Боги и Сущность

Истина, укрытая туманом. Когда я приехала, меня сразу же встретила радушная молодая пара. Девушке было около 25 лет, она была высокого роста со светлой кожей, не настолько светлой, как у меня, и у нее тоже были светлые волосы. Мои родители, как и я, всегда удивлялись, почему у двух родителей с черными волосами родилась девочка с оранжевыми, как у хурмы, волосами. А молодому человеку было не больше 28 лет. Он был тоже высокого роста, только с русыми волосами. У обоих были голубые глаза. - Рада представиться, меня зовут Мила. - С доброй улыбкой сказала мне девушка. - А меня зовут Михаил. - Сказал мужчина. - Мы твои родители на время твоего пребывания в городе N. - Очень рада познакомиться, меня зовут Никине. - Вежливо сказала я. - Садись в лимузин. Мы поедем домой, и когда ты ознакомишься со своей новой комнатой и разберешь вещи. Мы поедем в ресторан. - Сказал мне Михаил. - Не бойся, мы тебя не обидим. - Приветливо сказала мне Мила. - Я не боюсь. - Сказала я и села в машину. Как только я села, то сразу же открыла окно до конца. Михаил, который сидел за рулем и Мила, сидящая рядом с ним, и бровью не повели. Меня это успокоило, потому что всегда, когда я открывала окно, мне делали замечание. В двух словах: сильно дует. И что с того? Может мне нравится дышать воздухом и чувствовать, как он обдувает тебе лицо, когда высовываешься чуть дальше за стекло. Когда мы приехали домой, я решила быстро выложить вещи и поехать в ресторан. Квартира была очень просторной и свободной. Я заметила, что в квартире преобладают белые, голубые и желтые тона. Приехав в ресторан, мы беседовали о том, как я жила в Токио. И они не очень удивились, узнав, что родители с легкостью отпустили меня. Поэтому я им рассказала, как много мы любим путешествовать и приобретать новые вещи и знания, узнавать чужую культуру и обычаи. И потом с такой же непринужденностью они поддерживали беседу. И стали свободно обсуждать свои планы на выходные. Обсуждая несколько вариантов, мы втроем решили пойти на выходные в караоке клуб. Мне понравилась эта идея, потому что мне нравится петь, кажется, я занималась этим с детства, постоянно совершенствуя свои возможности. Оплатив счет, мы поехали домой. Когда мы прибыли обратно, у меня уже не было настроения еще что–то делать. И поэтому я сразу легла спать, не разбирая вещи. Некоторое время они о чем – то говорили, но устав, как и я, они последовали моему примеру. Утром я увидела рядом с собой на тумбочке свою новую школьную форму. К моему удивлению, она мне подошла. Моя сумка с учебниками, тетрадями и школьными принадлежностями была собрана и поставлена на вторую тумбочку с левой стороны. Надев школьную форму, я прошла на кухню. В это время Мила уже готовила завтрак, а Михаил пил черный чай и читал газету. Когда я села за стол, Мила передо мной поставила зеленый чай без сахара с суфле. Съев свой завтрак и взяв школьную сумку, мы с Михаилом спустились во двор, сели в машину и поехали в школу. Когда я вышла из машины, на меня подул ветер. Это значило, что он нашел меня и будет рядом. Толкая меня в спину, ветер направлял меня в школу. Переодевшись, я пошла в свой кабинет, как чуть не натолкнулась на девушку с красными волосами. У нее был уверенный и тяжелый взгляд черных глаз, одета она была в коричневый жакет, телесные колготки, туфли песочного цвета и в юбку делового стиля зеленого цвета. Волосы ее были собраны в крепкий пучок без челки. Похоже, она тоже недавно приехала, потому, как она искала что-то или кого-то. Заметив, что я смотрю на нее, она спросила меня: - Прошу прошения, ты не могла бы показать мне мой класс? - Ветер быстро стал толкать меня в направление моего класса. Но я хотела помочь этой девушке. Меня смутило только то, что мне на мгновение показалось, что она увидела порыв ветра, направляющего меня по направлению к ее классу. Я хотела ее спросить, как вдруг она занервничала и сказала, что ответит на мой вопрос после уроков, если я отведу ее в класс. Когда я отвела ее, ветер быстро направил, мня к своему. Мой новый класс меня хорошо принял. И все уроки с переменами я вливалась в новый коллектив. К концу дня я со всеми подружилась и взяла телефоны у некоторых из школы. После уроков я пошла с дуновением к красноволосой незнакомке. Мы вместе в молчании пошли на задний двор школы. В нем было маленькое озеро, возле которого сидел парень в позе лотоса, рисуя что-то в своем альбоме. Моя новая знакомая предпочла остаться в стороне, а мне не терпелось посмотреть, что рисует этот парень и как он выглядит. Когда я не подошла еще достаточно близко, на воде появилась рябь, и он повернулся ко мне с приветливой улыбкой. Мне показалось или… нет, конечно, показалось. - Как тебя зовут? Ты давно здесь учишься? – спросила я. - Микель Марино, - добродушно ответил он, - я из Парижа. - А меня зовут, - не успела я сказать, как он закончил за меня. - Никине Мику. Ты из Токио, я знаю. Как и ты, я перешел в эту школу только сегодня. Позови ее. - Он указал на мою новую знакомую. - У тебя ведь с ней разговор… Я была немного удивлена, но мне снова показалось. Как вдруг я услышала подъезжающую машину к воротам школы. Из красного лимузина вышел парень с зелеными волосами, торчащими во все стороны, в рваной бордовой футболке с изображением голого черепа в огне, и таких же рваных джинсах, только черного цвета. Он громко хлопнул дверью и пошел в нашем направлении. Он напевал какую-то песню. Даже не зная слов, можно было услышать, сколько в ней ненависти, злобы и гнева. Как только он подошел к нам. Он поднял свои глаза из-под сальной зеленой челки и, толи с недоверием, толи с изучающим разочарованием, посмотрел на нас. А мы на него. Я решила нарушить тишину, но не успела, как начал говорить таинственный и одновременно опасный парень с зелеными волосами. - Как я вижу, вы еще ничего не знаете, друг про друга, - он тяжело вздохнул, и, вынув один наушник из своего уха, начал говорить. – Меня зовут Брайан Блэр, я из Голливуда, и, да, я алкоголик. После последних четырех слов он громко рассмеялся, смотря на наши изумленные лица. - Я не думал, что у вас будет такая реакция,- сказал он нам сквозь смех. - Осталось представиться только ей, - успокоившись, сказал Брайан, указывая на мою безымянную подругу. - Меня зовут Ирина Лес. Я из Чернобыля. Не успела Ира договорить, как ее перебил Брайан. - Ты ведь приехала сюда по письму? Меня будто осенило. Если она приехала по письму, вероятно, как и он. То остается только один вопрос – каким способом попал сюда Микель? - Неужели вы втроем не понимаете! – закричал Брайан. - Ладно, тогда сам покажу. В правом кулаке у Брайана появился огонь. Он бросил его на дерево. Пламя, пролетев мимо нас, стало сжигать листву, а потом и его самого. Ира вскрикнула от боли и опустилась на колени. Микель опустил руку в озеро. После чего вода в нем поднялась и облила горящее дерево. Обгоревшая береза одиноко стояла, со стекающими каплями на ветвях. Ире было больно, она держалась за сердце. Она сделала небольшую ямку своими руками, и, положив на рыхлую землю свою руку, ей становилось легче. Посмотрев на дерево, я увидела, что дерево стало «оживать». Береза уже не была обгорелой и со временем на ней стали появляться листья, и кора стала снова появляться. Я была удивлена. Неужели мы все четверо… Ветер появился рядом со мной и стал теплее. Хорошо, что я могла не говорить вслух то, о чем думала, что бы меня понял ветер. Потому что он мог слышать мои мысли. Теплый воздух означал, что все мы четверо… - Такие же, как и я – сказали мы вчетвером одновременно. - У меня сила ветра, - сказала я. – Могу посмотреть, не подслушивает ли нас и есть ли кто–нибудь рядом. - Жги, - сказал Брайан. - Кстати, у меня сила огня. - Заметно, - с хрипом произнесла Ира. – Я понимаю, что вы еще не знали, какая у меня сила, но причинять боль дереву… – Она с раздражением посмотрела на огненного, выдержала напряженную паузу и снова отвела взгляд. - Действительно, ты мог подумать, прежде чем что–то портить? – с вызовом сказал Микель Брайану. - А какие у тебя были предложения показать, кто есть кто, владеющий водой? – с ухмылкой сказал Брайан. - Или ты хотел, чтобы я поджог школу? – ехидно сказал Брайан. - Я могу, если кто-то хочет. Исследовав обстановку, я нашла только двух курящих. И мне стало плохо. Наверное, также плохо было Ире. Когда вредят твоей стихии – тебе становиться плохо ровно настолько, насколько вредят твоей силе. - Около дверей школы стоят двое курящих. – Перебив Микеля и Брайана, я произнесла через кашель. К моему удивлению, спорящие между собой Микель и Брайан как огонь и вода Брайан и Микель затихли. После чего они стали смотреть на ворота. - Я могу их отвести отсюда подальше. – Сказал Микель, встав на ноги и отложив альбом. - Интересно посмотреть, как они будут бежать по всему городу от твоей волны. – Через хохот сказал Брайан. - А мне бы хотелось посмотреть, как бы ты их отвел подальше. Представить только, как несчастные бегут от твоего огня… Тем временем, Ира опустила руку в ту самую яму, которую раньше сделала. Мне показалось или на самом деле... Воздух снова стал теплее. Значит, это на самом деле возле них стали расти плотоядные цветы. После чего они с криками убежали. Мне сразу же стало легче. - Не думала, что ты попросишь расти там именно плотоядные цветы. - С выдохом сказала я Ире. - Я подумала, что они будут куда убедительней, чем лианы. - Со смущением ответила спасительница. Но спор до сих пор продолжался. И они не заметили, как мне стало легче. Следовательно – помогать мне уже не нужно. И если бы не Ира. Помогать бы уже, наверное, было некому. - У меня есть и другие способы воздействовать на людей, - спокойно произнес Микель. – А тебе мой способ точно не подходит. Ведь как ты уже догадался - у меня сила воды. Полностью противоположная твоей. - Огонь намного сильнее воды, - уже надменно сказал загоревшийся на драку Брайан. И ты мне точно проиграешь, даже прибегая на помощь к своей слабенькой стихии. Ты, как и твоя так называемая стихия, очень слаб. Посмотрев на Микеля нельзя было сказать, что он слаб. Его телосложение было очень хорошо натренировано, хоть и у Брайана тоже не было проблем на этот счет. Но затрагивать силу стихии – было для меня преступлением. Нет, это было больше чем преступление. Жаль, я не знаю подходящего для этого поступка определение. И чтобы остудить их пыл, учитывая наши силы, я подмигнула Ире, чтобы она подошла к Брайану, а я подошла бы к Микелю. Мы так и сделали. Медленно и осторожно я подкрадывалась к Микелю, а Ира насколько она не старалась идти тихо и неслышно – у нее не получалось. Она подходила уверенным шагом к Брайану и держала его за плечи, чтобы не дергался. В этот момент Микель повернулся ко мне и улыбнулся. Я чувствовала, что он знает, как и я, кто и как передвигается. Но в отличие от Брайана он не стал рваться на кулак, а одобрительно и признательно посмотрел на меня. В этот момент Брайан стал кричать на Иру и вырываться всяческими способами из ее рук. Но видимо она была тоже не хрустальная ваза. Потом он загорелся, но благодаря моему решению встать именно так, ей это не принесло никакого вреда. Она только стала уверенней держать хватку. Крича на нее еще громче, Брайан видимо пытался убежать т нее подальше и спалить что-то большое и легко - возгораемое, но ему это опять не удалось. - Перестань меня держать, глина деревянная! – кричал он. - Дай мне его сжечь, а потом делай что хочешь! Неужели ты на его стороне! – не унимаясь, выкрикивал ей взбешенный огонь, внутри которого каким – то образом очутился человек. - Я не отпущу тебя, пока ты не остынешь, – твердо сказала Ира. Так твердо, что мне показалось, будто на ухо поставили скалу. - А ведь это отличная идея, - шепотом сказал только мне Микель. – Я покажу ему силу моей стихии. После чего он подошел к озерцу и опустил уже две руки в водоем. На что выросла большая волна и направилась к Брайану. В это время Ира отпустила его и исчезла из виду. Брайан, объятый пламенем, встретил поток воды как вызов. Я смотрела, как вся вода стала бороться с пламенем. Попеременно я смотрела на наслаждающегося битвой Брайана и на контролирующего ситуацию Микеля. Но меня все еще беспокоило, куда пропала Ира. Я хотела спросить у ветра, но удары Микеля и Брайана столкнулись настолько сильно, что две стихии стали переходить рамки, создавая огромное количество пара, и нас могли заметить. Я решила действовать. Я направила свой поток ветра на «сердце» соединения сил, распространяя последствия по площади школы. После чего вся школа была укрыта туманом. И тут же они оба стали проваливаться под землю. Ослабленный моим соединением с его стихией Брайан стал проигрывать, потому, как поток ветра был на грани с его пожаром, а Микель забрал своего соперника на свою волну. Все, что я не видела и сразу же узнавала – мне сообщал мой поток ветра. Все увиденное мной после того, как они поднялись на тот уровень земли, на котором находились до выяснения отношений, меня очень насмешило. Это был вымокший до нитки и ругающийся на Микеля Брайан, Микель, внимательно слушающий ругательства побежденного. И вновь очутившаяся Ира, которая стояла между ними и смеялась, как и я над всем этим. - Ты мне помешала победить его! – крикнул на меня Брайан через весь двор. – Если бы ты не соединила свою стихию с моей, – я бы его побил и доказал, что я прав! - Вы равны, - крикнула я ему. – Если бы вы не зашли так далеко - я бы не вмешалась чтобы … Я не успела договорить, как он продолжил. - Ты хотела помешать мне, бестелесное облако! - яростно крикнул он мне. Микель и Ира посмотрели на него и сказали (я услышала, что, только благодаря ветру) - Ты хочешь, чтобы мы повторили, – с угрозой спросила Ира. - Мы все видели, что только из-за того, что Никине хотела нас спрятать от чужих глаз, ты не победил. – Твердо и неопровержимо закончила Ира. - Я не хочу больше продолжать разговор, и тем более, я устала от таких тяжелых разговоров с элементами повышения голоса, - сказала я ветру. – Отнеси меня куда-нибудь. После моих слов, меня объял туман,а ветер поднял вверх. Появился порыв ветра, за который я ухватилась и полетела. Туман со школы испарился и только тогда владеющие силами земли, воды и огня заметили, что я уже исчезла. - Все мы должны вернуться домой, - сказала немного уставшая Ира. – Она сбежала... Мы должны пойти по домам. Но до этого вы оба должны все восстановить. - Ей было тяжело, но она собралась с силами и демонстративно пошла домой пешком. Микель и Брайан, не смотря друг на друга, стали восстанавливать все, что они испортили. После трех часов непрерывной работы, они поехали по домам на своих лимузинах. Так мне все передал ветер. Тем временем, я еще сидела на порыве, смотря на город N с высоты птичьего полета. Я была и рада и расстроена одновременно. Рада, потому что узнала в первый же день, что таких, как я, целых трое. Но огорчена тем, что, попытавшись спрятать их от неприятностей, меня назвали «бестелесным облаком». Выдохнув, я легла поудобней на дуновение и расслабилась. Я не могла долго задумываться о проблемах. Мне становилось тяжело думать хоть пять минут только об одном. За это меня всегда ругали мои родители в Токио. Всеми порывами ветра! Да сейчас же уже четыре часа ночи! Мне срочно нужно домой, несмотря на то, что мои новые родители наверно уже обзвонили все морги и больницы! Попросив ветер как можно быстрее донести меня до дома, я полетела как ястреб. Раньше я тоже использовала самую большую скорость ветра, чтобы прилететь на определенное место как можно раньше, но я никак не ожидала от самой себя то, что эта способность понадобиться мне в первый, же день. Нет, к моему удивлению и счастью, когда я только переоделась в шелковую пижаму, и легла в кровать, ко мне никто не прибежал и не стал читать нотации. Они, в отличие от меня, уже, оказывается, спали. И как только я коснулась головой подушки – сразу же заснула.