Багряная молния

— Болт*, бака, куда ты нас ведёшь?! — компания детишек лет пяти - шести следовала за неугомонным блондином. — Не обзывайся, Сарада, скоро сама всё увидишь, даттебаса! — он весело подмигнул брюнетке, на что она кинула знаменитое учиховское «Хм!». Они удалялись в лес всё глубже, приближаясь к более скалистой местности. — Боруто, ты уже всех достал со своими выходками! — полненькая темнокожая Чоучоу, еле поспевая, бежала последней. Мальчишка шествовал впереди, и ей показалось, что он её не услышал. Блондин слегка повернул голову, демонстрируя загадочную улыбку. — Это не выходки. Я просто вам кое-что покажу. Ючи Инудзука закатил глаза. — У нас из-за тебя опять неприятности будут. — А ты, клыкастый, что, струсил, даттебаса? — Боруто бы в жизни не упустил момента подразнить этого собачника. — Вот ещё! Просто я отлично помню тот раз, когда ты разрисовал каменные лица, а отмывать их пришлось нам. — Ну и рожа у тебя тогда была! — блондин залился звонким смехом. Минуты спустя дети оказались на небольшой лесной поляне. Лучи солнца пробивались сквозь густую листву деревьев, словно сквозь толщу воды, тем самым создавая эффект световых столбов. Шестёрка так и замерла на месте. Тут слова показались лишними. У каждого была своя реакция: Боруто окинул поляну победным взглядом с искрами крайней степени восхищения, так и летевшими во все стороны. Ючи присвистнул. Шикадай напряженно вглядывался в каждую деталь. Лицо Сарады было непроницаемым. Она указательным пальцем поправила очки на переносице и прищурила холодные чёрные глаза. Остальные физиономии отражали натуральный детский испуг. Деревянные стволы вокруг были исполосованы глубокими следами от когтей. На истоптанной массивными лапами — как показывали отпечатки— траве виднелись пятна крови. По поляне раскиданы сломанные ветки. Если присмотреться, можно заметить бывшую тушу кабана, валяющуюся на северо-западе и больше напоминающую бесформенный мешок с останками мяса и костей. Бедная Чоучоу заметно позеленела. Рядом послышалось урчание. — Чоу, это ведь у тебя в животе, правда? — с паникой в голосе отозвался Иноджин. — Эй, ребята! Вот вы где! Я уже вас обыскалась. Ну, вы же прекрасно знаете — детям здесь не место! На что это вы там устави… — Мираи прервалась на полуслове, округлив глаза. — Круто, да, даттебаса? Ауч!! — Сарутоби отвесила Боруто не хилый подзатыльник. — Ты, теме, хоть понимаешь, куда втянул своих товарищей и меня в том числе?! Да если хоть с одним из вас что-то случится, я буду нести за это ответственность! — куноичи трижды прокляла себя за необдуманный поступок — вызваться самой на это задание. Сиделка из нее вышла не ахти. «Они же всего лишь дети! Я и сама могу справиться» - всплыли в памяти слова, ранее сказанные ею же в кабинете главы деревни. Теперь она действительно понимала, что означала фраза Хокаге-самы - «не просто дети». — Ой-ой-ой, не строй тут из себя командира. Ты же Академию закончила только в этом году, даттебаса — мальчик сделал ироничное выражение лица. Снова послышалось урчание, а затем утробный рык. — Мираи, сзади! — первой опасность заметила Сарада. За спиной генина грациозной кошачьей походкой надвигался гигантский тигр. Животное, подойдя ближе, ударило Миру по плечу тяжелой лапой. Девушка отлетела в сторону. В глазах плясали потрясение и ужас. Её рукав порвался, и взору открылись четыре глубокие кровоточащие раны. Большая кошка приготовилась к прыжку, и именно с этого момента всё начало происходить как в замедленной съёмке: четыре рыжие лапы поочерёдно оторвались от земли в направлении Сарутоби, мелькнул хрупкий силуэт, выхватывая из ножен девушки кунай… Секунда и животное падает на землю, не в силах подняться. В полосатых плечах торчат два клинка, блокируя движения передних конечностей. Между хищником и жертвой, блестя шаринганами с одним томоэ, стояла Сарада в полной боевой готовности, скрещивая руки в блоке.

***

— Седьмой! Докладываю. Нашлись пропавшие дети во главе с Боруто. На них напал тигр. Кроме Мираи Сарутоби никто не пострадал, — взгляд Шикамару был затравленным, показывая степень его беспокойства за дочь Куренай. Голубые глаза Хокаге наполнились облегчением. Он медленно выдохнул. Боруто уже не в первый раз такое вытворял, и каждый раз Наруто жалел, что не может лично пойти за сыном из-за невероятной загруженности на своем посту. — Хорошо, Шикамару, спасибо. Где они сейчас? — Их разослали по домам. Блондин кивнул, а затем нахмурился. — Хм… а разве в наших лесах водятся тигры? — он уже не единожды проклинал себя за пропуски большей части уроков в Академии. — Вообще-то нет… Этот случайно забрёл. О его доставке в родные края уже позаботились. — Очень оперативно, как всегда. Наруто опустил взгляд на стопки бумаг перед собой и снова нахмурился. В последнее время он делал так всё чаще и чаще, от чего между светлыми бровями стали появляться еле заметные морщинки. — Хокаге-сама, что-то не так? — Я же просил тебя называть меня так же, как и всегда. То, что я стал главной шишкой деревни, ещё не означает, что мы теперь не друзья, — Узумаки лукаво улыбнулся, а затем сомкнул пальцы в замок, оперевшись на них подбородком, — Но мне не об этом нужно поговорить. Я недавно просматривал архивные документы… не делай такое удивлённое выражение лица, это было не по моему желанию, да и клоны помогали. Так вот, мне попалось на глаза личное дело Орочимару. Там написано, что его посадили в тюрьму для преступников S-класса после войны. Сначала его хотели казнить, но, учитывая вклад в пользу нашей победы, приговорили к пожизненному заключению в одиночной камере. — Да, я отлично помню тот скандал. Тогда я сам стоял на стороне тех, кто проповедовал запечатывающую казнь, но Цунаде, переполненная благодарности за спасённую жизнь, настояла на сохранении его. — А она может быть доброй, когда ей хочется. Но через пару месяцев он сбежал, так ведь? И… — И был убит Учихой Саске при задержании. Не правда ли иронично - он убивает Орочимару, потом воскрешает, а потом, в итоге снова убивает, - Шикамару усмехнулся, - Так что конкретно тебя волнует? Наруто встал с кресла и, подойдя к окну, проводив взглядом очередного клона, задумчиво произнёс: — Знаешь… не думаю, что он мог так просто умереть, — Хокаге снова нахмурился. — Послушай, я понимаю твоё беспокойство, но про Орочимару никто ничего не слышал после того дня. Да и на границах стран не был замечен. Вначале я тоже думал, что уж слишком невероятно звучит весть о его уничтожении, но, сколько лет уже прошло… Наруто улыбнулся. — Спасибо, Шикамару, ты меня успокоил. Однако нам всё равно не помешает быть бдительными, даттебайо. — Хм, а ты так и не избавился от этого словечка, — Нара тепло улыбнулся, припоминая старые времена, когда Наруто еще подростком постоянно выкрикивал его любимое "даттебайо". Сейчас же Седьмой, скрепя сердце, пытался от него избавиться. Хоть это и было напоминание о матери, все же не пристало главе деревни так простонародно выражаться. — Но в одном, Наруто, ты прав, бдительность нам не помешает.

***

Сараде не терпелось уже добраться до дома и сообщить отцу хорошую новость. Интересно, во сколько лет у него появился первый томоэ, и при каких обстоятельствах? Он редко рассказывал о себе… да и вообще нечасто с ней общался, за исключением феномена в виде тренировки. Брюнетка зашла в помещение и, сняв сандалии, побежала на кухню. Там её встретила взволнованная мать. — Дорогая, слава богу, ты, наконец, нашлась. Где вы были? — Сакура подошла к дочери и, присев на корточки, с обеспокоенным взглядом обняла. — Да это Болт опять во всём виноват, - Сарада обиженно надула губки. — Не только он. Ваша вина в том, что вы его не остановили. Знаете же, что он любит выделывать, да и вас заодно втягивать. Хорошо хоть не додумался взять Химавари, а то б Хината точно... — Это не важно! Мам, где папа? — тёмные глаза светились радостью. — У себя… но он недавно с миссии вернулся и… эм… немного не в духе! — крикнула вдогонку дочери Сакура. — Ничего! У меня есть для него новости! Сарада была просто вне себя от счастья. Ей было чем удивить Учиху старшего, как она полагала. Девочка не была так взволнованна с тех пор, как впервые повстречала Саске, а было это около полугода назад, когда он вернулся из четырехлетней командировки. Она была совсем крохой, когда он ушел, и их встреча вызвала у Сарады бурю эмоций. В отличии от отца. Три смелых стука в дверь и Учиха младшая входит в отцовский кабинет. — Привет, папа! А знаешь, у меня… — Я занят, Сарада. Зайди чуть позже. Холодный голос больно, до дрожи полоснул по девичьим ушам. — Но па…— вся уверенность сразу же улетучилась. Саске сидел в своём кресле спиной к двери, и хоть брюнетка не могла видеть его лицо, она отлично чувствовала его усталость и раздражение. — Сарада, пожалуйста… — У меня появился первый томоэ! — выпалила она на одном дыхании. На этот раз отец развернулся к ней и стал оценивающе оглядывать. В глазах дочери он увидел зажегшийся красный блеск. Этим она доказала ему свои слова. — Первый томоэ, говоришь… Когда я активировал свой шаринган, проявились сразу два томоэ, да и был я тогда чуть младше, чем ты сейчас. Дети должны быть лучше своих родителей, только тогда клан будет крепчать. Ты должна работать лучше, ибо пока я не замечаю в тебе нужного прогресса. А теперь ступай. Мне надо изучить ещё кучу свитков. Саске снова отвернулся. Сарада стояла как громом пораженная. Блеск в глазах исчез, уступая двум чёрным безднам. Она тихо ушла, подарив отцу желанное уединение. Было обидно. Даже очень. Но она не плакала. Никогда…

***

— Боруто, наконец-то. Я же беспокоилась! — Хината всем своим видом показывала негодование, хоть ей, как натуре очень доброй и скромной, это было трудно. — Где папа? — мальчик так надеялся, что отец будет искать его лично. Хотя бы один раз! А он даже и клона к нему не послал. Блондин очень расстроился, и для постороннего человека это бы выглядело очень странно и непривычно. Боруто, как и Наруто когда-то, был самым весёлым, улыбчивым и шаловливым ребенком во всей деревне. — Он… он ещё не… — Хината растерялась и виновато опустила глаза. Она отлично понимала чувства сына, ведь и сама в детстве страдала от невнимания Хиаши Хьюго. — Ясно, — Узумаки младший зашагал обратно к двери. — Боруто, куда ты? — Прогуляюсь, даттебаса… — буркнул блондин и ушел. Наследница бьякугана тяжело вздохнула и медленно прошествовала в гостиную, по пути снимая коротенький розовый фартук и вешая его на стул. В уютной комнате, обшитой светлым деревом, на светлом ковре сидела Химавари. — Мам, а что с братиком? — малютка озадачено и с толикой жалости обратила взор светло-голубых глаз к матери. — Всё нормально, милая, не переживай, — Хината перевела обеспокоенный взгляд к выходу на веранду, отделённую раздвижными дверьми, дабы не волновать дочь. Улица встретила сына Хокаге палящим послеобеденным солнцем. Он, прищурившись, поднял лицо к небу. Глаза, словно два маленьких осколочка зеркала, отражали его синеву. Они были намного более насыщенного цвета, нежели у Химавари. Затем Боруто не спеша двинулся по улице в сторону Академии. Он никак не мог понять, как его отец может так долго сидеть за этими пыльными бумажками. А ведь раньше, до вступления в должность, он уделял им с Химавари почти все свое свободное время. Именно Наруто отвёл его, а позже и сестренку в Академию ниндзя. И именно он постоянно тренировался с мальчиком. А по вечерам вся семья собиралась вместе. Они пили чай, ели данго и рассказывали друг другу смешные истории. В основном, конечно же, без умолку болтала пара блондинов. Отец и сын… А сейчас? Сейчас Наруто по горло занят делами главы деревни и временами даже к ужину не приходит, а если и приходит, то настолько уставший, что тут же валится спать, измотанный трудовой рутиной и черезмерным использованием техники множественного теневого клонирования. Боруто всем сердцем ненавидел чёртов пост Хокаге за то, что тот отобрал его любимого отца. Дойдя до здания Академии, блондин приблизился к большому раскидистому дереву, расположенному недалеко от входа, и уселся на свисающую с толстой ветки качель. Он обхватил двумя руками верёвку и, прислонившись к ней лбом, приковал грустный взгляд к входной двери. Оттуда время от времени выходили дети, оставшиеся на продлёнке, и их родители. Больше всего Узумаки наблюдал за теми, кого забирали отцы, и всё больше погружался в уныние. Мальчик потерял счёт времени. Солнце уже начало заходить, окрашивая всё вокруг в насыщенные огненные цвета. В Академии больше никого не было. Последним вышел Ирука-сенсей. Он глянул на одиноко сидящего блондина и грустно усмехнулся. Видимо он подумал о невероятном сходстве Боруто и Наруто. Только вот у первого были две полосы на щеках, а не три, да и причёска немного отличалась, а так — как две капли. Те же грустные небесные глаза, даже поза та же! — Ты чего такой печальный? На тебя совсем не похоже, — спросил сенсей у мальчика. — Да так… не важно, — второй отвёл взгляд. — Может, хочешь поговорить? — Ирука присел на корточках напротив Узумаки, излучая доброжелательность и готовность помочь. — Нет… я, пожалуй, пойду. До свидания, — он медленно встал и зашагал прочь. Учитель обеспокоенно смотрел вслед, но останавливать не стал. *** Сарада стояла на деревянном мостике, где Саске совсем недавно и с ярко выраженным нежеланием показал ей дзюцу огненного шара. Пока что размеры её собственного едва ли достигали размеров отцовского. Этого недостаточно. Она так хотела услышать его «Я тобой горжусь» или хотя бы «Ты молодец». А ведь брюнетка ни разу не видела его искренней улыбки. Да и его самого она видела редко, учитывая его постоянные миссии, на которые он будто специально вызывался, лишь бы дома не сидеть. Заколки с её волос уже давно растерялись, и тёмные локоны то и дело выпадали из-за уха на защищённые очками глаза. Красный клетчатый галстук съехал на бок. Учиха тяжело дышала. Щёки и область вокруг губ были немного обожжены и перепачканы копотью. С момента неприятного разговора прошли часы, и всё время она посвятила тренировке. — Ещё раз! — крикнула девочка самой себе и, сложив нужные печати, выдохнула гигантский огненный шар. Пламя почти слилось с цветами заката. « Нет… ещё не достаточно большой… » Сарада упала на колени и посмотрела на своё отражение в водной глади озера. Она видела уставшее лицо с чёрными, цвета безлунного ночного неба, затравленными глазами. Сложив ладони, Учиха зачерпнула немного воды и умылась, смывая копоть и приглаживая волосы. Брюнетка уселась на самом краешке, свесив ноги. Подул лёгкий, прохладный ветерок. По хрупкой спине пробежались мурашки. Сарада смотрела на заходящее солнце, думая о том, что когда-нибудь её огонь будет так же велик, как и само небесное светило, и тогда отец признает её. Внезапно, девочка ощутила не себе чужой взгляд. Она повернула голову в сторону каменной лестницы, ведущей к мостику. Там, на самом верху медленно шел Боруто. Поняв, что его заметили, он показательно отвернулся и, скрестив руки на груди, сердито надул губы. То же, в унисон, сделала и Сарада. Выждав пару секунд, она ещё раз глянула в его сторону. Узумаки уже не смотрел на неё — глаза были опущены, а изгиб губ выражал добрую, искреннюю улыбку. Брюнетка вернула взгляд к закату и, прикрыв глаза и хмыкнув, так же улыбнулась. Оба отметили про себя, что в мире всё же есть понимающий человек.