Рок-н-Ролл и любовь на Тенерифе

- Дельфины! – кто-то закричал и все ринулись к левой стороне катера. Генри побежал так стремительно быстро, словно увидеть дельфинов и сделать фото – цель всей его жизни. Эмме с Реджиной пришлось разорвать поцелуй, но Миллс обняла девушку за шею и стала играть с ее «хвостиком». Свон, в свою очередь, одной рукой обнимала женщину за поясницу, а другой сжимала ее ягодицу. И все же, женщины прекратили нежности, вставая с места и направляясь туда, где собралась уже куча людей. Они присели, держась за руки и прижимаясь друг к другу. Реджина наблюдала за сыном, она была счастлива в этот момент. - Дамы и господа, с левой стороны борта вы можете наблюдать, как пятеро дельфинов плавают вместе. – Провозглашал моряк. Спустя примерно час, катер вернул всех пассажиров к берегу. Генри умудрился сделать множество снимков. Эмма и Реджина сидели, не отпуская друг друга, но пришло время выходить из катера. Необходимо сделать огромный шаг, дабы ступить на пирс и, конечно же, Миллс понимала, что в ее юбке, которая плотно облегает зад, это сделать культурно практически невозможно. - Ох, Эмма… - закатывая глаза, протянула брюнетка, уже чувствуя на своей пятой точке прикованный взгляд Свон. Блондинка рассмеялась и подошла к женщине, обнимая ее как можно крепче за талию, после чего сделала шаг, переступая необходимое расстояние, приподнимая Реджину и перенося ее на пирс. Миллс ухватилась за шею Эммы, уж никак не ожидая такого джентльменского поступка. Когда вся эта гимнастика закончилась и обе женщины оказались на уравновешенной поверхности, Миллс прошептала прямо в губы Свон: «Спасибо». - Обращайся в любое время… - ответила Эмма, прижимаясь к устам женщины. Она уже пристрастилась целовать их, проводя кончиком языка по нижней губе, словно желая снова и снова пробовать эти пленительные уста на вкус. Губы Реджины приоткрылись, она почувствовала, как язык Эммы сталкивается с ее языком и разворачивается настоящая борьба за доминирование. Но Свон это совершенно не волнует, она лишь сжимает бедра женщины покрепче, наталкивая на себя, продолжая целовать неистово страстно, заставляя Миллс тихо стонать. - Влюбленные птички… - пропел Генри, хлопая в ладоши. – Забудьте обо всеем и всееех.. – продолжил напевать счастливый паренек. Женщины рассмеялись, обнимая друг друга. Все втроем отправились на пляж. - Ничего себе… - воодушевленно воскликнула Эмма, когда увидела в воде кучу разных интересных предметов для игр. Мячики, фрисби, ракетки - все было наполнено воздухом для водного удобства, и это чертовски завораживало. – Это удивительно! - Ого, и правда! – Генри начал выкладывать из рюкзака три полотенца, простелив их на песке. – Эмма? – юноша посмотрел на блондинку и кивнул в сторону моря. - Черт возьми, да! – с улыбкой ответила девушка. Генри тут же снял свою футболку и обувь, побежав к воде в пляжных шортах. Реджина стала наблюдать за Эммой, зная, что сейчас та начнет раздеваться. Так и случилось. Свон стянула майку, оставаясь в черном лифе, следом девушка избавилась от шорт, оставаясь в трусиках под тон верху. Подобно выстрелу, возбуждение пронзило Реджину, заставляя приковать взгляд к обнажившимся участкам тела Эммы. Женщина облизнула губы. -«Ох, что бы я могла сделать с этим телом…» - подумала Миллс. Эмма заметила весь этот похотливый взгляд, отчего усмехнулась, спрашивая: - Нравится то, что ты видишь? Реджина сократила расстояние между их телами и потянулась к уху блондинки, шепча: - Нравится. – Ее руки мягко скользнули к бедрам, а затем выше, изучая плоский живот Эммы. Свон улыбалась, проводя кончиком носа по женской щеке, бегло целуя и пятясь к морю. Блондинка усмехнулась и побежала в воду вместе с Генри. Они плескались там около двадцати минут, после чего вернулись обратно на берег. Юноша рухнул на полотенце животом, а Эмма присела рядом с Реджиной. Женщина загорала, приподняв лицо к солнцу. На ее теле красовалось красное бикини, которое уж точно заставляло Свон кусать губы. – «Пресвятая Богородица…» - подумала Эмма. Женщина выглядит потрясающе. – «Если бы Генри сейчас не было рядом…» - блондинка продолжала мысленно догола раздевать Миллс. Жарко, поистине жарко. Эмма бы поимела Реджину прямо сейчас, о чем свидетельствовали намокшие трусики. - Мам, ты должна искупаться. Вода просто изумительная! – подначивал Генри, доставая книгу из рюкзака. Женщина открыла глаза, опираясь на локти. - О, я не знаю, дорогой… Эмма взяла Миллс за руку и подняла с места, потащив за собой в воду, заставляя женщину лишь обреченно вздыхать, но тайно наслаждаться этим. Оказавшись в воде, Реджина сделала несколько неуверенных шагов, а после смогла наконец-то окунуться. - Не так уж плохо. – Подметила Миллс. - Я знаю, - подмигнула Свон, заставляя женщину закатить глаза. Реджина вдруг ощутила всплеск воды, направленный прямиком в ее трусики. - О, прости, детка… - игриво протянула Эмма, признаваясь, что это ее рук дело. Здесь, под водой, она могла позволить себе любую вольность. Обнимая женщину за талию, она прижала ее к своему телу. - Детка? – переспросила Миллс, изогнув бровь. - Оох… - лишь улыбка тронула уста блондинки, после чего она сладко лизнула губы своей женщины. - Итак? – начала Миллс, обнимая девушку за шею. Они довольно мило балансировали на воде, не чувствуя тяжести, ведь всем известно, что вода каждого делает практически невесомым. - Итак… - подхватила Эмма. – Как долго вы еще пробудете здесь? - Еще три дня. – Реджина ответила, чувствуя, как вода уже по самую шею, из-за чего женщина решилась обхватить бедра Эммы ногами, улыбаясь. - Хорошо. – Ощутив это прикосновение, блондинка посильнее сжала манящие ягодички. Она настолько сильно вжала женщину в себя, что Миллс почувствовала, как ее дыхание учащается. Конечно же, Свон слышала это. Она начала желанно целовать шею брюнетки, сладострастно шепча на ухо: - Что же ты со мной делаешь… Реджина застонала. Она чувствовала теплую влагу в своих трусиках, а Эмма лишь пользовалась этим, прижимая женщину так близко, что та невольно начинала тереться об ее тело. - Эмма… - все, что смогла вымолвить Миллс, но Свон не сдавалась. Она жадно покусывала нежную кожу женщины, сводя с ума, заставляя желать невыносимо сильно. Эмма и сама застонала громче. - Не здесь… хотя… - она сильнее сжала ягодицы женщины, чуть раздвигая их и еще пуще насаживая Реджину на себя. Эмма готова была поклясться, что даже в этой чертовой воде, она чувствует совершенно иного рода влагу на трусиках Миллс. Грудь брюнетки вздымалась сильнее, испуская все более выразительные вздохи. - О Бог мой, Эмма. Остановись сейчас же или это уже нельзя будет остановить… - шептала она, прикрывая глаза. - Хорошо. – Кратко ответила Эмма, отстраняясь лицом так, чтобы упереться своим лбом о лоб Реджины, вот так мило глядя на нее. – Я рада, что ты пришла сегодня… - Я тоже. – Ответила Миллс, все еще находясь в объятиях блондинки. – Эмма, нам лучше вернуться к Генри, пока… - она запнулась, улыбаясь. - О даа, - рассмеялась Свон. Они последовали обратно к берегу, обнимаясь до той самой поры, пока вода не опустилась до уровня их бедер. Но, даже не смотря на это, женщины продолжали целовать друг друга. У самого берега Эмма повернула брюнетку к себе и проникла языком в ее рот, разворачивая новый бой за власть, ведь Миллс никак не хотела сдаваться, орудуя своим языком не менее уверенно, буквально выталкивая Эмму, дабы показать свое превосходство. Эта игра нравилась обеим. - Лучше остановиться, да… - постаралась совладать с собой Свон. Реджина простонала «почему», одной ногой обвивая бедро Эммы. - Хорошо, да, я знаю, что ты имеешь ввиду… - они протестовали, но их телодвижения говорили об обратном, ведь Эмма просунула колено между ног женщины и стала надавливать на ее промежность. Все это пришлось прекратить. Смеясь, женщины вернулись к юноше, который преспокойно читал книгу. Они пробыли на пляже еще какой-то час, после чего Эмма и Генри в один голос оповестили о том, что они хотят есть. - Вы не родственники? – закатывая глаза, поинтересовалась Миллс. - Не знаю, ты скажи нам, мам… - подшутил Генри, хотя на самом деле это было неуместно. - Могу я узнать, о чем вы? – вмешалась Эмма. - Не волнуйся, просто я усыновлен. – Спокойно ответил Генри, кладя книгу в рюкзак. - Ты… чтооо? В жизни бы не подумала! – шокировано воскликнула Свон. - Что ж, я счастлив, что мама – это моя мама, потому что я мог попасть в какую-нибудь ужасную жестокую семью. – Рассудительно пояснил юноша. - Я бы отвоевала тебя у всего мира, - улыбаясь, Реджина звонко чмокнула сына в щеку. - Я понимаю все это, - добавила Эмма, прокручивая в голове воспоминания обо всех тех ужасных семьях, в которых ей так и не удалось обрести счастье. - Расскажешь? – поинтересовался паренек. - Генри! – предупредительно посмотрев на сына, женщина намекнула, что этот вопрос некорректен. Параллельно Реджина пыталась застегнуть молнию на юбке, но замочек никак не желал поддаться. - Да все в порядке, - успокоила ее Свон, подходя поближе, дабы застегнуть злосчастную юбку. – Ну, я находилась в усыновительной базе очень длительное время. Мне удалось попасть в уйму плохих семей, потому я могу твердо отметить, что тебе, малец, повезло. – Улыбнувшись, блондинка и сама принялась одеваться. После сборов все отправились на поздний обед. - Так как же ты смогла нормально вырасти, находясь все время то там, то сям? Ничего, что я спрашиваю? - Все нормально, малыш, не переживай. – Успокоила его Эмма, кладя ладонь на зад Реджины, поглаживая по пути в кафе. – Я ничего не знаю о своих родителях, меня вообще-то нашли на шоссе… практически сразу после рождения. Генри уставился на блондинку с ошеломленным взглядом, пытаясь принять то, что он только-что услышал. - Я жила во многих домах, сбегала. Когда мне исполнилось 16, я просто убежала подальше, колесила по Америке. – Эмма говорила обо всем этом спокойно, словно ситуация давно отпустила ее и вовсе не волновала. - Вау, тебе бы стоило написать об этом книгу. – Восторженно подметил паренек. Эмма рассмеялась. - О да, непременно. Наконец-то трое добрались до кафе, Генри уселся по одну сторону стола, а женщины по другую, вместе. Юноша и Эмма заказали гамбургеры, а Реджина – салат. - Как вы двое собираетесь съесть бургеры, а потом еще и полноценный обед? - Поинтересовалась Реджина, изогнув бровь. - Да это просто, вот увидишь. – Начал Генри. – Мы собираемся съесть бургеры, потом погулять после еды, снова проголодаться и съесть огромный обед. Бууум! Вот так все просто. - Да, это делается именно так, - добавила Эмма, смеясь. - Эмма, ты уверена, что у тебя никогда не было ребенка? - улыбчиво спросила Реджина, ведь она не могла отрицать того, как легко Свон находит общий язык с ее сыном, а значит, и с другими детьми тоже. Эмма лишь неловко улыбнулась. Она не знала, как ей следует отвечать на этот вопрос. - Эээм… - начала Свон, тупо разглядывая свои руки. - Эмма? Это же просто шутка. – Поспешила успокоить девушку Миллс, поглаживая руку блондинки. Свон вдруг взяла ладонь Реджины и обняла ее обеими руками. - Был… - сконфужено ответила Эмма, глядя в глаза женщины, боясь ее осуждения. - Был? – шокировано переспросила Миллс. - Да… - Свон сделала глубокий вдох и начала свой рассказ. – Я родила ребенка в 18 лет. – Блондинка вновь опустила взгляд, стыдясь. - Что с ним случилось? – спросил Генри. - Я знала, что не смогу заботиться о ребенке в свои 18, будучи бездомной, едва ли способной выживать. Я даже о себе-то позаботиться не могла. Я хотела подарить малышу его лучший шанс в жизни… - ответила Эмма, посмотрел в глаза Генри. - Что ж, ты старалась ради него. – Юноша произнес это с улыбкой на лице, помогая Эмме закончить рассказ. Реджина поцеловала девушку в щеку. Она совершенно не находила слов, не знала, что нужно делать в такой момент, но она была горда за Эмму, ведь та постаралась помочь своему ребенку найти будущее. - Я горжусь тобой. – Прошептала брюнетка. - Это лучшее, что я могла сделать для своего ребенка. – Ответила Эмма. - Так ты знаешь, что с ним случилось дальше? – Спросил юноша, разглядывая официантку, которая принесла его еду. - К сожалению, нет. – Грустно ответила Эмма. – Но я бы хотела узнать, что он в порядке, что не попал в какую-то дерьмовую семью. Официантка расставила тарелки. - Было бы здорово выяснить. – Добавил паренек, начиная трапезу. Эмма улыбнулась и посмотрела на Реджину, отпуская ее ладонь. Миллс аккуратно убрала прядь волос с лица Свон, заправляя за ухо блондинки. Она улыбалась, глядя в глаза Эммы, всеми силами показывая, что она не осуждает ее за содеянное.