Дочь Дарта Вейдера

Звезда смерти была хорошо видна в иллюминатор с главного мостика крейсера Таркина. Чудовищная боевая станция еще не была закончена, строительство продолжалось, и вокруг серого шарика, неподвижно зависшего в черном пространстве космоса, деловито сновали корабли, небольшие станции, казавшиеся карликами рядом со Звездой смерти, которую губернатор Таркин гордо демонстрировал своим гостям-пленникам. Лейя холодно смотрела на это чудовищное порождение человеческого безумства, призванное уничтожать целые миры. На ее лице не дрогнул ни один мускул. Кажется, у нее начинает получаться. С каждой минутой ее пребывания на корабле Таркин все больше проникался доверием к ней. Хотя и это может оказаться блефом, но губернатор стал более раскован в ее присутствии. Казалось даже, что она начала понимать подоплеку его поступков. Они много говорили, и Таркин пел перед ней соловьем о своей доктрине страха и об этой станции, призванной покончить с Восстанием и установить мир в галактике. Лейе оставалось только поддакивать и время от времени завязывать дискуссию, постепенно создавая у гранд-моффа иллюзию если не соратницы, то понимающей и одобряющей его планы милой молодой леди. Таркин велся на ее игру. Она рассказывала ему о своих планах, о надежде победить Восстание, не проливая крови. Таркин возражал, что это невозможно, а она слушала и кивала. Труднее было с Люком, вернее с лордом Люксемоном. Люк рос на ферме, и не имел даже зачаточного представления о том, как нужно вести себя в высшем обществе. Гениальная идея, как скрыть это от Таркина, пришла в голову Эско, и теперь Люк усиленно изображал эксцентричного лорда, не желающего соблюдать правила этикета и видевший в этом свой особый шарм. Конечно, его игра была далека от идеала, как Татуин от Корусканта, и Лейя старалась сократить до минимума время общения Люка с Таркиным. На помощь пришел Эско, и втроем и уже довольно долго удавалось водить губернатора за нос. Но все сработало, еле-еле, но удалось убедить Таркина в правдивости их слов, удалось свалить вину на Арона. Но Лейя-то знала, что худшее еще впереди. Гранд-мофф Киртано ждал их на недостроенной станции. Киртано был для Лейи темной лошадкой, она ни разу не встречала его, никогда о нем не слышала, но именно он командовал постройкой Звезды Смерти, и именно его предстоит обмануть или же сделать союзником, ведь в его интересах, чтобы Лейю не нашел Таркин. Как только девушка окажется у Императора, его отстранят от командования Звездой Смерти, станция снова перейдет в ведение Таркина. Лейя и Эско рассчитывали найти в Киртано союзника. Но был на станции и второй человек, с которым Лейя не хотела бы сейчас встречаться. Ее отец, Дарт Вейдер. Возможно, при других обстоятельствах, она и обрадовалась бы их встрече, но только не тогда, когда с ней Люк. Не тогда, когда они в такой опасности, когда нужно уничтожить станцию и удрать. Но как это сделать, когда на Звезде ее отец? И даже если его не будет непосредственно на станции, и он не пострадает при взрыве, что с ним сделает Император за ее очередной побег? Лейя воспользовалась Силой, чтобы найти своего отца. Он был здесь, ее худшие опасения подтверждались. Почувствовав касание дочери, Темный лорд позвал ее: «Лейя» Лейя не ответила. Не о чем им было пока разговаривать. Она и так не знала, как вести себя с отцом. Она подвела его. Сильно подвела. Корабль «Тихая гавань» принадлежал Вейдеру, Император может об этом узнать, да весь вид этого корабля, его системы, его реконструированный двигатель просто кричат о том, что он принадлежал ее отцу. Лейе удалось справиться со своими чувствами, когда сенатор Коррайя сдал их имперским войскам, когда их привезли на крейсер и когда они встретились с Таркиным, ей хватило самообладания, чтобы сочинить легенду для Люка, чтобы ни у Таркина, ни у кого-либо еще не возникало вопросов о том, откуда в ее окружении взялся этот юноша. Любой ценой ей нужно было защитить Люка и самое главное: никто не должен узнать его настоящее имя. Никто. Хватит ли у нее духа защитить его? Как ей спасти парнишку, ведь это из-за нее он попал в передрягу? Это она забрала его с Татуина, она решила лететь на Аймалик. - Леди Вейдер, взгляните внимательнее, - обратился к ней стоявший рядом Таркин, - не кажется ли вам эта станция совершенной? Уже сейчас она достаточно мощное оружие, ведь на днях был установлен суперлазер. Представьте, какой она будет, когда строительство будет завершено. Одним своим видом она будет внушать трепетный ужас, у Восстания нет ни единого шанса. Мысленно Лейя с ним согласилась. У Альянса действительно нет ни единого шанса против этого чудовищного оружия массового поражения. А ведь она дала им чертежи! Неужели нельзя было уничтожить эту станцию за столь продолжительное время? Чего они тянут? Ждут, когда она будет завершена? К тому времени может быть уже поздно. Крейсер Таркина развернулся, обходя стройку, чтобы присоединиться к группе крейсеров Империи, дрейфующих неподалеку. К чему здесь так много военных кораблей? Для защиты? И тут у Лейи перехватило дыхание. Прямо перед ней в черноте космоса завис корабль ее отца. Ошибиться было невозможно. «Опустошитель» она не перепутает ни с каким другим крейсером. А прямо за ним – «Истец», «прогулочный» крейсер Императора. Лейя судорожно сжала руку Люка. Парень вздрогнул, но справился с собой и сжал ее ладонь в ответ, непонимающе глядя на девушку, застывшую перед иллюминатором. - Да-да, леди Вейдер, вы верно заметили, это «Истец», - криво улыбнулся Таркин, Люк бросил на него недобрый взгляд. – Лорд Люксемон, вероятно, вы тоже удостоитесь чести, - осклабился губернатор, поймав его взгляд. – Император будет рад видеть вас всех. Лейя сглотнула и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Сорел, Император, Вейдер, Люк, Эско… Все они были сейчас здесь, у этой проклятой станции, и хуже ситуации, чем сейчас придумать было трудно. Люк сочувствующе и тревожно смотрел на нее. Лейя бросила в ответ короткий взгляд и закусила губу: Люк опять опустил плечи, расслабился, несмотря на дорогую одежду, призванную подчеркнуть его благородное происхождение, он походил на лорда не больше, чем вомпа-песчанка на крайт-дракона. - Осанка! – зашипела Лейя сквозь сжатые зубы. Люк подобрался, выпрямился. Лейя снова оглядела его. Сойдет. Для Таркина, для Киртано, для Сорела. Но не для Вейдера и Императора. Этим двоим ничего не стоит раскусить их игру. И если Вейдеру она еще могла рассказать какую-нибудь байку о бедном пареньке, друге Эско, славном парне, то с Императором никогда не пройдет этот фокус. Оставалось уповать только на чудо. Но Лейя уже давно не верила в чудеса. Император Палпатин из-под опущенного капюшона оглядел пленницу, и его губы сложились в усмешку. - Моя дорогая принцесса, - елейным голосом произнес он, поднимаясь с трона и подходя ближе к Лейе. – Добро пожаловать! В прошлый раз вы столь неосмотрительно нас покинули, что я уже стал думать, что мы больше не встретимся, но Сила благосклонна! - Да, ваше величество, - процедила Лейя сквозь зубы. Ей стоило немалых усилий добиться аудиенции. Оказавшись в одиночной камере на Звезде смерти, она принялась кричать, требуя, чтобы ее немедленно выпустили и препроводили к Императору со всем должным почтением. Нет смысла сидеть в камере и ждать, пока кто-то решает твою судьбу и судьбу твоих друзей. Нужно бороться. Если не ради себя, то ради Люка. Она должна выжить ради Люка, и Эско, и Накоры. А значит, удар следовало принять на себя. Игра проиграна. Все решится на этой станции. Здесь собрались все действующие лица. И близится кульминация. – Я совершила много ошибок, и мой побег был одной из них. И еще одной – было замужество. Мой муж меня предал, он украл чертежи станции, воспользовался моим доверием, чтобы получить возможность побега и скрылся, он примкнул к повстанцам. - Да-да, дитя мое, я знаю, - улыбнулся Император. – Но о вашем муже вы больше не должны беспокоиться, эта проблема решена раз и навсегда. Лейя отвесила поклон Императору, гадая про себя, что значат его слова. Что они разведены с Ароном или что он мертв? - Попутно нам удалось решить еще ряд вопросов и существенно ослабить Альянс повстанцев. И даже наличие у них планов Звезды Смерти не может быть нам помехой. В ближайшем будущем Альянс будет уничтожен. - Ммм, это не может не радовать, ваше величество. Палпатин жестом предложил ей сесть. Лейя покорно опустилась в глубокое уютное кресло. Палпатин ей поверил? Купился? Так просто? В это верилось с трудом. - Дитя мое, как я уже сказал, я бесконечно рад видеть тебя здесь. Тебя. И твоих друзей, - Лейя вскинула голову. Вот в чем подвох. Она защитила себя. Но как ей защитить Эско, Люка и Накору. – Ваш маленький телохранитель весьма забавен. А Эско… Думаю, он сильно расстроился, узнав, что его родители приняли сторону Альянса. Но я уверен, он жаждет нам помочь справиться с этим бессмысленным бунтом, как вы считаете? – Лейя стиснула зубы. – И ваш старый знакомый, лорд Люксемон. Удивительно, но сотрудники казино, где лорд Люксемон был завсегдатаем, описывают его как импозантного брюнета с карими глазами. Конечно, лорд Люксемон вел весьма скрытный образ жизни, но не думаю, что он стал бы ходить в том же парике и в тех же линзах дома, так как описание лорда его горничной совпадает с описанием работников казино. Странные, конечно, происходят события, - задумчиво проговорил Император, откидываясь назад и не сводя внимательно жесткого взгляда с девушки перед ним. Что она будет делать? Как теперь поведет игру? Лейя сглотнула ком в горле. - Ваше величество, я не хотела, чтобы об этом кто-то узнал, но этот юноша – просто случайный пассажир. Он заплатил мне, чтобы я отвезла его на Налл Хутту. Я даже не знаю его настоящее имя. Просто попутчик. - У вас богатое воображение, моя принцесса, - покачал головой Император. - Благодарю за комплимент, ваше величество, - процедила девушка сквозь зубы. Император рассмеялся. Хриплым шершавым смехом, в котором не было ни капли веселья. - Эта игра перестает забавлять меня, леди Вейдер, - просмеявшись, сказал Император сухим и угрожающим голосом. – Кто ваш попутчик? Страх сжимал грудную клетку стальным широким обручем. - Друг, - выдавила она из себя. – Пассажир, брат, возлюбленный, товарищ по детским играм, случайный любовник. Какая из версий, ваше величество? Все они будут неверны. Вы это чувствуете. Я вам не лгу, я… творчески импровизирую, может быть, но Люксемон… в моем окружении он недавно, я еще не определилась с его статусом. Император пристально смотрел на нее своими холодным желтыми глазами. - Я вам не лгу, мой повелитель. Мне нет смысла это делать. В моем окружении много бывало разных людей. Взять хотя бы Олано Верели. Кто он мне? Тесть? Да вряд ли. И между тем он сыграл немалую роль в моей жизни. Именно он, ваше величество подтолкнул моего мужа ко вступлению в Альянс. Позвольте мне говорить откровенно! Я знаю, что он был подослан вами, знаю, что он внедрился в Альянс как шпион, но он теперь на их стороне. Я знаю это точно, Бейл Органа доверяет мне безоговорочно! Лейя замолчала, следя за реакцией. Получилось? Получилось отвлечь внимание? «Прости, Олано, но ты далеко, а мои друзья близко». Тем более что план сработал. - Олано Верели… - произнес Император, словно смакуя слова. - Да, - кивнула Лейя. У нее дрожали руки, и она спрятала их в рукавах. Ее импровизированный план попахивал безумием. Но все исходные данные были верны, все ходы – просчитаны, учтены характеры и нравы. Оставалась только одна переменная – сам Император. От его хода сейчас зависело все. - Что ж, я склонен вам поверить… - сердце у Лейи екнуло. – Отец и сын на одной стороне. На Верели это похоже. Ваш муж, моя дорогая, был арестован здесь, на станции меньше недели назад. На допросе он признался, что Альянс планирует нападение на станцию, и что именно он достал для них чертежи. А его отец давно вызывает у меня большие сомнения. Привезите его сюда, моя дорогая принцесса, его и чертежи. Я дам вам корабль. И неделю времени. А ваши дорогие друзья, думаю, пока побудут у меня, - медленно произнес Император, подаваясь вперед и глядя в упор на Лейю, - для гарантии их безопасности, разумеется. - Разумеется, - Лейя выжала из себя улыбку, подавляя растущую в груди радость. Инициатива наказуема исполнением? Отлично! Покидая апартаменты Палпатина, Лейя обернулась на пороге. - Позвольте вопрос, ваше величество? – Палпатин кивнул, уже думая о чем-то своем. – Что с моим мужем? На губах Императора расплылась кривая улыбка. - Он мертв, дитя мое, он давно мертв. Ваш отец позаботился об этом.