Прощальная

- Извините? Караномори-сан? Акане неспешно зашла в темный кабинет, где сидела эта эксцентричная блондинка перед целой завесой компьютеров. Последняя же что-то монотонно строчила на клавиатуре, зажав губами сигарету и морщась от дыма, что бил в нос. С силой ударив по клавише "Enter", она откинулась на спинку стула, прикрыла глаза, чтобы дать им отдохнуть от постоянного излучения экранов, поспешно вытащила сигарету изо рта и с довольной улыбкой выдохнула. - Ааа, я ждала Вас, Инспектор Цунемори. Мне пришло одно сообщение этим утром. Я не хотела открывать его без Вас, Цунемори-сан, так как в теме указано Ваше имя... Шион потянулась к мышке, противовесом выставляя в другую сторону руку, в которой дымилась сигарета с длинным тлеющим концом, что вот-вот бы упал рядом с рукой Акане. Инспектор сдвинула брови, с недовольством взглянув на этот уголек, который грозился испачкать, а то и прожечь ее новехонький пиджак, и поспешила отодвинуться подальше. Боже, как она не любила курящих людей! В основном потому, что те абсолютно не следили за тем, куда махали своей рукой с этой вездесущей "палочкой здоровья". Но вот парадокс, именно из-за такого куряги она сама теперь покупает сигареты, поджигает их, ставя тлеющим концом вверх, словно ароматические палочки, и просто дышит этим едким дымом. Акане шумно выдохнула, поймав себя на том, что ЛЮБАЯ цепочка мыслей приводит ее к одному и тому же. - Здесь приложено видео. Тип файла устарел, я постараюсь отконвертировать его. Мину-у-утку... Шион яростно заклацала по клавиатуре, чем успешно вырвала Акане из ее внутреннего разговора с самой собой. Устало она подняла глаза на ярко светящиеся экраны, прищурилась (и как только Шион может работать в темноте?) и остановила взгляд на вкладке с сообщением. В нем не было написано ровным счетом ничего. Только ее имя в теме письма. Акане озадаченно подняла бровь, а рука сама подтянулась к подбородку, поддерживая его пальцами. - Видео? - прохрипела Цунемори, после чего, откашлявшись, продолжила своим привычным мягким, тихим, переливистым голосом. - Может это шантаж? У нас как раз сейчас проблемы с поимкой одного преступника. Караномори все пыхтела над видео. Вся в процессе, она неохотно и сухо, невпопад брякнула: - Вряд ли. Хотел бы, чтоб сразу все увидели. И замерла, заведя над клавишей палец. И обернулась к Акане, тревожно посмотрев ей в глаза. И ответили ей не менее тревожным взглядом. Преступник, которого ловит отдел, хотел бы просто передать сообщение. Не особо важно, кто его увидит, преступник же показушник чистой воды, да и только, однако этот... Этот человек еще и закодировал видео, чтобы прочла только Акане, а Шион, почти как доверенное лицо, ей бы помогла. Доверенное лицо... Вот только кому бы эта развязная женщина могла показаться настолько надежной? Да и домен у отправителя был очень странным, не похоже, чтобы это была чья-то шутка из Бюро. Тут женщины резко глотнули воздух и с ним же придушенное "ааах", а Шион еще и радостно всплеснула руками, в то время как у Акане по спине протоптались мурашки и пальцы на руках похолодели. - Ой, кто это нам ве-е-есточку шлет? Наш темный принц, смелый бунтарь! Быстро клацнув "Enter", прощебетала Шион, в предвкушении пошевелила пальцами и наконец сложила их подушечками вместе, настроившись на просмотр видео. - Но... П-постойте, Вы не можете быть уверены, что это... Акане потянулась к плечу блондинки, вся в смятении, не понимая, пугает или радует ее подобная догадка. "Клац" И девушки замерли, уставившись на экран. Видео началось с характерного звука закрывающегося трея магнитофона, только что заглотнувшего диск, - устройства, которое Акане уже не застала в гипертехнологичной Японии. Однако и Шион, и Акане не смели пошевельнуться не по причине присутствия такого аппарата или его неожиданного звука. Руки того, кто эту маленькую штучку привел в действие, - вот что заставило их затаить дыхание. Пальцы мужчины, а это был определенно мужчина, прошлись по панели магнитофона, не слишком уверенно, будто человеку не доводилось им пользоваться. Зависнув над нужной кнопкой, рука не сразу к ней приблизилась, но уже через пару секунд диск внутри магнитофона завертелся, тихо зажужжав. Девушки завороженно следили за тем, как, будто из неоткуда, по нарастающей тянулась медленная мелодия. Руки мужчины скрылись из фокуса, и камера затряслась: на экране стало происходить что-то совсем непонятное, но в следующую секунду на нем остался лишь альбом в толстом черном переплете. Мужские руки небрежно откинули заднюю переплетную крышку и открыли сразу вторую страницу. Акане наконец отмерла и с усилием прокралась к экрану, хватаясь по пути за все, что можно, будто если не схватится, то тут же упадет. Будто бы на глиняных ногах, она остановилась перед самым монитором и мертвенно бледными и холодными от волнения ладонями прикоснулась к изображению мужских рук, примостившихся на гладких листах альбома по бокам от некой надписи. На странице большими, ровными иероглифами, с сильным нажимом, где-то с многократно обведенными линиями - автор, видимо, очень старался - были написаны слова. Сами по себе они не имели смысла, но вот мелодию прервал бархатный, глухой мужской голос, и Акане поняла, что это были написаны слова песни. Она прислушалась к голосу. Нет, это перевод песни. "...серебряных крыла" Страница на экране была перевернута, а Акане так и не успела прочитать, что там было написано. Ничего, подумала она, потом еще раз просмотрю это видео. И еще раз. Много-много раз. Ведь я, она улыбнулась вымученной, но такой счастливой улыбкой, ЗНАЮ, чьи это руки... Когами-сан. "Милый друг твой не вернется в этот город никогда" Где-то позади Акане маячила Шион, отчаянно умоляя Инспектора отлипнуть от экрана, "ничего не видно ж", но девушка просьбе не вняла. Она будто бы и не слышала, что происходит вокруг нее. - Ты не прав, Когами. Я все еще верю... Пролепетала Акане, с нежностью посмотрев на руки объекта ее любви, которая нисколько не ослабела за 2 года. Она будто чувствовала их тепло, какие они шершавые и жесткие, просто прикоснувшись к экрану. Цунемори почти поверила, что эти руки вот-вот прорвут эту преграду и схватят ее, а она успеет к ним прикоснуться щекой. "И огни усталых улиц будут по тебе скучать, только им печаль такую в своем сердце не унять" Новая страница, новые слова. Жестокие слова. Как больно екнуло сердечко Акане. Тут же, будто по заказу, нахлынули печаль и тяжелая усталость, и ноги залились свинцом - Инспектор почти повисла на мониторе. И она с надеждой смотрела на руки, что по ту сторону экрана, надеясь, что они ее схватят и спасут от неминуемого падения. Акане почувствовала неприятный, скребущий комок в животе - что-то подсказывало ей, что с каждой страницей в альбоме ее вера в возвращение Когами будет ослабевать, уступив место отчаянию. "И зажигать пьяные звезды, нет, без тебя так будет сложно" - Это… - Акане осеклась, жадно вглядываясь в слова, написанные в альбоме. Эта фраза, казалось ей, вырубила огромную пропасть между ними. Только сейчас Цунемори в полной мере осознала, насколько, как бесконечно далеки они с Когами. Мягкий, медовый, умиротворяющий голос певца безумно злил ее, и эта злость колким комком поднималась к горлу. Акане было сложно дышать, и она, наконец отцепившись от экрана, осела на пол. Шион тут же дернулась к девушке, чтобы поднять ее («несолидно же»), но Акане резко отмахнулась, на что блондинка повела губами и с сочувствием вздохнула. - …больно, - прошептала Акане, заканчивая фразу и с усилием поднимая глаза на экран. А веки будто свинцовые. «Как легко плывут ресницы, не узнает твой герой, если что-нибудь случится где-то за морем с тобой» - Акане… - тихонько позвала ее Шион, когда прочла очередную строчку. Кто бы мог подумать? Какие жестокие слова. А для Цунемори они были просто убийственные. Акане не двигалась. Цвет с ее губ давно исчез, она безмолвно проговаривала про себя слова с альбома. Руки на экране тоже передавали эмоции их хозяина. С каждой страницей они все с меньшей уверенностью переворачивали листы, будто понимали, что сейчас чувствует Акане. А сама девушка на миг даже усмехнулась про себя. Надо же, думалось ей, как верно слова могут ложиться на судьбу людей. Мою судьбу, эту жестокую историю, поют мягко и протяжно, будто колыбельную. «С ним теперь другое небо, облака над головой» А эта строчка вернула Акане немного уверенности. Шаткой, но уверенности. Он вернется, мысленно отчеканивала она себе, он вернется. Другие облака и небо – все это ненадолго. «И ступает ангел следом, незнакомый и чужой» Тогане. И даже здесь песня была права. Акане чувствовала, как злость снова сжимает ее горло. Она почти была готова скрести по ней ногтями. Все ее нутро протестовало против этого нового «ангела». И подобные слова из-под пера Когами даже выглядели как некое предательство. Акане схватилась за свои плечи, почувствовав себя безмерно одинокой. Нет, она не готова. Это пытка. Она скоро станет сильнее. Тогда она поставит эту запись еще раз и дочитает до конца. Акане отвернулась от экрана. «Всё коварная разлука обнимала, как сестра» - Акане, - вновь Шион позвала ее. Инспектор не двигалась. Блондинка раздражено выдохнула, подкатывая свое кресло ближе к ней. – Не упрямьтесь. «Превращала её руки в два серебряных крыла» - Инспектор Цунемори! Повернитесь, уважайте труд Когами, это видео было не для Гинозы, меня или Яей. Это видео для Вас. Соберите всю свою волю в кулак! Но Акане не шевелилась. Ей казалось, что она и так без перевода понимала слова песни. И каждое слово прилетало ножом по сердцу. Вот только оно настолько онемело, что почти не чувствовало боли. «Сколько дождь шептал, а толку, ей казалось не всерьёз» Шион все наблюдала за Акане, к ее ушам приливала кровь от раздражения. Почему-то ее охватывала ярость оттого, как медленно девушка тускнеет. - Так, - скомандовала она, резко подтягиваясь к столу, - Я выключаю, мне это надоело, Вы сами виноваты. - Нет! – Акане подскочила, как ошпаренная, и буквально повисла на Шион, невероятно сильно сжимая ей руки. Она испугано глянула на экран, чтобы проверить, все ли в порядке, с видео, и тут… «И разбилась на осколки всех невыплаканных слёз» Щелк! И Акане кинулась на пол, плача навзрыд, не обращая абсолютно никакого внимания ни на Шион, ни на то, что ее могли услышать за стенами кабинета, ни на музыку, которую заглушали ее всхлипы. Будто по песне, что-то перещелкнуло у нее в голове, и тот пузырь, в котором копились все разрушающие, разъедающие, убийственные эмоции, разорвался на осколки-слезы. Но за этим взрывом крылось что-то иное. Иное чувство, такое же мощное. Решимость. Тело Акане вдруг снова обрело крепость, она медленно поднялась, не отрывая взгляда от экрана, на котором застыла последняя строчка песни. Все в ней говорило, кричало «Я верну его!». Ей теперь казалось, что она парит. Она почти была готова вырваться, взмыть к облакам и лететь со скоростью света к нему. Шион заметно напряглась и осторожно потянулась к девушке: - А-акане… Подожди! Не… Акане дотянулась до клавиатуры. Она хотела вновь включить видео, чтобы увидеть слова первой строчки, которую она пропустила. Ей казалось, что там есть нечто важное. Безумно важное для его возвращения. И окошко с видео неожиданно схлопнулось. Акане будто окатили ледяной водой. Она застыла, на миг забыв о том, что ей необходимо дышать. Вдох-выдох. Неприятный холодок прошелся по телу, после чего она вновь обрела способность двигаться. Широко распахнутые глаза бегали по экрану в поиске нужного файла. В мелком треморе она повернула голову к Шион и прохрипела: - Где оно? – и Шион была готова на все, лишь бы не оказаться в этот момент с Цунемори в одном кабинете. - Цунемори, оно… - блондинка глубоко вдохнула, да так, что заболело в груди, - Такие файлы есть, которые потом… это…всё… Шион с беспомощным видом жестикулировала, но никакого дельного объяснения из себя выжать не могла. Щелк! И Акане безвольно упала на пол, будто ей обрезали ниточки. Ниточкой, связывавшей ее с Когами, как ей думалось, было это видео. И Цунемори сейчас явно чувствовала, что эта была последняя ниточка, волосочек, соединявший их. Он так попрощался. Шинья… - Нет, без тебя так будет сложно, - с горькой, тусклой полуулыбкой она прошептала, вспоминая слова песни. И поднялась с пола. И направилась к двери. И все вокруг будто застыло для нее. Вязкая реальность, как зыбучие пески.

***

Шион так и сидела, вжавшись в свое кресло, молча смотря на удаляющуюся Цунемори. Ее движения были рваные, слабые, она будто утопала в темном глянцевом ламинате кабинета, как в мазуте, при каждом шаге. А это было нелегко, продираться сквозь такой густой воздух, отозвалось в голове у Шион. Совершенно странная мысль, но кого это волнует? Акане выглядела как падший ангел, которому оторвали крылья. Шион побледнела. Она успела прочитать те слова. Блондинка медленно повернула голову к экранам. И ей почудилось, что во всех мониторах отображалась первая страница альбома из видео Когами.

«Жадно так глотает солнце два серебряных крыла»