Вернуть к жизни

Дженсен возвращается из длительной командировки в самом прекрасном расположении духа. Неполадки на объекте в Салу устранены, начальство за хорошо выполненную работу уже намекнуло на премию, и коллеги встречают его громкими одобрительными криками. Дженсен довольно смеется, когда его окружают друзья, зовет всех в ближайший бар отметить приезд – и тут он замечает его. Парень высокий и широкоплечий, но вот костюм на нем болтается, как на вешалке, а глаза… Дженсен хмурится и думает, что есть что-то неправильное в таком взгляде, и внутренний протест в нем вызывает привычка парня горбиться, как будто он стесняется своего прекрасного роста. Он быстро ловит за руку болтливого Марка и кивает в сторону парня, который, все так же сгорбившись, уходит по коридору. – Новенький, – говорит Марк, и делает что-то с лицом, и эта жуткая гримаса, похоже, долженствует изобразить его осведомленность. Марк размахивает руками и рассказывает: – Он странный какой-то. Милашка Сью говорит, что парень попал в заложники, когда грабили банк, или что-то в этом роде. Ну, его держали три дня, и после этого он постоянный клиент психотерапевта. Шарахается от всех… В его голосе звучит явное сожаление, и Дженсен с внезапной злостью понимает, что вездесущий Марк уже, скорее всего, пытался завести с новеньким знакомство. – Марк, – произносит Дженсен очень выразительно. Марк ухмыляется, и поднимает ладони в защитном жесте: – Ладно, я понял. Дженсен, поддавшись импульсу, бежит по коридору за высоким парнем, обгоняет его и преграждает ему дорогу. Он включает все свое обаяние, улыбается немного смущенно и обезоруживающе – он знает, как действует его улыбка на всех. Парень сперва испуганно отступает, но от улыбки Дженсена предсказуемо смягчается. – Приветядженсен, – выпаливает Дженсен и уже медленнее и как будто со смущением добавляет: – Я только что приехал из дикой глуши. Пойдем с нами в бар? Угощаю. Пойдем? – Ну… Парень оглядывается на столпившихся в конце коридора друзей Дженсена и своих новых коллег, и Дженсен видит по его лицу, что он сейчас откажется. – Пожалуйста! – горячо просит он, и вспомнив, что даже не спросил, как его зовут, мысленно дает себе пинка и спрашивает: – Как тебя зовут? – Джаред. Видно, что Джаред растерян от его напора, и ответил автоматически. Но Дженсен уже почти уверен в успехе. Ему нравится Джаред, вот так сходу – сразу. Нравится, как он смущается, и как улыбается, пока неуверенно, но Дженсена уже очаровали ямочки на щеках Джареда и его волосы – их хочется потрогать, Дженсен уверен, они мягкие и их так приятно теребить. Он еле удерживается, чтобы не сделать это прямо сейчас. – Джаред. – Дженсен пробует это имя на язык и имя ему тоже нравится. Он улыбается широко и дружелюбно, и приглашает снова: – Джаред, пойдем с нами? Я угощаю. И Джаред все-таки соглашается. Потом, позже, когда они дружной толпой вываливаются из бара, и Дженсен под предлогом прогулки идет провожать Джареда, он узнает, что да, Сью как всегда верный источник информации. Джаред действительно побывал в заложниках. Джаред не рассказывает ничего, и Дженсен думает, что вряд ли расскажет, даже если пройдет много времени, и они станут ближе. В этот раз ему не удается напроситься на кофе, и впервые в маленькую квартирку Падалеки Дженсен попадает гораздо позже. Дженсен гордится собой, когда через месяц Джаред сдается и с какой-то даже удивленной обреченностью приглашает его подняться к нему – уже неважно – кофе, пиво, или сразу минет и постель – главное, он попал туда, в эту неприступную крепость. Дженсен уверен, что это огромный шаг вперед в их отношениях. Но эта уверенность исчезает, едва только Дженсен привлекает к себе Джареда в попытке поцеловать. Джаред словно деревенеет в его объятиях. Почуяв неладное, Дженсен отстраняется, и видит его остекленевший взгляд, и как Джаред пытается вздохнуть, в попытке справиться с паникой. Дженсен выругавшись, отвешивает Джареду пощечину, и тот начинает дышать. И Дженсен обнимает его, прижимает к себе и бормочет: – Эй, все нормально, слышишь меня? И гладит, гладит Джареда по спине, чувствуя, как медленно расслабляются под его рукой закаменевшие мышцы. А потом они сидят перед телевизором с выключенным звуком, и пьют пиво, и Джаред роняет слова: – Я не могу, понимаешь? И потом, через две банки пива, немного невнятно: – Мне так жаль. Ты мне нравишься, но… И зависает снова. Дженсен ловит каждое слово, и бурно спорит с Джаредом, про себя, но вслух сказать ничего не рискует, он понимает все – что у Джареда травма, скорее всего, очень глубокая душевная травма. Но отступить, когда вот он, рядом, тот, кого так долго добивался – не может, не хочет, никак. Дженсен задумывается, потом медленно ставит свою банку на столик и решает рискнуть. Потому что уверен – если сейчас отступить, сам Джаред решит, что он никогда не сможет, и еще больше отдалится, закроется в своей раковине. Надо попробовать закрепить позиции, не дать Джареду замкнуться в своем отчаянии. Дженсен неторопливо расстегивает рубашку, даже не глядя на Джареда. Джаред не сразу замечает, только когда Дженсен скидывает ее, и садится поудобнее на диване. На удивленный взгляд Джареда поясняет: – Жарко. Дженсен прикрывает глаза, развалившись на диване, и дает время Джареду привыкнуть к себе. Он буквально чувствует, как взгляд Джареда обнимает его, и улыбается про себя. А потом, когда слышит участившееся, неровное дыхание Джареда, говорит негромко и вкрадчиво: – Джаред, хочешь, я расскажу тебе, чего мне хочется? Джаред молчит, и сглатывает, и Дженсен принимает это молчание за согласие. Он поудобнее укладывает голову на диванную спинку, и проводит медленно себе рукой по животу. Он чувствует, как взгляд Джареда обжигает кожу, следуя за этой рукой. Дженсен слегка улыбаясь, говорит: – Хочу, чтобы ты снял с меня джинсы. Расстегнул их сам, потом снял трусы, хочу твою руку на своем члене. А потом мне хотелось бы, чтобы ты поласкал меня, там… А я… Я оказал бы тебе ответную услугу. И я хочу, знаешь, хочу почувствовать тебя в себе. Я… Дженсен не успевает договорить, его губы оказываются запечатаны губами Джареда. Теплые широкие ладони Джареда беспорядочно шарят по его груди, плечам, и Дженсен жадно отвечает на поцелуй, а потом приподнимается, когда Джаред, оторвавшись от его губ, пытается сдернуть с него джинсы. Он рад, что Джаред так легко повелся, но ему приходится подтолкнуть его еще раз, когда тот застывает при виде вставшего дженсенова члена. Дженсен поворачивается к Джареду спиной, и выпячивает зад, и это срабатывает, и Джаред снова возбужден и вполне умело растягивает ему анус, но все же снова застывает нерешительно, и Дженсен сам подается назад, закусив губу и зажмурившись. Он расслабился как мог, но входящий в тесную дырку член кажется огромным, как бревно. Дженсен судорожно вздыхает, изо всех сил пытаясь расслабить мышцы, и у него это кое-как получается, а Джаред приникает к его спине и удивленно-восторженно спрашивает: – Дженсен? Ты такой узкий, как…Ты когда?.. Вопрос повисает в воздухе, Дженсен подается еще назад, насаживаясь на член и шипит сквозь зубы: – Не тормози, Джей. Давай уже. Быстрее, блядь. На тесном диванчике неудобно, он пружинит под весом двух здоровых парней и приходится приноровиться, пока они находят нужный ритм. Боль отпускает Дженсена, и становится тепло, и даже жарко, а потом его накрывает первая волна удовольствия. Дженсен громко стонет, и чувствует, что Джаред сильнее сжимает пальцы на его бедрах и начинает вбиваться интенсивнее. И он совсем не против, подмахивает, и где-то на периферии сознания мелькает мысль, что он готов повторить, но потом все мысли пропадают в предоргазменном напряжении, и появляются позже, после того, как кончив, они оба валятся на диванчик, и Джаред придавливает его своим весом. Джаред почти тут же скатывается с него и они лежат, тесно прижавшись друг к другу, глаза в глаза, со сплетенными ногами. Дженсен лениво и расслабленно гладит Джареда по руке, а Джаред смотрит на него так восторженно-счастливо, и удивленно, и с каким-то даже благоговением, что Дженсен понимает – сейчас ничего не нужно говорить. И все он сделал правильно, и если понадобится, сделает еще, и еще. И когда-нибудь Джаред доверится ему, и черт, уж он постарается сделать так, чтобы ему понравилось.