В сладком безумии я слышу твой голос

— Ты выглядишь растерянной, — заметил Сал, медленно приближаясь к Ваданохаре.       Девушка замерла. Сейчас он догадается, да? Сейчас, вот-вот сейчас... ах, конечно догадается, если она продолжит дрожать как осиновый лист! Возьми себя в руки, Вадда! Ты должна быть сильной ради своего моря. Ради Самекичи. — Ты оставил меня одну! Надолго! Сал, как ты посмел?! — недовольно воскликнула ведьма, даже ногой топнув. Но как же страшно — Извини, — он улыбнулся, протянув руку и проведя по её щеке. Его прикосновения были другими... не такими, как у Самекичи. — Но ты вся дрожишь. Что случилось? Кто напугал тебя? — Никто. Какой-то бредовый кошмар приснился. Что ты исчез. И когда проснулась, то тебя не было рядом! Сал, ты идиот! — Аха-ха-ха, прости, я здесь, — рассмеялся он, наклоняясь к ней, чтобы поцеловать. Но Вадда на автомате отстранилась, почувствовав отвращение. Сал недоумённо поднял брови, но к счастью, ведьма сразу сообразила, что сказать. — Ну уж нет! Это будет твоё наказание за то, что посмел оставить меня одну! — Ладно-ладно, — недовольно скривился парень, просто подхватывая девушку и плюхаясь с ней на кровать. — Ну ты и вредная. Но я устал. Так что давай спать.       Он как-то по-детски улыбнулся, прижав её к себе. Вадда на секунду замерла, смотря на безмятежную улыбку. Сал, ну почему же всё так обернулось? Они ведь были такими хорошими друзьями. Он катал её на спине, всегда помогал и оберегал. Почему же он стал послом Красного Моря? Почему предал Уоми, встав на сторону Микоцу? У неё столько вопросов... Сал, если бы ты мог ответить хоть на один! Если бы она могла хотя бы один задать...       Из-за того, что Сал вернулся так неожиданно, все её планы провалились. Шла вторая половина дня, но к Самекичи она так и не попала. Нервы были просто на пределе, готовые порваться в любую секунду. Уже буквально через пять часов она выходит замуж, меч у Сала, её фамильяр в темнице и даже не подозревает, что она снова в сознании. Разве могла ситуация сложиться ещё лучше?! Окончательно её добило принесённое женихом платье. Оно было очень красивое: красное, обшитое золотом и тёмно-рубиновыми кружевами, с милыми моргающими глазами и пышной, короткой юбкой, с тесьмой по подолу, и длинным шлейфом сзади. Как ни странно, даже корсет не причинял неудобства. Главное — дышать она могла. Хотя какой был смысл в этом, когда она задыхалась от волнения и забывала глотать ртом воздух? Надо что-то предпринять... предпринять... предпринять... но что? Что она может, кроме как ходить от стены к стене своей комнаты? В дверь резко постучали, заставив её вздрогнуть. В помещение вошёл улыбающийся Сал. После её согласия улыбка вообще не сходила с его лица. И это... тоже причиняло Вадде некую боль. — Ты прекрасна, — пробормотал он, оглядывая её с ног. — И тебе очень идут распущенные волосы. — Спасибо... — она попыталась улыбнуться, но вышло криво. — Прости, я нервничаю. — Осталось пару часов, но я жутко устал. Давай немного отдохнём? — Да, пожалуй, — сердце Вадды встрепенулось. Это и есть её шанс?       Она села в изголовье кровати, Сал развалился рядом, положив голову на её колени. Они часто так сидели. Но неужели это их последний день? Да, когда Ваданохара всё вспомнила, в её душе снова проснулся страх по отношению к нему. Но в то же время... вопреки жутким воспоминаниям, она помнила и другого Сала. Который был с красной Ваддой. Он оберегал её от всего мира в попытке удержать рядом. Но она всё равно выбралась, потому что парень допустил ошибку. Он позволил ей видеться с человеком, которого она по-настоящему любит, думая, что это будет для него издевательством. Но это пробудило саму ведьму. И сегодня она нанесёт ему удар в спину. И начнёт прямо сейчас. Как только его глаза закрылись, а дыхание стало ровным и тихим, Вадда вытянула в сторону руку, в которой сразу же появился посох. — Я остановлю тебя, Сал. И защищу своё море и Самекичи, — прошептала Ваданохара, легко проведя над его головой золотой луной с синими каплями. На его лоб посыпались маленькие золотые звёздочки. Сам Сал на секунду открыл глаза, но как-то сразу же зевнул и снова вырубился. Теперь девушка была уверена, что он не проснётся. Не удержавшись, она наклонилась и коснулась губами его лба. — Спи спокойно.       Подобрав шлейф платья, Ваданохара быстро неслась вниз, перепрыгивая через две-три ступени на лестнице. Она привыкла ходить в удобных матерчатых сапожках, а тут ей на подушке принесли изящные туфельки на маленьких каблучках, которые явно не были предусмотрены, чтобы "изящные" дамы в них бегали. И как-то времени чтобы переодеться не было, потому пришлось привыкать так. Но какая уж там разница, когда наконец она получила шанс? Буквально влетев в темницу, девушка кинулась вглубь камер.       Самекичи сидел на холодном камне, бессмысленно смотря в одну точку. Сал уже успел сообщить ему "радостную" новость, а так же оповестил, что сам парень не может пропустить это мероприятие. Его даже одели приличнее, смыли кровь и обработали раны. Но Самекичи знал к чему всё это. Чистеньким его и прикончат. Но его это почти не волновало. Внутри... словно что-то оборвалось. Это ведь... уже конец? Он — самоуверенный идиот. Он правда думал, что сможет кого-то спасти? Правда думал, что без оружия, без сил, весь израненный сможет выбраться из темницы? И победить Сала со Священным мечом и Ваданохарой, не понимающей, что она творит?       Самекичи настолько погрузился в свои мысли, что даже не заметил, как скрипнула дверь и как кто-то подошёл к его клетке. Не замечал до тех пор, пока свет луны, падающий точно на него, не заслонила чья-то фигура. Безразлично подняв голову, он замер, широко распахнув глаза. От красного его уже тошнило, это самый ненавистный ему цвет. Но Ваданохара, представшая его глазам, была очаровательна... платье ей очень шло. Несмотря на то, что шелковый шлейф был украшен противно-моргающими глазами. Да и когда в последний раз он видел её с распущенными волосами? Какая же эта коротышка красивая. — Что ты тут делаешь? Пришла посмотреть на меня в последний раз? — поинтересовался он, но тут же прикусил язык, понимая, что это звучит грубо. — Самекичи, посмотри на меня! Это я! Ваданохара! — она упала перед ним на колени, подняв чёлку. Её глаза не были красными. Лишь привычный ему серый цвет. — Ты... пришла в себя?... Но как?... — Сейчас это не важно. У нас мало времени. Я усыпила Сала и смогла забрать Священный меч. У меня заняло это много времени, но я всё же смогла его заколдовать, превратив в это, — она протянула руку сквозь решётку и вложила в руку Самекичи золотое колечко. — Но я потратила на это почти все силы. Священный меч упрямая штуковина. Всё никак не хотел изменять свою форму. Сейчас я бесполезна. Ты должен предугадать нужный момент и напасть. Прошу... — она взяла его руку в свои ладони. — Спаси меня... и наше море. Ты обещал. — Я обессилен и не могу двигаться, а ты предлагаешь отбиться от всего Мёртвого Моря? — он сжал кулак, чуть усмехнувшись, а второй рукой коснулся её щеки. — Ты всё ещё мой фамильяр, — улыбнулась Вадда, прижимая его ладонь. — Я и тебе немного сил оставила.       Самекичи даже и сказать ничего не успел, как девушка вдруг вцепилась в губу зубами, прокусывая её. На губе сразу же выступила капелька крови, стремительно потёкшая по подбородку. Она поддалась вперёд, насколько это возможно. Самекичи сглотнул. — Прости... не хотел бы я так делать...       Он медленно провёл языком по подбородку, добрался до губ и поцеловал. Ваданохара жутко покраснела, но не сопротивлялась. Сал целовал её жадно, Самекичи робко, словно боялся, что она вот-вот исчезнет. Оторвавшись друг от друга, они сплели пальцы, на секунду прижавшись друг к другу лбами. — Надень кольцо. Как только снимешь, меч примет свою обычную форму. А теперь мне пора. — Подожди! — Самекичи вдруг вскочил, чувствуя прилив сил и направился куда-то к тёмному углу своей камеры. Он начал шарить руками по стене, нашёл какую-то трещину и вытащил оттуда нечто завёрнутое в обрывок его футболки. — Вот. Нашёл её до того, как меня сцапали и заперли здесь.       Вадда любопытно приняла предмет и распахнула ткань. Её глаза сразу же радостно заблестели, что вызвало у Самекичи улыбку. Всё прям как тогда. Даже немного ностальгия взяла по старым и мирным временам. — Моя окарина! Какое счастье, что она в порядке! Я думала, что она потеряна навсегда! — воскликнула девушка, прижимая инструмент к груди. — После того, как всё закончится, я тебе ещё всё выскажу насчёт того, что ты постоянно её теряешь. Теперь иди. И будь осторожнее. Мы выберемся. — Да... хорошо. Удачи, Самекичи, — она чуть улыбнулась и ушла.       Теперь оставалось самое сложное — скрыть улики. Ваданохара давно поняла, что обоняние Сала было развито на высшем уровне, он прекрасно чувствовал запах чужой крови, который пропитывал её одежду и волосы. Потому сразу догадывался, когда она бывала у Самекичи. К счастью, кровь с него смыли сегодня, потому избавится от запаха немного легче. Пришлось вылить на себя литры духов, а потом ещё на крыше сидеть, чтобы эта пахучая дрянь выветрилась. Хорошо, что Сал всегда привозил ей какие-то подарки, когда отправлялся в другие Королевства и иногда даже миры.       Моля Морского Бога, чтобы её не раскрыли, Ваданохара вернулась в комнату. Сал на её счастье ещё не просыпался. Сев на кровать, девушка устало вздохнула и закрыла глаза. Сил не осталось... Большую часть она потратила на трансформацию меча и создании копии, остальное отдала Самекичи. Закусив губу, Вадда посмотрела на рукоятку фальшивки в ножнах, что как всегда висели на его бедре. Ведьма была уверена, что стоит ему дотронуться до меча — и обман будет раскрыт. Остаётся надеяться, что ему не приспичит полапать его до свадьбы. До казни Самекичи.       Когда же он наконец проснулся, Ваданохара всеми силами старалась отвлечь его от меча. Хотя особых усилий не требовалось. Посол Моря Смерти, как и его брат, был заворожён её видом в платье. И не сводил с неё глаз. Когда настал нужный час, крепко сжав её руку, они оба вошли в банкетный зал. Вид гостей... обескураживал. Девушка видела знакомые лица, смотревшие на неё со страхом и осуждением, но все они терялись на фоне красно-чёрных отвратительных тел. Ах, как же хотелось подать знак остальным, что она снова на их стороне. Но ей нужно терпеть. Одно неверное движение и весь её план рухнет. Их последний шанс вернуть море.       Сал медленно подвёл её к другому концу зала, где стоял алтарь. За ним стоял старый филин с квадратными очками, постоянно поправляя их крапчатым крылом. Сал повернулся лицом к публике и победоносно улыбнулся. Вадда пыталась сохранить холодное выражение лица, и главное — не встречаться ни с кем глазами. Но она прекрасно чувствовала, как все взгляды обращены к ней. — Добро пожаловать, — громко поприветствовал Сал. — Я рад, что вы оказали нам уважение и явились сегодня на нашу свадьбу. Но для начала проведём коронацию. Я и Ваданохара станем Королём и Королевой Морского Королевства! И закрепим нашу коронацию кровью!       Он вдруг сделал несколько шагов вперёд, оставив Вадду позади. Возле неё тут же появился Олд, взявший её под локоть одной рукой, а другой сжав плечо. Сал рассмеялся. — Ваданохара, я же обещал, что освобожу Самекичи, верно? Я освобожу его. Как и обещал. Я сделаю его свободным... — Сал! — воскликнула девушка, совсем забывшись. Она знала, что у Самекичи меч. Но вдруг что-то пойдёт не так? — Не волнуйся, ты всё равно всё забудешь. И всё будет как прежде. Ты снова забудешь этого Самекичи, своё дурацкое море. А если нет, я могу повторить процесс, который и подчистил твою память.       Олд сильнее сжал руки, настолько, что ей даже стало больно. Неудивительно, если останутся синяки. Но Вадда не обратила на это внимание, внимательно наблюдая, как неизвестные ей слуги втащили в зал Самекичи, прикрывающий одну руку ладонью, и поставили на колени перед Салом. Девушка вцепилась зубами в губу. Лишь бы получилось... лишь бы получилось... — Вот он ваш герой! Но какая ирония, ведь изначально его все считали предателем, разве нет? Так пусть же твоя кровь омоет мою корону!       В следующее мгновение всё вдруг пришло в движение. Сал молниеносно выхватил меч и обрушил его удар на голову Самекичи, но тот успел снять кольцо и отбить удар, из-за чего его немного отбросило назад. В момент лязга клинков, Вадда снова прокусила губу, остальной зал сразу же бросился друг на друга, Морское Королевство воинственно закричало и кидаясь в атаку на бесформенных чудовищ. Сал непонимающе посмотрел на фальшивку в своих руках, потом на меч Самекичи, ничего не понимая. Но как только до него дошло, лицо акулы исказило безумие, из глаз хлынула кровь, он отбросил фальшивку в сторону. Под ногами пол вдруг окрасился красным, а вокруг появились руки. — Ваданохара! — яростно воскликнул Сал. — Ты!...       Десятки красных рук, которые сразу потянулись в разные стороны. Несколько попытались отобрать меч у Самекичи, но между ними встала Хелика, легко распилив их своей дрелью. Радостно рассмеявшись, она наставила оружие на противника. — Здорово, Сал! — воинственно улыбаясь, поприветствовала она. — Давно не виделись! Знаешь как давно я хотела оторвать тебе плавники и заставить тебя их сожрать?!       Между тем, в зале началась настоящая война, к которой быстро поспешило подкрепление. Дверь распахнулась и под предводительством Принцесс Уоми и Тосацу в зал ворвалась оставшаяся армия Морского Королевства с несколькими десятками кроликов. Сацухимэ с радостью продемонстрировала новенький набор прекрасных ножей, веером раскидывая их во врагов. Рядом с Ваданохарой и Олдом вдруг материализовались Вендетто с Мемокой, которые за счёт неожиданности вырубили его в один момент. — Мемока! — радостно воскликнула ведьма. — Я так рада тебя видеть! — Вадда, ты... — Не сейчас! Я потом всё объясню!       Воспользовавшись заминкой Сала, Вадда быстрее кинулась к Самекичи. Тот поднялся, разрубив мечом какого-то монстра. Вадда вцепилась в его куртку, испуганно прижавшись к нему. — Мы должны остановить Сала! — воскликнула она. — Нам бы сначала от этих гадов отбиться!       Несмотря на количество персонажей, получившееся при объединении двух Королевств, Мёртвое Море до сих пор брало количеством. Сал оказался в совершенно другом конце зала, сражаясь с Принцессой Уоми, Хеликой и Татцумией, а пару окружили, не давая подобраться к нему. Ваданохара материализовала в воздухе посох, и встав спина к спине с Самекичи, заклинанием уложила ещё нескольких монстров. — Ты сказала, что у тебя не осталось сил, — усмехнулся Самекичи. — Кое-что ещё могу, — ответила ведьма, сжимая оружие. — Не списывай меня со счетов. Кто, если не я, прикроет твою спину?       Вокруг кипело что-то невообразимое. Зал был слишком маленьким для такого грандиозного сражения. Мемока, Вендетто и ещё несколько нападали на уже пришедшего в себя Олда, Сегуро и Аом сражались с Шип, а четвёрка Искателей Сокровищ во главе с Вер обрушивали удары на Стеллу и Тцурибари. Вадда старалась уследить за всем, что происходит. И как же она испугалась, когда Татцумия вдруг совершила ошибочное движение, и к ней молниеносно кинулись две красные руки, целясь в глаза. Но достигнуть своей цели не успели. Неяркая вспышка, и возле девушки появился Идате, спокойным ударом уничтожив обе руки. — О, да у вас тут весело, — заметил он, чуть оглядываясь на Татцумию. — Мистер косатка, что вы тут делаете? — воскликнула та, вставая и отряхиваяcь. — Просто гулял. Не более.       Появившиеся Вадда и Самекичи разрубили ещё четыре руки, которые кинулись к заболтавшейся парочке. Хорошо, конечно, что они поладили, но отвлекаться, находясь в пяти метрах от Сала? Вот они смелые. — Ваданохара, это ты? — Татцумия испуганно посмотрела на неё. — Да, я. Простите меня... — забормотала ведьма, сжимая посох. — Я просто... — Потом выясните отношения! — раздражённо крикнул Самекичи.       Сал, стоявший в нескольких метрах от них, откровенно пугал своим видом. Когда он только-только открыл себя в прошлый раз, то выглядел куда лучше. Расчётливый, хитрый, безумный. Теперь же... парень выглядел так, словно окончательно свихнулся. Он бездумно управлял своими руками-щупальцами в разные стороны, задевая как своих, так и чужих солдат. — Ва... да... но... ха... ра... — прохрипел он, фокусируя взгляд на ведьме. — Вада... нохара... Я люблю Ваданохару... люблюлюблю... люблю смотреть на её страдающее личико... и на улыбающееся... люблю...       Ведьма замерла, не в состоянии пошевелиться. Ей стало страшно. Нет, даже скорее жутко. Что творится с Салом? Самекичи закрыл её собой, выставив вперёд меч. — Отстань уже от неё. Она больше не твоя игрушка, — сурово пробормотал он. — Это ты... ты всегда... во всём виноват! Я должен был уничтожить тебя! Уничтожить, как только ты попал сюда! Нет, как только ты родился! Ненавижу тебя, ненавижу! Самекичи!       Ваданохара не успела ничего предпринять, как они кинулись друг на друга. Девушка протестующе крикнула, бросившихся было к ним, но её остановила Татцумия, удержав за локоть. Братья принялись наносить друг другу удары. Сал не подпускал Самекичи к себе, посылая в него десятки рук. Фамильяр не успевал рубить их всех, потому иногда пропускал удары. Бинты, которыми его перебинтовали, уже начали намокать от свежей крови. Даже с её силой и Священным мечом... Самекичи был ужасно ранен и слаб. И пусть он смог ранить Сала, отчего его белый костюм покрылся красными пятнами, сам фамильяр долго не выстоял.       Не выдержав полученного удара, его отбросило назад. Меч отлетел в сторону, и Ваданохара, буквально вырвавшись из хватки Татцумии, скорее кинулась к нему, успев схватить клинок буквально за пару секунд до того, как его схватила одна из рук. Чтобы успеть, хватать пришлось за необычайно острое лезвие. Нежную кожу ладони тут же резануло, на землю закапала кровь. Но Ваданохара, воинственно взяв меч двумя руками за рукоять, встала между Салом и Самекичи, загораживая собой последнего, совершенно не обратив внимание на боль. Кажется, сам фамильяр потерял сознание от удара. — Вада... нохара... — пробормотал Сал, делая несколько шагов навстречу ей и протягивая вперед руку. — Ваданохара, пойдём со мной. Я подарю тебе всё Королевство... нет, целый мир... только посмотри вокруг, как же прекрасен красный цвет... Ваданохара... чем я хуже него? Чем?... — Ты больше не тронешь Самекичи, Сал, — хмуро ответила девушка. Её руки тряслись. Её дело — магия. С мечами она управляться не умела. Но нельзя допустить, чтобы клинок вновь попал ему в руки... нельзя. И нельзя, чтобы Самекичи снова причинили боль.       Взгляд Сала вдруг словно прояснился. Лицо стало пустым и холодным. Вадда испугалась, что он очухался от своего помутнения, но все руки внезапно исчезли, а пол вновь стал каменным. Он убрал руки в карманы, отставив назад одну ногу. Вадда заметила краем глаза, как Идате остановил Татцумию, хотевшую вмешаться. Спасибо, мистер косатка. Ей хочется справится самой. Она предательница, ей с этим и заканчивать. Покрепче сжав рукоять, она выставила клинок вперёд, смотря прямо на Сала. Чтобы он сейчас не сделал, она всех защитит. — Даже после жизни со мной, ты всё так же считаешь его лучшим? — глухо спросил Посол. — Я разве сделал хоть что-нибудь не так? Хоть раз тебя обидел? Подарки, любой каприз, свобода действий. Я был готов дать тебе всё. Я даже не убивал твоего Самекичи, позволив ему жить. Даже разрешил тебе с ним видеться. Ваданохара, что он тебе даст? Я готов отдать всё... — Да не нужны мне твоё всё! Всё что мне нужно уже у меня есть! Только сейчас я заберу это обратно! Моё море, моих друзей и того, кого я люблю!       Сал медленно двинулся к ней. Шаг... ещё шаг... и ещё... Вадда почувствовала, как начали сильнее дрожать руки. Ну давай же, бесполезная ты ведьма! Возьми себя в руки! Альбинос остановился совсем рядом, прямо возле лезвия меча, смотревшее ему прямо в сердце. — Давай тогда, Ваданохара. Сделай шаг. Прямо вот сюда, — он крестом указал место на груди. — Давай же. Тебе же так хочется вернуть своё море.       Ваданохара почувствовала нарастающую панику. Дрожь охватывала всё тело, а каждую мышцу парализовало. Она не могла пошевелиться. Не могла сделать шаг вперёд или отпрыгнуть назад. Всё вокруг как замерло. Кровь в ушах стучала настолько громко, что казалось весь шум стих. Сзади послышался голос Самекичи. Он пришел в себя. Она должна сделать шаг. Должна защитить его. Сал больше не будет его мучить! — Самекичи! — прошептала она, чувствуя, как дрожат неслушавшиеся руки, как по щекам потекли солёные слёзы. Двигайся, Вадда! Сделай шаг!       Шаг сделал Сал. Взявшись за острие рукой, он вдруг подался и насадился на клинок точно в области сердца. Изо рта сразу же потекла тоненькая струйка крови, он закашлялся. Вадда стояла словно громом пораженная, глупо уставившись, как на белом пиджаке распускается алый цветок, растущий стремительно и необратимо. Сал поднял руку и утер с её щеки прозрачную слезинку. Когда она успела выкатится?... Почему?... — Я люблю отчаяние на твоём лице. Я люблю улыбку. Люблю нежность. Люблю детскую радость. Люблю ненависть. Люблю жестокость... — он закашлялся, — ... но ненавижу, когда ты плачешь. Ненавижу слёзы...       И вдруг он просто исчез. Лишь только на клинке остались свежие пятна крови. За спиной послышались нечеловеческие вопли. Оказалось, как только Сал... исчез или умер?... как только он пропал, красная луна сменилась ясным солнечным небом, осветившие море, которое уже успело забыть свет и тепло. Твари Мертвого Моря не выносили слишком яркого освещения, всю жизнь привыкшие жить во тьме. Кто-то стремительно исчезал, а кто-то не успевал и сгорал на солнце.       На мгновение наступила тишина, в которой слышалось дыхание десятки воинов. А потом зал резко взорвался победоносными криками. Да... они победили. Море снова вернулось в прежнее состояние. Татцумия преподнесла Уоми её корону, которая лежала на подушке рядом с алтарём. Надев её, Принцесса вышла в середину зала и гордо расправила плечи. — Море снова наше! — объявила она. — Война закончена.       Пока остальные кричали, даже забыв о Ваданохаре, та, в свою очередь, стояла поражённая происходящим. Она завороженно смотрела, как с клинка стекала тёплая вязкая кровь. Кровь Сала... Как же легко меч вошёл в его грудную клетку. Как нож в масло. От этой мысли ноги задрожали и подкосились. Ведьма бы упала, если не подоспевший Самекичи, который мягко обнял её со спины, высвободив клинок из ослабевших пальцев. — Всё кончилось, — пробормотал он, осторожно поддерживая её. — Теперь всё хорошо.       Ваданохара еле нашла в себе силы кивнуть, и что есть мочи прижалась к фамильяру, закрыв глаза. Наконец, то противное чувство, что съедало её последние месяцы, исчезло. Теперь она ощущала спокойствие. Теперь всё в порядке. Легонько притопнув ногой, она окрасила своё платье в синий цвет, убрав остатки её страшной жизни как ведьмы Красного Моря. Всё кончено. Год спустя       Чувствуя лёгкую дрожь её тела, Самекичи стянул с плеч тяжёлую куртку и накинул её на Ваданохару. Сказала бы хоть, что замёрзла. Они сидели на том самом дереве, наблюдая за полной луной, наслаждаясь обществом друг друга. Легонько обняв её за плечи, парень слушал мелодию окарины, которую Вадда играла специально для него. Они часто вот так вот сбегали из города, чтобы побыть вдали от всех.        В море наступил покой. Уже год прошёл с царствования Сала. Все разрушения были восстановлены, замок Морского Бога привели в порядок, да и из сердец потихоньку стирались больные воспоминания. Ваданохару оправдали и простили. Вновь стать той доброй и милой Ваддой, которую так любили в Морском Королевстве, оказалось нелегко. Её долго преследовали недоверчивые взгляды, злобный шёпот и оскорбления. Но друзья поддерживали ведьму, потому она справилась. И Самекичи не отпускал её ни на шаг одну, всегда находясь рядом. В основном, очень помог он. Излечил рану в её сердце, помог восстановиться. Память вернулась, Ваданохара вспомнила всё. И это стало сильным ударом. Но Самекичи помог выкарабкаться.       Из фамильяров с ней остались только он. Мемока сказала, что Вадда может связаться с ней в любое время, но сама она предпочтёт путешествовать и работать с Вендетто. Они сдружились, да и похоже, между ними было что-то намного большее. Фуками иногда появлялся в Морском Королевстве, проведать их, но он стал ещё молчаливее и отстранённее от мира и рыб. Вадда даже не попыталась настаивать на том, чтобы он остался. Зато Долфи, пообещав, что позаботится о нём, ушла за осьминогом. Кажется, с ней Фуками был общительнее и даже оказался не против её компании. Со всеми фамильярами ведьма до сих пор держала связь и могла вызвать их, если бы что-то случилось. Но целый год было всё тихо и спокойно.       У остальных всё было хорошо. Принцессы Уоми и Тосацу объединились в укреплениях границ своих королевств, да и Сацу сильно помогла в восстановлении дел. В войне погибло сотни рыб, ещё десяток в последней битве. Наконец-то появилось время почтить память погибших и нормально проститься с ним. Пару раз в море наведывалась Кломаки. В отличие от многих, её поведение к Вадде не изменилось. Оно и не удивительно. Ведьм это не касалось. Они не поменяют отношение к тебе, пока ты не испортишь его с ними. Остальное их не беспокоит: злая ли ты или добрая. К счастью, спустя год, все приняли мысль, что Ваданохара действовала не по своему желанию. Да и в каком-то смысле, только благодаря ей последнюю войну и выиграли.       Всё кончено.       Сквозь толщу красных вод послышалось противное хихиканье. Из тьмы выступила принцесса Микоцу, пытаясь галантно поддерживать платье своими мёртвыми руками, давно превратившиеся в белоснежные кости. — Снова вернулся сюда? — хихикая, спросила она, подходя ближе к сгорбившейся фигуре, сжимавшую полосатую ленточку от волос. — А вы, принцесса, снова научились говорить? Олд нашёл для вас азбуку? — язвительно ответил парень, даже не повернувшись к ней. — Прикуси язык, Сал, — широко улыбнувшись, безумно захихикала Микоцу. — Когда я израненная отправилась обратно сюда, ты остался там. Захватил власть. Буквально предал меня. Стал Королём и... ха-ха-ха... всё проворонил... Аха-ха-ха-ха.... аха-ха-ха-ха-ха-ха... я же говорила, что стоило убить девчонку. Она никогда не будет твоей. Ты лишь белая тень кого-то важного ей. — Это ещё не всё... — кулак сильнее сжал ленточку, на неё капнули пару капель кровь. — Это не конец... я ещё заполучу её... обязательно заполучу... Потому что... я люблю Ваданохару. Люблю... люблюлюблюлюблю...