And the morning seems so grey

Тишина июньского утра казалась нездешней, нереальной после шумного выпускного вечера. Дождь мерно барабанил по крыше, успокаивая, и делая это утро более привычным. Немного растрепанный после бессонной ночи юноша отошел от окна, через которое он долгое время рассматривал школьный двор. За тем его внимание привлек шум в коридоре. Быстрые шаги по лестнице, неощутимый для нормального слуха стук капель дождя о каменный пол. Некто в коридоре помедлил секунду, прежде чем повернуть в класс, где находился Ремус. - Возьми огневиски на столе, - не оборачиваясь к двери, бросил Люпин, - тебе будет полезно, Бродяга. - Как ты… - начал Блэк недоуменно, быстро накладывая осушающие чары на свою одежду . - Догадался? Обоняние, - пожал плечами Ремус. Он внимательно смотрел на друга. Сириус небрежным движением поправил длинные волосы, небрежно собирая их в хвост. Затем Блэк сделал пару глотков из бутылки, оставленной другом. Хорошенько потряс ее, надеясь получить еще. - Всего несколько капель! – разочарованно сообщил Сириус, - И тебе не стыдно? Тем времен он запрыгнул на парту напротив друга, сверля последнего взглядом, словно пытаясь пробудить в нем совесть. - Ну должен же я был как-то отметить прощание со школой? – меланхолично отозвался Ремус, никак не реагируя на взгляд друга. - Так так так, - Сириус небрежной походкой приблизился к другу, крепко схватил его за руку, чтобы тот не удрал, - То есть после того, как мы ушли, ты целую ночь провел здесь один с бутылкой? - Почему? – спокойно отозвался Ремус, понимая, что бежать некуда, - Я еще Хвоста до спальни довел. - Рем! – прорычал Сириус, - Так нельзя! Я знаю как минимум двух девушек, которые хотели бы провести этот вечер с тобой. На это Люпин ничего не ответил. Тем временем дождь начал стучать все настойчивее, превращаясь в настоящий ливень. - Прости, я не хотел, - Блэк отпустил Люпина. Его взгляд упал на крышку парты, стоявшую перед ними. Ее же разглядывал Ремус. На дереве было аккуратно вырезано « J. Potter”. - Послание для потомков, - хмыкнул Сириус. - Она ничем не стирается, я пробовал. Спросить, зачем Ремус пытался стереть надпись, Сириус не успел, так как в это время в комнату влетел Поттер. - О чем вы говорите? – громко спросил Джеймс. - О тебе, - ответил Сириус. Хотя Поттер и промок до нитки, казалось, его это ни капли не волновало. - Ремус, тебе не кажется, что наш друг неприлично счастлив? – вкрадчиво поинтересовался Сириус. - Еще как! Вот послушай, мы с Лили… - Хватит! – откликнулся Сириус, демонстративно затыкая уши, - я не хочу знать про всю эту романтику. Ремус смущенно улыбался, глядя за начинающейся перепалкой друзей. Он знал, что все это не всерьез, знал, что Бродяга рад за друга, и лишь что-то, вроде некого обязательного ритуала заставляет Сириуса каждый раз высказывать свое недовольство. Юноша отошел в сторону, не мешая Джеймсу и Сириусу играть в их любимую игру. Он оглядел класс, в котором так необычно было, находиться раним утром. Еще несколько часов, и поезд увезет их в Лондон, чтобы уже никогда не привезти обратно. Жизнь неуловимо меняется, оставляя за спиной все такое привычное – уроки, профессоров, домашние задания, шалости, наказания. А за стенами Хогвартса уже во всю идет настоящая война. - Ты чего? – Джеймс вдруг тоже стал серьезен, поймав настроение друга. - Страшно мне, - в таком можно было признаться только самым близким людям. - Мне тоже, - признался Блэк. Превратившись из безбашенного Мякголапа, которому на все плевать, в какого-то незнакомого Ремусу человека. Более взрослого, чем знал Люпин. Хотя возможно, Сириус и был взрослее, чем они все. - Ладно вам разводить панику, парни, - Джеймс обнял за плечи Ремуса с Сириусом. Ему самому было не по себе, но кто-то должен был оставаться спокойным, - Мы справимся, обязательно справимся! Друзья? - Навсегда, - ответили ему два голоса одновременно. А за окном в это время бушевала гроза, как символ новой жизни, что караулила их за стенами Хогвартса.