Как давно я люблю тебя?

Я проспала собственную помолвку. Хотя, как проспала – я была на ней, стояла даже, ну, может совсем чуть-чуть висела на Фили… А все потому что нефиг поднимать меня в такую рань! Торин, видите ли, должен был с утра уехать в Дейл, нет бы потерпеть и объявить вечером эту новость, так он решил, что лучше сделать это ни свет ни заря. Я еще спала глубоким сном, когда где-то сбоку от меня начала ворчать Ангэ, пытаясь заставить встать. Ну, а я что? Я укуталась посильнее в одеяло и промычала, что не хочу я вставать, и что бы там ни было, оно подождет. - Леди, но за дверью ожидает принц Фили! Он сказал что-то срочное, сбор в общем зале… - К черту все, - отозвалась я, - попозже… - Но принц Фили… Гномка принялась легонько трясти меня и стягивать одеяло, но не тут-то было – я отказывалась поддаваться. Через некоторое время ей, видимо, надоело меня тормошить, чему я была очень рада, а после звука удаляющихся шагов, так и вовсе расслабилась. - Подъем! – громко проорал Фили возле моей постели и сдернул одеяло. Я была против такого поворота событий, поэтому накинула на голову подушку, продолжая делать вид, что сплю. Гномка болтала что-то о том, что неприлично мужчине смотреть на женщину, когда она в одной ночной рубахе, но Фили что-то ляпнул про помолвку, и все разговоры стихли. Я уже было подумала, что они ушли, но тут меня наглым образом оторвали от кровати, перекинули через плечо и потащили в ванную. В то утро гном узнал много нового о себе, а также все, что я думаю о порядках в Эреборе. Поэтому стояла я у трона сонная и ничего непонимающая, и, даже когда все радостно хлопали и что-то кричали, моей главной задачей было не уснуть. - Юли, - тихо позвал Фили. - А? - Мне нужно тебя поцеловать. - Хорошо, - ответила я гному, лишь бы он отстал, но, потом до меня все-таки дошел смысл сказанного, - Чегооо? - Сейчас Торин закончит речь, - прошептал он мне на ухо, - и я должен буду тебя поцеловать, в знак помолвки, прости. - Что уж там, - закатила я глаза, - но чур ни руки, ни язык не распускать! - Слушаюсь, моя принцесса, - с улыбкой отозвался Фили, а я снова стала смотреть куда-то вниз, повиснув на его руке. Когда толпа радостно взревела, а Торин одарил меня счастливой улыбкой, я поняла – пора. Я повернулась к Фили, и он осторожно положил мне руки на талию и слегка притянул. Мое сердце гулко застучало – черт возьми, я так давно никого не целовала! А сейчас я стою на обозрении у огромной толпы и меня должен поцеловать не кто-нибудь, а Фили – мой друг. Но гном, как и обещал, вел себя пристойно, и лишь едва коснулся моих губ своими. Я почувствовала легкое тепло, а потом его усы легонько коснулись моих щек, отчего по телу побежали мурашки. Не успела я войти во вкус, как Фили отстранился. Я открыла глаза, часто-часто хлопая ресницами, дыхание сбилось, а сердце грозилось пробить грудную клетку. Но больше всего пугало, что я почувствовала что-то похожее на разочарование, словно мне хотелось еще, хотелось большего, чем легкое касание губ. «Так, нет уж, ничего такого мне не хотелось, просто гормоны взбушевались» - успокаивала я себя, пока светловолосый гном вел меня сквозь толпу. Вокруг что-то радостно кричали на кхуздуле, хлопали, свистели, хотя нашлись и такие, что стояли с каменными лицами, выражающими вселенскую скорбь. В основном это были молодые гномки – ни для кого не секрет, что Фили, скажем так, был популярен среди девушек. «И пользовался этим направо и налево, а ты удостоилась лишь целомудренного поцелуя в губы» - ворчал мой внутренний голос, и я не могла понять природу таких чувств. Решив, что мало ли что я чувствую спросонья, ведь по утрам ненавидеть весь мир было моей фишкой, я отогнала странные мысли, думая о том, что скоро вновь вернусь в свою кровать, потому что до завтрака, как оказалось, еще несколько часов. Моему удивлению не было предела, когда вместо того, чтобы свернуть в сторону моего квартала, мы продолжили идти прямо к лестнице, ведущей к королевским домам. - Фили?! – озадаченно произнесла я. - Ты что забыла? Мы теперь живем вместе, - отозвался гном, словно это было так очевидно. - Да, но мы же только объявили о помолвке, и все мои вещи в моей комнате. - Часть твоих вещей уже наверняка перенесли в наш новый дом, а остальную еще таскают, так что сейчас там тебе все равно делать нечего. - Ну, если вещи еще носят, то и в новой, видимо, тоже. А я поспать хотела, вообще-то, - раздраженно проговорила я. Кажется, сегодня у меня будет очень плохое настроение. - Поэтому пока идем в мою комнату, - спокойно отозвался Фили, - поспим, потом сходим на завтрак, а там уже и все вещи перенесут. - А что на счет твоих вещей? - Мои почти все перенесли, - ухмыльнулся он, - моя комната находится не так далеко от новой, так что с этим больших проблем не возникло. - Просто чудесно, такое ощущение, что только у меня во всем возникают проблемы… Казалось, что влияние гномов все больше сказывается на мне, потому что всю оставшуюся дорогу до комнат Фили я что-то бурчала под нос про несправедливость. К счастью, когда мы вошли, и я поняла, что снова лягу спать, все плохое настроение как рукой сняло. К тому же, жилище Фили было весьма впечатляющим. Оно превосходило мое по размерам в несколько раз, в стенах было множество самоцветов, пол был устлан мягкими коврами, на стенах висели чьи-то портреты и оружие. Несмотря на то, что я не любила большие комнаты, дом Фили был очень даже уютным. Я медленно рассматривала книжные полки, кресла, комоды, висевшее на стенах оружие. Позже я подошла к портретам – под каждым из них были написаны имена: я не без интереса рассматривала предков Фили, с улыбкой глядела на изображение молодого Торина, с теплотой смотрела на братьев… Но тут мое сердце пропустило удар. Я подошла к последнему портрету, висевшему на стене, и потерла глаза, словно не веря тому, что я вижу. Гном стоял у меня за спиной, и я чувствовала на себе его взгляд, но сейчас меня это мало волновало. - Фили, почему… - я попыталась подобрать слова, но они не находились. Последним портретом после Кили висел мой. Я знала, что нарисован он был Ори, поскольку не раз разглядывала его рисунки во время похода, но я не понимала, почему мое изображение висит в комнате принца, рядом с его родными. На мои плечи опустились сильные, тяжелые руки, и я невольно вздрогнула. - Юли, я говорил тебе… Мы все говорили, что ты – часть нашей семьи. - Одно дело говорить, а другое дело вешать мой портрет рядом с твоей семьей, так не должно быть. - Перестань. Здесь висят изображения всех тех, кто дорог моему сердцу, - тихо отозвался гном, обдавая теплым дыханием мое ухо, - а после сегодняшнего дня, ты – официально часть семьи. - Мы лишь помолвлены, - тихо сказала я. - Не имеет значения, - он развернул меня к себе, - даже если мы не поженимся, я хочу, чтобы ты знала, что я всегда буду считать тебя частью нашей семьи. - Спасибо, - все, что смогла ответить я, пытаясь справиться с непрошеными слезами. - Пойдем, поспим еще немного, - с улыбкой сказал Фили. Мы прошли в его спальню, в которой стояла кровать небольших размеров. Принц предусмотрительно выделил мне свою рубашку и штаны, которые я с благодарностью приняла и удалилась в ванную, чтобы сменить платье на них. К моему возвращению, гном уже валялся на постели. Я легла с другого краю, заползая под одеяло. Кровать оказалась не такой мягкой, как моя, что было весьма печально, но спать хотелось жутко, так что я не жаловалась. - Нас к завтраку-то разбудят? – уже зевая, поинтересовалась я. - Да, но, думаю, это не пригодится – я обычно просыпаюсь за час до завтрака. - Ладно, тогда спокойно ночи… Ну, или утра, - с улыбкой сказала я, закрывая глаза. - И тебе. Я проснулась, потому что чувствовала себя несколько некомфортно. Так как глаза открывать мне было ужасно лень, я стала рукой нащупывать одеяло, чтобы натянуть его на себя посильнее. Но одеяла не было. Каждый раза хлопая рукой, я отчетливо понимала, что лежу полностью раскрытая. Тут хотелось - не хотелось, а глаза открыть пришлось, но, даже разлепив их, я поняла, что меня окружает все та же темнота. Сначала, я подумала, что просто сплю, и мне кажется, что я их открыла, а на самом деле – нет, но чем дольше я лежала с открытыми глазами, тем яснее становилось, что мне не кажется. К слову, в своей комнате я всегда оставляла гореть хотя бы один факел или лампу, которая отдаленно напоминала керосиновую. Дело было не в том, что я боялась темноты, просто столь высокие потолки, холодные стены, а я совершенно одна в чужом месте – от этого становилось жутко. Однажды я попробовала уснуть без света, но не выдержала и пары минут, потому что мне отовсюду слышались какие-то шорохи или странные звуки. Казалось, что сейчас отовсюду вылезут призраки умерших гномов, а из под кровати появится костлявая рука, которая утянет меня в забытье. Можете представить, что творилось со мной, когда я оказалась в кромешной темноте, еще и без одеяла, которое могло бы защитить меня от монстров. Фили, конечно, замотался в него, как в кокон. Как я не толкала, не пинала, не звала его – гном не проснулся, ну, а про то, чтобы отобрать хоть несчастный кусочек спасительной материи, и речи не шло. Я вспомнила, что рядом с кроватью стояли тумбочки, на которых горели лампы. Осторожно подвинувшись к краю, я вытянула руку, ощупывая холодную поверхность дерева. Через мгновение рука нашла лампу, и я судорожно притянула ее к себе. « Так, теперь – огниво» – проговорила мысленно я, вновь вытягивая руку. Долгие поиски были безуспешны, но я не отчаивалась, все яростнее шаря по тумбе. Совсем скоро, страх пробрал меня так сильно, что на глаза навернулись слезы. В этот момент я задела рукой огниво, и оно со звонким стуком упало на пол. Не тратя время на раздумья, которые наверняка заставили бы меня остаться на кровати, я сползла на пол. Как ни старалась, огниво найти я не смогла – подо мной был лишь холодный камень. Быстро забравшись на постель, я попыталась снова разбудить принца – безрезультатно. Оставалось лишь поджать под себя ноги и вглядываться куда-то в темноту. Разглядеть что-то было нереально, хотя какие-то очертания предметов все же можно было различить. Страх и ужас холодными пальцами пробежались по моей спине, вызвав волну мурашек. Нужно было хотя бы достать одеяло. Одно было вне зоны досягаемости, а именно подмято под тяжелое тело гнома, но ведь, когда Фили доставал из шкафа вещи, я видела на верхней полке что-то похожее на одеяло. Конечно, перспектива снова вставать с кровати меня не прельщала, а вероятность того, что я упаду где-то по пути к шкафу и в такой непроглядной тьме не доберусь даже обратно до постели, пугала еще больше, но сидеть и дрожать, не было больше сил. Шкаф находился слева, с той стороны, где лежал гном. Подумав, я поняла, что, если я все время буду держаться за кровать, то не упаду и не потеряюсь. Нерешительно опустив ступни на холодный пол, я двинулась вдоль кровати в полусогнутом состоянии, чтобы одной рукой держаться за нее. Все оказалось не так сложно, если бы мое шлепанье по голому камню, не отдавалось эхом и не пугало меня. Упорно идя к своей цели, я достигла противоположной стороны, где лежал Фили. Медленно выпрямившись, я сделала несколько шагов в сторону, а потом – вперед, выставив руки. Через мгновение я наткнулась на шкаф и облегченно выдохнула. Быстро открыв его, я потянулась вверх, нащупывая плотную ткань. К счастью, как я и предполагала, на верхней полке лежал плед, который я сгребла в свои объятия. Я направилась в сторону кровати, которую быстро нашла, к моему счастью, но я абсолютно не желала снова идти вдоль нее на свою сторону. Между краем постели и Фили было не такое большое расстояние, но я умудрилась уместиться, поплотнее прижавшись к груди гнома. «Вот уж он удивится, когда поймет, что я лежу с другой стороны, прижатая к нему» - усмехнулась я. Сон не шел ко мне долгое время, и я лишь на пару минут погружалась в дрему. Поэтому стоило мне в очередной раз закрыть глаза лишь на мгновение, меня тут же что-то выдергивало из царства Морфея – в последний раз это был Фили. - Юли? – хрипло спросил гном. Я тут же раскрыла глаза, хотя я уже знала, что можно было этого не делать – и так, и так было темно. - Да, - пискнула я. - Ты почему тут? Как ты так переползла? - Когда ты уснул, то натянул все одеяло на себя. Мне стало холодно, поэтому я очнулась, а тут, оказалось, ты еще и свет весь погасил, а мне все еще страшно и непривычно в такой темноте и в таких комнатах. - Пока я говорила, ужас от пережитого, словно волнами, вновь накатывал на меня. - Я хотела зажечь лампу, но уронила огниво, поэтому пришлось на ощупь добираться до шкафа, чтобы достать одеяло. Но я была так напугана темнотой, что не решилась снова идти к своей половине, и легла возле тебя. - Почему же ты меня не разбудила? – Фили одной рукой обнял меня за плечи, а второй осторожно водил по щеке, и это меня успокаивало. - Я пыталась, но вас гномов просто так не разбудишь, - усмехнулась я, только вот принцу было не до смеха. - Ох, прости, пожалуйста, - его голос был полон сожаления. Фили еще раз провел пальцами по моей скуле, а потом перекатился через меня и встал с кровати. Через мгновение зажглась лампа – я стала щуриться от яркого света, но не могла не радоваться ему. - В следующий раз предупреждай меня, если боишься чего-то такого, - строго сказал Фили, садясь на край кровати. - Я же не знала, что ты потушишь свет. - Гномы привыкли спать без него, я даже не подумал, что… Прости, я должен был спросить. - Нет, нет, все в порядке. Правда, - я выдавила натянутую улыбку. - Хорошо, тогда собирайся. Думаю, завтрак будет скоро. Разбитая, как тарелка, я встала с кровати и взяла свое платье, плетясь в ванную. Остается надеяться, что на новом месте мне удастся выспаться.