Под небесами...

Как нам и сообщили на следующий день за мной приехали часов в восемь, и отвезли в особняк Вонголы. Я была не очень рада видеть недовольную мину отца и братца, но вслух этого озвучивать не стала. Как только моя семья собрались мы поехали в город. Как я и предполагала мы поехали в Палермо. Мы там много узнали об Италии, но как только дошли до королевского дворца, то остановились и «папа» начал что-то спрашивать, но я не услышала что, так как отвлеклась на вопрос брата: —Смотри, Тсуна! Это королевский дворец!—«а то я не знаю.» — так и хотелось это сказать. Сначала я думала, что это всё, что он хотел сказать, но после он добавил—Не хочешь подойти и поближе рассмотреть его? Интуиция молчала, да и я сама не видела в его словах подвоха, вот и согласилась, но потом оказалось, что очень зря я согласилась. А сделал он следующее: подвёл меня к дворцу и сказал: —Смотри, из дворца принц выходит! Я как дурочка поверила и посмотрела на вход, но ничего не происходило. Пока я пыталась высмотреть хоть кого-нибудь выходящего из дворца, братец убежал к родителям и отвёл их подальше от дворца, а я так и осталась стоять там с маленькой надеждой на то, что они заметят моё отсутствие, но уже начало темнеть, но никто не пришёл за мной. Я уже отчаялась, когда ко мне подбежал мальчик и сказал: —Привет. Ты почему в такое время здесь и одна?—после этих слов я не сдержалась, и начала плакать, а он стоял рядом и пытался успокоить, а потом сказал: —Пойдём со мной, я тебя познакомлю со своими родителями. Кстати, меня зовут Энма, а тебя?— и мило улыбнулся мне. —Друзья зовут меня Ёши. Рада знакомству Энма.—и я тоже ему улыбнулась. —Ну вот, ты и улыбнулась Ёши! И я рад знакомству! За время этого короткого диалога мы успели дойти до его родителей. Они были очень удивлены, когда мы подошли и Энма сказал: —Мам, пап, это Ёши. Я нашёл её возле королевского дворца, а ещё она плакала. Почему она там была одна, я не знаю, но Ёши обещала рассказать, так ведь? —Да, обещала. Моё полное имя Савада Тсунаёши. Я с семьёй гуляли по городу, когда брат предложил мне посмотреть на дворец поближе, а потом обманул и убежал. Когда я подошла к тому месту, где стояли мама с папой, то там уже никого не было. Вот я и решила подождать их возле дворца, где меня бросили, но уже темнеет, а моего отсутствия никто до сих пор так и не заметил. А потом подошёл Энма, и привёл к вам. Мне больше нечего рассказать. Вот так я и рассказала им всё, что со мной случилось, и почему я была у дворца одна. Их лица преображались по мере моего рассказа сегодняшнего дня. А потом начали задавать вопросы: —Как долго ты там стоишь?—спросила мама Энмы. —Точна сказать не могу, потому что не знаю сколько сейчас времени. А стою я там примерно с одиннадцати часов утра. —То есть ты стоишь там уже девять часов? Как это родители тебя не начали до сих пор искать?—недоумевал отец Энмы. —Да маме, скорее всего, стёрли память пламенем тумана. Отец— внешний советник Вонголы, и он ненавидит меня просто за то, что я родилась. Брат меня презирает с трёх лет, когда сказали, что у меня нет никакого пламени. Тогда то и отец по большей части и начал показывать свою ненависть ко мне. Бил, унижал, презирал, а мама считала, что я в чём-то провинилась, вот и не трогала отца. Да и брат от отца не отставал, то есть тоже начал меня бить, считая, что так и должно быть, и снова мама не заступалась за меня, только на этот раз считала, что Шики, так зовут моего брата, так выражает свою любовь к старшей сестре, хоть и близнецу. Отец терпел моё присутствие, после того как узнал, что я пустышка, всего год, а потом отдал меня на опыты семье Эстранео. Там то я и узнала, что никакая я не пустышка, а носитель пламени истинного неба, но отцу об этом говорить не стала. Ещё начнёт издеваться, и говорить, что я лгу, и снова изобьёт, как провинившуюся перед хозяином собаку. Нет уж, спасибо, мне хватило двух лет опытов надо мной. Не хочу больше. Так ещё отец сказал девятому Вонголе, что я мертва, а перед этим, что меня украли. Недели две поделал вид, что ищет, а потом устроил своей «мёртвой» дочери шикарные похороны. Так что, всем глубоко чихать на то где я и что со мной. Хоть с обрыва прыгай, никто и не узнает. Они были в бешенстве, а я пыталась понять, зачем я им всё рассказала о себе, но после того, как я выговорилась, как будто камень с души свалился, а они сказали следующее: —Да как так можно относится к родной дочери! Какие же они тогда родители после этого. Тсунаёши, выслушай моё предложение, и скажи своё мнение ладно?—дождавшись, когда я кивну, он( папа Энмы) продолжил.—Ты не будешь против остаться с нами навсегда, то есть я предлагаю удочерить тебя? —Я всеми руками и ногами за ваше предложение! Вы даже не представляете, как я сейчас счастлива, что больше не увижу этих кислых мин при виде меня.—ответила я. —Тогда решено. Ёши, можешь звать нас мамой и папой.—сказала мама Энмы с улыбкой.—Теперь можешь не волноваться, мы не дадим тебя в обиду. —Да.—ответила я и улыбнулась. После этого разговора они отвезли меня к себе и представили своим подчинённым, как свою дочь. После этой встречи я больше не встречалась со своей бывшей семьёй. Я рассказала им, что у меня есть три друга, которые сбежали из лабораторий Эстранео со мной, и они встретили их радушно. Теперь я не Садава Тсунаёши, а Козато Тсунаёши. Теперь я, братик Энма, Мукуро, Кен и Чикуса всегда играем вместе, даже учимся в одной школе, только братик Энма старше нас на год, а мы(я, Мукуро, Чикуса и Кен) учимся не то, что в одной школе, а даже в одном классе, и я этому очень рада. Так прошло десять счастливых лет.