задремал, только успел ещё строго напомнить Физику, что маму есть кому защитить. С рук защитник не торопился слазить, видимо, посчитал, что так будет надежней. Для начала осени воздух был излишне прохладным, Сергей покрепче прижал малыша к себе, но этого было мало. — Яна, принеси какой-нибудь пледик, он замёрзнет. Или в дом его отнести? — Не надо, Серёжа. Пусть лучше под присмотром, я волнуюсь. Тебе не тяжело его держать? — Шутишь? Яна, он, кажется, и десяти килограмм не весит. Только прохладно здесь, может, уйдём в беседку? — Хорошо, отнеси его туда, а я вам пледик вынесу. И наверно сделаю нам чая, я совсем перенервничала. Серёжка, не бросай нас больше. — Яна, не говори ерунды. Конечно, не брошу. Я бы вас и в первый раз не бросил, только дураком оказался. Яна, у тебя кто-нибудь есть? — Только Васенька. Ну, и Стаська с Лёшей. Так, ладно, пошла я за пледиком. Вещица была Сергею подозрительно знакомой, именно под этим чёрным шерстяным пледиком с разноцветными аппликациями он проспал всё детство. — Твоя мама притащила, когда Васенька родился. Прелестная вещица, столько любви вложено. Это же вам с Лёшкой бабушка делала? — Да. А с папой и дедом мы собирали игрушечный город. — Знаю, Васька от него в восторге. Точнее, оба Васьки. Старший активно помогает младшему, им обоим полезно развивать усидчивость. Стаська смеялась, что лет на пять им занятия хватит. Только с освещением проблемы, никак наладить не выходит. Физик дипломатично промолчал о том, откуда у Кота растут руки и как именно складываются отношения с проводами. На самом деле сейчас это было совершенно не принципиальной информацией. — Освещение? Ерунда, сделаем. Это мы с папой творили, там даже Лёшка не разобрался. Только по времени не знаю. Работа... — Но хотя бы сейчас ты свободен? Пока Васенька не проснётся? — Конечно. *** Из пустой обычно квартиры сейчас тянуло ароматом чего-то вкусненького и печенного, Кот изрядно оживился и помчался домой поскорей. Вломиться, конечно, могли и бандиты, но вряд ли они бы стали готовить пироги, дожидаясь хозяина квартиры. — Стаська, ты? — Я! — Одна или с Лёхой? Он же ещё не знает, что Серёгу выпустили. Точнее, даже сняли все обвинения. — Одна, — сестрёнка выглянула с кухни, вызвав у Кота недовольную гримасу. — Лёшка в больнице, ножевое. — Что? Как? Стаська, вы были в ботанической экспедиции! Что вы там, на беглых зэков нарвались? — Нет, у одного из студентов крышу снесло. Природа, она не на всех действует умиротворяюще. Неважно, я бы сейчас в больнице сидела, но свекровь выгнала. Сказала, что лишние нервы мне ни к чему, а Лёшке я сейчас ничем помочь не могу. — Серьёзная рана? — Нож вошёл в ногу, задета бедренная артерия. Кровопотеря почти два с половиной литра, врачи вообще не верили, что выживет. Вася, а я почти убила человека. Того студента, у него тяжелая черепно-мозговая травма. Не уверена, что это допустимая самооборона. Ионов глубоко вздохнул, потом крепко обнял сестру за плечи, мысленно припоминая все собственные связи в правоохранительных органах. С его точки зрения Стаська поступила правильно, но у пострадавшего студента тоже могли быть родственники и друзья. С диаметрально противоположной точкой зрения. Запал, позволивший Стаське продержаться до прихода брата погас окончательно, девушка крепко заснула, не успев даже расплакаться. Кот ещё пару минут подержал её на руках, потом уложил на диван и потянулся за телефоном. Каждый защищает близких как может, не правда ли? — Алло, товарищ генерал-майор? У меня к вам будет просьба. Своеобразная.