Оковы любви на цепях ненависти

Глава 3 Крис съехал по стенке душа и уткнулся лицом в свои колени, не обращая внимая на то, что вода уже минут двадцать бьет по его телу сильными струями. Зачем Алекс это делает? Вот что его волновало на данный момент и не давало спокойно расслабится, потому что нахождение Альфы рядом его очень напрягало. Он отвык от такого мужа, поэтому некоторые его действия вводят омегу в легкий ступор. За все двадцать пять с лишним лет, он никак не мог до конца понять свою пару, потому что Каулитц изначально не был святым и в свои молодые годы творил вещи пострашнее того, что он делает сейчас. Тогда почему Крису хочется удавиться, когда он только думает о том, что ему придется провести несколько дней, а то и недель, в компании мужа? Если это закидоны их связи, тогда что способствует ее влиянию на них? Чувства? Остатки привязанности? Смешно, ничего не скажешь, особенно, если учитывать тот факт, что оба готовы вцепиться друг другу в глотку. Омега шумно вздохнул и поднял лицо навстречу горячей воде, инстинктивно желая, чтобы с ее потоками из его мыслей исчезло настойчивое воспоминание того, как сильные руки обхватывали его за талию и ноги, а терпкий запах въедался в легкие с поразительной легкостью. Крис замотал головой, пытаясь освободить мысли от ненужного бреда, но все равно что-то царапало внутри, что-то выжигало вены и заставляло тихо скулить, как побитая собака, чтобы было не так больно. Он мог поклясться в том, что Альфа чувствует все иначе, не так остро, раз может играть на его чувствах и остатках гордости. Хотя какая гордость или самоуважение может быть у него, человека опустившегося ниже некуда и собственноручно оттолкнувшего своих детей? Жалкая блядь без чести и морали, которая и жизни не заслуживает. После всего, что он сделал… Крис правда хотел удавиться, потому что осознание этого из года в год трепало ему нервы и не давало спокойно жить. Да и последующие измены с его стороны были своеобразной попыткой уйти от реальности в еще большую гниль, чтобы сам себя перестал уважать и жалеть. Кристофер поднялся на ноги и выключил воду. Сидя здесь и тем самым оттягивая разговор с мужем, он делу не поможет. В конце концов, и Алекс невинной овечкой не был, с его-то выходками в прошлом и теперешним поведением, он тоже порядочного супруга не напоминал. Крис криво усмехнулся и вышел из душа, наспех вытираясь полотенцем. Если вспомнить все их ссоры, то можно справедливо сделать вывод, что они - те еще психи доморощенные, так что, смотря на сегодняшнее поведение удивляться нечему. Омега провел расческой по мокрым волосам и вздохнул, разглядывая свое лицо, с легким негодованием замечая серость кожи и тусклый взгляд. Он скрипнул зубами и подавил желание плюнуть в свое отражение, потому что внутри вновь поднималась собственная гниль и презрение к себе. Накинув на плечи халат, Крис вышел из ванной и направился вниз, морально готовясь к столкновению с мужем и новой возможной ссоре. Не сказать, что он горел желанием опять начинать разговор с яда и сарказма, но это не от него зависело, а от того, как поведет себя Александр. Решит он опять выяснять отношения или даст передышку хотя бы на несколько часов, вот что сейчас волновало омегу, который спускался по лестнице на первый этаж. Альфа сидел за столом и курил, смотря в окно. Он помнил, как еще совсем недавно в этой кухне Билл чуть не убил Криса, за его слова, брошенные в порыве бешенства и злости. Он так же помнил и то, что сам ругался с мужем здесь же. Прямо поле битвы какое-то, а не кухня. А теперь он снова тут, только вот внутри состояние если и вменяемое, то точно уж слегка взбешенное и по всем статьям странное. Алекс вздохнул и закрыл глаза, стараясь прислушаться к тому, что творилось внутри. Былое нормальное с натяжкой настроение исчезло, сменяясь привычной легкой горечью и едва заметной пустотой. Альфа невольно напрягся, когда его настиг знакомый запах лотоса и белого вина, которым пах только Крис, но сам омега не предпринял попытки затронуть его или как-то задеть. Он прошел по кухне и молча налил себе чашку кофе, после чего сел напротив мужа и уставился в черноту напитка. Алекс фыркнул, туша сигарету в пепельнице и складывая пальцы в замок, чтобы не сорваться ненароком. Хоть его и бесило порядком такое поведение, он не собирался идти у своей злости на поводу, потому что понимал, какие могут быть последствия. — Так и будешь молчать? — Алекс вопросительно вздернул бровь, непроизвольно сузив глаза в узкие щелки. Крис едва слышно вздохнул и поднял на него усталый взгляд. — Это ты предложил поговорить, я лишь даю тебе возможность это сделать. Говори же, Александр. Альфа подавил в себе желание зарычать как разъяренный зверь, потому что его задело то, что муж стал его игнорировать и скрывать свои эмоции за маской безразличия и мнимой покорности. Он прекрасно знал, что Крис врет, что он сам думает, как бы сплавить его подальше, чтобы под ногами не мешался, но здесь играл сам факт их шаткого перемирия, которое позволяло им кое-как общаться между собой. Алекс сухо ухмыльнулся, принимая молчаливый вызов со стороны омеги, и проговорил, не спуская с него глаз: — Ладно, раз ты опять решил включить в себе жертву, просто слушай, что я скажу. Знаешь, в связи с последними событиями, я хотел бы просто уточнить. Зачем ты наглотался таблеток? Крис, ты же не слабохарактерный невинный мальчик, которому в первый раз в жизни разбили сердце. Себе-то хоть не ври, ты знаешь, какой ты на самом деле и тебе ебет осознание этого факта, я прав? Опустим сейчас детей и просто поговорим о нас, а точнее о том, что нас держит вместе. Как я говорил раньше, это наша природная связь. Какой бы блядью и тварью ты не был, а остатки тех чувств, что были раньше во мне, остались на месте и я не знаю, чего хочу больше, возродить их снова или выдернуть с корнем. Если первый вариант - тогда нам еще неизвестно сколько придется трепать друг другу нервы, пока в конце концов мы не задушим друг друга, если же второй - тогда ты загнешься уже через месяц, потому что не выдержишь разрыва связи. Вот теперь я хочу спросить, ты согласен на развод или попробуем все-таки восстановить нашу семью? Крис не смог сдержать нервного смешка. Он сделал большой глоток кофе и с усмешкой посмотрел на мужа, хотя на самом деле ему хотелось вцепиться в лицо Альфы ногтями и разодрать нахер эту брутальную привлекательность, которая даже сейчас действовала на него. Заодно и упрямую уверенность в своих словах выдрать с нервами. — Ублюдочный сукин сын, — растягивая гласные и безумно улыбаясь, проговорил омега, смотря мужу прямо в глаза, — ты правда думаешь, что я такое тепличное растение, что от разрыва с тобой подохну? Дорогой мой, да после того, что я в прошлом пережил, и по твоей милости тоже, я буду жить еще лет пятьдесят, если, конечно, никто из наших сыночков не пустит пулю мне в лоб. Почему я наглотался таблеток? Наверно потому, что хотел знать, прибежишь ты по первому зову, или так и будишь трахаться со своим Станисом. Твои слова про связь не бесплодны, признаю, ибо сам я страдаю от нее, хоть и хочу избавится всеми фибрами своей души, но тут у меня к тебе ответный вопрос. Ты сам-то готов к разрыву, а, Каулитц? — Сучка элитная… — Алекс растянул губы в хищной улыбке, не разрывая зрительного контакта с мужем и подмечая каждое изменение в его мимике. — Вот значит как? Решил сыграть на моих инстинктах, чтобы я почувствовал себя виноватым в твоей смерти и корил себя оставшуюся жизнь. Только вот не боишься ты, что я окончательно сорвусь и превращу тебя в именно то тепличное растение, которым ты так не хочешь быть? Эльфи, осторожней со словами, не то шею быстро сломаю. И да, ответ на твой вопрос… Знаешь, дорогой, после того, что я знал о тебе в прошлом и свидетелем чего стал сейчас, я не особо расстроюсь, если ты вдруг умрешь. Крис усмехнулся, неторопливо поднимаясь на ноги и выходя из-за стола. Он не думал и дальше спорить с мужем или что-то доказывать, он просто хотел выдернуть ему кишки и связать их бантиком за то, что Альфа посмел вообще поднять эту тему. Наверно поэтому его глаза сверкнули безумством, когда он со всей силы ударил супруга в челюсть, заставляя его голову мотнутся в сторону. Алекс хмыкнул, слегка подвигав подбородком, и схватил мужа за волосы, головой прикладывая его об стол, потому что на первый план вышло желание подчинить и сломать строптивого наглеца, а потом хорошенько выдрать его и убить, уже не обращая внимания на жалость или какие-то чувства.