Birthday gift

Как оказалось, Чимину назначили стрелку и другу срочно понадобилась моя помощь. Как его лучший друг, я не мог ему отказать. Извинившись перед Чонгуком, я поспешил отправиться на помощь к Чимину. Мне совсем не хотелось оставлять парнишку одного в незнакомом ему месте, но и с собой я его взять не мог. Это могло быть далеко небезопасно для его жизни. Я надеюсь, что с ним будет все хорошо и он узнает мой дом получше в мое отсутствие.

***

(POV. Чонгук) После ухода господина я остался один, не считая прислуги, которые занимались каждый своим делом. Позавтракав, и поблагодарив пожилую женщину за вкусную еду, я решил прогуляться по особняку и основательно ознакомиться с ним. Поднявшись на второй этаж, я прошел по длинному коридору и заглядывал в каждую из комнат, двери которых были мне доступны. И так я насчитал три спальни, две ванны, огромную библиотеку, кабинет и звукозаписывающую студию. И это только второй этаж. Интересно, что же на первом? Осмотрев все комнаты на втором этаже, я собирался уже спускаться, как вдруг мой взгляд упал на балкон в конце коридора, а точнее на пейзаж, который красовался за стеклянными окнами в пол. Вид с балкона был просто потрясающим. Вдали виднелся густой лес, а за ним высокие горы, покрытые снегом. Перед лесом раскинулось озеро, которое напоминало мне бабочку по своей необычной форме. Вся эта картина завораживала и уносила куда-то вдаль, навстречу к заветным мечтам. Я мог бы простоять вот так еще долго, если не целую вечность. Но мне пришлось спуститься вниз, чтобы, согреть замерзшие пальцы рук у огромного, теплого камина. Заметив мою дрожь, одна из служанок принесла мне плед и горячую чашку чая с печеньем, покрытыми шоколадной крошкой. Завернувшись в плед, я сел в кресло, уютно стоявшее у камина, и осторожно отпивал горячий чай, закусывая вкусным печеньем; за окном, кружась крупными хлопьями, сыпал снег.

***

Вернувшись домой, я застал спящего Чонгука, закутавшегося в плед и с пустой чашкой в руках, которая вот-вот могла соскользнуть и упасть на пол. Я присел перед ним на корточки и не смог сдержать улыбки. Он выглядел так мило, что хотелось запечатлеть его на холсте и повесить его портрет прямо над кроватью, чтобы засыпать и просыпаться вместе с ним. Если я был бы художником, то непременно написал бы его портрет и еще пририсовал бы пару ангельских крыльев. Они бы несомненно ему подошли. Я постарался аккуратно забрать чашку из рук спящего ангела, но у меня это плохо вышло. Чашка все же соскальзывает, падает на пол, и разбивается вдребезги, от чего Чонгук вздрагивает и смотрит на меня напуганными глазками. — Извини, я разбудил тебя. — произношу эти слова, как можно нежней, собирая осколки с пола, чтобы не дай Бог, Чонгук не поранился. Но, я настолько неуклюжий, что задеваю пальцем край острого осколка и по пальцу тоненькой струей начинает течь кровь. Я стою, как вкопанный и не знаю, что делать, а кровь в свою очередь капает на ковер, пачкая его темно красными пятнами. Внезапно для меня, Чонгук подрывается с места, хватает меня за запястье и тащит в сторону ванной комнаты. Я сжимаю губы, когда мою руку подставляют под холодную струю воды, но, не в коем случае не сопротивляюсь. Мне очень интересны дальнейшие действия парнишки. Сказать честно, то я был удивлен, как быстро он со всем справился. Он в миг нашел аптечку, продезинфицировал мне ранку и заклеил ее пластырем. — Где ты этому научился? — мне было невтерпеж узнать, где он научился так профессионально обрабатывать порезы. — Эмм…ну, раньше я жил у господина Чона. Он был врачом и хорошим другом моей семьи... А в свободное время от работы, он периодически обучал меня. — после этих слов повисла тишина. Было видно, что Чонгуку трудно говорить об этом человеке. Наверное, он был кем-то очень важным в жизни парнишки. — А что случилось потом? Почему ты не жил с родителями? — поинтересовался я. Вопросы сами вырывались из моих уст. — Мои родители погибли в аварии, а потом... потом погиб господин Чон. Теперь я остался совсем один. У меня больше нет никого. — и тут я понял на сколько я глуп. Я чувствовал себя просто мерзавцем. И чего я хотел добиться этими допросами? Теперь парнишка будет без настроения и все это благодаря такому балбесу, как я. Встав с края ванны, я подошел к Чонгуку и крепко обнял его, одной рукой гладя по шелковистым волосам парнишки. Поддавшись ласкам, Чонгук прильнул ко мне и позволил его обнимать. А я сходил с ума от аромата его кожи, от его трясущихся рук, которые я сам приложил к своей шее. Я умирал каждую секунду, потом возрождался и опять умирал. — Не бойся. Теперь ты не будешь один, потому что я буду рядом. — не знаю, что на меня нашло. Я нежно целую Чонгука в немного приоткрытые губы, постепенно углубляя поцелуй и совсем не обращая внимания на стоны со стороны парнишки, который пытается вырваться из моих объятий. Я продолжаю целовать его и спускаюсь одной рукой к паху младшего, на что получаю сладкий стон, но когда я отстраняюсь от столь желанных губ, то вижу как по покрасневшим щечкам малыша бегут дорожки слез. И даже после того, как я полностью отстранился от него, он все не переставал плакать. Я чувствовал себя моральным уродом. Парнишка мне свою душу раскрывает, доверяет мне и делится своим нелегким прошлым, а я его изнасиловать хочу. Какого черта, Ким Тэхен? Что ты творишь? Я абсолютно ничего не соображал в этой ситуации, и чтобы хоть как-то разрулить ее, попросил Чонгука отправиться к себе в комнату. Мне нужно было хоть немного времени, чтобы придти в себя, набраться мужества и извиниться перед ним. И с каких это пор, Тэхенни, тебя потянуло на парней?… Если Чимин узнает, он же меня до конца жизни подкалывать будет...