Сосед из дома напротив

Очевидно, припоминая прошлый опыт, Хань старался вести себя предельно осторожно. Он покрывал мое лицо невесомыми поцелуями, после которых все внутри трепетало от волнения, и одновременно придерживал за талию, чтобы мне было комфортнее в его объятиях. Когда влажные губы накрыли мой рот, неторопливо посасывая нижнюю губу, я блаженно прикрыла веки, но стоило его языку скользнул глубже, встречаясь с моим, как я вздрогнула и уже хотела отстраниться. Почувствовав напряжение, Хань осторожно погладил меня по щеке, дабы успокоить. И кто бы мог подумать? Нежное прикосновение подействовало, словно волшебное заклинание. Отпустив все свои страхи о том, что Лу может сделать что-то не так, я расслабилась в его крепких руках и почувствовала, как подкашиваются ноги от тянущего ощущения внизу живота. Поцелуй бы мог продлиться дольше, но стук в дверь резко прервал нашу идиллию. Мы едва успели отскочить по сторонам, прежде чем мама заглянула в комнату. — Сора, я иду в гости к госпоже Ким, она меня просила зайти… Так что ведите себя прилично! — сказала женщина, подозрительно взглянув на моего друга. — Кстати, о приличиях… Где твоя футболка, Хань? — Да Сора облила меня чаем! Пришлось застирать… Теперь вот жду, пока высохнет, — отмазался шатен, вертя в руках телефон. — Ну как всегда… — кажется, она даже не удивилась. — Сора, милая… Приготовь заранее свечи. Скорее всего, сегодня тоже отключат электричество, управляющая компания опять какие-то технические работы проводит. — Хорошо, — только и бросила я напоследок. Мать не стала нас больше смущать расспросами и поспешно удалилась. Видимо, уже опаздывала. После ее ухода в комнате повисло неловкое молчание. Наш поцелуй так бесцеремонно прервали, что я даже немного растерялась. Хань пришел в себя первым и неторопливо подошел ко мне со спины. Его руки легли мне на плечи, слегка разминая, но вроде бы легкий массаж заставил меня поежится от неприятных ощущений. Может, мышцы потянула? Такое ведь нередко случается, когда пытаешься дотянуться до нужной полки в магазине. Однако парень сразу заметил что-то неладное. — Тебе больно? — обеспокоенно спросил он, едва касаясь болезненного участка. — Немного… Наверное, перенапряглась на работе… — отвечаю я, но Лу без всяких объяснений убирает в сторону волосы и оттягивает и без того широкий ворот моего платья. — Ого! Да у тебя тут синяки! — вскрикивает кареглазый, вот только когда до него доходит откуда они взялись, вопли возмущения тут же застревают у него в горле. — Это моя вина… Я сегодня вспылил, абсолютно не подумав, что тебе может быть больно… — виновато произносит Хань, злясь на самого себя. — Прости меня, если сможешь… Он вдруг принялся целовать те участки, по которым тонкой паутинкой расползлись поврежденные капилляры. Вот и что я могла ответить, когда его теплые губы так нежно блуждали по моему оголенному плечу? Следом проворные пальцы подцепили мешающую бретель и ловко приспустили ее вниз. Напрочь позабыв о незначительной боли, я буквально тонула в объятьях лучшего друга. За незашторенное окно в этот раз можно было не переживать. Сумерки подбирались так быстро, что любопытный сосед при всем желании ничего не увидит, даже если нарочно будет подглядывать. Развернув к себе лицом, Лу одним движением собрал мои распущенные волосы на затылке, а затем медленно проложил языком влажную дорожку от ключицы до самого уха. От незнакомых ощущений кожа мгновенно покрывалась мурашками, а каждое новое касание юноши отзывалось приятной дрожью в ногах. Перебирая мои позвонки сквозь тонкую ткань, Хань заставлял меня выгибаться ему навстречу. Правильно ли я поступаю, позволяя ему делать нечто подобное? Эти мысли отошли на второй план, когда ладони парня легли мне на бедра и не спеша поползли вверх по ягодицам, попутно задирая подол платья. А уже в следующее мгновение Лу и вовсе подхватил меня на руки, словно пушинку. Оказавшись прижатой к зеркальной дверце платяного шкафа, я вскрикнула от неожиданности. Холод глянцевой поверхности немного отрезвлял разум, но стоило юноше слегка сжать мою грудь, как возбуждение прилило с новой силой. — Х-хань… — тихо стону я, пока друг старательно ласкает языком чувствительную мочку уха. — Я хочу тебя… Сора… — страстный шепот в ответ, и доказательство его хотения без всякого стеснения упирается мне прямо между ног. От этого резко бросает в жар. Ведь стоит лишь представить, что Лу станет моим первым мужчиной, как все внутри сжимается в один огромный комок волнений. Только вчера он признался мне в своих заветных чувствах, а уже сегодня мое тело объявило мне протест и жаждет его прикосновений. Какого черта, спрашивается?! Я бы никогда не подумала, что он с такой легкостью подчинит меня себе. Буквально задыхаюсь от мысли, что лучший друг может мне нравиться. Неужели столько лет я обманывала себя, маскируя истинные чувства дружбой? Мне ведь всегда доставляло удовольствие наблюдать за ним в пекарне: перемазанное мукой лицо, испачканные в тесте руки, счастливая улыбка на губах. И это только один из тысячи примеров! Пропади Хань из моей жизни, и я сойду с ума от одиночества и тоски… — Лулу… — шумно выдыхаю, и парень тут же заглядывает мне в глаза. — Что-то не так? — его мутный взгляд выжидающе изучает эмоции на моем лице. — Я просто… Пожалуйста, будь со мной нежным… — говорю это, и шатен лишь понимающе кивает. Его губы с еще большим рвением увлекли меня в очередной сладкий поцелуй, а я наконец осознала, что Хань мне больше никакой не друг. С этого момента он никто иной, как мой возлюбленный…

***

После всего произошедшего мы еще долго нежились в постели, тесно прижавшись друг к другу. Хань поглаживал меня по плечу, периодически целуя в макушку. Он наверняка не мог нарадоваться столь желанному подарку судьбы, ведь такое ему разве что в самых смелых снах снилось. Однако сейчас я была рядом, и парень был на седьмом небе от счастья. Не дожидаясь маминого возвращения, мы наскоро приняли душ и оделись. Футболка Лу к этому времени благополучно высохла, так что он больше не щеголял по дому с голым торсом. Пусть и не так сильно, но меня это по-прежнему смущало. Мы сидели и болтали на кровати, всецело поглощенные обществом друг друга, когда работающий фоном телевизор неожиданно умолк, а вместе с ним отрубился и свет, и все остальные приборы в доме. — Ай! Опять они за своё! — недовольно воскликнула я, подскакивая на ноги. — Да ничего страшного не случится, если мы посидим в темноте… — коварно отозвался Хань. — Ага… Страшное случится, когда моя мать вернется и надает нам обоим подзатыльников! Не хватало еще, чтобы она нас в такой обстановке застукала, — выудив из ящика стола пару свечей и спички, я зажгла огонь. — Ты ж мой маленький Прометей! — усмехнулся шатен, а у меня в голове аж неожиданно мысль о соседе промелькнула. Я буквально замерла на месте, когда взгляд прошелся по его тоскливо темным окнам, ведь в доме Сехуна не было и намека на зажженные свечи. Ни одного крохотного отблеска на стеклах. И почему у меня на душе будто кошки скребутся? Этот парень велел обо всем забыть, но я, хоть убей, не могла... Стоило только представить, как он сидит там один в темноте, и ладони тут же предательски потели от ужаса. Возможно, его жизнь совершенно не должна меня волновать, но она волновала, и от этого было не откреститься. Сердце так и разрывалось от беспокойства. — Слушай, Хань! А тебе завтра разве не рано вставать? Ты вроде говорил, что у вас важный заказ, и тебе нужно помочь отцу… — язык болтал быстрее, чем я успевала сообразить. — Ой, точно! Совсем забыл! Спасибо, что напомнила! — вскрикнул он, глядя на время. — Ты как? Не боишься оставаться одна в пустом доме? Может, мне все-таки подождать, пока госпожа Чхве вернется? — Да не! Все в порядке… Я, наверное, просто лягу спать! «Боже! Что я несу?!» — проносится в голове, но желание проверить все ли в порядке у Сехуна пересиливает здравый смысл. — Люблю тебя, ягодка! — заботливо погладив по голове, Лу поцеловал меня на прощание. Подумать только… Я сплавила своего новообретенного парня домой ради какого-то соседа, у которого якобы боязнь темноты и которому на меня совершенно плевать. Максимально паршивое ощущение… Однако не могла же я позвать Ханя с собой?! Он бы точно решил, что я над ним издеваюсь. Подождав пока шатен окончательно растворится в ночном мраке улицы, я наскоро переоделась: нашла в шкафу джинсы с рваными коленками и свободную футболку, а уже на выходе надела ветровку и любимые кеды. Так и начался мой очередной поход к дому О… Решив, что стучать в открытые ворота самая бесполезная вещь на свете, я тихонько прошла во двор, озираясь по сторонам. В окнах по-прежнему царила темнота, и это определенно настораживало. Миновав быстрым шагом небольшие ступеньки у входа, я осторожно пробралась внутрь, и стоило двери за мной захлопнуться, как остатки лунного света поглотила тьма. В помещении стояла гробовая тишина, и только половицы едва поскрипывали под ногами. В общем, атмосферка была что надо! Насколько я помнила, именно так и начиналась добрая половина пересмотренных мною ужастиков. Однако, как бы не тряслись мои поджилки, где-то тут был человек, которому сейчас в разы страшнее… Передвигаться по особняку приходилось практически на ощупь, но оно того стоило — оказавшись в гостиной, я наконец услышала едва различимый плач. До меня, к сожалению, не сразу дошло, откуда именно он доносится, поэтому в поисках источника звуков мне пришлось немного поплутать по этажу. Всхлипы стали отчетливее, лишь когда я вошла на кухню. Там-то, за островной тумбой, и обнаружилась моя пропажа, однако картина, представшая перед глазами, повергла меня в шок… Даже без света было различимо, как сосед сидит на полу, слегка покачиваясь, словно маятник, вперед-назад. Его трясло, но он изо всех сил старался подавить панику, уткнувшись лицом в колени и обхватив подогнутые к груди ноги руками. — Сехун? — тихо произнесла я, чтобы, не дай бог, не напугать О еще больше, а затем приземлилась на корточки рядом с ним. — А?! — оторвав голову от колен и не веря собственным глазам, парень посмотрел на меня, как на призрака. — Сора?! Ты как тут оказалась? — в его дрожащем от слез голосе проскочило нескрываемое удивление вперемешку с неким облегчением. — Эм… Прости, что зашла без спросу. Свет ведь вырубили, а дверь оказалась не заперта… — виновато произнесла я, но блондину, кажется, было глубоко плевать на извинения. Вместо того чтобы отчитать за вторжение, он бесцеремонно притянул меня к себе и уткнулся носом в мои все еще влажные после душа волосы. От такого поворота событий у меня аж перехватило дыхание. Сехун всхлипывал у меня на руках, словно маленький ребенок, которого бросили на растерзание самым потаенным страхам души, и мне не оставалось ничего другого, кроме как обнять юношу в ответ. Прижавшись щекой к макушке, я размеренно поглаживала О по волосам до тех пор, пока он не начал успокаиваться. Даже не представляю, насколько силен должен быть страх, чтобы человек вот так реагировал! Меня бы на его месте, наверное, вообще истерикой накрыло, да такой, что я бы даже родную мать не признала, появись она передо мной. От этих мыслей я невольно поежилась и прижала Сехуна к себе еще крепче. — Ты так приятно пахнешь… — неожиданно прошептал парень, а мое лицо, с вероятностью в сто один процент, покраснело, как маков цвет. — Нашел время для комплиментов… — я постаралась тут же сменить тему. — Лучше скажи, какого черта ты до сих пор сидишь на кухне в потемках? Нужно было давно зажечь свечи! — Я не смог… Меня буквально на месте парализовало, когда свет резко погас… — пытался оправдаться сосед, все еще подрагивая от мышечных спазмов. — А все свечи, как назло, остались в моей комнате… — На твоем месте я бы уже распихала их по всему дому! — посетовала я, в то время как Сехун начал постепенно приходить в себя, отвлекаясь на незамысловатые разговоры. — Идем наверх, я уложу тебя спать и пойду домой… У меня не так много времени до прихода матери! — Ты не останешься? — интонация его голоса вновь становилась тревожной. — Слушай! На меня и так целый ворох проблем свалился из-за вчерашней ночки… А кое-кто и вовсе сделал вид, будто ничего не было… Спасибо, но с меня хватит! — Тогда давай я переночую у тебя? — выдал Сехун с самым невозмутимым видом, отчего у меня едва челюсть с полом не поздоровалась. — Чего?! — только и выпалила я. — О Сехун, ты совсем обнаглел? С чего взял, что я вообще на порог тебя пущу?! — Сора, да я сдохну, если останусь в этом доме один!.. Как бы мне не хотелось этого признавать, но его слова звучали убедительно, и учитывая, в каком состоянии я его тут нашла, было в пору задуматься над просьбой. Ведь если завтра здесь обнаружат хладный труп, я буду винить себя за это всю оставшуюся жизнь. — Ладно… — скрипя зубами, я все же согласилась. — Но спать будешь на полу и с утра пораньше свалишь через окно, усек?! О послушно закивал. Выбирать-то ему все равно не приходилось… В итоге, мы пробрались ко мне в комнату по-тихому на тот случай, если мама уже вернулась, но, как оказалось, дома по-прежнему никого не было. Кто-кто, а госпожа Ким умела забалтывать мою мать, как никто другой. Дабы создать соседу комфортные условия для ночевки, пришлось зажечь все имеющиеся свечи, которые расположись практически по всему периметру комнаты. Кое-как соорудив ему временную лежанку на полу, я ушла в ванную, чтобы переодеться в любимую пижаму и умыться. По возвращении мне довелось застать Сехуна, сидящего на своей импровизированной кровати в позе лотоса и листающего мой альбом с детскими фотографиями. — А ты, оказывается, еще с детства такая очаровашка! Особенно на этой… — по-доброму произнес юноша, разглядывая фотку, на которой я широко улыбалась, сидя голой задницей на дне ванны. — Эй! Кто разрешал тебе трогать мои вещи? — смущенно процедила я, отбирая у него альбом. — Так ведь уговор был только на два пункта… — тонко подметил кареглазый, а мне оставалось лишь демонстративно вздохнуть и закатить глаза. — У тебя уютная комната… С моего балкона, к сожалению, и половины не видно… — Да ты долбанный извращенец! — уже откровенно возмутилась я, краснея, как китайский флаг. — Короче, давай спать! Будильник зазвонит в восемь и только попробуй не встать! — пригрозив ему, я поудобнее растянулась на мягком матрасе. Блондин покорно улегся следом за мной, но даже полчаса спустя сон все никак не шел. Как бы я ни старалась заснуть, чтобы на утро быть бодрой и свежей, ни черта не получалось. А все потому, что О то и дело крутился с боку на бок, шурша покрывалом да и вообще всем, чем только можно. — Бога ради, О Сехун! Ты можешь просто лечь и не двигаться? — шепотом проворчала я, подскочив лицом с подушки. Завидев мой испепеляющий взгляд, парень был обязан утихнуть, но да… Шла бы я лесом! — Не могу… Мне не удобно… Пары одеял, что ты постелила, слишком мало! Все равно, что на голом полу лежу! У меня к утру все тело болеть будет… — жалобно пролепетал парень. — Ох, извините! — окончательно подрываюсь на кровати, мысленно давая ему пару подзатыльников. — Тебе тут не пятизвездочный люкс вообще-то! Довольствуйся тем, что есть… Сам же в гости ко мне напросился! — Но у тебя ведь большая кровать! Мы бы и вдвоем уместились… — развел руками юноша. — Я не буду приставать, если ты об этом беспокоишься! Мы ведь уже спали вместе… «Ага! Спали… И чем это закончилось?!» — подумала я, озадаченно почесав затылок. Вспомнив сегодняшнее утро, мое лицо в очередной раз залилось краской. Мысли о случайном поцелуе настойчиво лезли в голову, но я быстро отмела их, приведя лишь один аргумент, который незамедлительно озвучила вслух. — У меня вроде как парень теперь есть… — голос слегка дрогнул. — Серьезно?! Ты же еще вчера говорила, что вы не встречаетесь… — глаза Сехуна широко распахнулись от удивления. — То было вчера… Жизнь, знаешь ли, не стоит на месте! — А ты, очевидно, из тех, кто времени даром не теряет?.. — хмуро процедил О. Еще раз пройдясь взглядом по моему лицу, блондин как-то резко отвернулся и лег на другой бок. Перепалка вышла сумбурной, но сути претензии я так и не уловила. Чего он вдруг обиделся?.. — Слушай! Уж не знаю, что там у тебя в голове творится, но раз мы опять ночуем вместе, я бы все-таки хотела знать, почему утром ты просил меня забыть о вчерашнем? — Тебе действительно нужны объяснения? — спустя некоторое время он все-таки развернулся и ответил, а я лишь выдавила короткое «угу». — Я посчитал, что так будет лучше… — И для кого же, позволь спросить?! — Думал, что для обоих, но от позора уже в любом случае не отмыться, так что… — Что?! Какого еще позора, Сехун? — я едва не прыснула от смеха, но сдержалась, видя серьезный взгляд напротив. — Еще скажи, что после всего, что ты видела и слышала, я не выгляжу в твоих глазах, как полнейший слабак и нытик?.. Похоже, О в самом деле был озадачен моим мнением на этот счет. — Я тебя, наверное, сильно разочарую, но — нет… У меня и в мыслях подобного не было… К тому же, с каких пор откровенность и фобии считаются чем-то предосудительным? Ты же не преступник какой, чтобы я тебя за это презирала… Кареглазый облегченно выдохнул и даже позволил себе улыбнуться. — Очень лестно это слышать, но все же для парня вроде меня совершенно не круто показывать свои слабости. Особенно перед такой, как ты… — А что во мне особенного?.. Стук в груди с каждой секундой становился все громче, и казалось, вот-вот достигнет ушей Сехуна. Глупое, глупое сердце! Почему рядом с этим парнем оно вечно сходит с ума, реагируя чуть ли не на каждую брошенную вскользь фразу? Что ни встреча, то хождение по острию ножа... — Ты — искренняя, Сора! Не пытаешься красоваться передо мной и ведешь себя естественно. В моем окружении таких девушек не то что мало… Их попросту нет! — Тогда, может, стоит сменить окружение? — усмехнулась я себе под нос. — Как раз над этим работаю. Осталось только защитить диплом… — Так ты учишься? — брови сами собой поползли на лоб от удивления. — Приходится… Отец настоял, чтобы я закончил факультет бизнеса, но толку-то от этого?.. — блондин устало потер виски, размышляя о чем-то своем. — Все четыре года как в брачном агентстве провел… Одногруппницы только и думали о том, как бы забраться ко мне в постель. Я ведь для них ходячий денежный мешок с хорошими перспективами на будущее. А то, что смазливый… Так это бонус, потому что на остальное им плевать. Даже не представляешь, как бесит такое отношение! — Тебя послушать, так перед тобой ни одна девушка устоять не может… Тот еще сердцеед! — не без нотки сарказма произнесла я. — Но ты не расслабляйся! Вот прознают о тебе местные красотки, и можешь готовиться к новым очередям. — Да больно надо… — фыркнул он, наморщив нос. — Ничего не поделать… Если ты бежал от жизни богатенького мальчика, нужно было выбирать домик поменьше, тачку поскромнее… Ты хоть в курсе, что твой порше привлекает к себе внимание похлеще любой пожарной сирены? — Если бы я хоть что-то из этого выбирал… — В смысле? Хочешь сказать, тебя и в этот дом насильно засунули? — Именно… — взгляд, от которого хотелось раствориться в воздухе. Совершенно безумное предположение, на удивление, оказалось правдой, однако истинная причина переезда соседа по-прежнему оставалась загадкой.