По вызову

Томасу долго казалось, что всё происходящее — просто очередной сон. Так и есть, да? Когда это всё было так хорошо? Что-то невозможное. Только минус каждого сна заключается в том, что он когда-нибудь заканчивается, и придётся с ним распрощаться, запомнить только самые яркие обрывки, фразы, лица. Томас не хотел оставить при себе лишь кусочки прошлого сна. Он хотел оставить всё и каким-нибудь образом перетащить это в реальность. Уголки губ Томаса невольно дёрнулись, как только он глубоко вдохнул, впуская в лёгкие слабый аромат. Тот же, что и был во сне. А такое возможно? Томас немного нахмурился, не убирая с лица улыбку, и принялся снова и снова вдыхать этот приятный запах. В нём были какие-то знакомые нотки, с примесью чего-то сладкого. Спустя несколько секунд он понял, почему запах такой знакомый. Это запах Ньюта, его одеколон. А всё остальное очень походило на какие-то цитрусы. Или это свежесть ветра? Непонятно. Тяжело разобрать. Томас сжал пальцами простынь, распахнув глаза. Он не дома, точно не дома. Резко приподнявшись с дивана, Томас зашипел, касаясь пальцами головы. Настолько резко вставать — не самое приятное из чувств; всё закружилось перед глазами, и ему потребовалось несколько секунд на то, чтобы сосредоточиться. Когда Томас наконец решился открыть глаза, он увидел свет. Много приятного света. Он бил прямо из окна — странно, что никто не закрыл шторы. Томас привык, что просыпается в полной темноте: всё всегда было закрыто. Это давно вошло в привычку, парень уже не заморачивался по этому поводу, и потому шторы в зале всегда были плотно задвинуты, даже днём. А потом Томас что-то услышал. Ньют был где-то недалеко, в соседней комнате, но его голос можно было хорошо различить. Не так, конечно, — чтобы целиком понять фразы, приходилось хорошенько прислушиваться. — Конечно, а ты ещё сомневаешься. Я никогда об этом не думал, но… — Ньют слабо хохотнул, и до Томаса донеслось фырканье парня. Точно, где-то в соседней комнате. Томас решил не показывать того, что проснулся. Он уже понял, что происходившее вчера вряд ли было сном. Ему ужасно хотелось самому осмотреть комнату Ньюта. Самому пробежаться пальцами по полкам, почитать названия книг. Он чувствовал себя любопытным ребенком, поэтому не смог удержаться от такого шанса самостоятельно изучить обстановку. Томас встал с кровати и почти на цыпочках пошёл к шкафам. В комнате было ужасно светло; это пугало парня, ведь он так к этому не привык. Здесь не было кровати, что странно, зато был стол, широкий, больше похожий на обеденный, нежели на рабочий, — первая деталь, которая попалась на глаза Томасу. Он внимательно прищурился и пробежался взглядом по полкам. Книги, диски, журналы, странные коробки. Он ужасно хотел посмотреть всё, но боялся, что Ньют не будет очень рад, если застанет парня за таким делом. — Хватит издеваться, я же не шучу, — Ньют тихо рассмеялся. — Я с тобой на полном серьёзе, а ты мне тут чепуху несёшь. А что, я разве не прав? Томас прислушался к разговору, подойдя поближе к открытой двери. Его немного напрягала эта спокойная интонация и мягкий тон. Что-то Томас не припоминал, что у Ньюта может быть номер кого-то, кроме самого Томаса, чтобы так легко говорить по телефону, причём, скорее всего, не первый час. — Нет, я так не думаю. Томми же совсем не… Что? — Ньют снова рассмеялся. — Почему я его так называю? Томас немного занервничал. Теперь тяжело было сказать что-то точное. Ну, и с кем же он может так мило болтать, причём о Томасе? С психиатром? — Ну, это уже у кого как, знаешь ли. А что ты делала вчера вечером? — послышался звон посуды. Кажется, Ньют пил чай. «Делала»? Томаса немного напрягло окончание слова. Хорошо, с кем из девушек он может так мило болтать, причём о Томасе? Тереза? Бренда? Кто же ещё? Больше общих знакомых у них не было. Томас решил, что пора прекращать эту милую беседу, поэтому, уже не на цыпочках, направился прямо к двери. Развернувшись в небольшом коридоре, он тут же наткнулся на улыбку Ньюта. — Я тебе позже перезвоню. Он проснулся. Да ладно тебе. Нет. Нет. Ладно, обещаю. Ага, пока, — Ньют улыбнулся и отнял телефон от уха, бросая трубку. Он отпил немного чая из кружки и уставился на Томаса. Тот лишь поёжился. На кухне было прохладнее, чем в зале. Куда прохладнее. Он бы сказал, похоже на лёгкий морозец. Ещё и без футболки стоит, вообще отлично. И снова этот изучающий взгляд, который Томас почувствовал почти сразу. — С кем разговаривал? — поинтересовался он, присаживаясь напротив Ньюта. — Доброе утро, для начала, — парень не убирал с лица расслабленную улыбку, и это еще больше напрягло Томаса. Ну, с чего вдруг можно так улыбаться? — Доброе, — Томас пожал плечами. — Так что? — Да так. Со знакомым человеком, — Ньют пожал плечами. — А мне этот человек тоже знаком? — Более чем, — Ньют отложил чашку в сторону. — Как спалось? — Хорошо. Ньют, давно ты встал? — Господи, да часа три назад точно, — блондин пожал плечами. — Спишь ты, конечно, как чёрт знает, кто. То ногу на стену закинешь, то палец в рот засунешь. — Что? – Томас покраснел. — Минхо мне не рассказывал ничего подобного. — А Минхо часто спит с тобой рядом? — Нет. — Вот именно, — Ньют пожал плечами. — Чем планируешь сегодня заняться? — Отдыхать, скорее всего, буду, — Томас улыбнулся. Только вот он прекрасно понимал, что эту тему насчёт таких подозрительных звонков всё равно придётся возобновить, коснуться её, и не раз. Ему ведь нужен ответ. — Ох, отдыхать? — Ньют улыбнулся, побарабанив пальцами по столу. За секунды на его лице появилась загадочная и довольная улыбка. — Боюсь, тебе стоит немного подкорректировать свои планы. — У тебя есть предложение? — Не у меня. Бренда пригласила в кафе, — Ньют пожал плечами и поднял взгляд на Томаса. — Тебя или меня? — тут же спросил Томас, подозрительно прищурившись. Первая зацепка уже есть. Даже подозрение намечается: Ньют мог говорить по телефону с Брендой. А хотя, и с Терезой, которая просто передавала предложение от Бренды. — Что за вопросы? Томми, ты меня пугаешь. Нас, — Ньют прокашлялся, поднимаясь из-за стола. — Ещё пригласим Терезу, Минхо, Галли. Соберёмся вашей компанией, повеселимся. — А ты не помнишь, чем закончилось прошлое подобное собрание? — Томас фыркнул и покачал головой, глупо улыбаясь. Он тоже встал и двинулся вслед за Ньютом обратно в спальню. — Конечно, помню, Томми. Но это же кафе. Там тебе не дадут залезть на стол. Щёки Томаса моментально вспыхнули. Он, конечно, не именно это имел в виду, но тоже неплохой пример. Парень постарался сосредоточиться на чём-нибудь, чтобы в голове перестали всплывать какие-то обрывочные воспоминания, в которых он уже и не нуждался. Может быть. В любом случае, только не сейчас. — Чуть не забыл. У тебя, кажется, сообщение пришло на телефон. Потом Минхо несколько раз звонил. Думаю, лучше тебе ответить, — сказал Ньют, указывая на телефон Томаса, лежащий на столе. Томас понял, что вот так просто посылать сообщение, а потом перезванивать — это, может быть, и глупо, но соответствует стилю Минхо, когда у него есть какие-то важные новости. Он обычно так и делает. Посылает сообщение с важным предупреждением, а потом звонит и спрашивает, прочитал ли его Томас. Томас вздохнул и поплёлся к столу, медленно перебирая ногами. Только сейчас его важных новостей не хватало, когда так хочется просто завалиться в каком-нибудь тихом уголочке и спать, спать… Томас быстро набрал давно знакомый номер и приложил телефон к уху. Ньют опёрся боком о шкаф, приготовившись слушать обрывки разговора. — Томас! Я звонил тебе кучу раз! Ты какого чёрта не отвечаешь?! — тут же закричал Минхо, как только поднял трубку. Да так громко и яростно, что парень чуть телефон из рук не выронил. — Извини. Я спал. — Спал он. Надо же. Я подъеду через пятнадцать минут. — Что?! — Томас нахмурился. К таким новостям он точно не был готов. Он не хотел даже думать о том, что может так быстро уйти из квартиры Ньюта, даже не изучив её как следует. Просто не хотел признаваться себе, что не против провести как можно больше времени с Ньютом здесь, в полном ограждении от всего мира. — Да. Просто надо меньше спать и брать трубки. И принцу своему скажи, чтобы одевался. — Минхо, не называй его так, — Томас закатил глаза. — Как хочу, так и буду называть. Мне можно, — злобно хохотнул тот. — И давайте там побыстрее, не хотелось бы задерживаться. — А зачем? Минхо, такой хороший день, и ты хочешь нас куда-то вытащить? — В том-то и дело, что хороший. Грех в такую погоду дома сидеть, — тут же объяснил Минхо, фыркнув. — Поедем в кафе. Приглашаю. — В кафе? А ты хоть в курсе, что Бренда нас уже пригласила? — пробормотал Томас, потирая переносицу. И почему он только так нервничал? Ньют вздрогнул, когда почувствовал вибрацию в заднем кармане джинсов. Он быстро выудил из него телефон. Сообщение. Снова. Явно не от оператора: нельзя было сказать, что Ньют заинтересовался бы таким сообщением, а сейчас у него прямо глаза блестели. — Она тоже идёт. Нормально всё. Ньют довольно улыбнулся и показал Томасу сообщение. Тот сразу же прищурился, чтобы разглядеть его. Неужели, у него в телефоне даже есть контакт «Бренда». Ну и откуда? Что-то Томас не помнил, чтобы когда-нибудь давал номер своей подруги Ньюту. Очень подозрительно. И это сразу бросалось в глаза. Томас едва успел прочитать сообщение перед тем, как Ньют убрал телефон. «Перенести придётся. Минхо пригласил нас в кафе. Всех. Типа общий сбор». Это что ещё перенести придётся? Томас не смог сосредоточиться, чтобы обдумать это предложение, потому что Минхо вдруг громко затараторил: — Я уже сажусь в машину. Давай, собирайся. Пока, — и он бросил трубку. Томас совершенно не знал, что теперь думать. Столько всего сразу навалилось — эти переговоры Ньюта с Брендой, кафе. Он даже и не заметил, как Ньют вдруг подошёл к кровати и взял со спинки тёмную футболку Томаса, после чего медленно вернулся к брюнету и протянул ему одежду, улыбаясь. — Он подъедет через пятнадцать минут, — вздохнул Томас, забирая из рук блондина футболку. Казалось, что Ньют прямо-таки расцвел. Или только казалось? Что за подозрения? Томас покачал головой. Нет, не таких мыслей в голове он сейчас хотел. Он хотел вообще ни о чём не думать. Голова снова болит, и теперь не особо охота разбираться во всех этих странных взглядах, переписках и звонках. Он разберётся с этим. Попозже, как раз в кафе. Бренда ведь тоже там будет? Вот и посмотрим. Томас натянул футболку, одёрнув ткань вниз, и снова поднял взгляд на Ньюта. Тот уже давно был одет, так что ему не придётся копошиться, собираясь. — Едем в кафе? — поинтересовался Ньют. — Ага. Думаю, там начнутся разговорчики, и Минхо не раз затронет тему о вчерашней драке… — начал было Томас, но блондин прервал его, вскинув руки вверх. — Не надо. Ты прекрасно знаешь, что ничего лишнего я говорить не буду. Зато ты исполнил ещё одно желание. — Сколько их у тебя осталось? — сглотнув, спросил Томас. — Ещё одно, — немного подумав, выдал Ньют. — У меня тоже, — признался брюнет, после чего натолкнулся на довольный взгляд Ньюта и искренне не понял его спокойствия. — Всё плохо. — Почему? Ещё чуть-чуть, и ты свободен, — Ньют пожал плечами. — Минхо всегда отрывается на последних желаниях.

***

Парень несколько раз бросал взгляд на зеркало, чтобы разглядеть светлую макушку блондина, как обычно, расположившегося на заднем сиденье. Он был чем-то ужасно занят и совершенно не хотел отвлекаться. От любых вопросов просто уходил, пожимая плечами. Минхо это настораживало. Он часто обеспокоенно поглядывал на Томаса, у которого на каждый неполный ответ лишь кулаки сжимались. Он то и дело кусал губы, тоже заглядывая в зеркало. Минхо совсем недавно как следует покричал и повякал на Томаса по поводу того, что ходить по тёмным переулкам ночью ну очень небезопасно, и сначала убеждал себя, что его друг выглядит раздражённым и ведёт себя совсем не так, как обычно, только из-за этого. Но потом всё потихоньку начало проясняться, и то, до чего додумался, в конце концов, Минхо, совершенно его не радовало. — У вас, я вижу, проблемы? — спросил Минхо, осторожно начиная разговор на интересовавшую его тему. — Проблемы? — Ньют отвёл взгляд от телефона. — Какие, к чёрту, проблемы? — Что вчера произошло? — спросил Минхо, попытавшись расслабиться. Он медленно повернул руль. Томас закатил глаза. Он, как мог, пытался объяснить всё произошедшее пару минут назад, а сейчас Минхо спрашивал об этом снова. Что именно он хотел выяснить, слушая этот рассказ в который раз, было совершенно не ясно. — Минхо, ты издеваешься? — спросил Томас. — Мне надоело это говорить. Потом ещё придётся всё это рассказывать Галли, Бренде и Терезе, и я просто… — Нет, — фыркнул Минхо, — я не об этом. Томас нахмурился. Он снова глянул в зеркало; видно было, как Ньют заметно напрягся, хоть и до сих пор держал телефон в руках. Опять эти сообщения. — А о чём ты? — Что это вы делали после того, как я ушёл? — Я спал до утра, — фыркнул Томас. — У тебя бы были синяки, — Минхо кивнул, указывая на оголённые руки Томаса. — Причём очень заметные. А они у тебя не такие уж и синие. — Боже, — Томас закатил глаза и вытащил из-под себя олимпийку. — Твоя логика и дедукция меня поражают. — Я же не идиот. Он обработал твои ушибы, да? — хохотнул Минхо. — Ты говоришь так, будто Ньют сейчас не сидит сзади и не слышит, — предупреждающе забормотал Томас, опасливо оглянувшись. Ньют даже виду не подал, лишь фыркнул, покачав головой. — Ну, ладно, — Минхо пожал плечами, улыбнувшись. — Ладно? Что — ладно?! Опять что-то придумал, я прав? — тут же встрепенулся Томас. — Нет. Тереза уже звонила тебе? — По поводу чего? — Не звонила, значит. Она хочет устроить вечеринку, — Минхо расплылся в улыбке. — У неё дома. Сегодня. Приглашаются все. — Опять? А что, прошлой вечеринки вам не хватило? — закатил глаза Томас. Он слегка наклонился вбок, когда машина резко завернула, и опасливо покосился на Минхо. Тот лишь пожал плечами: дороги здесь слишком крутые, так поворачивать приходится часто. — Ну-ну. А ты опять на спиртное рассчитываешь? Удачи. Только вот это обычные посиделки. Кино, попкорн, игры. Веселье, — парень фыркнул. — Пижамная вечеринка, ей-Богу. — Я тоже иду? — удивлённо переспросил Ньют. — Надо же, проснулся, а то всё молчишь и молчишь. Как Бренда. Да, ты тоже приглашён. Считай, что забронировал себе место в нашей команде. Ньют улыбнулся, откидываясь назад. Он открыл было рот, и Томас уже обрадовался, что парень таки отлип от своего телефона, но тот смолчал, так ничего и не сказав, и это напрягло Томаса. Хотел же. Он постоянно сидел в телефоне. Что он вообще там делает? С кем можно так много переписываться? Томаса это раздражало. Ну, что с ним не так? Такого же не было буквально вчера, а теперь его лица вообще не увидишь. Всё время что-то пишет. Кому пишет? Зачем? Томас снова поджал губы, нервно заглядывая в зеркало. — Приехали. — Кафе как место сбора? Гениально. — Не придирайся, Томас. В ресторан тебя не пустят, — хмыкнул Минхо, притормаживая около небольшого здания. Там, где-то рядом, уже стояла машина Галли. Он тоже жил слишком далеко, чтобы в такие места от дома пешком идти. Пришлось на транспорте, благо, свой имеется. Минхо вылез из машины, осторожно закрыв дверь; его взгляд тут же метнулся к парням. Ньют вышел совершенно спокойно, конечно, чуть не споткнувшись, потому что взгляда от телефона так и не отвёл, и дверцу закрыл так же бережно, как и всегда. Минхо готов был обнять за такое. Томас часто подшучивал над другом: мол, тот за машину кого угодно прибьёт, но он лишь отмахивался. Он внимательно наблюдал за действиями Томаса. Вышел, наткнулся на угрозу во взгляде Минхо, медленно и осторожно закрыл дверь. Отлично, научился. Не так всё и сложно. Минхо включил сигнализацию, заперев машину, и махнул парням, чтобы они следовали за ним. На автомате засовывая руки в карманы, азиат направился в кафе, изредка оборачиваясь, чтобы проследить за Ньютом и Томасом. Те шли, словно сторонясь друг друга. Томас пытался подойти поближе к Ньюту, чтобы заглянуть в его телефон, но тот всё время либо убирал его в карман, как только замечал подобные попытки, либо просто закрывался. Минхо закатил глаза и открыл дверь, заходя в кафе. Он быстро пробежался взглядом по столикам и наконец наткнулся на небольшую компанию. Галли опять что-то рассказывал, смеша Терезу, то и дело махал руками перед Брендой, потому что она выглядела не в самом лучшем расположении духа. Девушка тоже пялилась в телефон. У Минхо в голове что-то словно щёлкнуло, и он подозрительно обернулся на Ньюта. Тот телефон уже убрал и улыбнулся, увидев, как вдруг замахала им Тереза. Стоило Минхо только повернуть голову обратно к столику, как Бренда тоже спрятала телефон. Только вот нельзя сказать, что Томас выглядел счастливее. Минхо плюхнулся прямо рядышком с Галли, напугав того не на шутку. Ньют сел напротив Бренды; Томас только-только хотел устроиться рядом, но места уже не было. Пришлось ему сесть с противоположного края, рядом с Терезой. — Ну, наконец-то! Я-то думала, вы вообще не придёте, — вздохнула Тереза, вскидывая руки вверх. — Столько предложений. — Например? — улыбнулся Минхо, усаживаясь поудобнее. Он заинтересовался. — Значит, так, сначала мы едим здесь, после предлагаю сходить в кино, а потом великая ночёвка у меня дома, — девушка довольно хлопнула в ладоши. — Ты уверена, что готова принять нас всех? С ума не сойдёшь? — С ума сойдут мои соседи, а вот мы повеселимся, — Тереза махнула рукой. — Ну, так что, будете заказ делать? Набьём животы, чтобы не мучиться до вечера. — Я не хочу есть, — буркнул Томас, пожав плечами. — Том? — Тереза недовольно посмотрела на друга, повернув голову вправо. — Как это — не хочешь? Ты чего унылый такой? Что за грустная мина? У парня сердце ёкнуло, как только он поймал на себе чертовски заинтересованный взгляд Ньюта. Он был очень… материальным, пронизывал насквозь, и от этого было ужасно не по себе. Томас не решался ответить на это, лишь пожал плечами. — Живот болит, — соврал парень. — Боже, ну ты и зануда, — Тереза махнула рукой. — Тогда я тебе вечером пузо набью. — Как хочешь, — Томас пожал плечами, обрадовавшись, что девушка, наконец, отстала со своими расспросами. — Так что, — начал Галли, почесав затылок, — нужно придумать, чем мы будем заниматься. — Не переживай, я уже всё придумала. Бренда помогла мне. Вчера созвонились, поболтали, — пробормотала Тереза. Бренда неловко поёжилась, поняв, что Ньют перевёл взгляд на неё. Томас не мог этого не заметить. — Мы будем жрать или сразу в кино пойдём? — фыркнул Минхо. — Я с утра ни кусочка в рот не брал, Тереза, всё ради тебя. — Как мило, — саркастично вздохнула Тереза. — Выбирай, обжора, — она протянула ему меню. Парень тут же набросился на маленькую книжечку и начал её изучать, переворачивая страницу за страницей. Галли тоже бросил быстрый взгляд на странные названия и тут же выпалил: — Может, пиццу? — Вот эту, — подхватил Минхо, показывая на название. Тереза энергично закивала, подталкивая Бренду и Томаса. Брюнет лишь закатил глаза. Он уже знал, что ему и кусок в горло-то не полезет, и просто надеялся, что не будет ходить так целый день. Мечты, мечты. Стоило ему только взглянуть на блаженно улыбающегося Ньюта, как внутри всё переворачивалось. Чего он только такой счастливый? А ещё перед глазами постоянно всплывали те воспоминания. Вчерашний вечер и напряжение, которое он испытал вместе с удовольствием. Один только голос Ньюта уже сводил с ума. Томас давно осознал, что пропал. Только вот не понимал, насколько глубоко погряз во всём этом. — Что-нибудь будете заказывать? — спросила официантка, подойдя к столику. Она уже держала наготове ручку и блокнот. Галли быстро сделал заказ, заявив, что заплатит за всё. Каждому по молочному коктейлю и мороженому, плюс две пиццы. Томаса тоже не обделил, заявив, что от одного стаканчика мороженого и фирменного коктейля ничего не будет. Какой же он щедрый. Томас поёжился. Точно что-то не так. Ну, происходит же что-то, ну. Официантка как можно милее улыбнулась и отошла обратно к стойке, передавая заказ напарнику. Томас проследил за девушкой взглядом, вздыхая. Он уже просто догадывался, что не осилит ни коктейль, ни мороженое. — Том, давай, рассказывай, как твои дела? — За пару дней не произошло ровным счётом ничего, — вдруг отозвался брюнет. Он переплёл пальцы, положив руки на стол. — Да ну? Совсем-совсем ничего? — фыркнул Галли. — А я слышал, ты второе желание выполнил. Что-то интересное? — О, — протянул Минхо. — Томас, поделись ощущениями. Бренда заметно напряглась. Ньют лишь улыбнулся, поглядывая на Томаса. Конечно, он не будет рассказывать всего, что там видел. А того, что делал, тем более. Только вот Томас сейчас и не хотел останавливаться. Он уже понял, что блондин переписывается с Брендой, и в нём проснулось ещё одно чувство, бывшее ещё непонятнее всех остальных. Ещё ярче, ещё сильнее. — Что сказать. Ты, конечно, придурок, — резко отозвался брюнет, щёлкнув костяшками пальцев и бросив раздражённый взгляд на Минхо. — Но я же сделал это. — Что ты там делал, Томас? — переспросил Галли. — Я просто не знаю, какое тебе дали желание. — Отработать одну ночь в стрип-клубе. Галли подавился воздухом, Тереза хохотнула, а вот Бренда заметно напряглась. Её взгляд не переставал метаться с Ньюта на Томаса. Она начинала понимать, что что-то явно произошло. Так просто разозлиться Томас не мог, так же, как и Ньют — вдруг расплыться в улыбке. Он, конечно, сдерживал это, как мог, но уголки губ всё равно поднимались. — Ты что, раздевался?! — переспросил Галли. — Вот там, на сцене? Как те парни, которых мы видели? — Да, я делал именно это. А ещё спускался вниз. Для особого танца. Ага, как-то так, — Томас небрежно фыркнул. Он видел, как с каждым его словом брови Бренды опускались всё ниже и ниже, и его ужасно забавляла эта реакция. Продолжая выдавать фразу за фразой, Томас всё больше расслаблялся. — Томас, ну ты даёшь. Боже, понятно, почему ты такой нервный. С ума чуть не сошёл. Бедная твоя психика, — Галли положил руку на сердце. — Сочувствую. — Кстати, — Минхо улыбнулся, поёрзав на месте. — Насчёт, как ты там сказал, особого танца внизу. Что было? Томас замер. Говорить или не говорить? Он даже не посмотрел на Ньюта, да и знал, что угрозы в его глазах не найдёт. Только вот там как раз маячило «Не надо». Это Томас словно почувствовал, как напряжение, начинавшее теперь исходить и от Ньюта. Конечно, тот переживал, причина была. Томас сейчас мог просто сболтнуть лишнего. — Ничего особенного. Я хотел заработать. Деньги внизу увидел, в руках у… — Томас немного помедлил, после чего прокашлялся, быстро заморгав. — У парня. Галли второй раз подавился воздухом. Он замотал головой, после чего вдруг повернулся к Ньюту. — Ты видел это? — О, да. Видел, — Ньют коварно улыбнулся, заглядывая Томасу прямо в глаза. Тот нахмурился. Что за интонация? Они что, сговорились все? — И как же это было? — спросил Минхо, расплывшись в точно такой же улыбке, какая была на лице Ньюта. Бренда и Тереза поняли, что парни что-то скрывают, а вот Галли этого не замечал. Он просто не переставал охеревать после каждой фразы. Девушки заметно напряглись, переглядываясь. Бренда же не сводила взгляда с коварной улыбки Ньюта, искренне не понимая, почему это он такой довольный. — Ну, как сказать, — Ньют откинулся на спинку диванчика. — Горячо. Не знал, что Томми на такое способен. Весь столик шумно зааплодировал, кроме, разве что, самого Ньюта, Томаса и Бренды. Девушка лишь фыркнула, бросив последний расстроенный взгляд на блондина. Ей ужасно не понравился тот факт, что Ньют настолько впечатлён выступлением Томаса. Томас же почувствовал, что его живот стягивается в крепкий узел, как только он вспомнил, что тогда было. Как только вспомнил все свои ощущения. Такие секундные касания, и те свели его с ума. Парень помотал головой, начиная краснеть. Тереза хлопнула его по плечу: — Том, ты должен будешь станцевать разочек у меня дома. — Что? — опешил парень. Такого он не мог и предположить. — Да ладно тебе, порадуй дам, — она кивнула на мрачноватую Бренду, которая от такого тут же встрепенулась. Её глаза моментально расширились. — Ну, не знаю… — Томас глубоко вздохнул. Он не мог этого повторить. Однозначно, не мог. — Значит, перед парнем задницей крутил? — переспросил Минхо. Томас закатил глаза. Вот он же смотрел видео, сам знает, как и что там делал Томас. На кой чёрт спрашивать? Охота лишний раз посмотреть, как он краской заливается? Отличный друг, ничего не скажешь. — Нет, ничего я не крутил… — Не спрашивайте даже, что он там делал. Но деньги получил заслуженно, — снова пробормотал Ньют, на что Галли лишь охнул, кивнув, и расплылся в улыбке. Томас даже не понимал и знать не хотел, спасает Ньют ситуацию или тянет всё в бездну. Только вот улыбки, которая сейчас была на его лице, он никогда не забудет. Почему она такая странная? Томас покачал головой и зажмурился, чтобы вообще не видеть лиц друзей. Минхо всё больше и больше улыбался, понимая, что пошёл верным путем. Он — не он, если без издёвок. По-другому нельзя. Вдруг к столику подошла официантка, поставив тарелки с двумя горячими пиццами на стол. У Томаса от такого зрелища желудок тут же заныл по-настоящему; он уже пожалел, что сказал о больном животе. Мог бы соврать, сказав, что голова болит. А теперь ему сидеть и мучиться, смотреть на то, как его друзья махом уплетают такую вкуснятину. Томасу пришлось повернуть голову в сторону, чтобы его живот вдруг не издал звук умирающего кита. Он уже был благодарен за то, что Галли заказал ему хотя бы коктейль и мороженое. Голодная смерть ему теперь точно не грозит. Официантке помог напарник, принеся ещё поднос с коктейлями, в то время как сама девушка побежала за мороженым. Прошло совсем немного времени, и она снова появилась с десертом. Вдвоём официанты расставили всё на столе и унесли подносы, пожелав их компании приятного аппетита. Минхо отодвинул коктейль и мороженое в сторону и почти сразу набросился на пиццу, хватая самый лакомый кусочек. От него не отставал и Галли. Только вот девушки старались вести себя сдержаннее. Ньют же по-прежнему не хотел сильно выделяться в этой компании. Томас тихонько вздохнул и дрожащими пальцами обхватил холодный стакан с мороженым. Он не раз бросал взгляд на Ньюта, замечая, что тот себя ведёт ну очень странно. Ну, да, странно. Так можно сказать, только если обратить внимание на то, как часто он ёрзает, как он изо всех сил старается не поднимать голову, отрываясь от своей тарелки. Прямо перед ним сидела Бренда, конечно. Она смотрела на него. Улыбалась, забавляясь тому, как он забавно поджимает губы. Томас даже не сомневался. От всей этой картины и мыслей у него внутри всё просто переворачивалось. Он уже был готов признать, что это похоже на ревность, только бы всё прекратилось. Ему надоело утихомиривать свои буйные мысли. — Бренда, а что у тебя нового? — вдруг спросила Тереза. — Последнее время ты что-то редко мелькаешь на горизонте. Дела? — Дела. Всё хоро… — Бренда вдруг рассмеялась. — Господи, ну ты и хрюша. Она протянула руку вперёд, протирая нос Ньюта от сыра. Он долго жмурился, растягиваясь в смущённой улыбке, а потом и сам потёр кончик носа. Он даже не заметил, как умилённо вдруг посмотрела на них Тереза, не подметил и улыбки Галли. Ньют даже не подозревал, с каким напрягом сейчас Томас вспоминал, есть ли закон о том, что девушек бить нельзя. Ему сейчас ужасно хотелось приложить Бренду лбом об стол за такое. А ещё Ньюта — за эту смущённую и милейшую улыбочку. Ну, и себя — за такие отвратительные мысли. Томас поджал губы. Почему-то его напрягало странное ощущение, что сделать это должен был он. Сесть напротив Ньюта, протереть кончик его носа, получить улыбочку, хохотнуть. Почему всё не так, как ему хочется? Брюнет фыркнул и отвёл взгляд в сторону. Никто этого не заметил. Никто кроме Минхо. Парень нахмурился, и начался долгий мыслительный процесс. Вокруг него витала целая куча идей. Нужен был план, только и всего. Но вот его как раз и не было. Минхо просто старался выжать его из недр своего разума как можно быстрее. Он хотел спасти ситуацию, ибо наблюдать за таким вялым Томасом ему не очень-то уж и хотелось.

***

Даже в кинотеатре Томас не смог расслабиться. Он чувствовал себя довольно отвратительно, слыша, как Ньют хихикает справа. Конечно, рядышком же сидит Бренда, чего ещё стоило ожидать. Томас закатил глаза, когда в очередной раз краем глаза подметил, как девушка наклонилась, чтобы что-то сказать. Она ведь даже не понимает, что Ньюту это не нравится! Он не смотрит фильмы так. Никогда! Томас глубоко вздохнул, словно ощутив себя третьим лишним. Слева сидел Галли — вот это был нормальный сосед. Молчаливый, спокойный. Он лишь с увлечением смотрел на экран и изредка замирал, когда происходило что-то по-настоящему эпичное. Томас же вообще не мог сосредоточиться на фильме. Ему мешали. Мысли, чувства. Всё. Он просто принялся доедать попкорн и молиться, чтобы всё это быстрее кончилось.

***

Томас старался держаться от Бренды и Ньюта подальше. Сейчас ему совершенно не хотелось думать о том, что они трутся вместе. Она постоянно ходит за ним хвостиком, а тот даже не против. Конечно, не против, что ещё сказать. Томас изредка бросал на них взгляды, пока Тереза и Минхо таскали с кухни тарелки со всякими вкусными вещичками. Сказать, что брюнет нервничал, — значит ничего не сказать. Они то и дело перешёптывались. Было ужасно интересно узнать, о чём это они там болтают. Изредка с их стороны доносился смех, и это сводило Томаса с ума. Он тоже хотел поучаствовать в разговоре. Желательно вместо Бренды. — Том, будь добр, помоги немного. Принеси, пожалуйста, лимонад, он в пакете в коридоре, — попросила Тереза, желая немного расшевелить Томаса. Конечно, девушка могла попросить о такой услуге и Галли, но она видела, что если Том не встанет с дивана хотя бы на пару минут — так и будет сидеть там весь вечер и хмуриться. А этого никто не хотел: все прекрасно знали, что если Томас весёлый, значит, вечеринка удастся на славу. Парень закатил глаза и покорно встал с дивана, всеми своими вялыми движениями показывая, что ему не очень-то и хочется это делать. Он пошёл в коридор, едва удержавшись от того, чтобы не глянуть на Ньюта. Быстренько достал из пакета бутылку и вернулся в комнату, громко поставил её на стол и снова плюхнулся на диван, ещё и с таким видом, как будто сделал неимоверно сложную работу. — Ну, что. Я думаю, можно начать, — Тереза хлопнула в ладоши. — Бренда, что там с планом? Что мы сегодня должны сделать? — У нас просмотр фильма ужасов, и не одного, еда, твистер, парочка игр, а потом и на боковую можно, — вздохнула Бренда. Кажется, она сама была не прочь от всего этого отказаться и просто уйти куда-нибудь. — Будет весело! У меня столько идей по поводу фильмов, которые можно посмотреть. — Господи, опять эта извращенка что-то придумала, — Минхо закатил глаза, после чего рассмеялся. Тереза лишь фыркнула и пихнула друга локтём в бок. — Танцы тоже будут, так что не наедайся сильно, — предупредила она. Томас готов был застонать от негодования. Серьёзно? Ещё и танцы. Ничего лучше просто и придумать нельзя. Он уже был готов поспорить с самим собой, что Ньют будет танцевать с Брендой. Постоянно будет тереться рядом с ней, что может быть лучше? Томас как раз хотел поговорить с Ньютом, обсудить вчерашний вечер. Вот так вот всё оставить?

***

Томас медленно допил лимонад и поставил кружку на стол. Чёрт, он ужасно жалел, что здесь нет ничего алкогольного, и уже корил себя, что сам ничего не принёс. Как следует напиться сейчас ему точно бы не помешало. Минхо пообещал, что с минуты на минуту объявит третье желание, мол, ему осталось обдумать ещё пару деталей. Томас просто понадеялся, что последнее желание выполнит быстро. Он уже давно не чувствовал себя свободным, а тут такое. Скоро можно будет вздохнуть полной грудью — эта мысль как-никак грела душу Томаса. Только вот кино он так и не посмотрел. Ну, как сказать. Он, конечно, начал, изо всех пытался, но ни с того ни с сего его начало клонить в сон. Ещё эти раздражающие перешёптывания. Один только Галли сидел тихо. Минхо и Тереза умудрялись ржать на фильме ужасов, как чокнутые, стоило только герою нелепо упасть, сломать себе что-нибудь или закричать, увидев призрака. С Ньютом и Брендой и так всё было понятно. Сели подальше ото всех и какие-то непонятные вещи обсуждали. Ну, для Томаса обрывки из разговоров, которые ему удалось расслышать, были действительно странными. Отлично, уже есть приколы, которые понимают только они. Томасу пришлось удалиться из комнаты под глупым предлогом. Он сказал, что хочет в туалет. Он и хотел, а сделав всё, что надо было, пошёл на кухню, чтобы глотнуть водички. Ну, и глотнул, а затем заснул, уронив голову на стол. Его нашёл Ньют, когда решил под конец фильма проверить, куда это запропастился Томас. Нашёл и разбудил. Томас был рад, что проспал фильм. Теперь его сильнее клонило в сон, и он мог заснуть ещё пару раз. Например, перед игрой твистер. Ну, или пока они будут играть. Неплохо же, да? — Томас, крути уже! У меня нога затекла! — проворчал Минхо. — Затекла, Боже, а у меня сейчас шея сломается. Том! — простонала Тереза, немного двинув головой. — Кажется, он мне что-то отдавил. — Ты на что это намекаешь, а? — бурчал Минхо; его было плоховато слышно. Но это только заставляло Галли хохотать сильнее. Бренда и Ньют уже валялись в дикой истерике где-то в углу. — Есть надо меньше, — не сдавалась Тереза. — Молчи, женщина. Твоя попа моё лицо не радует. — Что это она тебя не радует? — Тереза покрутила бёдрами. — А у меня твоя задница перед лицом, я же молчу. Боже! Я сейчас упаду к чёртовой матери! — Вот и падай. Буду только рад. Руки болят. — Ты надо мной стоишь, только попробуй упасть! Мне все кости в порошок сотрёт! — предупреждающе прошептала Тереза. — Правда? — протянул Минхо. Он нахмурился, напрягся до невозможности, лицо его мигом покраснело, что вызвало громкий взрыв хохота у ребят. Пара секунд — и руки Минхо ужасно напряглись. Нереально, как он только это сделал, но он умудрился слегка наклонить тело вниз. Словно он отжимается. Только сильные руки позволяли ему сейчас не упасть на Терезу. Он прижал её к полу, заставляя кричать в приступе паники. — Хэй, так нельзя, — рассмеялся Галли. — Давай, гаси их, Томас! Брюнет пожал плечами и покрутил рулетку. Стрелка остановилась, и Томас глянул на узел из двух тел на полу. Он хохотнул, потому что понял: чтобы поставить руку туда, куда надо, ребятам придётся потрудиться. — Левая рука на синий, — провозгласил Томас, после чего раздался стон Терезы. Она поняла, что проиграла. Она ненавидела проигрывать, как и Минхо. Только вот Минхо в этой игре больше повезло. Терезе никак не дотянуться, даже если она попробует протянуть руку под спиной. Слишком далеко, да и поза не очень удобная. Под хохот друзей Тереза с громким охом свалилась на пол. — Победа! — прокричал Минхо и наконец рухнул куда-то вбок, чтобы не задеть Терезу. Он прекрасно понимал, что девушка всей его горы бицепсов не выдержит, поэтому сменил траекторию падения, осторожно приземлившись прямо рядом со смеющимся Галли. — Это было что-то! — рассмеялась Бренда. — А можно в следующей партии снова поучаствовать? Я бы сыграла с Ньютом. — Мы уже с Томасом договорились, — вдруг подал голос Ньют. Бренда недоумённо глянула на парня, после чего перевела взгляд на брюнета, словно ища в его глазах подтверждение сказанному. Но там было только недоумение, которое тут же испарилось, стоило блондину незаметно подмигнуть. Томас не совсем понял намерений друга, поэтому просто глубоко вздохнул, отложил рулетку в сторону и встал на поле. Прямо перед ним были те самые цветные кружочки. Играть против Ньюта — просто отлично. Проиграть? Поддаться? Томас даже не знал, что и думать. Стоять в похожей позе ему не очень-то уж и хотелось. Тереза взяла Минхо под руку и усадила его на кресло, наклонившись. Она что-то отчаянно зашептала, бросая редкие взгляды на двух парней, стоящих друг напротив друга. Никто этого шёпота не услышал, Галли взял рулетку, а Бренда лишь устроилась на диване поудобнее, скрещивая руки на груди. Она мысленно пожелала Ньюту удачи и поджала губы, переводя взгляд на Томаса. Он начинал раздражать её тем, что постоянно везде встревает. «Уже договорились». Ну-ну, отлично. Как всегда. — Итак, вы готовы, дети? — прокричал Галли, готовясь крутить стрелку. Томас и Ньют встали на поле — одна нога на жёлтый круг, другая на синий. Всё по правилам. — Да, капитан Галли! — почти проблеял Томас и глубоко вздохнул. Ну, вот она, пытка. Галли щёлкнул пальцем по стрелке, заставляя её бешено крутиться. — Левая рука на красный! — торжественно объявил Галли, как только указатель остановился, показывая на один из квадратов. Томасу пришлось наклониться, чтобы коснуться левой рукой красного кружочка. Он и не подозревал, как его сейчас сверлила взглядом Бренда. Не подозревал, поэтому и не нервничал сильно. Его пугала только такая близость с Ньютом в их компании. Нет, ну мало ли, что может случиться. В конце концов, он уже понял, что не держит себя в руках. — Тереза, нет! — Минхо зашептал слишком громко, из-за чего Галли на секунду даже посмотрел на них. Тереза закатила глаза и устроилась на боку кресла. Она бросала редкие, но яркие взгляды на играющих парней. Галли крутил рулетку, заставляя Ньюта и Томаса подбираться друг к другу всё ближе и ближе. Девушка замотала головой, из-за чего её темные волосы буквально подлетели. — Минхо, я тебе говорю! — Ньют не сделает этого, — утверждал парень. Девушка готова была застонать от недовольства. — У меня есть идея. Ну, Минхо! Давай, загадаешь ему это желание, а? — она сделала щенячьи глазки. — Они сделают это. — Нет, не сделают. Я не знаю насчёт Томаса, с самоконтролем у него частенько бывает непорядок, а вот Ньют что-то слишком много думает, прежде чем что-либо сделать. Все наперёд просчитывает. Такого он не допустит. — Давай, Минхо! Всё получится, почему ты такой пессимист! — захныкала Тереза, кивая на Ньюта и Томаса и мило улыбаясь. — Томас меня убьёт. — Не убьёт, ему понравится. — И что мне сказать? Тереза, нет! Я не могу с другом так поступить. До такого они сами как-нибудь дойдут. — Минхо, а ускорить этот процесс никак? — Тебе что, так охота, чтобы они набросились друг на друга и принялись раздевать?! Это же Томас, где твоя совесть? — Боже, нет. Минхо! Это для их же блага. Это им поможет. — Как поза шестьдесят девять может им помочь? — шикнул Минхо. Тереза закатила глаза и фыркнула, расслабляясь. Хорошо, она была готова отступить. Возможно, только на время. А может, и нет. Нужно было ждать. А ждать Тереза могла. Не любила, но могла. — У меня уже есть идея. И я как бы с самого начала, ещё тогда, когда играл с ним в карты, условился, что не буду загадывать подобные желания. Захочет — сам всё сделает, и без моей помощи. — Отлично. А что ты там уже придумал Томасу? — поинтересовалась Тереза. — Да так. Это всё из-за Бренды, — Минхо тихонько хохотнул. — Что-то Томас злой ходит целый день. Не знаешь, почему? — Догадываюсь. — Вот и я о том же. Так что ему нужно будет кое-что сделать. Тогда он перестанет переживать по этому поводу. — Хорошо, - Тереза коварно улыбнулась. — Мне чертовски нравятся твои затеи. Ты долбанный гений. — И не говори, — Минхо улыбнулся. Они стали наблюдать за ходом игры. Томас и Ньют уже стояли в довольно неловких позах. Томас вообще еле держался. Видно было, как дрожат его руки. Еще чуть-чуть, и он шлёпнется задницей на синий круг. А вот Ньют держался довольно неплохо, нависнув прямо над ним. Он тянул руку куда-то в сторону красного круга. — Давай, Ньют. Ты сможешь, — поддержал Галли. Блондин зажмурился и осторожно коснулся пальцами игрового мата. Теперь главной задачей было не свалиться на растрёпанного Томаса, у которого на лбу уже заблестела испарина. Руки ныли, ужасно ныли. Он же совсем недолго стоит, так в чём дело? Неужели последствия вчерашней драки? Ньют улыбнулся, закусил губу и опустил взгляд вниз. Прямо под ним, тяжело дыша, был Томас. Взгляд пробежался по приоткрытому рту, подрагивающим ресницам… Ньют снова посмотрел на Галли, который как раз крутил рулетку. — Левая нога на зелёный! — объявил он и улыбнулся, посмотрев на парней. Томасу и особо двигаться не нужно было, просто переставить одну ногу слегка влево. А вот Ньюту пришлось несладко. Ему нужно было отвернуться от Томаса. Слишком нереальная поза. Стоять, опираясь на руки, понимая, что под спиной напряжённый живот Томаса, слишком трудно. Ньют, пыхтя, двинул ногой, ставя её на зеленый кружок. Он глубоко вздохнул и бросил напряжённый, но в то же время заинтересованный взгляд вниз. Было тяжело держать шею под таким углом. — Правая рука на синий, — сказал Галли. Ребята напряглись. Понятно, что игра вот-вот может закончиться. Ньют быстро переставил руку, а вот Томасу на этот раз пришлось поднапрячься. Он даже высунул язык. Ньют ужасно ему мешал, двигаться было некуда, и никак не выпрямиться. Шансов просто ноль. Слишком быстрая игра, но она того стоила. Томас рухнул на пол, позволяя Ньюту глубоко вздохнуть и опуститься. — И всё? Что, никто никому ничего не сломал? — разочарованно проворчал Минхо. — Нет, — довольно буркнул Томас и поднялся, отряхнув джинсы от пыли. Он бросил короткий взгляд на Ньюта, который, улыбаясь, вернулся на прежнее место, плюхаясь на диванчик рядом с Брендой. Та тут же что-то заверещала, заставляя Ньюта расплываться в улыбке ещё больше и качать головой. Миленько. — Ещё партию? — предложил Минхо, цепляясь за рулетку. — Можем пойти по второму кругу. — Ой, нет. Мне хватило того, что Бренда села на меня, — фыркнул Галли, потирая спину. После этой фразы тут же раздался смех. Тереза хлопнула в ладоши и оглядела ребят. — А теперь время для танцев! — О Боже, Тереза.

***

— Томас, ты так и собираешься здесь сидеть? — проворчала Тереза, уже достаточно запыхавшаяся, и плюхнулась рядом с Томасом на диван, вырывая из парня приглушённый вздох. — Наверное. — А если я скажу Ньюту раздеться? — девушка поиграла бровями, пихая друга в бок, но тот лишь отмахнулся, бросив секундный взгляд на блондина. Да, хотелось потанцевать с ним, но так просто сделать это Томас тоже не мог. Боялся? Нет, скорее ужасно нервничал из-за Бренды. — Даже не думай об этом. Он не разденется. — Но у Минхо осталось последнее желание для Ньюта. — А Минхо не такой извращенец, как ты. — Очень смешно, — Тереза фыркнула. — Присоединяйся. Том. Я же заставлю, ты меня знаешь. — Ну-ну. — Тогда Ньют тебя заставит. — Ну-ну, — снова буркнул Томас, только на этот раз нервно сглотнул. Танцевать с блондином вместе? На трезвую голову? Да у него же просто крышу сорвет. Рисковать было нельзя. Тереза направилась к магнитофону и переключила музыку. Томас прислушался. Ох, только не это. Что-то яркое, испанское, да? Томас совершенно не ошибался, хотя ужасно хотел. Тереза буквально вырвала Ньюта из рук Бренды, после чего что-то быстро зашептала ему на ухо. Томас вообще погрузился в свои мысли, ничего не слышал и не видел перед собой. Просто прикрыл потяжелевшие веки и попытался расслабиться, откинувшись на спинку дивана. Он даже не заметил, как к нему кто-то подошёл. — Томми, чего-то ты странный сегодня. Томас приоткрыл глаза и уставился на улыбку Ньюта. Опять его счастливые глаза. Никогда не было так неприятно это видеть. Конечно, счастливые, конечно, довольное выражение лица. Томаса же нет рядом с ним на протяжении целого дня. Как тут не расслабиться. — Хочешь потанцевать? Томас покачал головой, глубоко вздыхая. — Не беси. Томми, вставай. Бренда глубоко вздохнула и поняла, что ей уже надоело танцевать одной. Она просто решила поискать что-нибудь помедленнее, быстренько подошла к магнитофону, переключила музыку и, найдя медленную композицию, довольно улыбнулась, начиная искать взглядом Ньюта. Она хотела немного с ним поговорить. В довольно миленькой обстановке, во время медленного танца. — Ньют? — девушка положила руку на плечо парня, заставляя того вздрогнуть и на секунду отвернуться от Томаса. — Может, потанцуем? Ньют поджал губы и, нахмурившись, кивнул. Прежде чем Бренда утащила его в центр комнаты, парень успел наклониться к брюнету и прошептать ему на ухо: — Мне не нравится, что с тобой происходит. Томас лишь глубоко вздохнул. Что с ним происходит? Он, конечно, начинал догадываться, но ужасно не хотел держать такие мысли в голове. Они его раздражали. Его раздражало всё — всё, начиная с этой медленной мелодии и заканчивая Брендой, которая обвила руками шею Ньюта. Чёрт, а ведь он даже не сопротивляется. Томас цокнул языком и покачал головой, когда увидел, как он мило обнимает её за талию. Томас не хотел торчать в этой комнате. Приглушённый свет, медленная музыка. Он сейчас вообще не хотел ничего делать. Просто сесть и думать о своём — ему этого хватит, как он считал. Томас просто понял, что сейчас всё точно пошло не так, как хотелось бы. Поэтому он направился на кухню, захватив с тумбочки кружку чая. Зашёл в небольшую, но уютную комнатку, сел за круглый стол и, поставив кружку, крепко сцепил пальцы, поджимая губы. Опять он наедине со своими мыслями. Томас глотнул немного чая и глубоко вздохнул. Ладно, может быть, сначала всё начиналось и хорошо. Он немного потанцевал под обычную, быструю музыку. Потом просто плюнул на всё. Ладно, Тереза включила что-то горячее, испанское и заводное. Ну, а дальше что? Обязательно Бренде было лезть? Томас закатил глаза, вспоминая, что это он пару минут назад отказался идти танцевать. Сейчас он об этом очень жалел. Можно было и сходить, потанцевать разок, мир бы не рухнул. Зато Бренда бы сейчас не тёрлась с Ньютом. Она бы не дышала его одеколоном. Этот запах знал теперь не только Томас. Перед его глазами мигом всплыли воспоминания о вчерашнем вечере. Он ведь даже не заметил, как день прошёл. А ведь всё было так хорошо. Такие сладкие губы, такие податливые. Он словно знает, чего ты хочешь. Томас помотал головой, стараясь отогнать чувства, вдруг нахлынувшие на него. Он и знает. Он чувствует, да? Томас глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Напротив него за стол сел Минхо. Томасу пришлось снова открыть глаза. Ну, вот. Как говорится, ни минуты покоя. Всем что-то надо. Томас лишь покачал головой и снова сделал глоток из кружки. - Что нового скажешь? — сухо спросил Томас. — У меня желание, — Минхо коварно улыбнулся и оглянулся на секунду, дабы убедиться, что их никто не подслушивает. — Достал уже, — Томас вздохнул. — Я не в настроении. — Ой, да ладно. Ты думаешь, я не знаю, из-за чего? — Минхо закатил глаза. — Бренда рядом с ним тебя не устраивает, кого ты хочешь обмануть вообще? — Заткнись. — Что вы делали прошлым вечером, может, скажешь уже честно? Ответ, который ты дал в машине, как-то меня не очень устраивает. — Ничего, — Томас пожал плечами, нахмурившись. Расспросы не в тему, или ему только кажется? — Ты бы так открыто не бесился, если бы ничего не случилось. А так ты целый день ходишь, всем своим видом говоря ему: «Ньют, мне не нравится, что происходит». Даже не пытайся отмалчиваться. Говори. Томас глубоко вздохнул и покачал головой. Он не мог вот так просто сказать. Как можно было опять довериться этому смазливому пареньку, который по-прежнему зовётся его лучшим другом? Рассказать ему что-нибудь, а потом стоять в стороночке и смотреть, как он разбрасывается и пользуется этой информацией? Ему тяжело и слово из себя выдавить. — Целовались. Брови Минхо поползли вверх. Он глубоко вздохнул. После чего поджал губы, чтобы не расплыться в ехидной ухмылке. — Что, серьёзно? — Нет. Шучу просто, — Томас закатил глаза. — Конечно, серьёзно! — А чего он тогда с Брендой трётся? — А я знаю? Пусть что хочет, то и делает. Плевать. — Нет, Томас. Так нельзя. Говорить тебе желание, или как вообще? Томас глубоко вздохнул и сцепил пальцы в крепкий замок. Он поднял на Минхо внимательный, изучающий взгляд, немного подумал. Он не мог предположить, что загадает Минхо. Только вот если согласится сейчас — дороги назад не будет. А хотя, какой у него вообще был выбор? Парень кивнул и приготовился получить удар. — Накажи его. — Что? — переспросил Томас. Он не особо понял, что Минхо имеет в виду. — Выпори.