The Slytherin Prince

Квиддич для Хогвартса – вещь такая же важная и необходимая, как скандалы-интриги-расследования для мадам Диспатч, или как бутылка огневиски для лесничего Канина, или как мускусный парфюм для Сехуна… в общем, квиддич – это серьёзно. Особенно когда в вечном противостоянии сходятся такие гиганты, как Слизерин и Гриффиндор. Накануне весь Хогвартс гудел, жужжал, вибрировал энергией – кто-то принимал ставки, кто-то волновался перед матчем, а кто-то наглаживал фанатские шарфики. - Я так волнуюсь, что меня сейчас стошнит, - пожаловался зелёный от переживаний Чанёль, стоя у входа на стадион в полной амуниции и с метлой в руке. Кёнсу невозмутимо подал ему бутылку воды и похлопал по плечу. До матча оставалось пятнадцать минут. Стадион был заполнен учениками с факультетскими флажками в руках. Даже директор Ли Суман пришёл посмотреть игру, потрудившись расчесать длинную седую бороду. - Расслабьтесь, это всего лишь квиддич, а не СОВы или ЖАБА*, - подбодрил Кёнсу друзей. - По-моему, у тебя неправильно расставлены приоритеты, - язвительно отозвался Чондэ, стараясь не показывать вида, что он волнуется ничуть не меньше Чанёля. - Ребята, - донёсся до них звонкий голос Лухана, капитана гриффиндорской сборной, - нам пора. - Смотри только на меня, Кёнсу, ладно? – попросил Чанёль. - Не отводи глаз ни на миг. Мне так будет спокойнее, как будто ты всё контролируешь. - Я и так слежу за тобой в оба глаза, - отозвался Кёнсу, качая головой. – Удачи! В это же время на заполненной болельщиками трибуне была в разгаре другая битва: битва за сердце Кристалл. План был весьма изощрённым и требовал огромной помощи от госпожи Судьбы и сударя Счастливого случая, но Чонин был уверен в своей удаче. Трибуна их факультета была забита до отказа. Кристалл нигде не было видно, но Чонин знал – она не посмеет пропустить игру Чунмёна. И оказался прав. - Можно присесть? – спросила она будто нехотя. На изумрудно-зелёной трибуне осталось немного свободных мест. Одно было рядом с Чонином, а другое как раз и было приготовлено специально для ледяной принцессы. - Занято, - отозвался Чонин как можно более равнодушно. Кристалл поджала губы. - Эй, девочка! Да, ты, с каменным лицом, - замахал Исин, - иди сюда! Исин и Крис были единственным жёлтым пятнышком в океане зелёного. Ученики из Хаффлпаффа и Рейвенкло заняли соседнюю трибуну, но Исин хитростью уговорил Криса разместиться на трибуне Слизерина. Оттуда, дескать, лучше видно. Кристалл стала пробираться через узкий проход к свободному месту. У Чонина отлегло от сердца: сработало! - Дай пять! – воскликнул Сехун. Они ударили по рукам и принялись одним глазом следить за полем, другим – за Крисом и Кристалл. Игра началась. Лухан завладел квоффлом и молниеносно кинулся к кольцам противника. Чунмён был настороже. Он защищал кольца, с большой скоростью петляя между ними. Чанёль и Чондэ с энтузиазмом отбивали бладжеры. Чондэ задался целью вывести из строя ловца. С его точной подачи бладжер едва не угодил Бэкхёну в голову. Бэкхёна это явно разозлило. Он активно заметался над полем, отчаянно ища взглядом золотой снитч – ему нужно было во что бы то ни стало наказать наглеца Чондэ тотальным проигрышем. Матч становился всё более напряжённым. Чонин по привычке засмотрелся на ловкие, отточенные движения Чунмёна. Он бился на пределе сил, бился без устали – так, будто не было ничего важнее этой игры. Он отдавал всего себя текущему моменту и недовольно хмурился, когда гриффиндорским охотникам удавалось забросить квоффл в одно из колец позади него. Чунмён был в идеальной физической форме. Чонин не понимал, как Чунмёну удавалось совмещать учёбу с изнуряющими тренировками, обязанностями старосты и не менее утомительной необходимостью быть парнем Кристалл. У Чонина никогда не было кумира, но если и был на всём свете человек, с которого Чонину хотелось бы брать пример, это был Чунмён. - Что он делает? – недовольный голос Сехуна вернул Чонина к действительности. Он так увлёкся игрой, что совсем позабыл об их плане. По задумке, Кристалл должна была мило общаться с Крисом и постепенно влюбляться в его голос и светлую шевелюру. А на деле болтал почему-то один Исин. Наверняка, грузил их байками о мозгошмыгах или чем-нибудь таким же анти-романтичным. - Зачем он лезет? Он же всё испортит! – возмущался Сехун, а Чонин пытался понять, какое впечатление произвёл Крис на Кристалл, но по её затылку (да и лицу тоже) трудно было что-нибудь понять. Он вздохнул. Купидоны бы им сейчас не помешали (хоть в памперсах, хоть без – лишь бы со стрелами, способными пробить толстую броню). Чонин отвлёкся от игры всего на минуточку, за которую Бэкхён наперегонки с ловцом Гриффиндора погнался за снитчем. И победа уже была у Слизерина в кармане, если бы не Чондэ и бладжер, который с размаху влетел Бэкхёну прямо в грудину. Бэкхён надсадно выдохнул, покачнулся и рухнул с метлы вниз. Раздался свисток. Бэкхён лежал на зелёном ухоженном газоне, к нему уже спешила бригада колдомедиков. Чондэ смотрел на него, бледный и перепуганный. Его губы зашевелились в беззвучном прости. Белые халаты окружили Бэкхёна, руки колдомедиков принялись ощупывать его. - Я в порядке, эй. Говорю вам, я в полном порядке, - Бэкхён встал как ни в чём не бывало и отряхнул форму от налипших травинок. – Я доиграю. Матч продолжился, но падение не прошло для Бэкхёна бесследно. Он то и дело кривился от боли, но не собирался сдаваться. Чондэ, напротив, стал осторожным, больше никаких бладжеров в сторону Бэкхёна не прилетало. А между тем Гриффиндор отставал от Слизерина на десять очков. И, как часто бывает в квиддиче, победа зависела от ловцов. Пойманный снитч приносил команде сто пятьдесят очков и останавливал игру. И Бэкхён старался как мог. Но и гриффиндорский ловец не был простофилей, а из-за ноющей боли Бэкхёну было трудно угнаться за ним. - Гриффиндор победил! – громкий голос комментатора огласил стадион, и красная трибуна пришла в движение, а зелёная – разразилась ругательствами и тяжёлыми вздохами. От глаз Чонина не укрылось, как Крис что-то зашептал Кристалл на ухо. - Давай же, влюбись в него и оставь моего хёна в покое, - сказал он, гипнотизируя её затылок.

***

Даже не слишком внимательный Чонин заметил, что третий курс – это вам не второй, и уж тем более - не первый. И дело было не в более сложных предметах или объёмных домашних заданиях, дело было в девчонках. Их фигуры стали более женственными, глаза – томными, а сердца – жаждущими любви. И это была проблема. Паломничество в их с Сехуном комнату по понедельникам, средам и пятницам стало обычным явлением. Девчонки приходили на поклон к двум излишне наглым котам, возомнившим себя богами. Они приносили им дары – лакомства и игрушки и всячески старались угодить. Но не все девчонки приходили только ради котиков, были и такие, которых больше волновал Сехун. Например, Айрин. Пока Меф и Сахара завладевали вниманием остальных девчонок, она весьма ненавязчиво вилась вокруг Сехуна, улыбалась, задавала вопросы и смеялась над его шутками. А Сехун от её внимания делался такой довольный, что сам становился похож на кота. Чонину тоже перепадало, но обычно он успевал сбежать до того, как заинтересованная в нём девочка успевала сказать «привет». На следующий день после победы Гриффиндора над Слизерином, в полку друзей, обременённых девушками, прибыло. Они говорили об этом в библиотеке: - Сам не знаю, как так вышло, - рассказывал Чанёль, краснея ушами, - мы вчера всем факультетом отмечали победу, веселились, а она подошла, похвалила мою игру, сказала, что я ей очень нравлюсь, и предложила встречаться. - Припёрла тебя к стенке, - добавил Кёнсу, не отрываясь от книги о травологии. Она – это Ким Хёён. Бойкая гриффиндорка, которая училась на курс старше Чанёля и была особой довольно безбашенной. - Ну, я и согласился, - сказал Чанёль, закрывая лицо руками от стыда и смущения. - Точнее, ты не возражал, - внёс ясность Кёнсу, по-прежнему интересуясь книгой больше, чем беседой. - Спорим, вы и месяца не протянете вместе? – запальчиво воскликнул Чондэ. - Она сбежит от него через неделю максимум, - незаинтересованно проговорил Кёнсу, перелистывая страницу. - Ну спасибо вам, друзья, за доброту и поддержку, - надулся Чанёль. - Обращайся, - разрешил Кёнсу, а Чондэ захохотал. - Лучше давайте поговорим о деле, - Чанёль решил сменить тему. – Как успехи с Крисом и Кристалл? А то нам с Чондэ некогда было разглядывать трибуны, - не без гордости добавил он. - Крис и Кристалл… тьфу, - Тао сморщил нос. - Звучит, как не самая удачная скороговорка. - Они сидели рядом и говорили, - Чонин пожал плечами. - Для начала сгодится, - кивнул Чондэ. – А Чунмён… он же не знает, что мы задумали? - Нет. И, надеюсь, не узнает, - отозвался Чонин. Ему не нравилось иметь секреты от Чунмёна, но иного выбора у него не было: Чунмён бы вряд ли поддержал их замысел, предпочитая разбираться со своими проблемами самостоятельно, не вовлекая друзей. - А как там, - Чондэ облизал пересохшие губы, - как там Бэкхён? - Сам у него спроси, - довольно ответил Сехун, глядя Чондэ за спину. - Кто тут волнуется о моём здоровье? – проворковал Бэкхён, не изменяя себе – он всегда появлялся неожиданно и эффектно. – Твой снаряд угодил мне прямо в сердце, пирожочек. У Чондэ задёргался глаз, а Бэкхён, довольный собой, занял стул напротив и принялся бессовестно таращиться на него выделенными чёрным глазами. - У меня так болело сердце, что я уж решил, будто влюбился, но колдомедики дали мне какой-то отвар, и через час всё прошло, - сказал он беззаботно. – Кстати, я встретил Исина и расспросил его про нашу парочку. Оказалось, у них много общих тем, - Бэкхён приготовился загибать пальцы. - Они любят пить кофе на завтрак, им обоим нравится вишнёвый блеск для губ, а ещё они оба без ума от самих себя. По-моему, это судьба. - Так каким будет наш следующий шаг? – спросил Сехун, нетерпеливо ёрзая на стуле. - Хогсмид, детка! Хогсмид, - ответил Бэкхён, подвигав бровями.