Рок-н-Ролл и любовь на Тенерифе

- Ну же, мам, поторапливайся! Нам пора идти. – Реджина, находясь в ванной, услышала, как ее зовет сын. - Да, дорогой! Я почти готова! – Миллс ответила и посмотрела на себя в зеркало. В отражении она увидела красивое красное платье, которое заканчивалось чуть выше колен и обвивало правильные линии ее женственного тела. На губах красовалась красная помада и, конечно же, не обошлось без черных убийственно высоких каблуков. Волосы идеально уложены, как всегда, а макияж просто сногсшибателен. Она добавила к образу подходящие сережки и брызнула небольшое количество духов, после чего окончательно была готова к выходу. Когда Реджина вышла из ванной, ее встретил громкий вздох 17-летнего парня. - Наконец-то! – произнес Генри с дразнящей улыбочкой на губах. – Хорошо выглядишь, мам! Пора идти. – Он вновь улыбнулся своей матери. - Спасибо, дорогой, я готова, - ответила Реджина и, получив свою сумочку, они вышли из апартаментов. *** - Так… как называется это место, повтори? – Поинтересовалась женщина, когда они направлялись из своего отельного номера к лифту. - «Hard Rock Café», мам. – Ответил Генри, нажимая на кнопку лифта. - Ах, да. И кто же будет выступать там сегодня вечером? - Это певица. Ее зовут Эмма! Она будет там, она великолепна! – Генри восхищенно говорил все это, пока они спускались в лифте. – А вдруг мы сможем встретить ее после ужина? Или еще когда-нибудь… - Генри был полностью погружен в свои мысли, размечтавшись. - Так, не обнадеживай себя, милый. Я не хочу, чтобы ты расстраивался из-за какой-то там певицы. – Ответила Реджина, когда они наконец-то спустились на первый этаж. - Не буду, мам. Не переживай. – Уверил Генри. Они отправились в кафе, которое, к счастью, было неподалеку от отеля. Стоило лишь повернуть за угол. - Ты ведь даже не знаешь, как она выглядит, не так ли? – поинтересовался юноша у своей матери. - Нет, я не знаю, милый. – И не успела женщина даже моргнуть, как Генри сунул телефон почти что в ее лицо, показывая фото. - Красаааавица… правда? – парень произнес это с усмешкой на лице. - Возможно, она немного взрослая для тебя, Генри. - Не для МЕНЯ. Для ТЕБЯ! – он почти закричал на мать. Брови Реджины скакнули вверх, когда она возмущенно посмотрела на своего сына. - Она лет на 10 моложе меня, Генри. – «Но она выглядит довольно неплохо…» - конечно, этого она не собиралась говорить сыну, оставив умозаключение лишь в своих мыслях. - И что? Возраст – это всего лишь цифра, мам! – объявив это, юноша спрятал телефон обратно в карман и шагнул внутрь «клетки», именно так начинался вход в кафе. Реджина посмотрела на здание и ужаснулась, что она может найти для себя в таком месте? «Питание в рок-кафе? Ради Генри…» - она смирилась со своей участью и последовала за сыном. После того, как стол для них был накрыт, Миллс увидела перед собой огромный бургер и задумалась о том, как вообще она будет его есть и с какой стороны к нему подступиться?! Он огромен! Она бы никогда в жизни не стала есть нечто подобное, но, кажется, на сей раз выбирать не приходилось. Свет замигал и Генри бросил вилку, широко распахнув глаза, глядя на сцену. Реджина улыбнулась, замечая то, как ее сыну шло это очаровательное выражение лица… а ведь ему уже 17. - ПРИВЕТ ВСЕМ! – обратился голос со сцены и все счастливо захлопали. Реджина повернулась к сцене. Там находилась блондинка в хард-рок майке (конечно же) и рваных узких джинсах. Ее светлые волосы выглядели дико и грязно. Миллс закатила глаза, «оценив» блондинку. - Я надеюсь, у вас тут отличный ужин сегодня? – певица обращалась к гостям. Было просто невероятным то, насколько публика реагирует на ее слова, шокированная Реджина даже покрутилась на стуле, рассматривая людей, а после ее взгляд остановился на улыбке сына, что заставило женщину и саму улыбнуться. - Что ж, сегодня… - блондинка прошлась по сцене, обращаясь к публике, - я исполню для вас три песни, две из которых я написала сама и, поскольку для меня на этом острове все складывается просто замечательно, я исполню кавер «Тенерифское море» для вас, как ни крути, мы именно здесь и находимся. Людям безумно нравилось все, что она говорит, ведь они громко и непрерывно аплодировали, включая Генри, которой ко всему прочему еще и громко кричал «ДААА», отвечая Эмме. Это заставила Реджину закатить глаза, на что Генри ответил лишь вопросительным взглядом, а затем вновь стал счастливо улыбаться. Эмма оглядела помещение и поняла, что толпа сегодня чертовски возбуждена и жаждет песен. - Для тех из вас, кто не знает меня, мое имя Эмма. Эмма Свон. Приятно с вами познакомиться! – девушка подняла руку к небу и помахала толпе, улыбаясь. – Для тех из вас, кто знает меня, но никогда не слышал, как я играю – Привееееет! – блондинка вновь помахала рукой. Генри был так взволнован, наблюдая за тем, как Эмма выглядит вживую. Когда она махала рукой, он махал в ответ, а на лице его матери застыло шокированное выражение лица и она то и дело покачивала головой, не забывая улыбаться, глядя на счастливого сына. - А для тех из вас, кто знает меня и слышал раньше мое исполнение – Привет снова! Рада видеть вас! – Эмма шла дальше по сцене, снова и снова поднимая руку к небу. – Что ж, начну со старой песни. Одной из первых, если быть точной. Она называется «Огонь горит» и звучит так… - девушка подала знак группе и они начали играть на своих музыкальных инструментах. Люди принялись восхищенно кричать. Реджина вздохнула и посмотрела на Генри, который подпевал Эмме.

«Я надеюсь, ты горишь, Горишь в огне. Я надеюсь, ты горишь, Сгораешь в огне».

И услышав текст этой песни, брюнетка снова закатила глаза, мечтая вернуться в отель. Когда Эмма наконец-то спела вторую свою песню, оставалось вытерпеть лишь ее прорекламированный кавер.

«Ты выглядишь так замечательно в этом платье. Я люблю, как ты укладываешь волосы, Как они струятся позади твоей шеи, Вниз по плечам и спине».

Реджина удивилась, потому что эта песня показалась ей очень красивой.

«Мы окружены всей этой ложью, Ведь люди говорят так много ложного. Мы получаем что-то вроде взгляда глаза в глаза. Словно никто ничего не знает, кроме нас»

Эмма исполняла эту песню на своей собственной гитаре. Реджина почувствовала себя немного потерянной во взгляде исполнительницы, внимая каждое спетое слово.

«Если это станет последним, что я вижу, Я хочу, чтобы ты знала, что этого достаточно для меня, Потому что ты – это все, что мне нужно. Я так влюблена, так влюблена… Я так влюблена, влюблена».

Когда песня закончилась, толпа секунду восхищенно молчала, а после вновь сорвалась на дикие вопли и аплодисменты. Реджина все еще чувствовала себя немного сбитой с толку и растерянной, а когда блондинка снова заговорила, то словно поймала женщину на крючок, заставляя вздрогнуть. - Хорошо – хорошо! Есть еще один сюрприз для вас, ребята! – Эмма обратилась к публике. – У нас номера всех ваших столиков здесь, в этой чаше. Я собираюсь вытащить номер одного из столиков и, если вы не откажете мне, мы сможем провести вместе целый день завтра! Вам нравится это, ребята? – Все закричали громкое «ДАААА» и это вызвало улыбку на лице Эммы. - Отлично, а вот и он… - Свон сунула руку в чашу и вытащила одну бумажку. В помещении стало тихо, все замерли в предвкушении, уже представляя завтрашний день с Эммой и со своим участием, безусловно. Генри затаил дыхание, когда Эмма держала бумажку. Реджина по-прежнему смотрела на блондинку и, если быть честной с самой собой, то она не отказалась бы провести с ней день, но она не собиралась признаваться в этом, конечно же. И Реджина, И Генри смотрела на блондинку широко распахнутыми глазами. Эмма раскрыла бумажку и увидела цифру. - Итак, это столик номер… - после слов Эммы, Генри был уже на краю своего стула, готов сползти на пол в случае провала, а Реджина все так же смотрела и смотрела на девушку, черт знает что творится. – НОМЕР 17! – Блондинка почти выкрикнула это, улыбаясь. - О БОЖЕ МОЙ! ЭТО МЫЫЫ! – Генри безудержно закричал, едва не свалившись со стула.