Альтернатива убийству

Тебя прижимает паранойя. Ты смотришь по сторонам, ощущая пробегающие по спине мурашки. Уже неделю ты чувствуешь на себе чей-то взгляд по пути в школу и из школы. Конечно, люди смотрят на тебя время от времени, но раньше посторонние взгляды не вызывали у тебя стойкого желания сбежать подальше от них. Сердце начинает колотиться, ты опять оглядываешься. С тобой по улице идёт ещё три человека: одного ты знаешь по школе, второй живёт через два дома от твоего, а третий... Ты поворачиваешь к дому. Третий – это блондин в тёмных очках, ты видел его пару раз по пути в школу. И в целом его внешность не вызывает подозрений. Правда, день сегодня пасмурный, не очень ясно, зачем он надел очки. Ты чувствуешь, что начинаешь потеть, когда подходишь к двери. Руки начинают трястись, когда ты перебираешь в руках ключи. В конце концов, ты почти вваливаешься в дом и захлопываешь дверь. В окне возле двери видно, как блондин в тёмных очках совершенно спокойно проходит мимо твоего дома и поворачивает за угол. Фух... Ладно, надо признаться, что проявлять столько интереса к твоей персоне некому и незачем. Ты не красавец (не урод, конечно, ты бы оценил себя на 8 из 10... ладно, на 6, но это только потому, что у тебя понизилась самооценка из-за отказа Сэнди), ты не попадал ни в какие серьёзные передряги, твой отец не богатенький наркодилер или мафиози, так что... Никому ты нахрен не сдался. Всё. Ты переводишь дух и идёшь на кухню. - Паааап, ты дома? - кричишь ты, догадываясь, что ответа не последует. Конечно, он на работе, но иногда он заезжает в обед домой. Ты открываешь холодильник и наклоняешься, разглядывая содержимое нижних полок, так как верхние забиты папиной выпечкой. Боже Господи, у этого человека просто ненормальная любовь с мукой и духовкой. Левой рукой ты нащупываешь папино радио на столе и включаешь. То что нужно. - He's taken everything I've got, - поёт тебе радио и ты начинаешь подёргивать задницей в такт музыке, всё равно никто не видит, - All I've got's this sunny afternoon. Ты так любишь эту песню, что кусаешь губу и начинаешь подпевать. - Save me, save me, sa- Ты обрываешься на середине строчки. Точнее, тебя обрывают. Язык трётся о жёсткую ткань, которую запихивают тебе в рот. «Что за херня», - единственная мысль, которая успевает промелькнуть у тебя в голове, прежде чем тебе заламывают руку назад, и ты ощущаешь резкую боль в спине и плече. Ты пытаешься вывернуться, но тебе заводят за спину и вторую руку, и ты просто стонешь от боли. Ни разу в жизни ты не ходил ни в какие секции, так что не знаешь ни одного приёма. В голове мелькают тусклые образы боевых сцен из фильмов. Ты, конечно, не Джеки Чан, но кое-что сделать сейчас можешь - ты резко откидываешь голову назад и ударяешься обо что-то затылком. Твои руки снова свободны, ты падаешь на пол и отползаешь к холодильнику. Перед тобой стоит тот самый парень, который только что повернул за угол... к чёрному входу со двора. Чёрт. Как ты мог не рассмотреть этот вариант? Парень прижимает ладонь к носу и ты видишь, как по его пальцам стекает кровь. Всё происходит так медленно, может, это твой шанс. Ты пытаешься подняться с пола, ноги тебя не слушаются, и ты поскальзываешься. Ухватившись за стол, ты задеваешь рукой радиоприёмник, тот с грохотом падает на пол и разбивается. Почему он ничего не делает? Он просто смотрит на тебя через свои тёмные стёкла и не двигается. Ах, конечно. Сообщник. Это ты тоже понимаешь слишком поздно, когда тебе на голову напяливают чёрный мешок. За секунду тебя обездвиживают, руки и ноги туго стягивают верёвкой, всё как полагается, в лучших традициях жанра. Дальше ты помнишь только темноту.