А будет ли завтра?

      После показа мод в моем исполнении мы с Гейлом пошли на рынок. Закупив продукты, мы отнесли их домой и решили прогуляться. Гейл уговорил меня сходить с ним в лес. Вечером после ужина я решила поиграть на гитаре. Благо, мои тексты с нотами были с собой. Гейл разлегся на диване, наблюдая за моими действиями. Я настраивала гитару около 10 минут. Убедившись в том, что звук меня удовлетворяет, я размяла пальцы, вспоминая бой и переборы. Не жди, не жди Путь тебя ведет К дубу, где в петле Убийца мертвый ждет. Странный наш мир, и нам так странно здесь порой Под дубом в полночь встретимся с тобой.       Тихо пропела я и посмотрела на Гейла. В его глазах застыли слезы. Для него эта песня значит больше, чем для меня. Гораздо больше. Я услышала, как кто-то негромко мне подпевает, и бросила взгляд на дверь. Там стояла Китнисс. Я продолжила перебирать струны. Не жди, не жди К дубу приходи Где мертвец кричал: - Милая, беги! Странный наш мир, и нам так странно в нем порой Под дубом в полночь встретимся с тобой. Не жди, не жди Приходи скорей К дубу, где мертвец Звал на бунт людей Странный наш мир, и нам так странно в нем порой. Под дубом в полночь встретимся с тобой.       Песня закончилась. Я заглушила струны и отложила гитару. Китнисс села рядом с Гейлом. Пару минут они держались, но внезапно оба разрыдались. Китнисс прижалась к Гейлу, а он сжал ее в своих объятиях. Они пытались успокоиться, но ничего не выходило. - Прим, - расслышала я невнятное бормотание девушки. Я знала, кого она зовет. Это ее младшая сестра, которая погибла от бомбы на площади перед дворцом президента в Капитолии. Это из-за нее Китнисс участвовала в Голодных Играх. Она вызвалась добровольцем, когда случайным образом трибутом - участником Голодных Игр - была выбрана ее сестренка. Все было ради нее. Китнисс согласилась стать Сойкой-пересмешницей, символом восстания, тоже из-за нее. Да, немаловажную роль сыграло то, что Капитолий разрушил 12 дистрикт, сбросив на него бомбы и убив людей. Из 10 тысяч спаслось около 800 человек, и то благодаря Гейлу. Он вывел их в лес, когда большинство кинулось покидать дистрикт по главной дороге. Именно ее бомбили планолеты.       Да, это все сыграло свою роль. Но восстание для Китнисс не до конца оправдано. Оно отняло у нее ее любимую младшую сестренку Прим.       Я встала и ушла в соседний дом. Пит сидел на диване и смотрел телевизор. - Этна? Что случилось? - Гейл принес мне гитару, и я сыграла Дерево висельника. Песню услышала Китнисс. Они рыдают вместе с Гейлом.       Пит закрыл лицо ладонями. Я села рядом с ним. - Ты, наверное, не знаешь, почему мы так реагируем, - обратился ко мне Пит. Я молчала. - Когда я выступал на капитолийском телевидении и давал интервью Цезарю, повстанцы взломали канал и показали видео, где Китнисс ходит по разрушенному 12 дистрикту и поет эту песню. Тогда я впервые после того, как нас разделили, увидел ее. Я узнал, что она жива. И тогда я подсказал повстанцам. Я предупредил о нападении Капитолия ночью на 13 дистрикт. После этого меня били, пытали и внушали, что это она виновата в войне. - Остальное я знаю, - подала голос я. Он с болью в глазах посмотрел на меня. - Это тяжело. Даже то, что ты потеряла семью, не встает ни в какое сравнение с тем, что пережили мы. Вся моя семья тоже погибла. Они сгорели в пекарне. Мои родители и мои братья.       Я обняла Пита, будто стараясь защитить его от этих воспоминаний. Его сотрясали глухие рыдания. Вдруг его глаза потемнели. Я поняла, что так выглядит приступ. - Это все она, - низким голосом твердо проговорил он. Я сильнее обняла его. - Пит, это не она. Приди в себя. Это сделал Капитолий. Они разрушили твой дом. - Нет. Она виновата в их смерти, - настойчиво повторил он. - Пит, твою мать! Тебе промыли мозги! Ты ее любишь! И она тебя любит! Война закончилась! Во всем виноват президент Сноу и повстанцы, но не она! Ее использовали! - разоралась я. Он все еще зло смотрел на меня. - Я ее ненавижу. - Мне тебя ударить, чтобы ты успокоился? - Значит, ты с ней заодно. - Да что мне сделать, чтобы ты пришел в себя?! - воскликнула я. Внезапно он обхватил своими ладонями мое лицо и впился в мои губы. Сначала я ответила, но, осознав, что происходит, отстранилась. - Прости, я..., - Пит не знал, как объяснить свои действия. Я выдохнула. Мои щеки горели. Вся проблема была в том, что мне понравилось. Но я пресекла эту мысль. - Просто больше так не делай.       Я хотела встать и уйти, но он остановил меня, взяв за руку. Я с неким укором посмотрела на него. - Тебе не понравилось? - Какая разница, понравилось мне или нет? - вспыхнула я. - Ты любишь Китнисс с детства. Она - вся твоя жизнь. Не стоит променивать свою главную любовь на мимолетную увлеченность. - Значит, понравилось, - улыбнувшись, констатировал Мелларк. - Больше так не делай, - повторилась я и, вырвав свою руку, вернулась в свой дом. Китнисс и Гейл что-то обсуждали. Я проскочила мимо них и забежала в ванную. Я умылась и уставилась в зеркало, откуда-то появившееся над раковиной. Мое лицо горело. Я безотчетно для себя коснулась пальцами своих губ. Он меня поцеловал. Пит Мелларк. Мой с недавних пор лучший друг. Я одернула себя. Надо успокоиться. Вернуться к ребятам и спеть что-нибудь спокойное. Да, так и сделаю. Я спустилась на 1 этаж и вновь взяла гитару в руки. - Где ты была? - обратился ко мне Гейл. - Хотела позвать Пита вам на помощь. Но у него случился приступ. Пришлось успокоить его.       На их лицах мелькнуло понимание. Я заметила на столике бутылку и два стакана с красной жидкостью. - Что это? - я указала на столик. - Это вино. Успокаивает, знаешь ли, - отозвался Гейл. - Налейте мне тоже.       Я глотнула немного вина и ощутила тепло. Наступило расслабление. Я начала играть.       Ночью Китнисс вернулась к себе. Я помыла посуду и легла, но сон не шел. Меня беспокоило то, что произошло между мной и Питом. И я не могла поделиться этим с кем-либо. Если узнает Китнисс - она устроит Питу скандал. Если Гейл - то все собаки будут спущены на меня. - Что случилось? Ты вся горишь, - охотник лег сзади и прижался ко мне, заключив меня в кольцо своих крепких рук. - Может, дело в вине? - Или в том, как ты успокоила Пита. - Я наорала на него и напомнила ему, что он любит Китнисс. Минут 5 боролась с ним. - И он пришел в себя? - Вроде бы. А как ты успокоил Китнисс? - Ну..., - он замялся. - Я поцеловал ее.       Внутри все сжалось. Я была права. Он ее любит. Он все еще ее любит. Какая же я дура!       Я повернулась к нему лицом и с ненавистью и болью посмотрела на него. - Ты... Что ты сделал?       Он резко улыбнулся. - Я был прав. Ты ревнуешь, - ликующе прошептал Гейл. - Ты издеваешься? Поцеловал ее, сказал мне об этом и еще смеешься мне в лицо! Иди к черту, Хоторн! - Я не целовал ее, успокойся. Я просто проверял тебя. - Если ты еще раз так сделаешь, то я..., - я уйду к Питу. Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть это. - Что ты сделаешь? - Я убью тебя. И ее. И пойду рисовать глазурь на пирожных.       Он расхохотался. Я зло посмотрела на него. Он думает, что я шучу? - Ладно, я больше так не буду. Я люблю тебя.       Я закрыла глаза. Ну зачем? Гейл, не порти все! Пожалуйста! - Я же просила. Я не могу дать тебе того, что ты хочешь. - Но ты ведь не знаешь, чего я хочу. - Я предполагаю. Я не люблю лес так, как любишь его ты. Я люблю искусство. Петь, рисовать - это мое. Но никак не убивать птичек. Мы слишком разные, понимаешь? - Ты просто не хочешь признаться себе, что любишь меня. Но я не виню тебя в этом. Ты просто еще не понимаешь своего счастья.       Кажется, кто-то зазнался. - То есть по-твоему я должна радоваться тому, что ты меня любишь? - Не совсем так, но в общих чертах... Да. Я ведь лучший парень из тех, что ты встречала.       Пит лучше тебя. Намного. Но ты этого никогда не узнаешь. - Думаю, пара дней в постели без меня урезонят тебя, - с этими словами я встала с постели и направилась в соседнюю комнату. Конечно, он придет. Но не зря же люди придумали такую вещь, как замок.       Я зашла в комнату и закрыла дверь. После этого я легла на кровать и, накрывшись одеялом, попыталась уснуть. Я слышала, как Гейл пытался зайти ко мне. Потом он разозлился и ушел спать к себе.       Как же хорошо спать одной! За эти пару дней я устала от парня. Он слишком горяч, слишком нетерпелив... Слишком хорош для меня. Проблема в этом? Не знаю. Я знаю одно - я влюблена в него. Как бы я не хотела это опровергнуть, ничего не выйдет. Мне действительно хочется быть с ним. Без Китнисс. Но без Пита я не справлюсь. Благодаря ему я наконец-то нашла то, чем хочу заниматься. Но этот поцелуй все меняет. Или нет? Я легла поудобнее и уснула.       Спала я долго, потому что, когда я встала, солнце во всю светило. К счастью, никто меня не разбудил. Я вышла из комнаты и прошла в гардеробную за одеждой, поскольку вчерашняя осталась в комнате Гейла. Я одела короткие шорты и майку. Затем я сходила в душ и позавтракала. Моего охотника дома не было. Ничего, вечером придет.       Я хотела поговорить с соседями, но никого не было дома. Тогда я пошла к Хеймитчу. - Привет, солнышко, - улыбнулся мне Хеймитч и пропустил в дом. - Какими судьбами? - Привет. Ты не пьян? - удивленно воскликнула я. - Ты же обещала зайти, если я протрезвею. Решил попробовать. И ты пришла. - Нуу... На самом деле я пришла, потому что меня никто не разбудил и дома никого нет. - Я рад, что ты сразу же вспомнила обо мне.       Я присела на диван. Мужчина сел на стул напротив меня. - Хеймитч, ты хорошо знаешь Пита Мелларка?       Раз уж я здесь, стоит поговорить обо всем с Хеймитчем. Он не расскажет и не осудит. - Лучше, чем кто-либо. А в чем дело? Ты в него влюбилась? - иронично предположил он. - Нет. Но вчера произошло кое-что. И это касается меня и Пита. - Не тяни!       Я вздохнула и рассказала ему все, как есть. - Он поцеловал меня. И... Я не знаю, как это воспринимать. Потому что я, кажется, влюбилась в Гейла.       Я с надеждой на совет и объяснение взглянула на него. Хеймитч задумчиво смотрел на меня. - Знаешь, Этна..., - начал он. - История любви Китнисс Эвердин и Пита Мелларка была придумана мной. Оказалось, что Пит действительно любит ее. С детства. И постепенно он завоевал ее. Он заставил ее полюбить его. Не знаю, как он смог это сделать. У меня так не получилось. А потом их разделили. Но, когда его вернули специально для нее, он больше не любил ее. Пит спал и видел, как бы вцепиться ей в глотку. Врачи пытались вылечить его, но все было без толку. Только она могла по-настоящему исцелить его. Но Китнисс была слишком измотана войной. Тогда я сказал ей: "Какого черта? Если бы ты возненавидела его, он бы боролся за тебя". И она стала бороться. День за днем. Постепенно он начал понимать, где правда, а где ложь. Однако капитолийцы слишком хорошо выполнили свою работу. Он так и не смог окончательно выздороветь. Когда у него начинается приступ, она целует его и говорит, что все хорошо. Что она любит его. И он снова возвращается к ней. Ты понимаешь, что они пережили вместе? - Хеймитч, я все это прекрасно знаю. И не могу понять, зачем ты мне это рассказываешь. - Затем, Этна, что за все время их отношений он не смотрел ни на кого, кроме Китнисс.       Эта фраза прогремела как гром среди ясного неба. Нет, он не может быть прав! Он все еще пьян и обманывает меня. Его слова - ложь! - Но я... Я не понимаю. - Ты все прекрасно понимаешь. - Я не хочу разрушать их отношения! Китнисс так любит его! - Я бы так не сказал. Я говорил с ней этой ночью. Она призналась, что ей не нравится, что Гейл бегает за тобой. - Конечно. Она ведь его лучшая подруга, - соврала я самой себе. Хеймитч рассмеялся. - Ты правда в это веришь? - Тогда скажи мне вот что - они вчера целовались? Гейл и Китнисс? - Не знаю. Она не говорила, - мужчина пожал плечами. - Этна, ты должна определиться. Кто из них двоих нужен тебе. Потому что Китнисс в свое время решила. Она выбрала Пита, но сейчас, кажется, жалеет об этом решении. Слушай свое сердце. - Спасибо за совет, Хеймитч. Только не говори никому о нашем разговоре, пожалуйста. - Ничего не могу обещать, солнышко. Когда я пьян, я много болтаю. - Ладно, я пойду. - Удачи тебе.       В дверях я столкнулась с Питом. Увидев его, я сделала вид, будто ничего не было. - Привет, соня, - поздоровался он. - Хеймитч сегодня трезвый, - радостно объявила я. Пит улыбнулся. - Ты как ребенок. Пойдешь со мной в пекарню? - Пойду, а то помру с тоски. Ты не видел Гейла? - Они на охоте. - Я домой, зайдешь за мной.       Я развернулась и ушла в направлении своего дома, все еще чувствуя на спине обжигающий взгляд Пита.       Я завалилась на диван в гостиной и включила телевизор. По нему шли новости. Краем уха я услышала что-то, касаемое Голодных Игр. Но меня привлекло другое. Диктор отчетливо произнесла две цифры. 76. 76 Голодные Игры. Что происходит?       Я прибавила звук. Новости повергли меня в шок. Оказывается, когда повстанцы победили, президент Койн предложила провести последние Голодные Игры с участием детей тех, кто воевал на стороне Капитолия. Но Игры было решено отложить по причине того, что внучке Сноу было всего 7 лет. Но т.к. недавно ей исполнилось 12, Игры решено провести через пару месяцев.       На экране высветился список имен - участников 76 Голодных Игр. 24 трибута.       И под номером 9 - мое имя. Этна Стоун.       Я протерла глаза. Я ведь была на стороне повстанцев! Какого черта?!       Выключив телевизор, я помчалась к Хеймитчу. Благо, Пит зашел к себе, прежде чем идти в пекарню. - Дай мне выпить, срочно! - взмолилась я. Мужчина покачал головой. - В меня превратишься. - Поверь мне, повод стоящий.       Я сдела глоток из протянутого им стакана. Закашлялась. Отдышалась. - Включи телевизор, - скомандовала я. Он послушался.       Последнюю новость все еще повторяли. Пока Хеймитч слушал новости, я допила бокал и налила еще один. Вот и список. - Девять, - протянула я. Его глаза в ужасе расширились. Мужчина взял бутылку и хлебанул из горла. - Но ты же... Ты была на нашей стороне. - Они так не считают, - я указала на верх. - Им плевать. Они такие же, как Сноу. Сначала потомки бывшего президента, потом и обычные жители. Все возвращается.       В дом вошел Пит и увидел уже знакомую сцену. Я и Хеймитч пьем вместе. - Этна, ты же сопьешься. Хочешь быть, как он? - он осуждающе покачал головой. - Не обвиняй ее, - вступился за меня Хеймитч. - Голодные Игры возвращаются. И она - трибут.       Реакция Пита была такой же, как у Хеймитча. Он вырвал бутылку из рук своего ментора и сделал глоток. - 76? Те, что с внучкой Сноу? - отдышавшись и придя в себя, спросил Пит. Я кивнула. - Но ты же была против него! - Им все равно, Пит. Поздравляю, - Хеймитч похлопал Пита по плечу. - С чем? - Ну как? Теперь ты почувствуешь на своей шкуре, что значит быть ментором. Если они позволят тебе им стать. - Игры через 2 месяца. Мне нужно готовиться. Я же ничего не умею, - влезла я. - Нет, - отрезал Пит. - Мы поедем в Капитолий и поговорим с президентом. Объясним ей все. Мы с Китнисс и Гейлом - главные герои той войны. Она нас послушает. - Какой же ты наивный, - горько усмехнулся Хеймитч. - Всем плевать. Они даже слушать тебя не станут. А если ты начнешь выступать против них, еще и отправят тебя на арену. Смирись. - Я не стану мириться.       Я махнула рукой на эти разглагольствования Пита и ушла. Я оставила ключи от нашего с Гейлом дома под ковриком и отправилась гулять по дистрикту. К черту все. Раз уж мне суждено умереть - надо сделать это быстро и безболезненно. Например, тот же морник. Идеально. Отравится ягодами. Надеюсь, на арене будет лес. А что насчет воды? Нет. Пусть у нас и были проблемы с озерами, плавать я все же умею. Мои сильные качества... Их нет. Я ничего не умею. Ни драться, ни быстро бегать, ни стрелять из лука, ни кидаться ножами. Ни-че-го.       Я добрела до рынка. Очевидно, люди уже посмотрели новости, потому что я заметила на себе косые взгляды. Видимо, мое фото тоже показали. Странно, что большинство взглядов были сочувствующими. Люди видели меня то с Гейлом, то с Питом и, наверное, решили, что я была с повстанцами. Спасибо, что хоть вы не сомневаетесь в этом.       Через час я поняла, что заблудилась. Я увидела вдалеке высокий забор и двинулась к нему. Наконец я достигла цели. Я пролезла под него и оказалась в лесу. Пройдя по утоптанной дорожке, я вышла к реке. Еще через полчаса хотьбы по ней я нашла большое озеро. Я потрогала воду - теплая, как парное молоко. Я решила искупаться. Раздевшись до нижнего белья, я залезла в воду. Божественно! Задержав дыхание, я нырнула. Вынырнула только тогда, когда воздух в легких окончательно закончился. Кажется, неплохо. Пара минут под водой. Они могут помочь мне.       Я доплыла до противоположного края и обратно. Снова попробовала понырять. Уже лучше. Нужно практиковаться в этом. Задержка дыхания не бывает лишней. Вдруг рядом со мной кто-то нырнул. Я испуганно бросилась к берегу, но тут меня обняли крепкие мужские руки. Я обернулась - это был Гейл. - Ты хоть понимаешь, как я испугалась? - выкрикнула я. - Я слышал новости, - понуро сказал он. Я нервно сглотнула. - Я пойду вместо тебя на Игры. - Чтоооо? Нет, я тебе не позволю! Ты можешь научить меня ставить капканы и стрелять из лука, но на Игры поеду я и точка! - отчеканила я. - Я вызывусь добровольцем. - Ты понимаешь, что набор трибутов прошел не по дистриктам? Все дело в родстве. Видимо, кто-то из моих родных был слишком ярым сторонником Капитолия. - Надо выяснить, кто это. - Это ничего не изменит. Они уже все решили. - Я стану трибутом. Вот увидишь. Ты не должна страдать. И у меня больше шансов победить, признай это. - Заткнись. Без тебя справлюсь.       Я ощутила, как его рука опустилась на мою попу. Ох, Гейл, с огнем играешь. - Что ты...       Я не договорила. Парень заткнул мой рот поцелуем. Его жаркие губы накрыли мои и начали их терзать. Он прислонил меня спиной к берегу и уперся руками в землю. - Здесь не бывает людей, - шепнул он мне на ушко, на мгновение оторвавшись от моих губ и вновь вернувшись к ним. Его язык завладел моим, задавая темп и правила игры.       Он положил свою руку на мою грудь и начал ее мять. Его губы переместились на мою шею, на которой он поспешил оставить засосы, а затем и на грудь. Гейл расстегнул мой лиф и выбросил его на берег. Я остановила его. - Ты уверен, что здесь никого нет? - Уверен. Здесь никого никогда не бывает. Это озеро находится в самой гуще леса. Здесь скорее появится олень, чем человек, - успокоил меня охотник. Я поверила ему. Он - знаток этих мест.       Ответив мне, он занялся моей грудью. Его губы и проворный язычок ласкали мои соски, а его руки тем временем переместились ниже. Я почувствовала, как он оттягивает пальцами резинку моих трусиков, но протестовать не стала. Я хочу его. Здесь и сейчас. У нас нет времени. Мы должны наслаждаться друг другом до Игр.       Он запустил свою руку ко мне в трусики и коснулся внутренней стороны бедра. Я застонала. Он вновь приник к моим губам, целуя их со всей страстью, на какую он только был способен. - Ты уверена? - прошептал он. Вместо ответа я притянула его к себе и, впившись в его губы сладким поцелуем, запустила руку в его трусы. Когда я нащупала его член, парень простонал мне в рот. Избавив меня и себя от оставшегося белья, он раздвинул мои ножки и вошел в меня. Это был мой первый раз, поэтому вода вокруг нас окрасилась в кровавый цвет. Но мне не было больно. Мне нравились его ласки и его действия. Его поцелуи сводили меня с ума. На это время я даже забыла, что я - трибут. Но ничто не длится вечно. Сначала кончила я, а затем и он. Он еще раз коснулся моих губ. - Люблю тебя, - прошептала я. Призналась. - И я тебя. Спасибо Играм хотя бы за это. Ты быстрее разобралась в себе. - Ты все такой же самовлюбленный критин. - Узнаю мою девочку.       Мы выбрались из воды и оделись. Комплект моего белья был сильно испачкан грязью, поэтому я одела только шорты и майку. Гейл покачал головой, явно не одобряя мой поступок. - Если хоть кто-то косо посмотрит в твою сторону, я ему морду набью, - сквозь зубы процедил охотник. Я усмехнулась. Дождешься. До дома мы шли, держась за руки. В этот момент мне действительно показалось, что я люблю его. Наверное. Когда мы вернулись, нам навстречу выбежали Пит, Китнисс и Хеймитч. При взгляде Пита мне захотелось прикрыться. Гейл обнял меня и прижал к себе. - Этна, я смотрю, ты определилась, - улыбнулся Хеймитч. Я кивнула. Если переспать с Гейлом означает то, что я выбрала... - Где вы были? И почему вы такие грязные? - воскликнул Пит. - На озере в лесу. Там очень красиво, - ответила я. Пит злобно посмотрел на Гейла. Я понадеялась, что Хоторн не заметит. - Этна, я слышала про Игры, - Китнисс забрала меня из объятий Гейла и обняла, а сама прошептала мне на ухо, - Нам надо поговорить. Я зайду за тобой вечером. Я кивнула. Что же Китнисс хочет мне сказать?