Нить жизни

♪ Makoto Yoshimori - Mata Hajimaru Nichijou e ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Kyuujitsu no Shifuku ♪ ♪ Makoto Yoshimori - Kawai ta maebure ♪ — Утречко, Шизу-тян! — Изая прячет лёгкое смущение за стандартной дерзкой ухмылкой и садится, поджав под себя ноги. Он чувствует, как его разрывает изнутри от счастья. Наконец, его реплики смогут достичь чьего-то слуха. Он, конечно, не был против возможности высказывать мысли вслух и знать, что даже самое тайное никто не услышит, но это быстро надоело. Любому надоело бы, а Изае тем более. Орихара из тех людей, что не любят говорить впустую. Ему нужна аудитория, кто-то, кто будет слушать его. Его слова должны достигать хоть кого-то, должны воздействовать на кого-то. Так он привык. Он привык говорить и знать, что одно лишь его слово может изменить чей-то день, а от его красноречивых реплик может измениться чья-то жизнь. Без этого информатор не чувствует себя настоящим. Поэтому, когда он понял, что Хейваджима его видит, почувствовал невероятный прилив счастья. Шизуо ещё мгновение пытался понять происходящее и, когда осознание полностью накрыло, резко поднялся, при этом немного отскочив назад и с грохотом свалившись с кровати. Затем он быстро встаёт и с привычным гневом в глазах выкрикивает: — Какое ещё «утречко»?! Ты что тут делаешь? — не глядя, он хватается за стоящий позади стул и собирается бросить его в информатора, но вспоминает, что это его собственная квартира и ставит стул обратно. Он глубоко вздохнул, понимая, что здесь у него нет выхода. — Ох, не нервничай так, Шизу-тян, — Изая ухмыляется ещё шире. Он уже успел соскучиться по этому взгляду. — Где мне ещё быть? Мы же теперь связаны, — он слегка понизил голос к концу предложения, отчего последнее слово прозвучало игриво. — Да я не об этом! — Шизуо цыкает, на мгновение отводя взгляд и снова возвращая обратно. — Какого ты спишь в моей кровати? — Я не спал. У меня вообще нет потребности во сне, — отвечает Орихара с видом, будто объясняет ребёнку нечто очевидное. — Тогда нахрена ты забрался в мою кровать? Изая задумался. Всю ночь он провалялся рядом с Шизуо, просто глядя в потолок и думая о чём-то своём, но подумать ведь можно было у окна. Зачем же он обернулся, когда проскользнула мысль о том, чтобы прилечь? Он прекрасно помнит, как сомневался прежде, чем лечь и как сердце ускорило темп, когда он всё же решился. В тот момент его абсолютно не волновало, что он лежит бок о бок со своим врагом. Он просто смотрел в потолок, слушая размеренное дыхание рядом. Иногда поворачивал голову вправо, подолгу вглядываясь в освещённое лунным светом лицо и внутри всё переворачивалось. Это не было чем-то вроде долгого тянущего чувства или разливающейся внутри нежности. Нет. Он просто заворожённо смотрел, не имея сил оторваться и, лишь когда лунный свет спрятался за облаками, Изая снова приходил в себя, возвращаясь к изучению бежевого потолка и немного сожалея, что пришлось прерваться. К утру информатор успел полностью разобрать спутавшиеся за последние сутки мысли и вновь принялся смотреть на Хейваджиму, на подсознании отмечая, что в рассветных лучах его лицо ещё более милое, чем при лунном свете. Ему казалось, что наблюдение за Шизуо скоро войдёт в привычку. Но идиллия и спокойствие были прерваны проснувшимся Хейваджимой. — Эй, блоха, я тебя спрашиваю! — раздражённо напоминает о себе вышибала. Изая вздрагивает, только что осознав, что так и не ответил на заданный вопрос. — Ну, стоять у окна, наблюдая за людьми, наскучило, вот и решил прилечь, — пожимает плечами Орихара и встаёт с кровати, стараясь выглядеть непринуждённо. — Почему тебя это так беспокоит? — Меня воротит от одной мысли, что ты в моём доме находишься, не говоря уже о кровати, — хмуро отвечает Шизуо, стараясь успокоиться хотя бы для того, чтобы не разнести собственную квартиру. Признаться честно, ему не хватало настоящего гнева и сейчас он чувствует лёгкое облегчение, выпустив часть накопившегося. Всё это время он терпеливо слушал Селти и помогал Шинре, ни разу толком не разозлившись и ничего не сломав. Может, он всё ещё не воспринимал реальность до конца, а может, просто старался не слишком задумываться об этом. Серьёзно раздумывать над чем-то Хейваджиме вообще приходится редко, а тут навалилось множество событий, требующих постоянно думать и анализировать. Но стоило только увидеть ненавистное лицо с отвратительно мерзкой ухмылкой, как он тут же вспылил, будто по сигналу. Хватило одного лишь появления информатора. Почему? Он знал, что Орихара ошивается рядом, но старался не придавать этому значения и выходило неплохо. Так что же изменилось от одного лишь взгляда на него? — Да ладно тебе, Шизу-тян. В этом нет ничего такого. Мы ведь взрослые люди, — ухмылка Изаи становится ещё шире, когда он снова видит гневный оскал Шизуо. Хейваджима всё же хватается за стул и посылает его в информатора, запоздало сообразив, что это бесполезно. Стул пролетает насквозь и Орихара слышит грохот разлетевшегося о стену позади него стула. Воцарилась минутная тишина, которая была прервана громким хохотом Изаи. — Ш-шизу-тян, ты... — задыхаясь от смеха, выговаривает Орихара и снова начинает хохотать. — Ты действительно не думаешь головой, когда злишься, — продолжает Орихара и снова смеётся. Шизуо хмурится, сжимает кулаки, но ничего не отвечает, забирая из шкафа костюм бармена и направляясь в душ. — Шизу-тян обиделся? — с издёвкой протягивает в след ему информатор, успокаиваясь. — Надеюсь, ты скроешься к тому времени, как я вернусь, — доносится глухой голос Шизуо прежде, чем дверь ванной громко хлопает и щёлкает замок. Орихара длинно выдыхает и садится на кровать. Даже если бы он хотел сейчас исчезнуть — не смог бы. Он ещё не разобрался в причинах появления и исчезновения, поэтому не может это контролировать. Изая точно знает только то, что это как-то связано с его эмоциями, но как это использовать для контроля над своей сущностью он пока не понял. Настроение вдруг пошло на спад, а ведь только что было так весело вновь играть привычный спектакль о ненависти. Но теперь Шизуо будет стараться игнорировать его хотя бы в собственном доме во избежание лишнего ущерба, а такая перспектива не очень-то радует. Информатор склоняет голову, прикрывая глаза и собираясь с мыслями. С того утра, когда всё началось, его жизнь сильно изменилась. Теперь он не может контролировать даже себя, не говоря уже об остальных. Ситуация насквозь пропитала загадками и вопросами, ответов на которые никто не знает. Ощущение беспомощности раздражает Изаю, заставляя сравнивать себя самого с потерявшимся щенком. Он — Орихара Изая — великий информатор, который держит в своих руках сотни жизней и контролирует весь Токио. Он провернул огромное множество сделок, наблюдал десятки смертей и сам не раз попадал в не очень удачные ситуации. Однако сейчас, когда происходящее напрямую касается его жизни, он не может сообразить, что делать дальше и где-то на задворках сознания начинает чувствовать себя жалким. В этот момент в спальню возвращается Шизуо, уже одетый в костюм и причёсывающий на ходу волосы. Он окидывает комнату быстрым взглядом и облегчённо выдыхает. Изая удивляется такой реакции и опускает взгляд на себя. Его изначально сероватый цвет вернулся и, похоже, заметность тоже прекратилась. С губ срывается разочарованный вздох. Он пропустил этот момент, как и тогда, когда стал виден, и снова не успел заметить, что послужило причиной. Шизуо последний раз подходит к зеркалу, проверяя внешний вид, и забирает мобильник с ключами со стола. Орихара лениво поднимается, следуя за ним. Сделав несколько глубоких вдохов, он начал снова расслабляться, возвращаясь к привычному состоянию. Всё ещё впереди. Времени, может, немного, но оно всё же есть. Информатор вспоминает, что он здесь всего лишь третий день и всё ещё сотню раз изменится. Из-за большого количества событий за такой короткий срок его просто немного выбило из колеи, так что это пройдёт. Орихара облокачивается на стену и смотрит, как Шизуо быстро собирается на работу, даже не позавтракав. По его поведению сейчас Изая мог бы сказать, что он нервничает или даже смущён чем-то, но затем мысленно крутит себе у виска. Это же Шизуо. Скорее всего, он просто всё ещё зол. Информатор хмыкает, ухмыляясь и следуя за вышедшим Хейваджимой. Тот запирает дверь и выходит на улицу. Там он потягивается и глубоко вдыхает утренний свежий воздух. Затем подкуривает и, сунув руки в карманы, медленно бредёт к конторе. Через несколько минут он глядит на время, понимая, что вышел слишком рано и забыл позавтракать, но винит в этом сбившего его с толку Изаю. По пути Хейваджима покупает себе перекусить и садится на лавочку в парке неподалёку. Изая становится за лавкой, опираясь на неё справа от Шизуо, и смотрит на людей, шныряющих туда-сюда. Любимое хобби окончательно приводит в чувства потерявшего контроль над собой информатора и через несколько минут он уже удовлетворённо улыбается, прикрывая глаза и поднимая голову вверх. Вдоволь понежившись под солнцем, он опускает голову и удивляется, глядя на уснувшего Шизуо. — Шизу-тян, у тебя работа впереди. Нельзя спать. Ты ещё не выбил всю дурь из должников на сегодня, — тихо напоминает Изая. Конечно, Шизуо не услышит его, но почему-то хотелось сказать это. Орихара не успел заметить, как его ухмылка сменилась спокойной полуулыбкой, когда он говорил это. В кармане Хейваджимы начинает вибрировать телефон. Шизуо лениво открывает глаза, и отвечает на звонок. — Да. — Шизуо, ты где? Работа не стоит на месте, — Изая прислушивается и узнаёт голос Тома. — Вот чёрт, — выругался Хейваджима, взглянув на время. — Скоро буду, — он собирается закончить разговор, но Танака снова заговорил. — Ты в порядке? — Да, а что со мной может быть не так? — Ты сам на себя не похож, — задумчиво протянул Танака. — Ладно, жду тебя в конторе, — Том заканчивает разговор и Шизуо устало выдыхает, потирая переносицу двумя пальцами. — Он прав, Шизу-тян. Ты действительно сам не свой, — улыбается Изая. Весь оставшийся день Орихара наблюдал за работой Шизуо, подмечая лучшие моменты. Также нельзя было не заметить, что настроение у вышибалы сегодня хуже обычного. Он и в обычном состоянии не очень-то добр, но сегодня он особенно озлобленный и Изая почти уверен, что знает причину. Хейваджима чуть не избил нескольких должников, которые и без того готовы были выложить всё до последней копейки. Том только и успевал каждый раз останавливать разгневанного Хейваджиму, который пытался напасть, как только слышал неуверенный лепет очередного испуганного должника. Вышибала и сам не знал, почему так поступает. Он прекрасно понимал, что не должен этого делать, и многие и без этого отдадут деньги, но не мог себя контролировать. От одного только вида испуганных глаз, глядящих на него, он раздражался. Шизуо убеждал себя, что утренняя выходка Орихары тут не при чём и почти верил в это, но легче не становилось. Он всё равно всё так же злился и готовился поколотить каждого, кто просто не так посмотрел на него. В конечном счёте домой Шизуо вернулся уставшим и голодным, сразу взявшись за ужин. В это время, Изая уже давно был в спальне, привычно изучая людей из окна. Он не оборачивается, когда в комнату возвращается Шизуо, продолжая всё так же стоять. Сейчас он усиленно размышляет над способами развлечься, даже будучи невидимым. Он отдыхал почти трое суток и считает, что пора уже взяться за старое. — Кажется, ты обещал мне помочь, Шизу-тян, — вспомнил Изая. Сегодняшний день пролетел для него впустую. Орихара так не узнал, что должен сделать, не понял причины его связи с Шизуо и не разобрался в своих исчезновениях и появлениях. А время не стоит на месте и не известно, сколько у него вообще есть времени. — Кстати... — протягивает информатор, оборачиваясь. Договорить он не успевает, услышав вибрацию мобильника. Шизуо встаёт с кровати и берёт телефон. Взглянув на экран, он окидывает комнату взглядом, зная, что здесь Орихара и выходит, чтобы ответить. Изая провожает его изумлённым взглядом. Ему до жути интересно, кто мог позвонить ему и зачем, если он даже вышел, чтобы информатор не слышал этот разговор. Вряд ли это девушка. С тех пор, как он стал известен как гроза Икебукуро, у него и друзей-то не было, кроме таких же ненормальных, как он сам, а про девушек и говорить нечего. Тогда кто же это? И почему Шизуо не хочет, чтобы Орихара слышал этот разговор? На лице информатора расплывается ухмылка. — Думаешь, скроешь это от меня, если выйдешь из комнаты? — усмехнувшись информатор выходит из спальни и идёт на кухню к Шизуо, стоящему у окна. — Что-то узнали? — тихо спрашивает Хейваджима, ответив на звонок. Изая на какое-то время замирает у входа в кухню, молясь, чтобы он вдруг не стал видимым. Затем приближается и становится со стороны телефона, прислушиваясь. В неуверенном голосе на том конце провода он быстро узнал Шинру. — Немного. Мы с Селти перечитали много книг и поговорили со всеми, кто может что-то знать об этом. Потом мы... — Ближе к делу, — перебивает вышибала. — Да. Вообще-то, мы не уверены, но... — Кишитани нервно замолкает, явно волнуясь — Эй, — нетерпеливо подгоняет Шизуо. — Дело в тебе. Мы решили, что ты и есть причина появления Изаи в таком виде, — тихо проговорил Шинра и затаил дыхание, ожидая реакции.