Сын мафии

— Чонгук, они здесь. Парень мгновенно посерьезнел, лицо его приняло суровый вид. Он с силой приложил телефон об основание и быстро направился в гостиную. — Суен, пошли, – железным тоном приказал Чонгук. — Куда? Что случилось? Кто звонил? – на одном дыхании произнесла девушка, вскакивая с диванчика. — Они в гостинице, нам нужно бежать. — Как в гостинице?... – Суен обессиленно присела обратно на диван. — Нам нужно уходить отсюда и как можно быстрее.

***

— Так, ребят, трое осмотрите первый этаж, двое за мной – на второй. М-да.. и какой ветер занёс этих пташек в эту клетку? – с довольно-таки сумасшедшей ухмылкой Рэпмон ступил на лестницу, ведущую наверх. — Хён, а ты уверен, что они здесь, – плетясь следом, спросил Ви. — Да, уверен. Мои парни прочесали весь город. Им негде скрыться, кроме как здесь, – всё так же сумасшедше улыбаясь, ответил Рэпмон. — А что ты с ними будешь делать? — Девчонку оставлю себе, а с мелким разберусь самолично. — Рэпмон, а что ты с ним сделаешь? – полюбопытствовал Джин. — Я пока не придумал, но это будет больно, мучительно и долго.

***

Чонгук схватил Суен за руку и потащил к двери. Осторожно открыв дверь и убедившись, что в коридоре никого нет, парень быстро поволок Суен в сторону лестницы, но не успел он дойти до ступеней, как увидел Рэпмона, Ви и Джина. Они стояли посреди коридора и что-то обсуждали. Чонгук быстро дернул Суен за руку и прижал к стене. Та от неожиданности вскрикнула, тем самым привлекая внимание Якудза. Парни, услышав её, направились в сторону звука. — Тише, – прошептал Чонгук. – Они там, – услышав неторопливые шаги, Чонгук добавил, – Назад. Живо! Чонгук, недолго думая, поволок девушку в сторону второй лестницы, но уже не просто пошел, таща Суен за собой, а побежал. Но, добежав до ступенек, парень увидел Чимина, вприпрыжку поднимающегося наверх, а позади него ещё и Хоупа и Шугу. Чимин заметил Чонгука и закричал: — Держите их! Все трое помчались вверх по лестнице. Чонгук не знал, что теперь делать, они с Суен были в ловушке. — Чонгук, что же теперь делать? – испуганно спросила девушка. — Не знаю... Чердак, точно! Побежали! Они рванули к лестнице, ведущей на чердак, но не успели. Там их уже ждали Рэпмон и еще двое из Клана. — Ну что, пташечки, попались? – с издевкой спросил Рэпмон и двинулся к девушке. Чонгук машинально закрыл Суен своим телом, а та спряталась за его плечами. —Не подходи, – огрызнулся Чон. — Какие мы злые, – издевался Рэпмон. — Хён, ты сам или помочь? – подал голос только что подошедший сзади к девушке Чимин. — Сам справлюсь. Суен от неожиданности подскочила и ещё ближе прижалась к Чонгуку. Казалось, это всё, конец: её окружают шестеро парней, жаждущие расплаты за потраченное время. — Так, птенчики. Давайте по-хорошему. Гукки, ты отдашь девчонку, останешься жив и невредим и вернешься на своё прежнее место в Клане. Идёт? От этих слов у девушки слёзы на глазах навернулись. Чонгук отдаст её этим отморозкам? Хотя, вряд ли.. А если не отдаст, то, по словам Рэпмона, они убьют Гукки и всё равно приберут ее к рукам. Итог один. — Хён, не надо тут строить из себя невесть что. Ты не посмеешь тронуть младшего в Клане. Кодекс. – как-то очень хитро ухмыльнулся Гукки. — Не посмею, говоришь? Вопрос: кто принимал кодекс? Старший. Кто старший? Я. — Ну, во-первых, не ты старший, а Джин-хен, а во-вторых, я не думаю, что ты будешь так мелочиться из-за какой-то девки. — Не какой-то, а чертовски сексуальной, – облизнул губу Рэпмон. Девушка, слушая их перепалку, все больше начинала дрожать. — Чимин, – обратился Мон к стоящему за Суен парню и кивнул. Тот кивнул в ответ и, быстро подойдя к девушке, резко дернул её за руку на себя, от чего та вскрикнула. Суен оказалась в крепком кольце рук Чимина и стала вырываться, но не получалось. Чонгук не ожидал такого. Он уже собирался освободить девушку и как следует набить морду Чимину, как услышал голос Ви: — Не так быстро. К затылку Гукки приставили пистолет, и парень замер. Суен, увидев это перестала вырваться и притихла. — Х-хён, ты что делаешь? Не глупи, – немного дрожащим голосом выдал Чонгук. На что Тэхен ответил своим фирменным "Why so serious?", которое не сулило Чонгуку ничего хорошего. В исполнении Ви эта фраза обретала смысл "Ты сомневаешься в моих намерениях?"