Look at me

"Почему именно я? Как такое могло произойти?" Ровно месяц Куроко задавался этим вопросом, А все из-за одной маленькой проблемы, которая переросла в катастрофическую и теперь преследовала его в страшных снах. Фантом не мог разобраться в себе, в своих ощущениях и чувствах. Тренировки превратились в сплошное испытание. Все началось с того момента, как Тецуя попал в основной состав Тейко. Именно Акаши смог увидеть в этом неприметном мальчишке его истинный талант. Куроко был счастлив, он был готов на все, на любые изнуряющие тренировки, на боль в мышцах после них - ему это только в радость. Он отличался упрямством и усердием, которые не были свойственны большенству старшеклассников в баскетбольном клубе. И все шло хорошо, если бы на второй недели после вступления в клуб Куроко не начал ощущать себя странно и скованно. За тренировками всегда наблюдал Акаши, и в этом не было ничего удивительного. Это его одна из основных задач, и он с ней прекрасно справлялся. Многие пугались его пристального взгляда, но со временем к этому можно было привыкнуть. И Куроко привыкал. И ведь почти смог это сделать, если не один случай, который перевернул его жизнь. Очередная тренировка, практически опустевший спортивный зал. Скрип кроссовок, удары мяча о пол, тихое сбивчивое дыхание. Еще один бросок и промах. Мяч ударяется о кольцо и падает, укатываясь в угол зала. Куроко вытирает напульсником лоб, с которого скатывался градом пот. Тело взмокло от напряжения. Футболка неприятно липла к спине при каждом наклонении вперед. - Твои показатели стали лучше, - спокойный голос с ноткой превосходства прозвучал с дальнего конца зала. Тецуя обернулся и посмотрел на экс-капитана их команды. Сейджуро сидел у стенки, держа в руке планшет с закрепленными на нем бумагами. Внимательно смотрел на данные, что были предоставлены ему, на собственные заметки. Смотреть на то, как Акаши проверяет что-то или над чем-то озадаченно размышляет весьма интересное занятие. Его глаза, алые с тонким зрачком, выразительно и холодно смотрели на бумаги. Тонкие брови свелись к переносице, но бледное лицо не выглядело недовольным или хмурым. Наоборот - оно стало более изящное, и придавало харизмы и без того загадочному капитану. Куроко секунд пять неотрывно смотрел на Сейджуро, пока они не встретились взглядами. Тецую передёрнуло. Его плечи напряглись, а в горле будто застрял ком. Лицо внешне оставалось таким же спокойным и отчужденным, но вот в холодных голубых глазах уже отражались незнакомые ему чувства: непонятный страх, удивление и туманность. Будто потерялся. Но любой свалит это на усталость от тренировки. - Но тебе еще расти и расти, - проговорил Сейджуро в своей привычной манере и ухмыльнулся. Этот голос словно ударял по ушам, заставляя тело мелко дрожать. Живот напрягся, мальчишка только кивнул, ощущая подступающие спазмы. Было не по себе. Почему так? Акаши много раз так обращался к нему, много раз так смотрел на него, и не только на него, это был самый обычный (если таковым его можно назвать) Акаши, который просто делает свою работу. Но в этих глазах читалось нечто другое. Но что? - Можешь идти, - экс-капитан встал, взял под мышку планшет и свою сумку, удачно повесив ее себе на плечо. Он развернулся и привычной походкой подошел к застывшему Куроко. Тонкие пальцы протянули ему ключи от спортивного зала, и мимолетный тихий звон железа отвлек мальчишку от раздумий. Их взгляды снова встретились. Теперь этот алый цвет с примесью малинового можно было лучше увидеть, а эти острые зрачки стали четче и темнее. Они столь близко, что казалось, Куроко задохнется прямо здесь и сейчас. Взгляд пронизывал все тело. Акаши видел его насквозь. Но его лицо ничуть не изменилось. - Закроешь зал и отдашь ключи охраннику, - тонки бледные губы дернулись в усмешке. Он ушел, и на пороге глянул на Тецую через плечо. - До завтра. И его нет. Он ушел. Осталась лишь оглушающая тишина и еле слышное биение собственного сердца. Куроко чувствовал, что вот-вот и оно вырвется, разорвет тонкую кожу, сломает кости, вырвет все вены и капилляры, артерии. Спазм усиливался. Чувство, что этот взгляд пронизывает на сквозь не покидало его. И Куроко ничего не оставалось, как молча, тихо и задушено прижиматься в душе к стеночке спиной и быстро проводить кулаком по изнывающему члену. До такой степени, что истощенные мышцы немели, а пальцы судорожно сжимали ствол до белых костяшек. И тогда перед глазами стоял Акаши, его образ, его взгляд. И даже спустя месяц это продолжалось. Нет, все стало еще хуже. После каждой игры, после каждой тренировки, после каждого урока Тецуя не мог успокоится, не мог сконцентрироваться ни на чем. В первый раз он думал, что это случайность. Просто пубертатный период, всякое бывает - у всех встает где попало и когда попало. Но когда такое начало продолжаться, Тецуя испугался и понял, что его ничто так не заводит, как взгляд Императора. Даже Момои не вызывала такого желания, какое вызывал один взгляд Сейджуро, брошенный в его сторону. Трудно было держать себя в руках, быть таким же холодным и спокойным, сохранение отсужденности находилось в опасной близости с потерей контроля. Все дошло до того, что ему начал снится Акаши, который смотрит на него своими властными и собственническими(?) глазами. От этого едет крыша. И вот, очередная тренировка. Снова скрип кроссовок, удары мячей о пол, звяканье корзины, тяжелое дыхание. Тренировка подходила к концу. "Сегодня все прошло куда лучше, чем обычно, - думал про себя Куроко, неся мяч в специальный шкаф, что стоял в тренерской. - Можно пойти домой... Наконец-то". Юноша вышел из тренерской и направился к душевым. Зал опустел, и даже Сейджуро не было видно, что несказанно радовало. Может, сегодня он сможет поспать спокойно. Или вообще его вечер пройдет спокойно. Лишь бы не вспоминать об этом взгляде. - Ты опять задержался. И только Куроко смог расслабиться, как тут же услышал знакомый голос за спиной и обернулся. Акаши стоял позади него, с тем же самым планшетом, но не смотря на записи. Взгляд алых глаз направлен на Куроко. Тецуя не хотел смотреть ему в глаза, но это было сложно. Сейджуро просто заставляет смотреть в них, хочешь этого или нет. - Тренировка завтра отменяется. - Почему? - тихо подал голос Куроко, смотря на капитана. - У всех послезавтра тест, и к нему надо как следует подготовится. Не хочется потом гонять всех исправлять оценки или выбивать из клуба вообще, - привычным ехидным голосом проговорил Акаши, смотря прямо в холодные застывшие глаза. Куроко только смог кивнуть на это заявление, но про себя облегченно вздохнул. Один день. Хоть один день он сможет не переживать. От этой новости становилось хорошо. Возбуждение, которое нактывало на юное тело потихоньку начинало спадать, пока Акаши не ухмыльнулся. Ухмыльнулся как-то странно, самодовольно и так зловеще. От этой ухмылки передёрнуло, а от прищура вовсе закружилась голова. Тецуя слегка, еле заметно прикрыл глаза и втянул носом воздух, насыщая им легкие. Надо не забывать дышать. - Можешь идти. - сказал Акаши, и Куроко, словно повинуясь, ушел в душевую. Мокрая форма осталась на скамейке в раздевалке, была неряшливо разбросана. Из-за двери доносился звук душа и шум воды. В душевой витал легкий пар. В самом дальнем углу душевой, где было особенно жарко, Куроко нещадно трясло. Ноги подкашивались, норовили согнуться и упасть на пол от скольжения по мокрому кафелю. Дыхание шумное, надрывное, изредка можно расслышать неразборчивые стоны. Тецуя прижался лопатками к холодной стенке, содрогаясь от контраста горячей воды и ледяного покрытия стены. Он откинул голову назад, ртом хватая воздух и прикрывая глаза. Рука быстро двигалась на собственном члене. Тонкие цепкие пальцы пробегались по каждой венке, сдавливая их, большой палец очерчивал круг на сочащейся головке, размазывая смазку. Вторая рука гладила собственный живот, кончиками пальцев ощущая напряжение под тонкой кожей. С живота поднимается на ребра, гладит едва выпирающие косточки, будто щекочет их. Перед глазами стоит этот взгляд. Видит насквозь, ощутимо осматривает все тело, будто смотрит даже под одежду. Грудь тяжело вздымается, пальцы переходят с ребер на грудь и выше, слегка гладят шею и давят на нее. Движения на члене ужесточаются. Мышцы плеч затекают, но на это далеко плевать. Сегодня процесс достижения удовольствия длится намного дольше, чем обычно. Красный язык проходится по пересохшим губам. Тугой узел стягивает низ живота, мышцы напрягаются, не имея возможности расслабиться. Рука замедляется, сильнее стискивая ствол и смазка стекает по головке вниз, сильнее дразня. С бледных губ невольно срывается тихое и неразборчивое: - Посмотри на меня... - Уже. Глаза резко открываются. Сквозь светлые поплывшие круги он поднимает взгляд и видит в проеме Сейджуро. Он стоит, упираясь о косяк спиной и смотрит неотрывно. Алые глаза щурятся, глумливая ухмылка расцвела на тонких губах, а брови свелись к переносице. Куроко чувствовал подступающие позывы. Чувства смешались. Стыдно. И дико заводит. Лихорадочная дрожь охватывает худое тело. Он загнан в ловушку, нет возможности сбежать. И нет возможности отвести глаз. Спасения нет. Акаши поднимает руку и двинул кистью, подзывая Тецую к себе. Куроко вжимается спиной в холодный кафель, подрагивая в плечах от холода и страха. - Ты смеешь ослушаться меня? - голос звучит холодно, властно, давит. Ухмылка на мгновение исчезает с бледного лица и зрачок сужается. От такого пугающего взгляда Куроко сглатывает, втягивает воздух через нос и отстраняется от стены, на ватных ногах медленно подходя к капитану. Тот снова самодовольно улыбается, смотря на возбужденного и дрожащего Тецую. Абсолютная власть. Они вышли из душевой. Акаши, не сводя с еле стоящего Куроко пристального взгляда, садится на скамью и рукой дотрагивается до его белой влажной футболки. Куроко закусывает нижнюю губу от такого незамысловатого действия, будто его сейчас так тронули, а не эту жалкую вещицу. - Встань у стенки. И продолжай ласкать себя. Куроко сглотнул от такого глубокого голоса и многообещающего взгляда. Внизу все кололо и ныло от возбуждения. Прижавшись спиной к стенке, выгнув поясницу, Тецуя коснулся своей изнывающей плоти пальцами и шумно выдохнул. Бедра судорожно дернулись, подаваясь в руку. Пальцы терзали уже багровую головку, размазывая капли смазки по ней и всему стволу. Тугой узел внутри сжимал все органы, будто переворачивая все и ставя на места, и весь этот ураган внутри происходил за каждое движение руки. - Смотри на меня. Тецую будто током пробило. Он покорно перевел взгляд на Сейджуро, который сидел на скамье и смотрел на него, продолжая ухмыляется. Его взгляд был острым, будто насмехался, подчинял, заставлял слушаться. Ощущения казались ярче, восхитительнее. Шумное дыхание разом сменились на стоны. Тело мелко дрожало, рука двигалась быстрее. Перед глазами все плыло, но два красных огонька заставляли смотреть на них, разжигая больший огонь и распаляя сильнее. Желания кончить подступало, оно было ближе. Стоны срывались с губ, они были тихие, часто надрывались, напоминая скулеж. Ноги подкосило и Тецуя немного согнулся в коленях, слегка сводя их вместе и второй рукой царапая стеночку. Вся ситуация вскружила голову. Нет, просто сводила с ума. Он дрочит перед Акаши. Перед ним, вживую, прямо здесь и сейчас. И смотрит в глаза, так, как всегда представлял это каждую ночь. Но это было все не то. Представления никогда не заменят реальность. Чувствуя приближение оргазма, Тецуя слегка прикрыл глаза, откидывая голову, но продолжая смотреть на капитана. Горло раздирало от сухости, легкие - от недостатка кислорода. Живот напрягся и стоны стали громче, до такой степени, что стены отражали каждый надрывный вскрик. - Медленнее. - Сейджуро растягивает губы в ухмылке и внимательно смотрит за истощенным туманным взглядом голубых глаз. Удивительно, как расширенный зрачок заполонил практически всю голубую радужку. Весь процесс дико раскалил воздух в раздевалке. Акаши сохранял привычное ему спокойствие и лишь наблюдал за Фантомом, который всегда казался холодной глыбой. Он смог проломить его, сломать. Тецуя нехотя замедлил движения рукой, содрогаясь всем телом и кусая губы. Он нетерпеливо водил пальцами по члену, дрожа от малейшего движения и ощущений вязких капель на пальцах. Сейджуро откровенно издевался. Ноги тряслись от разрывающего живот возбуждения. Неимоверно хотелось кончить. Живот свело, легкие охватил спазм. Глаза от перевозбуждения заслезились, следить за взглядом капитана становилось сложнее. Все размазалось, плыли цветные круги. Щеки горели от прилившей крови, губы то и дело высыхали. Чуть ли не падая, Тецуя сильнее вцепился рукой в стенку, судорожно царапая ее до неприятного покалывания в пальцах. Сейджуро встал со скамьи и подошел вплотную к нему, вжимая в стену и смотря в глаза. У Куроко перехватило дыхание. Он заскулил, неотрывно смотря, продолжая ласкать себя трясущейся рукой. Стало душно, жарко, возбуждение окатило все тело. Сейджуро убрал руку Куроко от члена, заставляя его разочаровано выдохнуть и исступленно двинуть бедрами. Их лица были очень близко, сбивчивое дыхание обжигало бледные сухие губы капитана. - Акаши-кун... - пролепетал дрожащими губами Куроко, смотря в глаза Императору. - Что такое? - Сейджуро делал вид, будто не понимает, что происходит. Одной рукой прижимает кисть Фантома к стене, не давая волю двигаться, другой гладит напряженный живот, чувствуя судорожно вздымающиеся легкие и напряженные тугие мышцы. Куроко дергается, изгибается, кусая губы и прикрывая глаза, не в силах отвести их от пристального взгляда капитана. Член ноет, болит, смазка уже капает на пол. - Кончить хочу... - судорожно выдыхает он и чувствует чужое пылкое дыхание на собственных губах. Они были слишком близко друг к другу, даже Куроко не позволял себе быть на таком малом расстоянии с Императором. Про Акаши лучше умалчивать. - О, вот оно что, - он нарочно тянет момент, пальцами скользя в области паха, чувствуя, как дрожь бьет юного Фантома. - А если по-хорошему? - Пожалуйста... - Громче. - Пожалуйста, Акаши-кун, дай мне кончить... - громче проговорил Тецуя, скуля от безнадежности и боли в собственном достоинстве. - Хороший мальчик, - он ухмыляется и рука, что скользила по животу, переместилась на член. Куроко застонал, поджимая пальцы ног и выгибая спину, цепляясь уже за руки капитана. Пальцы сжимали кисти, запястья, оставляли следы на алебастровой коже. Холодные тонкие пальцы Императора размашисто двигались по напряженной плоти, пачкаясь в вязкой смазке. Тецуя не выдержал и минуты. Спустя два-три движения Куроко кончил в руку капитану, вымучено застонав прямо в губы Сейджуро. Тело трясло, накатывала слабость. Не имея больше сил держаться на ногах, он отпускает руки Акаши и медленно сползает по стенке вниз. Это был самый оглушительный оргазм за всю его жизнь. Сейджуро отошел на шаг назад и глянул на свои пальцы, перепачканные белой жидкостью. Слизнув с кончиков немного чужой спермы, он облизнулся, глумливо смотря на истощенного Тецую, который удивленно смотрел на парня после его действия. - Завтра тренировка будет, - выпалил внезапно Акаши, скривив губы в привычной ему ухмылке. - Только для тебя. Приходи как обычно. Он пошел к выходу, оставив Фантому ключи от зала рядом с его мокрой формой. На пороге он повернул голову в его сторону и в свете лампы алый глаз сверкнул в тени, заставляя Тецую вздрогнуть. - И не опаздывай. Дверь закрылась и Куроко остался один, в оглушающей тишине. На следующий день Куроко опоздал на тренировку.