Чего не спишь, брат?

Локи приблизился к изголовью кровати, на которой спал Тор. Почему его так успокаивал вид старшего брата сын Одина объяснить не мог. Может, оттого, что он такой большой и надежный? Верный, словно пес, и несокрушимый, как скала? За ним прятаться легко и верно, и пользовался Локи этим с лихвой – никто больше в Асгарде не мог похвастаться таким несокрушимым щитом. А спящий бог грома был таким… таким притягательным. Локи слегка склонился над лежащим братом, лаская его блуждающим взглядом. Глядя на него Локи абстрагировался даже от вечно мрачных мыслей. А Тор спал. Могучая грудь его была обнажена, и легкое одеяло прикрывало лишь нижнюю часть тела. Медовые волосы рассыпались по подушке, и пушистые ресницы слегка подрагивали во сне. Насколько мирно спал бог грома, настолько же мирно было вокруг. Казалось, во всем Асгарде царила идиллия, и ни одно облачко не заслоняло сияния огромных звезд. Локи вздохнул – конечно, ни в одном из девяти миров не было более совершенного создания, чем Тор. Такого сильного и могущественного, столь доброго и всепрощающего, такого светлого… "И красивого", – совершенно по-братски подумал Локи. По-братски же, да? Начав сомневаться в правильности своих мыслей, Локи, отчего-то, чертыхнулся и вновь вернулся в черную бездну своих мрачных дум. И вновь увидел кошмар, явившийся ему во сне, – Тор, тонущий в какой-то ядовитой жиже. И причиной тому он – Локи. И так плохо, страшно и омерзительно стало от этой мысли, что, казалось, все тело Локи скрутило от боли. А Тор проснулся. Просто вдруг открыл глаза – будто импульс беспокойного разума брата достиг его мозга. - Локи? – удивленно и сонно спросил он, как только глаза привыкли в темноте и он смог разглядеть, кто посетил его в столь поздний час. – Не спится? Локи вздрогнул. - Тор… - неуверенно протянул он, вдруг осознав, что не может объяснить причины прихода к старшему брату. – Я… - Снова кошмары? – прервал тот. - Да…. - Что ты видел? - Небо разверзлось над Асгардом… А ты, ты тонул… - Я? – рассмеялся Тор. – Я умею плавать, ты ведь знаешь. Иди сюда! - Нет, Тор, я… - Иди, - повторил Тор, схватив брата за руку и потянув на кровать. - Я думаю, я уже смогу уснуть, а потому лучше пойду… - Знаю я твое «смогу уснуть», - прервал Тор и, надавив ладонью на грудь Локи, заставил опуститься на соседнюю подушку. – Спи! – в последний раз сказал он, но руку не убрал. Да Локи уже и не собирался вырываться. Внезапно почувствовав негу и спокойствие, разливающееся по телу, он мягко отдался в объятия накатывающего сна. Ему снились зеленые луга и синие моря, другие галактики и далекие сверкающие звезды. Ему снилось солнце, яркое и ласкающее, окутывавшее его своим теплом, и впервые за долгие годы он не чувствовал пронизывающего холода и необъяснимого страха. И, конечно, объяснить спокойную умиротворенность своего сна присутствием Тора он не хотел. И то, что во сне в поиске тепла плотнее прижался к брату, не знал. Тор же проснулся с первым лучом солнца, обнаружив себя уткнувшимся носом в черную шевелюру. Некоторое время он соображал, что происходит. Потом попытался отодвинуться, но понял, что не сможет этого сделать, не разбудив брата. А делать это не хотелось, и, как не странно, двигало им вовсе не желание дать отдохнуть обычно плохо спящему брату, но… неловкость – признак его утреннего возбуждения твердо упирался в плотно прижатое к нему тело. Локи же, очевидно не желающий пробуждаться ото сна, крепко прижимал к своей груди руки обнимающего его со спины брата. Тор вздохнул, постарался осторожно отодвинуть нижнюю часть тела и понадеялся, что тонкое одеяло и одежда брата не позволят тому почувствовать утренней боевой готовности. Так, поразмышляв спросонья, что делать, Тор решил, что лучше поспать еще. И только он это решил, как тут же заснул. А проснувшись увидел, что Локи уже покинул его покои.

***

Последующие несколько дней братья друг друга избегали. Вернее, Локи избегал, а Тор не искал встреч. Проснувшийся зажавшим себя в объятиях Тора Локи рассудительно решил, что лучше бы не повторять данный опыт, хотя не мог не признать, что так хорошо он не спал давно. Более того, восемь часов крепчайшего сна зарядили его энергией дня на три, как минимум, поэтому последующие бессонные ночи дались ему довольно легко. Он также метался на своей кровати в тяжелой дреме, видя, как Тора снова и снова поглощает нечто ядовитое. Он вскакивал с кровати в холодном поту, боясь вновь провалиться в бескрайний ужас сна. Но днем выглядел, в общем-то, как обычно. Чего, видимо, нельзя было сказать о Торе. Локи посмотрел в небо. Что тревожило бога грома? Через день после того, как он ночевал у Тора, небо медленно стало затягивать облаками. Сначала легкими, перистыми, почти неуловимыми. Потом огромными, плотными, словно ватными. А сейчас – спустя четыре дня после памятного события – над Асгардом нависали тяжелые тучи, грозившие вот-вот разразиться дождем. Локи стало не по себе. Не то, чтобы он беспокоился за Тора, но продолжительно плохое настроение не было присуще его жизнерадостному братцу. Решив, что, наконец, пора повидаться с родственником, Локи решительно направился в трапезную. Зала встретила его теплом и гулом. Один о чем-то переговаривался с Фригг, Вольштаг как обычно поглощал свиную ляжку, где-то звучал переливчатый смех Сиф. Но Локи искал Тора. И удивился, найдя его. По опыту зная, что Тор там, где больше всего шума, Локи не ожидал увидеть того молча ковырявшимся вилкой в своей тарелке. Локи сел напротив него, спросив: - Тор, с тобой все хорошо? - Отлично, - пробурчал Тор, и Локи показалось, что тот нахмурился, посмотрев на него.