По твоим следам

Напрасно Гермиона надеялась подремать по дороге в Хогвартс. Как только она вошла в купе, на нее обрушилось море вопросов. - Гермиона, объясни, что произошло на платформе? – спросил Рон, подорвавшись с места. - И что там делали Малфои? – не успокаивался Гарри. - Они тебя обидели? – не отставала от друзей Джинни. Гермиона устало закрыла глаза, проведя рукой по лицу. Мерлин, ну что тут не понятного то? Она же все им сказала еще на платформе. Как она хотела сейчас просто посидеть в тишине и отдохнуть. Но ведь они не отстанут, пока она им все подробно не расскажет. Вздохнув, Гермиона уселась возле окна и рассказала все в мельчайших подробностях. Про то, как она столкнулась с миссис Малфой, как подняла ее шляпу, как женщина предложила залечить ей руки, как появился Малфой и все остальное. Закончив рассказ Гермиона, тяжело вздохнув, посмотрела на друзей. - Ну, теперь все понятно? – устало спросила девушка. – И прошу вас, давайте не будем это обсуждать. Ничего страшного не случилось. - Но…, - начал было Рон, однако его остановил резкий удар журналом по голове. – Ау, - вскрикнул парень, хватаясь за голову. – За что? - Она же просила не говорить об этом, - сказала Джинни, недовольно смотря на брата, держа злополучный журнал в руке. Гермиона благодарно посмотрела на Джинни. Тихо выругавшись, Рон сел рядом с Гарри недовольно бурча на сестру. Джинни же углубилась в чтение « Придиры», который так любезно прислала ей на каникулах Полумна. Наконец-то тишина. Гермиона закрыла глаза, облокотившись на мягкую спинку сидения. Как же она устала. Казалось бы от чего? День только начался, а она уже готова увалиться на кровать и проспать целый день. Гермионе вдруг вспомнилась Нарцисса Малфой. Насколько красивой была эта женщина. Даже на том снимке из Министерства, не смотря на свою усталость, она выглядела превосходно и уверенно. Лишь лицо и глаза могли сказать о том, что женщина переживает и волнуется. Сегодня она тоже выглядела великолепно и улыбалась. Так искренне. Улыбалась ей? Гермионе Грэйнджер? Подружке Поттера и ненавистной грязнокровке? Так всегда выражался о ней Малфой. Интересно, рассказывал ли Малфой матери о ней? Хотя нет, она же просила его ее с ней познакомить. Познакомить? Чистокровная волшебница хотела познакомиться с ней? Гермиона никогда не стыдилась своего происхождения, однако она всегда чувствовала себя неловко в присутствии чистокровного мага. А тут еще и к тому же взрослая женщина. Да и к тому же мать Малфоя! Гермиона не могла в это поверить. А Малфой, он был таким растерянным первое время, однако позже посмотрел на нее как обычно: с ненавистью и презрением. И так всегда: вечно холодный и равнодушный. Хотя, похоже, он волновался за мать. Малфой? Волновался? Нет, это немыслимо. Они так похожи с матерью. Гермиона хорошо запомнила Люциуса. Тогда в министерстве, когда их застала врасплох шайка Пожирателей, она вдоволь на него насмотрелась. Она с уверенностью могла сказать, что Малфой, в основном, похож на мать. От отца у него разве что платинового цвета волосы. Однако Нарцисса была так приветлива и любезна, так дружелюбно улыбалась и даже беспокоилась о ней, в то время как Малфой вечно над ней издевался, обзывал и мерил ледяным взглядом. Неужели в этой семье все такие разные? И как эта бедная женщина живет с такими извергами? Дружелюбная улыбка Нарциссы и холодный взгляд Малфоя - вот это контраст. Однако он подрос за лето. Возмужал что ли? Осанка ровная, одет идеально. Еще бы! Это же Малфой. В его принципах носить идеально выглаженную одежду и чисто начищенную обувь. Только волосы теперь ложились ровными прядями сами, без помощи геля. Она это заметила. Стоп! Она это заметила? Гермиона, куда ты смотришь? И о чем ты вообще думаешь? Гермиона сильно мотнула головой, прогоняя назойливые мысли. - С тобой все в порядке? – послышался обеспокоенный голос Джинни. Когда Гермиона открыла глаза, то увидела, что Джинни уже не читает журнал, а Гарри и Рона вообще нет в купе. - А где мальчики?- удивленно спросила Гермиона, пораженная тем, насколько сильно она углубилась в свои мысли, не заметив даже уход друзей. - Ты не слышала, когда они уходили? – спросила Джинни, забираясь на сидение с ногами. - Рон пошел на собрание старост, а Гарри решил его проводить, - объяснила Джинни, пожав плечами. Собрание старост? Точно. Еще летом к Гермионе пришло письмо от профессора Макгонагалл, в котором говорилось о том, что Гермиону отстранили от обязанностей старосты Гриффиндора по определенным причинам, которые она сможет узнать в школе. Гермиона очень расстроилась и даже написала профессору письмо. Однако ответ так и не пришел. Проведя рукой по волосам, Гермиона почувствовала резкую боль в ладони. Черт, она ведь так и не залечила свои ссадины. Сказав Джинни, что она скоро вернется, и прихватив палочку, Гермиона вышла из купе. «Надо бы найти какое-нибудь укромное место, чтобы меньше кто видел, чем я занимаюсь в поезде.» Гермиона проходила вагон за вагоном, ища свободный тамбур, где можно было бы спокойно залечить раны. Наконец-то она нашла один прямо в голове поезда. Однако все оказалось не так просто, как думала Гермиона. Лечить собственные руки было очень не удобно. Палочка больно въедалась в израненную кожу ладони, так что держать ее было больно и неприятно, да и колдовать над собственными руками не очень веселое занятие. Проклиная на чем свет стоит, Гермиона не заметила, как отошла назад, наступив кому-то на ногу. Вскрикнув, гриффиндорка выронила палочку. Резко обернувшись, девушка уставилась на чью-то грудную клетку. Перед ней явно стоял парень, и он был выше нее, так как его лица она не видела. Гермиона стояла настолько близко к нему, что слышала, как он дышит. Ровно и спокойно. А еще от него веяло дорогим парфюмом. Уж в этом Гермиона точно разбиралась. Собравшись с мыслями, Гермиона медленно подняла голову. Ее взгляд встретился со взглядом темных глаз Блейза Забини. Парень, казалось бы, рассматривал ее с интересом. Гермиона не очень хорошо знала Забини. Знала только, что из всего Слизеринского факультета он единственный не издевается над другими, он не смеется над шутками Снейпа, так часто обращенными на гриффиндорцев, он редко улыбается и всегда спокоен. Он умен. Мыслит всегда рассудительно и всегда отвечает точно и ясно. А еще.. Блейз Забини был пожалуй единственным слизеринцем, не обзывавшим ее. Напротив, он мог подойти и передать ей послание от преподавателей, обращаясь к ней просто «Грейнджер». От близости с парнем на щеках Гермионы появился румянец. Смутившись, девушка отошла от него, ища глазами палочку. - Прости Забини, я тебя не заметила, - пролепетала она, старательно выискивая глазами палочку. Черт ну что ж ей так не везет сегодня. Сперва Нарцисса, теперь Забини. Кто будет следующим? Снейп? Парень ничего не ответил. Нагнувшись, он поднял с пола так старательно разыскиваемую Гермионой вещь, которая просто-напросто лежала у его ног. - Ты это ищешь? – спросил Забини, протягивая Гермионе палочку. Он был таким спокойным, как- будто бы это не ему только что наступила на ногу ненавистная всем слизеринцам грязнокровка. - Да, - замялась Гермиона, принимая палочку, - спасибо. Гермиона снова посмотрела на парня. Все знают, Блейз Забини - очень красив. Темные глаза, темные волосы, и даже смуглый цвет кожи. Он был полной противоположностью Малфою. Мерлин, какому Малфою? Почему она снова вспомнила о нем? Злясь на саму себя, Гермиона развернулась, направившись в свое купе. - Грейнджер, - послышался голос Забини. Гермиона остановилась, как вкопанная. Медленно повернувшись, Гермиона вопросительно посмотрела на парня. - Ты так и не залечила руки, - сказал он, подходя ближе, – и похоже сама ты их не залечишь,- утверждал парень, смотря на нее. Что? Он видел, как она пыталась колдовать над своими руками? Как долго он тут стоит? Пораженная Гермиона, ничего не смогла ответить. Гермиона не заметила, как Забини достал свою палочку и протянул к ней руку. - Дай руку, Грейнджер, - спокойно сказал парень. Его голос был спокойным, но что-то в нем заставило гриффиндорку подчиниться. Девушка послушно протянула руку. «Гермиона, что ты делаешь?» Не прошло и пары секунд, как раны на руке затянулись. То же самое произошло и с другой рукой. Гермиона заворожено смотрела, как слизеринец водит палочкой над ее ладонями, почти не произнося заклинаний. Когда все царапины окончательно затянулись, Гермиона как будто очнулась от сна. Осмотрев свои руки, девушка растерянно посмотрела на Забини. Как всегда парень был абсолютно спокоен. Гермиона не знала что сказать. Она потеряла возможность что либо говорить. До сих пор не веря в происходящее, гриффиндорка продолжало завороженно рассматривать свои ладони. Грейнджер была слишком занята, чтобы увидеть улыбку слизеринца. Спрятав палочку в карман, Забини, казалось бы, собирался уйти, только вот его остановил голос, раздавшийся из-за его спины. - А я ищу тебя по всему поезду, Блейз, - Драко Малфой медленно вышел из-за спины друга, становясь рядом с ним. Снова Малфой. Почему он всегда появляется так неожиданно? Вот он стоит тут рядом с Забини, такой же спокойный и уверенный в себе, в то время как она трясется, как мышь перед змеями. - Оу, Грейнджер, какой сюрприз, - обратился к ней Малфой, как бы только заметив ее, - неужели твои друзья Потти и Вислый так надоели тебе, что ты решила искать утешение в обществе слизеринцев?- продолжал язвить Малфой. – Сначала моя мать, теперь Блейз, чтож вкус у тебя хороший, однако ты уж точно никак не вписываешься в наши круги, грязнокровка. Ну вот опять. Опять это ужасное слово. Она же обещала себе, что не будет обращать внимания на нападки Малфоя. Говорила, что он того не стоит. Но почему опять так больно? - А что Малфой, твое слизеринское величество боится потерять подданных? Или же ты скучаешь по маме и Забини? Могу тебя огорчить, - сказала Гермиона, подходя вплотную к Малфою, - такие хорьки как ты никого не интересуют. Буквально выплюнув ему все слова в лицо, Гермиона быстро направилась в сове купе, сжимая в руках палочку. Она чувствовала на себе презрительный и пронизывающий взгляд Малфоя. Добежав до купе, Гермиона уткнулась лбом в дверь. Что сегодня за день? Почему все именно так? Почему Малфой не оставит ее в покое? И ,ох Мерлин, она так и не поблагодарила Забини. Она вообще про него забыла, когда появился этот хорек. Мерлин, что с этим факультетом?! На Слизерине что - все такие разные?? Одни - сама доброта, другие - само отвращение. - Слизеринцы, пойму ли я вас когда-нибудь?- тихо спросила сама себя Гермиона, открыв дверь купе.