Forever in your heart

      Так невыносимо больно. Кажется, будто бы сердце вот - вот остановится от груза боли и печали. Прошел уже почти год, а я всё так же не могу смириться с тем, что Акиры нету в живых…       — Почему? Почему всё закончилось именно так? — В который раз спрашиваю я у пустоты. Слёзы уже давно закончились, а голос охрип из - за непрерывного отчаянного крика. Почему жизнь забирает у нас дорогих нам людей? Наверное, ответ на этот вопрос я никогда не найду.       Открываю уставшие, покрасневшие глаза. Ничего не изменилось. Стены всё такие же серые, шторы всё так же скрывают комнату от дневного света. Но день ли сейчас? После смерти Сузуки солнце зашло. Уже ничего не будет так, как прежде. И эта мысль приносит нестерпимую боль.       Я не знаю, сколько сейчас времени, я не знаю, какой сейчас день, я не знаю, кто я теперь без тебя. Опять закрываю глаза, и чувствую, как по щекам текут слёзы. Обидно. Несправедливо.       Я ничего не менял в квартире после смерти Акиры. Кажется, будто бы воздух до сих пор наполнен его парфюмом, а все вещи лежат там же, где их оставил он. Перед глазами возникает образ счастливого мужчины. Акира каждый раз с нетерпением ждал новый концерт, буквально горел этим. На сцене, как и все мы, он выкладывался на полную.

А теперь Акиры Сузуки больше нет.

      Вязкую тишину нарушает звук открывающейся двери в прихожей. Ключи от этой квартиры были только у меня и… Вскакиваю с кровати и быстрым шагом направляюсь в коридор.       Наверное, я окончательно спятил - иначе я никак не могу объяснить то, что сейчас возле входной двери вижу басиста.       — Как же... Как же так? — Тихо спрашиваю я, не веря своим глазам. Этого просто не может быть… Он умер, его похоронили… Как такое возможно?!       — Акира? — Тихо произношу твоё имя. Замечаю, как по телу пробегает волна мурашек, а руки начинают дрожать. В ответ ты вопросительно смотришь на меня и, не разуваясь, подходишь ко мне.       — Ну да, Акира. Кто ж ещё? Ты хотел увидеть кого - то другого? — Усмехаешься. Чувствую как в горле появляется ком, а температура тела начинает подниматься. Я точно спятил…       — Но... Ты же умер… — Дрожащим голосом говорю я. Руки непроизвольно тянутся к басисту предо мной и я отчаянно обнимаю его, как в последний раз. Столько всего несказанного осталось между нами, но почему - то сейчас я не могу нормально сформулировать свои мысли - в голове путаница.       — Да, умер. Но я всегда буду здесь, в твоём сердце. Пока жива наша группа, пока наши фанаты помнят и любят нас - память обо мне будет жить. — ласково улыбаешься и крепко - крепко обнимаешь меня в ответ.       Странно, но почему - то мне становится намного легче, словно вся скорбь и печаль мгновенно растворились без остатка. На душе стало так легко и спокойно, что самому не верится даже. Тихо вздыхаю и утыкаюсь носом в твоё плечо и закрываю глаза. Хочу, чтобы это мгновение длилось вечно.       — Пора, Таканори. — отпускаешь меня и, наклонившись, берёшь в руки сумку. Странно, я даже не заметил её. Откуда она вообще здесь?       — Пожалуйста, Акира, останься…! — Вздрагиваю и дергаюсь в сторону мужчины, но он отходит.       — Всему своё время. Вы сильные, всё будет хорошо.       — Акира! — Но ты будто бы не слышишь меня. Улыбаешься и, развернувшись, направляешься к двери.       — Я хочу, чтобы the GazettE существовала вечно.— Говоришь мне напоследок и, дернув за ручку, открываешь дверь. Яркий свет заставляет зажмуриться.       Резко открываю глаза и принимаю сидячее положение. Это что - просто сон был? Смотрю на свои руки, которые дрожат. Кажется, будто бы я до сих пор ощущаю тепло тела Сузуки.       Да, наша жизнь больше никогда не будет как прежде, но я уверен, что когда - нибудь солнце обязательно взойдет и я смогу вдохнуть полной грудью - без скорби и печали. Пока живы the GazettE жив и Акира Сузуки.