Знаток алгебры

Грей, вновь решив задачу по алгебре быстрее всех в своей группе, лениво откинулся на спинку стула, сцепив руки за головой. Учительница, мисс Полюшка, даже не удивилась, обнаружив среди кучи опущенных голов одну поднятую, а именно, Фуллбастера. Она поправила очки и встала: – Отлично, Грей. Если ты закончил, можешь сдать мне работу. Грей кивнул и встал, задвинув за собой стул и поправив белую рубашку. Вообще, парнем Грей был очень порядочным и умным, но далеко не занудой. Нет-нет, он, наоборот, был одним из самых весёлых ребят своего мужского института. Пользовался парень популярностью не только среди своего первого курса, но и среди всех студентов. Однако когда дело касалось домашних заданий, самостоятельных работ и учёбы в целом, Фуллбастер становился невероятно серьёзным. Он прошёлся по кабинету, и многие цокнули от раздражения – ну как Грею удаётся так быстро решать эти гадкие задачи?! Нацу, его друг, в раздражении сломал карандаш, пытаясь подобрать хоть какой-то путь к решению. Парень отдал работу мисс Полюшке и вернулся на своё место, довольно улыбаясь. Джерар, который обдумывал решение, ухмыльнулся и показал другу большой палец. Он мирно поигрывал карандашом, пока преподавательница просматривала его работу. Тут мисс Полюшка мягко улыбнулась и отодвинула от себя исписанный лист: – Просто блестяще, в прочем, как и всегда. Сто баллов, Грей. Парень кивнул и зевнул, задумавшись. Сейчас шёл его первый курс, и пока дела обстояли просто прекрасно. Отсутствие в институте девушек помогало сосредоточиться на работе, поэтому ничто не мешало. Алгебра словно была придумана только для того, чтобы Грей решал и перерешивал все её замысловатые уравнения и задачи. Вдруг в кабинет стремительно вошёл их невысокий директор, мистер Макаров. Мальчики, по обыкновению, уважительно поднялись со своих мест, и Макаров жестом попросил их сесть. – Мисс Полюшка! – позвал он. Та встала. – Не могли бы вы выйти побеседовать со мной на пару слов?.. – Да, конечно. Она вышла из кабинета, и Грей застонал – естественно, все стали перешёптываться и звать его со всех сторон, чтобы он сказал ответы. Фуллбастер неохотно давал парням указания, мозг вскипел, и Грей оставил попытки, силясь игнорировать мольбы и тычки в бок. Зарывшись пальцами в чёрные волосы, он пришёл к выводу, что все его одногруппники – конченные тупицы, если не смогли решить даже первое, элементарное задание. Это раздражало. Вдруг все разом утихли – в класс вернулась мисс Полюшка и, заняв привычное место за письменным столом, сказала: – Грей, выйди, пожалуйста, в коридор. Мистер Макаров ожидает тебя. – Меня? – Фуллбастер настороженно поднялся с места и вспомнил, как позавчера, раздурившись, выбил окно на третьем этаже. Ой-ой, похоже, директор прознал. – Прошу тебя, поторопись. У мистера Макарова не так много времени. Он прищурился, спина покрылась мурашками. Ну хорошо, решил Грей, перед смертью, как говорят, не надышишься. Пересёк кабинет, а затем вышел в коридор, тихо закрыв за собой дверь. Мистер Макаров был ниже ученика голов на пять, не меньше. Парень ощутил неловкость, взглянув в проницательные глаза – они никогда не разговаривали ни наедине, ни мельком в коридоре. – Ты, я полагаю, знаешь меня? – осведомился мистер Макаров. Грей согласно кивнул облегчённо выдохнул – голос того был спокоен и – показалось ли это ему? – звучал уважительно. – А ты, как мне сказали, Грей Фуллбастер. Пройдёмся? – Как вам угодно, – вежливо сказал он. Они медленно зашагали по коридору, их шаги гулко отдавались от стен пустынного помещения. Грею же приходилось буквально ползти, как улитка, ведь директор на коротеньких ножках не поспевал за учеником. – Мисс Полюшка о тебе очень высокого мнения. Говорит, что ты лучше всех на первом курсе разбираешься в таком непростом предмете, как алгебра. Это правда, сынок? – Полагаю, что так. – Блестящие оценки, серьёзный подход к работе, – Макаров уважительно кивнул, глядя перед собой. – Очень редко сейчас встречаются такие, как ты… Хотя, и об окне в кабинете химии я наслышан. Грей усмехнулся: – Я заплачу. Простите, так получилось. – Да… Как говорил учитель химии, вы пытались выбросить одногруппника, Нацу Драгнила, в окно. Старик позволил себе улыбнуться (эх, молодость!), хотя для остальных учителей повода для усмешки не было. И тут он настороженно опустил глаза, глядя на проплешину директора – ну теперь ясно. Ему явно что-то было нужно от Фуллбастера. Грей терпеливо ждал и, наконец, его предположение обосновалось: – Гм… Знаешь, Фуллбастер, ты умный мальчик. Очень даже умный. Мисс Полюшка честно призналась, что не видит смысла обучать тебя на первом курсе. Она о тебе более высокого мнения и считает вполне возможным перевести тебя сразу на третий. – Да я не особо хочу торопить события, – признался парень, сунув руки в карманы. – Я понимаю, но намекаю так же, что особой потребности в твоём обучении сейчас нет… Эм… Понимаешь я, честно признаться, хочу попросить тебя временно занять одну должность. Он удивлённо вскинул брови, остановившись: – Работу предлагаете?! – Ну да. – Мистер Макаров улыбнулся ему и вдруг принял едва не умоляющий вид. – Недалеко от нашего института есть школа для девушек. Старшеклассницам скоро сдавать экзамены выпускные по алгебре, некоторые, надо сказать, соображают не плохо, всякие есть. Есть и дремучие… – он обречённо покачал головой. – В общем, им нужен кто-то, кто сможет их научить. Кого-то нужно срочно подтянуть, а не то провалятся ведь девочки… Я и там директор, кстати. Ой, Грей, там есть такие девицы, уровень знаний которых ниже плинтуса… Просто ужас. Ты, я полагаю, единственный, кто может им помочь… Согласен учить какое-то время одиннадцатый класс?.. – Но… те девушки, должно быть, младше меня всего на год, если я не ошибаюсь? Им семнадцать? Вы думаете, я смогу стать для них авторитетом?.. – Конечно. Пойми, ты хоть и старше на год, но, всё-таки, они будут уважать тебя, ведь ты уже, как-никак, член института, а не школы. Но, конечно, будь с ними по строже. Оплата высокая. – добавил он. Грей вздохнул, слегка неуверенно глянув на директора и кивнул, неохотно: – Ну хорошо. Я попробую их чему-нибудь научить. – Отлично! – просиял мистер Макаров. – Но Грей, ты осторожнее там!.. Парень-то ты симпатичный, а из мужчин в той школе – только я. Он усмехнулся, а Грей хмыкнул, безразлично глянув на деда при упоминании противоположного пола: – Из-за постоянного мужского общества я вообще забыл, как они выглядят и за что их можно любить, так что не волнуйтесь, они меня не интересуют. На следующий же день Грей свернул с привычной дороги и нашёл ту самую школу для девушек. Он, совершенно безразлично, прошёл мимо сотни красавиц, ни на одной не задержав взгляд, боясь опоздать на первый урок. Оделся он так же, как одевался в своей школе – в серьёзный, тёмный костюм с белоснежной, едва-едва прозрачной рубахой. Он не надел галстук – эта чёртова удавка всегда бесила парня. Учитывая крепкое телосложение восемнадцатилетнего юноши, костюм сидел на нём просто отменно, где-то даже подчёркивая бугристый торс. Грей отыскал нужный кабинет только после звонка и, почти без робости, шагнул за порог. Его встретили сразу двадцать пар удивлённых, накрашенных глазок и Фуллбастер улыбнулся – да-а… надо сказать, в девушках что-то эдакое было. Их форма одежды была почти однообразна, но на всех сидела очень мило, подчёркивая девичьи прелести. Тут он вспомнил о работе, и тут же стал серьёзным. Так случалось всегда. Пройдясь по классу к письменному столу он, неторопливо, бросил папки с бумагами, которые принёс с собой, в сторону. Послышались удивлённые перешёптывания, даже хихиканья, а когда парень повернулся, обнаружил, что почти все до одной залились румянцем и оценивающе глядели на гостя. Многие в институте шутили, что они живут, как в монастыре, без противоположного пола. Недолго стать не натуралом! Похоже, тут ситуация была та же. Он едва заметно усмехнулся и уверенно взял в руки мелок. Парень очень размашисто написал на доске своё имя и фамилию. – Если вы не в курсе, дамы, – сказал он и отметил, что все сразу затихли, сосредоточенно слушая, – то меня зовут Грей Фуллбастер, для вас – профессор Фуллбастер. Или мистер – как угодно. – Он повернулся, поправив пряжку на поясе. Девушки явно очень долгое время не видели таких красивых молодых парней и слушали во все уши мужской, молодой голос: – Я пришёл к вам из мужского института с первого курса, и какое-то время буду учить вас алгебре. Мне сказали, что некоторых из вас придётся подтягивать, чтобы вы успешно сдали экзамены. Одна девушка неловко подняла руку. Грей наклонил голову, бесстрастно: – Слушаю. Мисс… – Хартфилия. Люси Хартфилия. А вы… надолго к нам? Она порозовела, и по классу пробежался смешок. Грей усмехнулся: – Я буду здесь до тех пор, пока ветер в ваших очаровательных головках не сменится чем-то материальным. Многие посчитали такой ответ остроумным и захихикали. Снова поднялся шёпот. Грей неторопливо развернулся к доске, чувствуя на своей спине множество взглядов. Честно говоря, эта работа могла его нервировать – уж слишком непривычное, пусть и прекрасное, общество. Он снова заставил себя сосредоточиться на алгебре и легко ушёл в пример. Написал он довольно лёгкое (на его взгляд) уравнение и повернулся к классу. Не дожидаясь его вопроса, в воздух взлетели три руки. Почему-то Грей не сильно-то верил, что они хороши в алгебре – наверняка просто хотели постоять с ним рядом. Он эффектным движением раскрыл журнал: – Желающие девушки, назовите фамилии, пожалуйста. – Альберона. – Штраус! – Скарлетт. Профессор Фуллбастер, а у меня вопрос: сколько вам лет? Он исподлобья глянул на неё, ухмыльнувшись: новые смешки и покрасневшие личики. – Восемнадцать, если вам так интересно знать. Смотрю, ваши знания в алгебре весьма не плохи, но не надо задавать лишних вопросов на моих уроках, договорились? Так… Штраус – всё не так плохо у вас с успеваемостью… Альберона – ну тоже нормально… Ой-ё… – он остановил палец на одной из фамилий, проглядывая оценки. Сплошные двойки! Ни одной другой оценки. – Ай-яй-яй… Кажется, я знаю, кого буду пытать первой… Он уловил боковым зрением, что несколько девушек обречённо пискнули и чуть не под парты попрятали блестящие глазки. Он был просто в шоке от оценок одной особы – ни у одной другой не было так плохо. – Джувия Локсар, иди к доске. Он оглядел класс в поисках страдалицы, и тут, как раз из-за парты, обречённо вздохнув, вышла весьма красивая девушка. Её синие волосы, отливая лазурью, сыпались на плечи, а школьная форма, состоящая из блузки и юбки с очаровательной жилеточкой, подчёркивала пышную грудь молодой красавицы. Синие глазки опустились в пол, она покраснела до корней волос, подходя к нему неуверенно и клацая каблуками. Грей подумал: интересно, такая короткая длинна юбки действительно является частью женской школьной формы и нормально ли это?! Джувия робко приняла из его руки мелок и подошла к доске. Мало того, что новый учитель, ещё и парень впервые появился за одиннадцать лет их учёбы, так ещё и смотрит на то, как та отчаянно краснеет от стыда, тупо глядя в пол. Она не знала, как решается это уравнение. Грей выжидательно глядел на неё, скрестив руки на груди. Она что-то промямлила. – Прости, что? – Я… не готова. – Локсар, я же не спрашиваю у тебя домашнее задание. – Я не знаю, как это решить. Он вздохнул и подошёл к ней, щёлкнув пальцами, как бы намекая, что она должна дать ему мел. Джувия повиновалась, раскрасневшись. Грею показалось, что она сейчас заплачет от стыда. Он вознёс руку и спросил, мягко, чтобы не расстроить её ещё больше: – Что именно тебе непонятно? Она продолжала смотреть в пол и Грей нахмурился: – Посмотри на пример. На полу его нет. Девушка с трудом подняла головку и посмотрела на буквы и цифры, выведенные непривычно-ровным почерком – обычно у их старой учительницы символы выходили коряво. Она неловко покосилась на учителя – девушка явно чувствовала дискомфорт, впервые за много времени стоя возле молодого парня. Надо признать, что и Грей чувствовал себя неловко, но вспоминал, что это его работа, а Джувия – не больше, чем его ученица. Но просто… когда вот так вот неожиданно оказываешься в таком окружении, да ещё и близко стоишь к милой, стеснительной девушке… Такое роскошное тело, да и самих девушек, он видел крайне редко. Но ладно. Надо отвлечься, так что он решил вернуться к алгебре. – Что именно непонятно? – повторил он вопрос и услышал позади скучающий вздох – похоже, когда у доски была Локсар, так происходило постоянно. Оно и видно по оценкам. Кто-то встрепенулся – похоже, вспомнил, что можно пока попялиться на нового профессора. – Я не понимаю, что нужно делать, – постыдившись, промямлила Джувия и опустила голову. – Поставьте два, пожалуйста, и я сяду… – Что? – Грей удивлённо вскинул брови и стал более серьёзным, повернув голову к классу: – Так, девушки, откройте, пожалуйста, восьмую страницу вашего учебника и приступайте к десятой задаче. После урока я их проверю, а мы с Локсар, похоже, немного постоим. – Джувия, под шорох открывающихся тетрадей и учебников, обречённо вздохнула. – Джувия, я не посажу тебя до тех пор, пока мы не разберёмся. Мне не хочется ставить тебе двойку, так что давай думать. С чего предложишь начать? Она опустила головку. – Не знаю. – У-у-у… как всё запущенно, – покачал головой Грей. Он сложил руки за спиной и прошёлся немного мимо неё. – Давай, Локсар, это уравнение на уровне класса девятого, или того меньше. Я предлагаю тебе переместить иксы – влево, числа – вправо. Она неуверенно стала выписывать все символы, содержащие в себе икс тоненькой, белой ручкой. Грей так привык видеть широкие, венестые ладони, что невольно был заворожен этим зрелищем. Да. Девушки, всё-таки, были в чём-то милы и привлекательны. Мелок постукивал по школьной доске, и Грей замотал головой: – Нет-нет-нет, ты забыла сменить знаки. – Эм… – она застыла, не вполне понимая, как это сделать, и в каком случае. Грей взял из её руки мел и исправил ошибки, стукнув по доске костяшкой пальца: – Вот так это должно выглядеть. Тебе понятны ошибки? – Да. – Ага, конечно, – закатил он глаза. – Все вы так говорите. Не надо мне это говорить, лишь бы я отвязался. Давай, считай количество иксов. Она посчитала, но неправильно поставила знак, превратив сумму в отрицательное число. – О, Господи, – тихо вздохнул он и стёр минус. Они всё бились над этим лёгким примером, словно Джувию попросили доказать теорию Эйнштейна. Фуллбастер всё старался натолкнуть её на мысль, но всё бесполезно. Нет, он был уверен, что Локсар умная, просто алгебра – это точно не её конёк. Она часто поправляла короткую юбку, а Грей иногда ловил себя на том, что смотрит, как она это делает. Всё же, женское тело вызывало в нём немного любопытства, но он снова вернул себя мыслями на урок. Прозвенел звонок, пример так и остался нерешённым. Джувия отложила мел, а Грей, поглядев на журнал, усмехнулся: – Ох, не повезло тебе, Локсар… Алгебра-то у вас сегодня парная. Отдыхайте, девочки, мы продолжим через несколько минут. Джувия, с тобой тоже продолжим. Джувия игнорировала его взгляд и зашагала на место. Кажется, её сильно раздражало, что ей просто не ставят двойку и не отпускают. Нет, Грей был намерен подтянуть девушку. Он устало опустился на стул, глядя как двадцать девиц встают со своих мест и складывают тетради ему на стол, обворожительно улыбаясь. Каждая норовила привлечь его внимание, а Грей вдруг подозрительно сощурился на синеглазку. К ней подошла Эльза Скарлетт. – Ненавижу алгебру! – прошептала она подруге, но довольно громко, так что парень услышал. – Вот привязался! У меня уже рука затекла… – и она, раскрасневшись, печально опустила глаза. – А симпатичный какой! – хихикнула Эльза. – Ты так не думаешь? Ответ Грей не услышал, зато до него долетели обрывки её жалобы: – …Не смогу я решить пример! Он объясняет, но я плохо понимаю… – она залилась краской гуще. Тут Эльза что-то ей прошептала, косо глянув на профессора, и как бы случайно заслонила подругу собой. Она нагнулась и стала что-то быстро диктовать ей. Грей принял ещё несколько тетрадей и привстал, чтобы посмотреть на девушек и, со смешком, заметил, как Эльза явно диктует ей решение примера, а та нервно и торопливо записывает себе на ладонь. Решила хитрить? – подумал Фуллбастер. Ладно, посмотрим, как у тебя это получится. Он закинул ноги на стол и развалился – несколько девушек, хихикая, отвернулись, подталкивая друг друга локтями. Ну конечно, он был парень привлекательный. Сразу после звонка Грей поднялся со своего места и кивнул Джувии, дав понять, что она должна продолжить. Она встала немного увереннее, сжав ладонь в кулак… но уверенность тут же сменилась страхом, когда он мягко её перехватил и, обняв за плечи, заставил сменить назначение своего пути с доски на раковину. Многие заинтересованно и как-то ревниво посмотрели на них, кто-то в шоке разинул рот. Девушка испуганно хлопала ресницами, ничего не понимая, а парень хитро взял её правую руку и с силой надавил, расправляя пальцы. Она покраснела и опустила глаза – вся рука была исписана мелким почерком. – Ты решишь пример, но сначала мне бы хотелось, чтобы ты вымыла ручки, а то посмотри, какие грязные! Он подтащил её ближе к раковине и включил горячую воду, запустив под струю руку девушки. Она согнулась и стала мыть руки, но Фуллбастер видел, что та почти не трёт ладонь, чтобы там остался текст. Он, ухмыльнувшись, выдавил на руку жидкое мыло и взял её руку, старательно вытирая ладонь. Джувия покраснела и обречённо застонала, когда буковки стали исчезать с её кожи. Все, просто офигевшие, раскраснелись и, видимо, в тайне надеялись, что их тоже поймают за шпаргалкой, и он так же вымоет им руки… – Вот так, – улыбнулся он ей, как бы поставив на место, и притянул мягкую руку ближе к глазам. – Вот, какая красота! Я даже вижу своё отражение, – саркастично заметил он, а смущённая и расстроенная Джувия опустила голову. Несколько девушек рассмеялись. – Теперь, с такими чистыми руками и чистой совестью, возвращайся к доске и думай над примером. И снова Джувия стояла, ничего не понимая, а Грей проверял тетради девушек. Он нашёл несколько ошибок в первой же тетради и удивился – да… подтягивать класс определённо надо. Вот только он был уверен, что девушки, даже если и на тройку, но сдадут экзамен, а вот Джувия… Фуллбастер начал подзывать к себе учениц, отдавая им тетради, и опускал при этом глаза, потому что красавицы всё продолжали привлекать его внимание разнообразными случайными жестами, но Грей не реагировал. Вдруг он заметил, что Эльза, махнув алыми волосами, как-то подозрительно улыбаясь, прошла слишком близко к Джувии со своей тетрадью в руках. Ну, точно! Их руки соприкоснулись, и синеглазка торопливо заслонила кулачок. Она легонько вздрогнула при звуке отодвигаемого стула профессора – так всегда бывает, когда ученики боятся быть пойманными за шпаргалкой. Он наклонил голову, улыбаясь, и медленно пошёл к ней, как бы для того, чтобы проверить её успехи. Естественно, с прошлой перемены на доске не появилось ни цифры. Джувия скосилась на него, с боязливым и в то же время невинным видом. – Ну что, Локсар? – он подошёл совсем близко – Грею нравилось давить на неё, видя страх в глазах перед предвкушением разоблачения: он всегда мечтал о такой возможности в школьные годы. Она не поворачивала к нему ничего, кроме головы. – Долго будешь стоять? – Я, к-кажется, начинаю понимать… – Ах во-о-от как… – Фуллбастер усмехнулся и вытянул к ней свою широкую ладонь. Джувия побледнела. – Начинаешь понимать что? Почерк своей подруги? Давай сюда. Она опустила глаза и покраснела: – Н-не понимаю, о чём вы… – Да ну? Тогда открой правую руку. Она неохотно положила ему в руку бумажку, коснувшись пальчиками, и снова уставилась в пол, разглядывая туфли на высоком каблуке. Грей развернул бумажку и на мгновение вытаращил глаза. Эльза закрыла рот ладонью. – Скарлетт! – позвал он и, быстро пролистав учебник, поднял голову. – Страница двести три, задача четырёхсотая. Иди к доске, да встань как можно дальше от Джувии, чтоб не подсказывала. Красная до корней волос, нервно хихикая, Эльза пошла и заняла место ближе к письменному столу Грея – дальше от Джувии. Она положила учебник на стол и стала думать над задачей. Грей, опустив глаза, снова перечитал записку, и тут Люси подняла руку: – Профессор Фуллбастер! А что там? Грей уже понял, что Люси Хартфилия – очень любопытная девушка и сует свой носик во все дела. Многие девушки заинтригованно подняли на него головки – его нога, как в нервном тике, топала по полу, неясно, что именно выражают его глаза: это было нечто среднее между предстоящим ором и желанием расхохотаться. Кровь подступила к лицу, он немного порозовел. Джувия вопросительно глянула на Эльзу, а та, криво записывая «дано» и сотрясаясь от беззвучного смеха, краснея уже оттенком цвета своих волос, помотала головой. – Зачитать вслух перед всеми, Эльза?! – нервным голосом спросил Грей. – Профессор Фуллбастер, мне кажется, не стоит… – Да что ты?! – он, саркастично и ещё Бог знает с какими чувствами развернул бумажку получше. Джувия навострила уши, а Эльза помирала со стыда и от беззвучного смеха. – Та-а-ак… Сверху идёт решение уравнения – молодец, что еще могу сказать, ты решила его правильно… Итак, а вот дальше идёт информация явно интереснее: «Что-то красавчик-профессор тебя никак не отпустит! Так и жрёт тебя взглядом… Интересно, когда он уже запустит шаловливые ручки тебе под юбку? Мне кажется, он тебя при всех сейчас за зад ущипнёт…» Взрыв хохота разнёсся не только по всему классу, но и, как показалось Фуллбастеру, по всей школе. Эльза согнулась пополам от смеха и выронила мел. На доске от её «дано» осталась длинная полоса мелка. Все девушки, красные, как раки, хохотали, взявшись за животы, истерическим смехом. Лицо Грея оставалось таким же, и он обратил взгляд на Джувию. Синеглазка, конечно, знала, что всё про «жор» Грея взглядом было не более чем выдумка подруги, однако порозовела и нервно рассмеялась, прикрыв рукой рот. Фуллбастер снова повернулся к классу и стоял, пока хохот не сменился на смущённые смешки. Он повернулся к Скарлетт. – Пиши-ка задачу, фантазёрка. Вот что, – он опять повернулся ко всем девушкам, косо глянув на Джувию и ухмыльнулся. Грей медленно прошёлся по кабинету и оперился руками об письменный стол – рубаха натянулась и бугристый торс вырисовался сильнее. Глянув на всех исподлобья, без зла, улыбнулся: – А можно прояснить вам ситуацию откровенно, девушки? При слове «откровенно» все девушки заёрзали, приготовившись внимательно слушать. Джувия повернулась к нему, краснея. Он игнорировал её взгляд, а Эльза сосредоточила всё внимание на профессоре, улыбаясь. – Если я пришёл к вам из института, где нет девушек, в школу, где только девушки и есть, это не значит, что я тут буду ухлёстывать за вами и задирать юбки случайной прохожей. Вам надо бы понимать разницу между учителями и извращенцами, которые, пуская слюни, молят о такой должности. Я не высказал никакого желания временно работать здесь, но меня попросил занять должность директор Макаров, так как вас нужно подтягивать в учёбе. Я лучше всех на своём курсе, если не в институте, разбираюсь в этом предмете, так что я единственный, кто способен вам сейчас помочь. Я вижу сейчас, что большинство из вас думают не про алгебру, а про то, как «красавчик-профессор» (спасибо Эльзе за эти слова) начнёт заигрывать с каждой из вас. Забудьте об этой глупости и уймитесь, дамы. Я пришёл сюда с одной целью: вложить в ваши очаровательные головки хоть крупицу знаний. Мисс Локсар я не отпускаю потому, что она, как вы сами видите, не понимает данный предмет и моя обязанность помочь ей в этом. Всем всё ясно? Девушки покивали головками и опустили глаза, однако смущённая улыбка всё также изгибала уста каждой. Грей повернулся к Скарлетт, и та также кивнула, усмехнувшись. – Решай, Эльза. Молодец, что решила подружке уравнение уровня девятого класса, а теперь решай задачу одиннадцатого. Я проверю её и посмотрю, насколько ты готова к экзаменам. Так, Джувия, – он подошёл к ней и стал объяснять весь принцип решения. Девушка поспешно записывала: вот она, основная ошибка учеников. У доски они не откладывают знания, а силятся отмучиться и сделать вид, что всё поняли. Когда она, наконец, записала ответ, который Грей практически продиктовал ей сам, она облегчённо поставила жирную точку и смущённо сложила ручки, опустив голову. – Скажи, Джувия, ты хоть немного поняла? – Д-да. – Ладно… садись. Она, клацая каблуками, зашагала к своему месту и села, уткнувшись в тетрадь. Фуллбастер ещё немного посмотрел на неё, а затем вновь раскрыл журнал. Вся строчка, примыкающая к фамилии Локсар, была усыпана двойками. Просто ужас… Он поглядел на другие фамилии. Разумеется, ни у кого так плохо не было, однако и девиц с плохими оценками тоже хватало. Он наткнулся на МакГарден, у которой тоже с алгеброй не всё хорошо, и вызвал её к доске. Леви, однако, пусть и с трудом, но смогла решить данное ей уравнение. До конца урока он спрашивал других девушек и исправлял задачу Эльзы. Как только прозвенел звонок и Грей дал домашнее задание, девушки поспешно сложили сумки и направились к выходу. Он сел за письменный стол и крикнул, когда синяя головка уже почти ускользнула: – Джувия! Задержись на минутку, пожалуйста. Он увидел, как Локсар наклонила головку, состроив гримасу и шепнув: «Чёрт!..» Эльза пообещала подождать её и вышла за дверь, подмигнув подружке. Все вышли, и синеглазка медленно зашагала к учителю, остановившись прямо перед ним, тупо глядя в пол. В классе стало очень тихо, и с минуту Грей просто смотрел на неё, сложив руки. Она покраснела от стыда и неловкости. – Ну и что мне с тобой делать, Локсар?.. Уравнение, которое я тебе дал, было легким, как я посчитал, даже для тебя. Я тут посмотрел твою успеваемость по другим предметам – очень даже похвально. Так почему с алгеброй-то так туго? Она пожала плечами и грустно посмотрела ему в глаза своими синими, большими глазками. – Как ты собираешься сдавать экзамены? – Не знаю. – Я здесь для того, чтобы решать такие проблемы, верно? Вот я вам задал на дом тестовые задания. Все они имеют прямое отношение к экзамену, так что ты уж постарайся. – Ладно. – Иди. Джувия развернулась и зашагала к двери. Тут Грей тряхнул головой – да что это такое! Он опять смотрел на её длинные ноги и короткую длину юбки! Вот чёрт… Что-то ёкнуло внизу живота и Грей, сам того не заметив, залился краской. Да уж. В женщинах определённо было что-то привлекательное. На следующий день девушки уже покидали кабинет литературы, отправляясь на пятый урок – алгебру. Скарлетт буквально толкала подругу к кабинету, так как та не хотела идти. Сегодня все старшеклассницы, кроме синеглазки, чуть ли не бегом шли на алгебру. Каждая выглядела сегодня просто с ног сногсшибательно – большие вырезы, короткие юбки и различные ленточки для волос. Джувия же упорно отрицала, что нарядилась ради профессора, но вдела в синие, красивые волосы золотую бабочку. – Эльза, я не хочу туда-а-а-а… – Да ладно тебе! Ты сегодня так мило выглядишь… Думаю, от профессора Грея это не укроется… – Перестань, а! Это вы все тут, как собачки, бегаете за ним! Я вообще не хочу рядом с ним находиться!.. Вдруг он опять вызовет к доске? – Только не говори, что он тебе не понравился. – Может, и не понравился! Я, в отличии от вас, не озабоченная… Кстати, ты сделала домашние тесты? – Ага. Только не уверена насчёт пятого и шестого задания… – Дай списать, – она умоляюще глянула на подругу. – Я ничего не поняла!.. – Ну ты даёшь… Грей сидел в своём кабинете в ожидании девиц, закинув ноги на стол. Когда те стали входить он удивлённо распахнул глаза: все, как одна, очаровательно улыбались ему, элегантно покачивая бёдрами. Это больше походило на показ мод, чем подготовку к уроку, и он снова отметил, что девушки преисполнены прелести. Но по лицу пробежала улыбка лишь тогда, когда, с писком, Эльза затолкала в класс Джувию. Она тоже была одета ещё лучше, чем вчера, но явно не старалась выпендриваться, хотя формы у той были такие, что ей одной и следовало бы выпендриваться. Он тихо рассмеялся, когда заметил, как ту отчаянно трясёт, пока она сжимает в руке тестовые задания. – Чудесно выглядите, девушки, – сказал он, и милые особы захихикали, усаживаясь по местам. Джувия не знала, как укрыться от глаз профессора и списать задание у Эльзы, потому что глаза того были устремлены именно на неё. Ну почему учителя следят всегда именно за отстающими! Джувия надула губу так и чувствуя, что опять в скором времени окажется у доски. После звонка Грей медленно пошёл между рядов, собирая у красавиц домашнее задание. Джу понурила голову – она не успела переписать ответы Эльзы и пришлось протянуть руку с листком, исписанным её почерком, однако она инстинктивно ощущала, что там всё неверно. – Очень надеюсь, что ты хорошо постаралась, Локсар. Она не подняла на него головы и щёки запылали. Если быть честной, ей тоже приглянулся юноша, но она решила ни за что этого не говорить, тем более, что она немного обижалась на него из-за алгебры. Вот пристал! Грей уловил в её глазах вину и неуверенность, после чего вздохнул – ну ясно теперь, как «старательно» Джувия пыхтела над работой. Парень вернулся к столу с пачкой домашних работ и раскрыл журнал. – Так-та-а-ак… Попробуем какую-нибудь задачку. Ну-ка, страница двадцать шесть, задача восемнадцатая. Откройте, пожалуйста. Девушки зашуршали учебниками и Джувия выпучила глаза – задача на движение… Может, кто-то и щёлкал их, как орешки, но синеглазка явно была не из их числа. Поправив прядь волос, она опустила голову, стараясь сделаться маленькой и незаметной. – К доске пойдёт… гм… – он поднял голову, оглядывая класс, и усмехнулся, взглянув на синюю головку, что почти ушла под парту. – Не прячься, Локсар, я тебя вижу. Давай-давай, топай к доске. Она покраснела и встала с места, сложив руки, решив принять отчаянную попытку: – П-профессор Грей, я себя неважно чувствую… Можно не идти к доске? Он вскинул брови – все оглянулись на девушку. Фуллбастер прищурился и встал со своего места. Разумеется, он не поверил (хотя забавно отметил, что Джувия оговорилась и назвала его по имени, а не по фамилии). – Болеешь, значит? – наклонил он голову, слегка ухмыльнувшись. Джувия слишком сильно закивала, опустив глаза в пол. Её уши горели. – Подойди ко мне. Она резко подняла глаза и, робко переставляя ноги, двинулась к профессору. Остановившись рядом, девушка сглотнула от стыда. Её стала бить мелкая дрожь, щёки краснели. Тут она ойкнула – Грей прижал ладонь (такую широкую, тёплую ладонь!..) к её лбу. Он не хотел думать, что кожа её была такой гладкой и бархатной, поэтому снова заставил себя думать об алгебре и нахмурился. – Ого, Джувия!.. Похоже, это серьёзно… Все удивлённо вытаращили глаза – так Джу не соврала?.. Эльза хихикала, глядя на засмущавшуюся подружку и на учителя, что так близко встав к ней, прижимал руку к голове. – С-с-с-серьёзно?.. – Очень… Похоже, у тебя жуткая болезнь – симуляция. Вот сейчас решишь у доски пару задачек и обязательно выздоровеешь… Многие захихикали, а Джувия вздохнула. Грей быстренько рассказал ей, как решать, и та стала неуверенно писать. Фуллбастер сел за стол и стал просматривать работы, как вдруг в кабинет вошёл директор Макаров. Девочки посмотрели в его сторону и встали, он приказал сесть. Грей улыбнулся ему и встал, пожав руку. – О, здравствуйте. Подождите секундочку… – он повернулся к классу и пролистал учебник. – Так, девушки, нечего вам сидеть без дела. Тридцатая задача. Пару тетрадей возьму на проверку. – когда все уткнулись в тетради, Фуллбастер повернулся к директору. – Ну что, сынок? Ты как тут – справляешься? – Ну вроде как… Он многозначительно кивнул в сторону Джувии и Макаров понимающе закивал, понизив тон: – Да-а… Про её успеваемость в алгебре я слышал. Ты с ней по строже, хорошо? Мне нужно, чтобы и Джувия сдала экзамен. – Да вот бьёмся пока, – так же тихо ответил Грей, чтобы синеглазка не слышала. – Ну, девица она довольно стеснительная, так что проблем не будет… Макаров хмыкнул: – Ну да, стеснительная, я не спорю. Однако рядом со своей подругой Скарлетт она может вести себя вполне открыто. Пару дней назад я услыхал краем уха, как она назвала меня при ней старым пердуном. Грей в шоке вытаращил глаза и прыснул. Он изо всех сил старался сдержать смех, но не справился. Девочки удивлённо подняли головки, даже Джувия у доски повернулась к нему – девицы явно не слышали причину его смеха. Он закрыл рот рукой и промямлил, глядя на серьёзное лицо директора: – Извините. Я.. Это… Шутку вспомнил… – Ну-ну, – он хмыкнул, однако, не разозлился. – Ладно, давай, учи девочек. И покинул кабинет, подмигнув парню. Улыбка никак не сходила с лица Фуллбастера: он был просто в шоке, что такая стеснительная особа, как Джувия, может так говорить. Проверяя тесты, он ещё не раз не смог подавить смешок, но позже полностью сосредоточился на алгебре. Настал момент, когда его рука схватила работу Локсар. Он взял в руки ручку и стал просматривать. Неверно, неверно, снова неверно! Почти всё было неверным! Он не смог сдержать своего негодования и повернулся к синеглазке: – Джувия, да что же это такое! Из двадцати заданий у тебя верно только два, да и то, я уверен, не обошлось без знаменитого «метода тыка». – Он глянул на задачу на доске – не дописана, а то, что написано – неверно. Он вздохнул и покачал головой. – Так дело не пойдёт. Эм.. Люси! – Да? – улыбнулась она, слегка порозовев. – Какой у вас сейчас шестой урок? – География, профессор Фуллбастер. Он благодарно кивнул и повернулся к Джувии: – После географии – ко мне в кабинет, Локсар. Придётся заниматься с тобой индивидуально, иначе дело не поправить. Поняла? Она отложила мел и кивнула, очень неохотно и смущённо. До конца урока Джувия была тиха, как мышь, а после звонка в числе первых покинула кабинет. Как только последняя девушка попрощалась с учителем и закрыла дверь, Грей остался сидеть один. Он стянул с себя пиджак, оставшись в белой рубахе, и сложил руки, поддержав ими голову, как в молитве. Фуллбастер стал ждать окончание последнего урока и думал, как именно собирается учить такую безнадёжную девицу, как Локсар. Начинать с нуля, что ли? Одно он знал наверняка: он будет мучать её этими чёртовыми задачами хоть до самой ночи, но научит её. Грею было важно, чтобы она скорее догнала класс, да и её экзаменом он был очень озабочен. Тут он отвлёкся и снова вспомнил её прелестные и заманчивые формы… Бывают же такие девушки! И оделась она сегодня даже милее и красивее, чем вчера… Правда, юбка уж слишком короткая, а блузка, кажется, была ей тесновата в груди. Не важно. Смотрелось мило. Он стал листать учебник одиннадцатого класса и думать, с чего начнёт с Локсар. Честно говоря, его никогда не радовала перспектива задерживаться на работе или на учёбе, но обучить Джувию алгебре было делом принципиальным, а главное – необходимым. Он прошёлся по кабинету и дошёл до зеркала – рубаха немного просвечивала, но это не страшно. Потеребив в руках мел, он стал записывать основные формулы для задач и комбинации решения различных уравнений пошагово. Почерк у Грея был красивым и ровным. Через какое-то время, ближе к часу дня, прозвенел звонок, значащий свободу для юных девушек на сегодняшний день, но одна страдалица, попрощавшись с ребятами, уныло направлялась к кабинету алгебры. Она сильно стеснялась Грея, ведь тот, всё-таки, был её учителем, да ещё и симпатичным. Не думай об этом, Локсар, не думай! Может, он в чём-то и мил, но вся соль была в том, что ей сейчас из-за этого человека предстояло провести ещё несколько минут жизни за самым нелюбимым ей занятием. Грей услышал робкий стук в дверь и произнёс: – Войди. Как он и ожидал, вошла прелестная Джувия Локсар. Он сглотнул и ему стало жарко, неизвестно почему. Девушка прошла по пустынному классу, громко клацая каблуками. Во всей школе стало тихо – они были единственными, кто остались во всём здании. Джувии сильно хотелось скорее убраться отсюда, не только из-за давления «красавчика-профессора», как назвала его Эльза, но и просто она уже устала и хотела домой. Грей внимательно поглядел на неё, когда той пришлось сесть за парту прямо напротив учительского стола. Она не могла долго выдержать его проницательный взгляд тёмно-синих глаз. – Что ж, – тихо начал Грей, – для начала мне бы хотелось с тобой немного побеседовать. Оба чувствовали себя неловко: два человека с разным полом, спустя всю жизнь, проведённой среди «себе подобных», как в монастыре, оказались наедине в пустой школе, в пустом кабинете. Надо сказать, это напрягало и малость нервировало. Грею было жарко. Атмосферное давление? Вряд ли. Уши Джувии пылали, но вот оба снова вспомнили об алгебре. На предложение Грея побеседовать она лишь хлопнула глазками: – О чём? – О том, зачем ты сюда пришла. Послушай, так дальше продолжаться не может. Я должен научить тебя всему как можно скорее, так что попрошу от тебя серьёзного подхода к делу. – Алгебра – это не моё, – промямлила Джувия, опустив глаза в парту. Грей наклонил голову: – Я здесь за тем, чтобы это исправить. Вот только у меня такое ощущение, что ты не сильно-то и хочешь это понимать. – Мне не интересна алгебра, – почти с детской упрямостью гнула она своё. – Мне в школе была ненавистна химия, но я стал входить во вкус, когда понял принцип решений. Я должен научить тебя понимать алгебру, а ты должна захотеть её понять. Это ясно? Она кивнула, хотя весьма кисло. – Когда вы отпустите меня домой? Он ухмыльнулся: – Тогда, когда ты научишься легко и быстро решать уравнения и задачи. Джувия вытаращила на него глаза, а Грей закивал: – Да-да, именно. И не думай, что я задержу тебя от силы на минут двадцать, и что ты уйдёшь отсюда лишь с памятью о том, как я тебя отчитал. Ничего подобного. Я должен тебя научить и мне неважно, сколько времени на это уйдёт. – Но… Это не возможно! Я ничего не понимаю в алгебре! – она умоляюще поглядела на учителя, немного наклонившись вперёд, но тот непреклонно скрестил руки на груди. – Никаких возражений. Учиться – так учиться. – Но профессор Фуллбастер!.. – Тихо, Джувия, незачем кричать. Пора бы нам уже начать. Он достал двойной листочек и Джувия, недовольно застонав, открыла сумку, после чего извлекла оттуда пенал. Она приготовилась писать, с обречённым видом. – Для начала спиши все формулы с доски, только очень вдумчиво. Мне нужно, чтобы это отпечаталось не на бумаге, а у тебя в голове. Она кивнула и, по обыкновению, слегка покраснев, принялась списывать, изредка подымая голову. На Джувию давило то, что Фуллбастер в это время смотрел на неё. Надо сказать, ему нравилось, что в его руках сосредоточена какая-то власть. Писала она торопливо и Грей хмыкнул – ясное дело, ей хотелось скорее покончить с этим и уйти домой. Он настрочил на листке несколько лёгких примеров и подал ей: – А теперь, для первого раза, попробуй посматривать на алгоритмы решения и решить это. Джувия неуверенно стала просматривать данное ей задание и читать формулы. С минуту она так и сидела, опустив глаза, после чего неуверенно стала писать. Грей встал и стал прохаживаться по кабинету мимо пустых парт. До его ушей долетал шорох трения руки Локсар об бумагу. Он оглянулся на неё и задержал взгляд на её блестящих, синих волосах. Ему отсюда было видно, как краснеет юное личико. Разве все девушки такие хрупкие и милые?.. Тут Грей ухмыльнулся и, встав перед доской, привлёк её глазки. – Слушай, я всё хотел спросить, – с улыбкой сказал Грей. Джувия вопросительно наклонила голову. – Ты действительно назвала Макарова старым пердуном? Джувия выпучила синие глаза и поджала губу, заливаясь краской. Грей рассмеялся. – Н-ну… я… – Не ожидал от тебя, – всё с той же улыбкой говорил парень. Джувия, помирая от стыда, снова уткнулась в листочек, поставив там ещё пару закорючек и, с нерешительным лицом, протянула Грею. Он подошёл и принял работу. Постукивая ручкой по письменному столу, Фуллбастер принялся просматривать примеры, косо глянув на Джувию – она, с опущенными глазами, нервно потирала руки. Парень снова поглядел на ответы и вздохнул, повернув к ней лист: – Ну смотри, вот здесь ты чего-то намудрила и отклонилась от формул. Тут, пожалуй, было бы верно, если бы правильно сосчитала. А здесь ты перепутала знак. Она печально подняла на него глаза. Чувствуется, что она расстроилась не только из-за того, что задержится тут надолго, но и из-за того, что алгебра ей не давалась. – Мы это исправим, – уверенно сказал Грей. Джувия хмуро поглядела на него. – Пойми, это нужно не мне, а тебе. Не я буду принимать у тебя экзамен. Так проходил час за часом. Когда Джувия смогла при помощи формул решить пару примеров верно, уже перевалило за пять часов вечера. Даже вахтёры начали расходиться по домам – в школе всюду мерк свет, только в кабинете алгебры он горел. Джувия все стучала мелом по доске, постоянно допуская ошибки, которые Грею приходилось сразу исправлять. Она сильно устала, да и сам Грей, надо сказать, тоже выдохся. Теперь он дал ей задачу из учебника, чтобы посмотреть, как та будет применять уравнение в решениях. Как только она начала писать, Локсар зажмурилась – Грей снова и снова останавливал её и указывал на ошибки. – Неверно, – зевнул он, поглядев на часы. Джувия расстроенно и раздражённо стёрла неверное уравнение, начав писать заново. Грей встал и стал прохаживаться позади неё. – Снова неверно. Пиши заново. И снова минуло немало времени, на улице стало темнеть. Охранник даже передал Грею ключи, чтобы он закрыл школу, когда двое, наконец, соберутся домой. Вся школа и пейзаж за окном померкли – только кабинет алгебры был освещён. Стук доски по мелу… Грей велел ей снова и снова переписывать задачу, чтобы привести её, наконец, к верному решению. На часах уже было почти десять вечера. – Не-вер-но, – по слогам сказал снова Фуллбастер и велел стирать, чтобы снова писать. Он потянулся, но вдруг нахмурился – звук мела по доске прекратился. Он глянул на свою уставшую ученицу – Джувия замерла, не донеся мелок до доски. – Ты чего? – Мне надоело, – прошептала она, не оглядываясь. – Что? – Я не могу уже больше! – пожаловалась синеглазка и повернулась – в её глазах стояли слёзы, лицо исказила злость, печаль и смущение. Она залилась краской, но продолжала глядеть в упор на учителя. Он повернулся к ней всем телом, внимательно глядя. – Уже вечер, я не могу больше писать! Чтоб вы знали, профессор Фуллбастер, у меня кроме вашего предмета есть ещё уроки, а в это время я вообще уже ложусь спать! – Не ложишься ты спать в это время, – прищурился он. Его бесило резкое изменение её поведения. – В это время девочки-подростки, такие как ты, сидят в социальных сетях и строчат сообщения подружкам. Не надо врать. По её глазам он понял, что всё угадал. Джувия на миг запнулась, но затем снова заговорила: – Я не могу уже писать! Ну как вы не видите – алгебра мне не даётся! Хватит меня уже здесь держать, я никогда не пойму! – И слышать ничего не хочу. Она яростно кинула мелок на пол и скрестила руки на груди. Грей злобно прищурился – да, пусть Локсар и стеснительная, но если выбесить её, она становится просто вредным ребёнком. – Ты уже немного начинаешь понимать, и останавливаться сейчас нам нельзя, – как можно более «учительским» тоном, сказал он. Джувия отвернула от него покрасневшую, но раздражённую головку. Тут она быстрым шагом направилась к своей парте и стала собирать сумку. – Собралась куда-то?! – Да. Домой! Она запихивала в сумку пенал, когда Грей, с пофигичным видом, взял со стола связку ключей и, под удивлённым взглядом Джувии, закрыл дверь на замок, спрятав ключи в кармане брюк. Она надвинулась на него, встав рядом – от обиды, стыда и злости слёзы уже вовсю стекали с её румяных щёк: – Что вы себе позволяете?! – Это ты что себе позволяешь?! Я сказал: вернись к доске и дорешай этот чёртов пример! – Да кто вы такой вообще, чтобы держать меня здесь до ночи?! – Кто я такой? – опешил Грей. Он вырвал из рук девушки сумку и небрежно бросил на одну из парт. Локсар выпучила глаза – а он очень даже сильный… И теперь этот высокий силуэт, с каждым словом делал шаг ей на встречу. Она боязливо попятилась. – Я твой учитель и ты не имеешь никакого права меня ослушаться! Я старше тебя, умнее тебя, и имею достаточно власти сейчас, чтобы ты выполняла предписанные мной требования! Думаешь, я тут кайфую оттого, что сижу здесь до темноты без предоплаты?! Да просто это тебе нужно, Локсар, а не мне! Я трачу на тебя своё личное время, а ты смеешь ещё и огрызаться! Она разозлилась и выкрикнула, хотя так же боязливо пятилась от него: – А вот я думаю, что вам просто нравится издеваться надо мной! Вы обычный первокурсник-ботаник, которого директор Макаров назначил на эту должность, чтобы вы тут всех унижали своей здоровенной башкой, где хранится столько знаний! Вы старше меня всего на год, а возомнили себя Бог знает кем! Вы просто хвастун, которому неймётся себя проявить! – ЧЕГО?! Она поджала губу и покраснела – Джувия явно выговорила сейчас всё, что в той накипело, и только сейчас осознала, что натворила. Грей злобно глядел на неё исподлобья, сжав зубы, и яростно наступал. Она пискнула и ударилась об письменный стол, случайно сев на него. Грей навис над Джувией и, сквозь сжатые зубы, зашипел: – Ты хоть поняла, что сейчас ляпнула? Ботаник, значит? Я что похож на ботаника?! Слушай ты, малявка, ну-ка уйми свой наглый ротик и слушай, что говорят тебе взрослые. В своём институте я, знаешь ли, не только менял батарейки в калькуляторе и точил карандаши. Я далеко не из тех, у кого зад на стуле не задерживается на уроке, потому что подпрыгиваю на месте, лишь бы пойти к доске. Мне повезло, что Макаров знать не знает о всех тех учениках, которых мне пришлось избить, чтобы не лезли ко мне. Не повезло всего один раз – он прознал, что я выбил окно в кабинете химии, но это ничто по сравнению со всеми этими бесконечными «стрелками» за школой. Я тебе не какой-то батан – я обычный восемнадцатилетний парень, у которого иногда мучительно чешутся кулаки. То, что я хорошо знаю алгебру, ещё ничего не значит. На меня как с Луны свалилась эта гадкая обязанность учить девушек – поверь, я не больно-то этого хотел, но подводить директора как-то неудобно. Тут я встречаю девушку, у которой так туго с цифрами, что мне приходится проявлять заботу и тратить время, чтобы обучить её. И что я получаю в итоге?! – закричал на неё Грей, так что та с испугу втянула головку в плечи, вцепившись руками в края стола. Он придвинулся так близко, что Джувии, сидящей на столе, пришлось отвернуть голову. – Эта неблагодарная особа ещё смеет высказывать свои претензии! Ты вообще обнаглела, Локсар! Она слегка дрожала, зажмурив глаза – он стоял слишком близко и кричал… По смущённому личику струились слёзы. Грей так навис над ней, что ещё пару сантиметров – и он может носом коснуться её лица. Предательский взгляд его опустился на её нервно вздымающуюся грудь. Джувия от страха прикусывала губу, а Фуллбастер без конца пялился на пристыженную, хрупкую девушку. Чёрт… Чёрт… Что это за… Что-то ёкнуло внизу живота, на лбу выступил пот, а глаза бешено бегали от груди к осиновой талии, от заманчивых длинных ног до влажных губ синеглазки. Джувия вздрогнула и выпучила глаза – Грей и сам не заметил, как протянул мощную руку к её лицу и принялся поглаживать щеку, не отрывая взгляд от её перепуганных глазок. Рот того слегка приоткрылся. – П… Профессор Фуллбастер?!.. Он медленно провёл большим пальцем по её пухлым губкам, и Джу рвано выдохнула. Она слегка прикрыла глаза – разум затуманился от таких приятных ощущений… Она не могла сопротивляться ему сейчас, как и Грей не мог сопротивляться нахлынувшим на него инстинктам. Если подумать, то обстановка была очень даже интимной… Никаких посторонних – только ночь, учитель алгебры и непослушная ученица, которую стоит наказать… Джувия испуганно и непроизвольно томно поглядела на него снизу вверх, и тот резко приник к её губам. Локсар перепугалась, пытаясь вырваться из цепких объятий Фуллбастера – не тут-то было. Он никогда в жизни не целовался, как и Джувия, поэтому стал наугад хозяйничать у той во рту. Надо сказать, не прогадал – от такой страсти девушка заскулила. Кто же знал, что целоваться так приятно?.. Он просто озверел (а нефиг молодого парня держать в монастыре!) и навалился на неё, резко уронив на свой стол. Грей вцепился одной рукой ей в бёдра, и Джувия взвизгнула: – ПРОФЕССОР ФУЛЛБАСТЕР! ЧТО ВЫ ДЕЛАЕТЕ?!.. Он заключил её в ловушку под собой, тяжело дыша и смотря на перепуганную, лежащую девушку. Она покраснела до корней волос и вытаращила глаза. – И представить не мог, каково это… Так страстно хотеть женщину… – прохрипел он и Джувия прижала ладонь ко рту. Её трясло от сильной близости мужского тела. Он впивался в её губы снова и снова, и Джувия застонала, поддавшись. Она обвила его шею руками и вдруг почувствовала, как тот резко поднял её, оторвав от стола. Её ножки коснулись пола, и она поняла, что тот гораздо выше её, тем более что каблуки слетели прочь. Профессор горячо придвинулся к девушке, прижимая за талию, и та нервно улыбнулась от наслаждения, когда Грей стал целовать её шею. Какая нежная, мягкая кожа…неописуемое наслаждение – просто покусывать её… Фуллбастрер услышал её неровный вздох и ощутил, как рука Джувии прижала его голову ближе к себе. Вот ведь стеснительная называется! Она тоже неистово хотела близости противоположного пола, хотя её слегка трясло. Тут Грей оторвался от неё, развернул спиной к себе и прижал всем телом, толкая к доске. Грей пододвинул её так, чтобы она почти упиралась в доску грудью. Вдруг он, жадно задышав ей на ухо, стал горячо растирать плоский животик и спустил руки к ногам. Он стал страстно гладить её бёдра и гладенький верх ног. Ноги Джу слегка подогнулись, она запрокинула голову, так что та оказалась у него на плече, синие глаза обратились к нему, уста изогнула блаженная улыбка: – Ах, профессор… – Зови меня Грей, – прошептал он, продолжая интимный массаж. – Пиши уравнение… – Ч-что?.. – хихикнула она, едва стоя на ногах. – Грей… я не могу… – Давай-давай… Слегка трясущаяся рука схватила мелок. Джувия стала писать, естественно, не в силах ни на чём сосредоточиться. Он поцеловал её в шею и та томно вздохнула. Руки двинулись выше, и осторожно обняли пышную грудь. Она залилась краской и прикусила губу, но уже не в силах терпеть, развернулась и запрыгнула на него, так что он обнял её руками за ноги. Теперь головка Локсар возвышалась над ним. Тяжело дыша, Джувия смотрела на него влажными глазками. Грей игриво улыбнулся и, одной рукой поддерживая девушку, быстро расстегнул ей большую часть пуговиц на блузке. Ему открылась нервно вздымающаяся грудь, и Фуллбастер сразу начал оставлять на ней влажные дорожки, зубами стянув деликатное бельё. Она застонала. Несмотря на стыд, желания перевесили чашу весов в свою пользу, и Джувия, выставив грудь парню на встречу и блаженно покусывая нижнюю губу, стала расстёгивать пуговицы его рубашки. Она была красной, как рак, однако с наслаждением провела дрожащей ручкой вниз, по бугристому торсу. Грей, тяжело дыша, оторвался от её достоинства и глянул в глаза. Разум всё ещё надрывал глотку, проклиная его несдержанность и нетерпение, но в глазах плясали недобрые огоньки. Инстинкты, доставшиеся ему от матушки-природы, оказались гораздо сильнее, чем какие-то там знания алгебры. Джувия смущённо уставилась на него, убрав руку. Грей облизнулся. – Мисс Локсар… Вашей дерзости просто нет границ, и вы посмели завести меня, как последнее животное… – Профессор Грей, – томно зашептала Джувия, всё больше заливаясь краской. – М-могу то же сказать и вам… – С алгеброй у тебя о-о-очень туго. Теория явно не для тебя. Приступим к практическим занятиям, – ухмыльнулся он. Джувия перепугано, но завидённо выдохнула, слегка приоткрыв заманчивый ротик. Она провела рукой по его щеке. – Г-Грей… м-может не надо?.. Он знал, что в скором времени пожалеет о том, что натворил… Но только не сейчас. Он уже не мог сопротивляться, держа девушку в такой откровенной позе, ощупывая её бедра. Это выше сил обоих. – Надо-надо… И он, придержав её за талию, стянул юбку. Джувия взвизгнула, но тут же улыбнулась, ощутив страстные соприкосновения его рук. Он опустил её и буквально сдёрнул блузку, оставив милую особу в одном нижнем белье. Она залилась румянцем, и Грей так же освободился от лишней одежды. Какое-то недолгое время оба разглядывали партнёра с восхищением и диким желанием. Фуллбастер тут же толкнул её своим мощным торсом, так что Джувия, едва не упав, сдвинула собой несколько парт. Парень схватил её за плечи и повалил прямо на пол, нависнув над девушкой. Она раскинула руки, жадно глядя на учителя. – Думаешь, я ботаник? – хрипло зашипел он, наклоняясь к ней и криво ухмыляясь. – Разве я похож на ботаника?.. – Н-нет… – усмехнулась она и выгнулась, разинув рот – он, приподняв её за талию, стал оставлять влажные дорожки по всему телу. – А-а-а-ах-х-х-х… – Придётся тебе заплатить за свои слова своей невинностью… – прорычал парень, заведённый почти до бессознательного состояния. Он схватился руками за её трусики и безжалостно-медленно, мучая тем самым девушку, потянул их вниз, обнажая тайное женское местечко. Джувия заскулила и пискнула на выдохе: – Т-только не смотри… М-мне стыдно… Он хрипло хохотнул и окончательно оставил её обнажённой, сорвав и вторую составляющую комплекта женского белья. Вот это да… Вот же она – истинная красота… Девушки – это определённо смысл его существования, правда он сомневался, что каждая девушка так же идеальна, как смущённая Локсар. Он сжал руки на груди синеглазки и страстно сдавил, сорвав с девичьих губ стон. – Ты просто восхитительна… Она улыбнулась и поглядела на такой мощный, мускулистый торс: – Т-ты тоже… Оба и вообразить не могли, что так сильно восхотят друг друга. Она игриво подняла ножку и коснулась его разгорячённого тела. Грей, не в силах больше терпеть, рыкнул и стянул с себя боксеры. При виде внушительного мужского достоинства Джувия боязливо сжалась, но Грей мягко сцепил их руки в замки: – Потерпи. Всё будет хорошо… И аккуратно вошёл в девушку. Её глаза распахнулись, рот открылся. Джувия стала бешено ловить ртом воздух, на глазах выступили слёзы – как больно… Боже мой… Но как невероятно чувствовать в себе желанного мужчину! Грея трясло от нетерпения, но он учтиво предоставлял ей возможность немного привыкнуть. Парень чувствовал, как всё её тело напряглось: – С-сильно больно?.. – прохрипел он, опираясь на руки для поддержки. Он искренне надеялся, что с ней всё в порядке, потому что сейчас он буквально влюбился в неё, и хотел чтобы та отдалась без остатка. Надо сказать, Джувия тоже. Она сильно замотала головой, краснея от стыда и боли, после чего обвила талию Фуллбастера ногами и обняла за шею, сильно прижав к себе. Она дышала рвано и болезненно, поэтому, чтобы хоть как-то отвлечь её от невыносимой боли, Грей закрыл ей рот поцелуем, и языки тех стали исполнять разгорячённый танец страсти и любви. Джувия застонала и выгнулась, приглашая скорее продолжать (она надеялась, что это остановит кошмарную боль). Профессор, зарывшись одной рукой в синие волосы, а другой нежно сдавливая грудь, отодвинулся и повторил толчок. Джувия вскрикнула, слёзы-таки заструились по её румяным щёчкам. – Тихо-тихо… Ш-ш-ш-ш… – зашептал Грей, очень ласково поцеловав девушку в шею. Её голова задралась, а ноготки врезались ему в кожу. – П-потерпи… Его нехило трясло от того, насколько парень был заведён. Джувию тоже, но на её плечи легла эта ужасная боль… Тут она едва не задохнулась – Грей начал постепенно двигаться в ней, медленно и осторожно. Аккуратно совершая толчки, недалеко входя в партнёршу, он снова закрыл ей рот пылким поцелуем. Через какое-то время Грей с ликованием ощутил, что Джувия начала расслабляться и постанывать – боль сменялась удовольствием. Он ускорил темп и Джувия прошептала: – Г-Г-Грей… Прошу тебя… С-сильнее… Он усмехнулся и резко вошёл во всю длину – Джувия вскрикнула и глаза закатились от удовольствия. – Сейчас я покажу тебе неистового зверя, которого я так успешно прятал во плоти… Она тихо рассмеялась и застонала – толчки стали более резкими и учащёнными… Это невероятно… Грей разогнался до бешенного темпа, гортанно выдохнув и наслаждаясь её несдержанными, громкими стонами… Джувия обвила его шею руками и постаралась двигаться в темп. – Я… люблю тебя… – на выходе прошептала она. – Я тоже… – Я… Арх!.. Не верю… З-здесь столько девушек… Ты мог сорваться на любой… – Нет… Только на тебе… Она улыбнулась, как и Грей. Время полетело мимо них, незаметно наращивая темп. Они кончили в один миг, и когда Грей без сил упал рядом, они, тяжело дыша, улыбнулись друг другу, залившись краской. Грей бесстыдно придвинул её обнажённое тело к своему и крепко обнял, поцеловав в ушко. Джувия хихикнула. – Пять баллов, Локсар… Они лежали какое-то время, время от времени смеясь и обнимаясь, пока Грей не порозовел. – Прости меня… – прошептал он, усмехнувшись. Его лицо пылало. До парня начала доходить суть произошедшего. – Я не смог устоять… – Если ты не заметил, я не больно-то и сопротивлялась, – неловко прошептала она. Он бросил взгляд на часы и обомлел. – Твою ж!.. Джувия, черт подери, уже полвосьмого! – ЧТО?! Она тоже поглядела на часы и ураганом спрыгнула с него, поискав одежду на полу. Через двадцать минут здесь появится весь её класс!.. Грей тоже соскочил, натягивая штаны. – Не смотри на меня! – Джувия покраснела, торопливо одев нижнее бельё и всё остальное. – Ой, чего я там не видел? – усмехнулся Грей. У обоих ноги подгибались от сладостных судорог минувшей ночи и боли. Джувия скривилась – поясницу ужасно ломило. – Ну и как я буду вести урок? – нервно рассмеялся парень. – К-как я выгляжу? – спросила Джу. Она была готова провалиться сквозь землю от стыда. – Как будто тебя всю ночь трепали… – Так и было! – нервно рассмеялась она. Оба застыли и неловко переглянулись. Тут Грей улыбнулся: – Ты мне нравишься… Она вытаращила на него синие глазки и слегка улыбнулась. – Правда?.. Ты… м-мне… тоже. Он подошёл к ней и сорвал с губ поцелуй. Они оба действительно ощутили друг к другу привязанность. Грей весело подмигнул ей: – Значит, мы теперь, вроде как… вместе? – Надо полагать, что так… Ох, как Грею нравилась её скромность… Джувия снова залилась румянцем и поспешила вытереть доску от обрывков примеров. Грей торопливо принялся поправлять парты и стулья, которые они снесли во время бурной ночи. Парень поглядел на девушку – она действительно выглядела слишком вызывающе и гнулась от боли. – Разрешаю тебе на сегодня взять отгул, – сказал он, тяжело дыша. – И я, пожалуй, возьму… Если твои одноклассницы увидят меня таким… – Да, – согласилась синеглазка. – Спасибо, Грей… – Чтоб дома занималась алгеброй, – пригрозил он, – иначе нам снова придётся остаться на индивидуальный урок… Она прикрыла рот ладонью и попрощалась с Греем, который обещал позже доложить учителям о её отсутствии, пригладил чёрные волосы, улыбаясь во весь рот, и настрочил такую записку, закрыв за собой кабинет и прилепив её на дверь: «Пр. Фуллбастер вынужден отлучиться на совещание, сегодня уроков алгебры не будет!» Парень ушёл к себе, отсыпаться, да вот только сон долго ещё не смыкал веки. Он всё думал о прекрасной девушке, что принадлежала теперь ему одному. Грей поверил, что это любовь. Он решил, что вне уроков будет нежно и ласково любить Локсар, и алгебру он ей объяснит как-нибудь в другой раз. Джувия тоже думала о Грее уже не как об учителе, а как о её страстном парне, в которого она влюбилась всем нутром. В последующие дни они скрывали свои чувства на виду у школьных девиц, а затем проводили часы друг с другом. Алгебра, спустя неделю, начала удаваться Локсар, а когда восторженный Макаров спросил, в как ему это удалось, парень ухмыльнулся, ответив: – Тут важен практический подход, директор.