Чёрный и Белый. Тёмный и Светлый

Первым очнулся Канеки. Простонав что-то невнятное, парень приоткрыл глаза и тут же прикрыл их. Сверху сыпалась пыль, дым медленно проникал, внутрь делая видимость нулевой. Юноша отвернулся от потолка и услышал знакомое чавканье. Тут же он вспомнил, где находиться, что вообще происходит и с кем он свалился в тот самый подвал. Однако, подумалось Кену стоило осмотреть подвал, Куро здесь нет… - Канеки… Голос - хриплый, искаженный, булькающий. Вопреки инстинкту, который буквально орал на всю громкость Кен вскочил и пошел туда, откуда и доносился голос Куро. Ему было все равно, что там наверху сражаются голуби из CCG, плевать было и на Дерево Аогири. Сейчас и здесь важен был лишь Куро, который видимо вновь потерял контроль и обратился за помощью к своей персональной Тьме. Вот только подойти слишком близко к гулю Перевертышу не удалось. Одна из сороконожек, извиваясь и издавая противный треск, врезалась в пол рядом с резко остановившимся юношей. Искаженный голос вновь раздался из темноты. - Не подходи… - Куро, - он сделал попытку подойти ближе, и неизвестно чем это могло закончиться, если бы не среагировавший коукаку защитивший хозяина от повреждений. Мальчишка не испугался внезапной атаки, но где-то в груди защемило, да так что полугуль схватился за рубашку. Со стороны послышался всхлип, потом еще один и вскоре сороконожка уползла в темноту. Противный треск становился все громче. Канеки смотрел туда, где был Куро и боялся произнести слово. Он хотел, но боялся, что это может навредить упырю. Хотя чем? Единственный кто здесь мог навредить был сам Куро и этот факт убивал гуля изнутри, пожирал клыкастой пастью. Поэтому он просил Кена уйти отсюда. - Куро, я не уйду без тебя. Голос Перевертыша послышался очень близко и блондин, вскочив на ноги, тут же отпрыгнул в другой не менее темный угол. И стоило ему притронуться к полу, и он ощутил запах крови. Человеческой крови. От которой затошнило еще сильнее и то, что он успел сожрать до вылазки попросилось наружу. Появилось головокружение. - Куро, чего ты боишься? - Кен сам не знал как, но прекрасно понимал, где сейчас находится этот парень. И стараясь особо не шуметь, стараясь не напугать, Кен шел вперед, не забывая при этом разговаривать с блондином. - Чего?! - встрепенулся Куро, и сороконожки расползлись от него в разные стороны и замерли. - Я боюсь убить тебя, идиот! Тебе было мало того что произошло в том клубе?! Мало того унижения?! - С чего ты решил, что это было для меня унижением?! - тоже не выдержал Канеки и остановился, сдерживая порыв сорваться с места. В противном случае Куро мог его просто разорвать на части. - То что произошло тогда… Да мне было больно и стыдно, но, - Канеки выдержал паузу и улыбнувшись честно продолжил, - я был счастлив. - Счастлив? Со мной нельзя быть счастливым… - Можно, - так же легко воспротивился Кен и продолжил идти к Куро, игнорируя раздававшиеся на верхних этажах крики людей и гулей. Блондин тоже замер, но отнюдь не из-за голосов, а из-за слов мальчишки. Они были знакомы всего ничего, а он уже был счастливым? С ним? Это точно бред… - Не веришь, да? Понимаю. Когда я был еще человеком, тоже не понимал, как гули могут быть счастливыми. Можно ли быть с гулем счастливым? Я не понимал этого и даже более того не знал, но... - Но? Куро потерял бдительность и не заметил, как Кен подошел уже слишком близко. Не заметил и того как мальчишка сел на колени и протянув ладонь вперед коснулся бледной щеки каннибала. - Но я понял, что это возможно, когда встретил тебя, когда познакомился с Оками-сан, когда работал в кафе Йошимуры-сан. Я понял, что те, кого все считают монстрами, чудовищами могут принести куда больше счастья, чем люди. Чувствуя приятное тепло на своей щеке, Куро слушал нежный голос полугуля и медленно его безумие отступало. Его Зверь покорно склонял мохнатую голову перед этим мальчиком, перед этим ребенком из которого люди сделали орудие убийства. Он покорялся нежной, теплой ладони, полностью покрытой тонким слоем крови. Зверь, а за ним и безумие ушли прочь, позволили посадить себя в клетку, возвращая ясный ум своему хозяину. И Куро уже давно не видевший настоящего Солнца и Света смог увидеть его в лице Канеки Кена. По щекам потекли струйки слез. Кен стер слезинку и тихо, отчетливо прошептал. - Давай вернемся домой вместе, Куро. - Давай… Не сдерживаясь, каннибал схватил Канеки в охапку и прижал к себе, пряча лицо в худом плече. Последний хрипло засмеялся, извернулся так, чтобы было удобно и расслабленно замер, ощущая волну нежности, разлившуюся в груди. Сколько они так просидели, вслушиваясь в относительную тишину? Никто не смог бы назвать точно. Куро вдыхал запах медикаментов и персиков, иногда ласково прижимался губами к темной макушке, ощущая на губах вкус упыриной крови. И мысленно он давал себе обещание никогда больше не отпускать этого мальчишку. Никогда больше не отдалятся, не заставлять его плакать, не отпускать и не бросать. Теперь он точно понял, что Канеки Кен ему нужен. Полугуль в свою очередь просто наслаждался давно позабытым теплом родного человека. И хотя это и не человек вовсе, но именно он дал мальчику то, что не смогли сделать многие люди. Усмехнувшись, Кен легко переплел свои пальцы с пальцами Куро и пару минут точно любовался этим. - Всегда хотел так сделать. Красиво. Послышался смешок и губы гуля прикоснулись к мальчишеской щеке, язык слизнул засохшую капельку крови, а голос показался слишком хриплым. - Давай уйдем из этого города. Как ты и хотел. Туда где никто о нас не знает, туда, где мы можем быть самими собой. Канеки притиснулся к блондину, подставился под легкие ласки и, улучив момент, прикоснулся к чужим губам, на которых все еще чувствовался вкус крови. Закончив, парень согласно кивнул и ответил, укладываясь на чужую грудь. - Я согласен. Хоть на край света. Гуль хмыкнул, и хотел было что-то еще сказать, но тут в подвал осторожно кто-то спустился. Конечно, они сидели в темноте, и людям было бы их довольно сложно увидеть, но оба напряглись готовые атаковать. Неизвестный, шаркнув ногой, обернулся к лестнице, затем опять повернулся к залу и, достав из кармана фонарик, включил его. Яркий луч света ударил по глазам и Куро, прижав к себе Канеки, высвободил Кагуне. Щупальце взвились над головой и замерли. Нападать в слепую было опрометчиво, и Куро ждал лишь удобного момента. Он не позволит отобрать у него Кена еще раз! Однако следователь узнал этих двоих и теперь стоял в нерешительности. Канеки сидел в объятиях каннибала так спокойно словно доверял. Всем своим видом он говорил, что не хочет их драки, но если понадобиться сам встанет на защиту Куро. Сверху послышался голос. - Амон! Что там?! Алые глаза Куро метнулись к лестнице, прищурились и щупальца задрожав, выдвинулись чуть вперед. Но мужчина уже принял решение и поэтому, отвернувшись, он выключил фонарь и крикнул в ответ. - Ничего! Уходим! И посмотрев в последний раз на Канеки следователь, быстро поднялся по лестнице и исчез из поля зрения. Куро фыркнул и встал, поднимая за собой Перевертыша. Последний мысленно поблагодарил голубя и высвободив коукаку обратился к Куро. - Уходим пока они тут все не взорвали. - Ага, - кивнул блондин, - уходим. Проломив себе выход, юноши выскочили из разваливающегося здания и, прекрасно прячась от любопытных глаз, поспешили убраться прочь.

***

Оками стояла недалеко от лаборатории CCG, смотрела на неё и сжимала в руке зеленую драконью маску. Через пару минут здание просто взорвали, люди поспешили скрыть следы своих экспериментов и трупы что остались в коридорах некогда белоснежной лаборатории. Девушка ощущала некую пустоту и сама не могла объяснить, откуда она взялась. - Нам пора уходит, Фудзи, - Кира стоял позади и его взгляд иногда падал на маску, что упыриха продолжала сжимать своими пальцами. Акира как всегда стоял позади и безучастным взглядом рассматривал что-то вдали. Молча Оками кивнула и, сняв собственную маску, повернулась к близнецам. Оба заметили красные от слез глаза, но никто ничего не сказал. Другие уже давно ушли, и только Волчица еще смотрела на разрушение лаборатории. - Жаль, что мальчик так и не выбрался. Да и альбинос там остался… - Ты ошибаешься, - резко перебила парня Оками и остановилась. Кира ничего не понимая переспросил, переглянувшись с братом. - Что, прости? - Я говорю, - с улыбкой начала Оками, - что ты ошибаешься. И больше ничего не говоря, молча отправилась прочь от лаборатории. Она была уверена, что эти оба точно выбрались из здания, и они уж точно теперь будут счастливы.