Дневник Питера Петтигрю.

      Рождество, а значит и бал приближались стремительно. Экзамены уже прошли, оставалась неделя до главного торжества года. Старосты вместе с профессорами занимались оформлением замка к балу в то время, как остальные ученики заканчивали оформление своих гостиных, комнат и подготовку подарков для самых близких.       В этом году, как и в предыдущих была возможность отправлять подарки через специальную службу доставки в Хогвартсе. Один из преподавателей назначался ответственным за подарки, к нему приносили разные цветные упаковочки и письма, которые в Рождественскую ночь переправлялись под ёлки в гостиные факультетов. В этом году ответственным за подарки был назначен профессор Люпин, поэтому, когда Неждана пришла на последнее индивидуальное занятие в этом году, она увидела в кабинете Люпина небольшую кучу наваленных друг на друга подарков.       — Неужели они пролежат здесь у вас до самого праздника? — удивилась она.       — Нет, Неждана, — профессор улыбнулся, — это те, что принесли сегодня, я ещё не успел перенести их в специальное хранилище.       — В Хогвартсе есть специальное хранилище для подарков?       — Не думаю, что ещё можно продолжать удивляться тому, что есть в замке, — заметил профессор, — эта традиция очень древняя, комнату подарков придумала Пенелопа Пуффендуй, чтобы в определённое время подарки перемещались в гостиные под ёлки, а для учителей, если такие есть, в их личные апартаменты. Раньше не было такого, чтобы ученики разъезжались по домам на Рождество, поэтому хранилище было заполнено до предела. Теперь же в них кладут подарки для тех, кто остаётся. Ты уезжаешь на каникулы?       — Нет, обычно нет, — откликнулась девушка, — добираться далеко, поэтому в этом году я остаюсь.       — Чтож, значит, встретим этот праздник вместе, — Люпин понимающе кивнул, — ты ведь ещё не приносила подарков? Никто из твоих друзей не остаётся?       Девушка замялась. Алисия с Анжелиной уезжали, но ещё оставались Гарри, Рон, Гермиона и Фред с Джорджем. Было над чем подумать!       — Я принесу позже, спасибо, профессор!       — Тогда предлагаю начать наше занятие.

***

      — Я не желаю слышать ни одного твоего слова, Алисия!       — Тем не менее, тебе придётся! — сегодня обычно тихая и мягкая Алисия была на редкость упёртой, — ты должна дать ему шанс!       Девушки сидели в гостиной Гриффиндора у самого камина и тихо, чтобы их не слышали другие студенты спорили между собой.       — Я никому и ничего не должна, тем более Уизли, — делая страшные глаза, продолжала Анджелина, — с каких это пор ты вообще перешла на их сторону?       — Я всегда была и остаюсь только на твоей стороне, подруга, и ты это знаешь, как никто другой, — твёрдо заявила Спиннет, в её глазах плескался неукротимый огонь, — поэтому для твоего же блага…       — Он просто хочет в очередной раз выставить меня дурой, где ты видишь моё «благо»? — в глазах Джонсон заискрились предательские слёзы.       — Он просто глупее рядом с тобой, вот и всё, — Алисия мягко положила свою ладонь на руки подруги и чуть виновато улыбнулась ей, — ну что тебе стоит, Андж? Это не так сложно… Один шанс!       — Я боюсь, Алисия, — неожиданно твёрдость Гриффиндорки рухнула под пронзительным взглядом подруги, — вдруг… вдруг он сделает мне больно?       Алисия мягко погладила Анджелину по волосам и вовлекла в объятья. Они и не думала, что у её подруги настолько сильное чувство. Она лишь подозревала, что что-то скрывается за её колкостями и нападками, но чтобы альтернатива серьёзное…       — Поверь, Анджелина, если он посмеет хотя бы чем-нибудь тебя обидеть, ему очень сильно непоздоровится, я тебе это гарантирую.       — Ты? — Анджелина удивлённо отстранилась от подруги, — ты ведь самая миролюбивая Гриффиндорка из всех, кого я знаю!       — Но ведь это не помешало мне вылить на близнецов целый кувшин сока, — усмехнулась Алисия, — поверь, это только цветочки!       — Мне уже начинать бояться? — Анджелина неловко улыбнулась, вытирая с глаз последние слёзы.       — Поверь, если ты будешь и дальше сопротивляться…       — Хорошо, — Анджелина откинулась в кресле, — ты и камень можешь переубедить. Но только один шанс…       — Думаю, он им воспользуется, — Алисия поднялась с места, — а теперь поспешим найти Неждану и на ужин.

***

      Неждана устало потёрла глаза и перелистнула страницу. Она уже приближалась к концу изучения 3-его уровня курса по раскрытию своих анимагических способностей, а это значило, что совсем скоро ей нужно будет выявить свою сущность анимага и понять, в какое животное сможет превращаться.       «Для того, чтобы заранее определить анимагическую сущность можно овладеть навыками призыва своего патронуса. В большинстве случаев анимагическая форма бывает идентична патронусу волшебника»       О патронусах Неждана читала в учебнике по высшей магии и знала, что это очень сильная магия, исходящая из самых счастливых воспоминаний волшебника. Только вот у неё не вышло освоить этот раздел, когда она пробовала использовать сложные заклинания.       «Для обряда выявления сущности анимага нужно создать магическое поле, поддерживаемое извне другим волшебником или же неким артефактов, достаточно сильным, чтобы обеспечить безопасность волшебника во время обряда. В противном случае могут произойти самые разные последствия вплоть до летального исхода мага».       Неждана нахмурилась и устало откинулась на спинку кресла. Всё это не входило в её планы. Насколько она знала анимагия жёстко контролировалась министерством, а она, получается, собиралась стать нелегальных анимагом, нарушителем закона. Девушка тщательно скрывала всё это даже от подруг, чтобы информация не просочилась за пределы её маленького мира. Теперь же выесняется, что ей нужен кто-то, кто смог бы помочь ей выявить её анимагическую сущность, а, значит, ей придётся посвятить этого кого-то в свою тайну. Был, конечно, вариант с использованием артифакта, но где ей найти достаточно мощный? Разве что у профессора Дамблдора попросить или, что ещё безумней, обокрасть его кабинет.       Неждана горько усмехнулась своим мыслям. Но если подумать серьёзной, кому она могла бы довериться? Нужно было найти достаточно сильного волшебника, способного удерживать под куполом всплески энергии другого мага. Хорошо было бы обратиться к кому-нибудь из педагогов, в идеале к Макгонакал, ведь она анимаг, поэтому знакома с этим, но это всё, конечно, за гранью реальности. Декан Гриффиндора была образцом порядочности и строгости, она не одобрила бы желаний студентки.       «А как справились с проблемой Питер и его друзья?» — внезапно вспомнила Неждана. Может, Петтигрю оставил об этом хоть какие-то заметки в своём дневнике.       Девушка залезла в сумку и достала тетрадь. Она сидела в одном из заброшенных кабинетов, куда редко заглядывали другие ученики Хогвартса. Здесь ей не нужно было опасаться, что кто-нибудь заметит её за чтением книги из Запретной секции.       Неждана проявила несколько следующих страниц дневника и как только слова стали различимы погрузилась в чтение. В первых нескольких заметках ничего особенно, кроме довольно заурядных комментариев касательных обычных гриффиндорских будней, но потом ей, наконец, удалось найти то, что староста старательно искала:       «Здравствуй, дневник! Вчера был знаменательный день. Мы к нему долго готовились и всё взвешивали. Было страшно, но мои друзья убедили меня, что у нас всё должно получиться. Не знаю, насколько я рад тому, что с нами произошло. С одной стороны, я без проблем прошёл процедуру по выявлению своей анимагии, но с другой… Моё животное оказалось не совсем тем… В общем, не понимаю за что меня так всё время наказывает судьба. В общем, моя сущность — крыса… Не знаю, смогу ли я свыкнуться с этим. Почему Сириус — пёс, а Джеймс — олень… Почему они такие везучие? Правда, Ремус успокоил меня и сказал, что всё это не так плохо, что это здорово, ведь я ловкий и быстрый. Сириус сказал, что теперь я смогу в любую щёлку влезть и буду незаменим, если случится война. Но я не хочу войну и не хочу быть крысой. Пусть крысой будет Сириус, если ему так это нравится!»       Неждану вздохнула. А что если и ей не понравится её анимагическая сущность?       Она перевернула страницу дневника и продолжила читать:       » В конце концов, я не обязан становиться анимагом. Если я не хочу быть крысой, меня никто не заставляет дальше познавать эту науку и проходить эти непростые магические испытания. Это ведь как ещё один предмет изучать дополнительно, ещё и без учителей и при этом не совсем безопасный и законный. Хотя дружба с оборотнем сама по себе не очень безопасна».       Неждана снова оторвалась от дневника. А ведь этот Ремус… Он оборотень и его друзья знают об этом и хотят ему помочь… Пазлы в голове девушки начали медленно сходится… Ведь её профессора тоже зовут Ремус, и у него каждый месяц бывают приступы его непонятной неизлечимой болезни. И он сам рассказывал ей историю о том, что не говорил о ней своим друзьям, но они раскусили его и, ни только не отвернулись, но и сделали всё возможное, чтобы ему помочь.       Но если это так… Неждана почувствовала, что от страшной догадки у неё подкашиваются колени, а по телу пробегает череда мурашек… Это значит, что её профессор — оборотень?!       Девушка вскочила и стала нарезать круги вокруг пыльной парты. Тогда становятся понятным его частые болезни, измученный вид и те слова профессора Снейпа о том, что Люпин опасен.       Эта догадка восстанавливала всю картину и от того, насколько она проста и верна становилось страшно.       Неждана резко остановилась, ей нужно удостовериться в своей правоте, нужно сверить по лунном календарю и определить на какое именно время выпадает время обострения болезни профессора.       Если на полнолуние…       Девушка быстро покидала учебники в свой рюкзак и полетела в библиотеку.