Я просто отступлю 2: Дорога к любви.

Реджина проснулась рано. Она так и продолжала обнимать Эмму, но блондинка уже лежала к ней лицом. А сама Миллс упиралась носом в грудь Свон. Очень аккуратно выбравшись из постели и убедившись, что любимая спит, она пошла приводить себя в порядок. Голова побаливала, но спасла таблетка так удачно лежащая в тумбочке. Приняв душ, почистив тщательно зубы, Реджина также аккуратно вернулась в кровать. Приподняв майку от пижамы с животика Эммы, Реджина начала нежно и невесомо целовать его. - Эмет, маленький мой, прости меня, - шептала одними губами брюнетка, чтобы ни в коем случае не разбудить свою малышку. Эмма продолжала спать и не слышала ни Реджину, ни то как неродившийся футболист сильно пнул брюнетку сквозь животик. Миллс улыбнулась, получив пяткой в нос. - Ты тоже злишься на меня? Ну, я же извинилась. И у меня есть оправдание, - Миллс еще раз поцеловала животик. Малыш еще раз зашевелился, так и спрашивая объяснений, в то время как его мамочка начинала просыпаться. - Я помирилась с твоим папой и сегодня он приедет поговорить с твоей мамой. Они поговорят о тебе, - Реджина шептала, нежно поглаживая животик рукой. Эмма услышала Реджину и моментально открыла глаза. - Он сегодня приедет? - и присела на кровати, опираясь на подушку. Реджина приподняла голову и посмотрела в глаза Эммы. - Только если ты этого захочешь. - Я не знаю, - честно призналась блондинка и отвела взгляд, - что я ему скажу? - Малыш, не переживай, вы просто поговорите. То, что ему нужно знать, я ему уже сказала, - Миллс неотрывно смотрела на блондинку. - И как он отреагировал? - спросила Эмма, смотря на окно. - Он был рад, - ответила брюнетка, ведь они с Эйденом не говорили о его чувствах, она просто увидела его эмоции по отношению к этой новости. - А про нас? Ты ему рассказала про нас? - продолжала не смотреть на Реджину Свон. - Да. Эмма, я ему все рассказала, я больше не хочу той ситуации из-за не договоренностей, - серьезно говорила Реджина, - я не хочу давать ему надежду вернуть тебя. - Он хочет вернуть меня? - удивилась Эмма, также гипнотизируя окно и не понимая, как он может этого хотеть после того как она с ним поступила. - Сейчас, наверное, нет, но он искал тебя после того как ты исчезла, - ответила Реджина. Эмма ничего больше не хотела говорить. Ей тяжело было вспоминать то время. Чувство вины вновь ударило в самое сердце этими воспоминаниями. Единственное, в чем Свон была благодарна так это в том, что Эйден тогда ее не послушал и они вместе с Реджиной сейчас ждут ребенка. Именно с Реджиной. Ни одна, ни с Эйденом, а именно с ее Реджиной в которую пусть медленно и сложно Свон начала влюбляться и полностью доверять. - Малыш, ну, что ты опять загрустила? Вы поговорите и все будет хорошо. Пойми, тебе все равно придется встречаться с Эди. А Эмет все равно будет его знать, просто вам нужно будет решить с какой стороны, - Реджина привстала и придвинулась к Свон, беря ее лицо в ладони, делая так чтобы блондинка смотрела ей в глаза, - я вас люблю и мне было бы совершенно все равно чей бы сын был Эмет. И сейчас то что в нем есть кровь моей семьи меня только радует. - Реджина, я ... - Эмма говорила совсем тихо, неотрывно смотря в карий взгляд, - мы... тоже тебя любим, - призналась Свон. - Я знаю, - ответила с широкой улыбкой Реджина и прикоснулась губами к манящим губам Свон, но через секунду отстранилась, - от меня не пахнет? Ты хорошо себя чувствуешь? - В отличие от вчерашнего сегодня все хорошо, - улыбнулась Эмма и чмокнув обеспокоенную Реджину в носик встала с кровати, направляясь в душ. - Может гимнастикой займемся? - игриво протянула Миллс. - Пожалуй... - Эмма задумалась и на полпути в ванную остановилась. Она, закусив губу, повернулась и посмотрев на Реджину с хитрецой, произнесла, - ... нет, - и скрылась за дверьми ванны. - Черт! - обиженно пробубнила Реджина, ведь нежные поцелуйчики в животик никогда не проходили для нее даром. Она откинулась на подушку и посмотрела в потолок. Эмма сходила в душ, освежилась и приведя себя в порядок, как в мыслях, так и физически вышла вновь в спальню и сразу пошла к шкафу одеваться. - Ты что правда именно сегодня ничего не хочешь? - спросила Миллс, видя, как Свон уже во всю одевается. - Неа, - просто ответила блондинка. - Скажи честно, это наказание или ты действительно не хочешь? - пытаясь найти хоть малюсенькую лазейку, спрашивала Реджина. - Наказание?! - протянула Эмма, - хм... А я об этом и забыла. Хорошо, что напомнила, - она уже полностью оделась и повернулась к Реджине, - неделя без гимнастики. - Что? Да ты сама не выдержишь! Эмма, и вообще ты ... я ... малышка, ну как же так?! - Реджина сначала так активно начала, но договаривала уже с мольбой. - Можешь даже не смотреть на меня такие жалостливыми глазами. Я все сказала, - сказала как отрезала Эмма и сразу вышла из спальни, чтобы не сломаться под этими молящими глазами котика из «Шрека». Миллс обиженно начала вытягивать в себе воздух, ей ничего не оставалось как пойти одеваться. Кора уже проснулась и орудовала на кухне, когда из спальни вышла Эмма. - Доброе утро, дорогая. Как самочувствие? - с широкой улыбкой спросила женщина. - Доброе утро, - бодро поздоровалась блондинка, но увидела, что Грэг еще спит и продолжила тише, - хорошо. - А как наш алкоголик? - немного зло спросила Кора. - И с ней все хорошо. Она просто праздновала, - пояснила Эмма и подошла ближе к женщине, - давайте я вам помогу с завтраком? - Ах, праздновала! Ну, и что она нашла за повод? - Кора достала кофе, - если нет реакции свари, пожалуйста. Я просто вообще не могла чувствовать этот запах. Эмма подошла к столешнице и принялась за варку кофе. В отличие от алкоголя этот запах не вызывал у нее отвращения, а даже наоборот. Невозможность его пить только привлекало блондинку, и она с радостью помогла Коре. - Они с Эйденом помирились, - ответила на вопрос женщины Свон. - Это радует, но она все равно получит у меня, - протянула уже с улыбкой Кора, - как малыш себя ведет? - Он тоже ей недоволен, - засмеялась Эмма, она тоже почувствовала тот удар пяткой прямо в нос брюнетке, - а если серьезно, то в порядке. Теди - врач, который меня ведет, говорит, что все согласно сроку и отклонений нет. - Отлично. А этого врача ты сама нашла? - поинтересовалась женщина. - Нет. Это друг Реджины, - пояснила Свон. - Доброе утро, - в этот момент из спальни вышла Реджина. Кора стерла улыбку со своего лица. Эмма взглянула на женщину, и понимала ее злость на дочь. - Присаживайся, я сейчас кофе налью, - сказала Свон Реджине, видя, как та стоит возле барной стойки. - Спасибо, - брюнетка прошла к столу, - мам... - Реджи, вчера ты вела себя отвратительно, - грозно сказала Кора. Эмма молча поставила 3 чашечки на стол и разлила в них кофе, понимая, что сейчас лучше не вмешиваться. - Всем доброе утро, - проснулся Грэг и, встав с дивана, прошел на кухню. - Доброе утро, пап, - улыбнулась Реджина отцу. Кора тоже улыбнулась мужу и достала из холодильника йогурты. - Как голова? Не болит? - подкалывал отец, присаживаясь к столу, - спасибо, Эмма, - улыбнулся он блондинки, когда та налила ему кофе. - Не за что, - также в ответ улыбнулась Эмма и налив всем кофе убрала турку. - Все хорошо, - буркнула брюнетка, понимая, что эту тему не закроют. - И не вздыхай там, - присаживаясь, сказала Кора. - Лучше расскажи нам где ты вчера так нажралась? - не стесняясь, грубо спросил Грэг, в то время как Эмма, налив себе чая, тоже подсела ко всем за стол. Реджина виновато посмотрела на всех присутствующих. - Я была у Эди. Мы разговаривали ... Эмма отпила свой чай и молча смотрела за всеми присутствующими. Грэг же не стал молчать и спросил. - И что ты замолчала? Вы поговорили и от этого ты напилась? Реджина, договаривай же, - проговорил строго отец. - Пап, я все ему рассказала. Знаешь ли это не так легко было сделать, - рыкнула брюнетка, - мы немного выпили. - Ага, немного?! Столько, что ты еле держалась на ногах, нечленораздельно разговаривала и несла чушь, - мать действительно была зла. Также как был зол и Грэг. - Чтобы расслабиться можно выпить один-два бокальчика, а не выжрать целую бутылку. Он что не понял тебя? Или отказался от своего ребенка? - Грэг совершенно не обращал внимания на Эмму, которая в это время молча поедала свой йогурт, не став вмешиваться. - Зачем я тебя спрашиваю было так много пить?! И с Эйденом я еще поговорю. Мало того напоил, так еще и одну домой отправил. - Пап, хватит. Мы не общались полгода, нам было, о чем поговорить. Он не отказывается от ребенка, он обязательно приедет и поговорит с Эммой. А домой он отправил меня к ней, - Реджина кивнула на Свон, - со своим знакомым, но в машине меня очень сильно разморило, а дальше помню только мамин душ. - Если бы не мой душ, то мы бы видели зомби, несущую пьяный бред, - добавила Коралина. - Дочь, ты всех нас сильно разочаровала. Это все, что я могу тебе еще сказать, - строго и по-отечески резко сказал Грэг и принялся за завтрак. - Отлично! Помирившись с братом и выпив немного лишнего, я разочаровала всех, - психанула Реджина, но вовремя остановилась и взяла за руку Эмму, - прости, малыш. - Реджина, прости, но они правы. Тебе просто нужно было извиниться, а не строить из себя великую и независимую от чужого мнения, - поддержала родителей Эмма, и как бы невзначай вытянула руку и потянулась за чаем. - Просто отлично. Одна меня наказала, других я разочаровала, - Миллс говорила спокойно, но с обидой. Она встала из-за стола и пошла к себе в спальню, девушка действительно не понимала почему на нее все так обиделись. - Наверное, я переборщила? - виновато протянула Эмма, действительно думая, что зря они так с Реджиной. - Ничего, пусть подумает над своим поведением, - сказала Кора. - Может мне сходить к ней? - Свон попыталась встать из-за стола, но была остановлена Грэгом. - Эмма, ты правильно все сказала. Коралина права, пусть подумает над своим поведением и о всех наших словах, - спокойно говорил Грэгори. - Спокойно позавтракай, а потом поговоришь с ней, - допивая свой кофе, сказала женщина. - Хорошо, - согласилась Эмма и приступила к неоконченному завтраку. Реджина сидела в своей комнате на подоконнике и смотрела на город. Она думала над словами родителей и Эммы. Они были обидными для нее, ведь она думала, что была виновата только перед Свон. Родители и Эмма завтракали в полном молчании. Каждый так или иначе был в своих мыслях, но так или иначе эти мысли были об одном. О Реджине, ее поведении, ее реакции и несказанной, но такой показательной обиде. - Пойду, я с ней поговорю, - Грэг закончил завтрак первым и встал из-за стола. За время утреннего приема пищи отец надеялся, что дочь выйдет. Подумает и вернется, но она так и не вышла из спальни. И поэтому Миллс решил сам поговорить с дочерью и объяснить, что они не хотели ни ее обидеть, ни оскорбить, а просто показать, что она не права. Реджина повернула голову на стук в дверь и увидела, как в нее входит ее отец. - Что еще прочтешь какую-нибудь нотацию? - Не подумала, - иронично заметил отец и присел на уже застланную постель. - Пап, ну и над чем мне нужно было подумать?! О вреде пьянства и курения? - съязвила Реджина. - Прекрати! - строгий тон отца разнесся по всей спальне, а его взгляд мог спалить любого приблизься он хоть на метр. Но только не Реджину, она его дочь и имеет взгляд не хуже, чем у отца. - Что-то не так? Или не об этом? - Если мы с матерью тебе мешаем продолжать дальнейшую безалаберную жизнь - мы уедем, - не поведя ни одним глазом, также строго высказался отец, - сегодня же. Ответь только на один вопрос в тебе есть хоть капля совести и благодарности?! - Что ты говоришь?! Вы не мешаете мне. Мне просто непонятно почему вы из этого сделали катастрофу? Я выпила с братом, немного перебрала. Да, я виновата, но только перед любимой беременной девушкой, что заставила нервничать и в последствии всю ночь на нее дышала этим смрадом. Но это только перед ней я виновата. И я не веду безалаберную жизнь, - говорила брюнетка, она ведь действительно не понимала поведение родителей, - и что значит совесть и благодарность?! - То есть мнение Эммы для тебя важно и значимо, а на мнение собственных родителей наплевать. Вот именно поэтому я и говорю про совесть. Именно поэтому спрашиваю про благодарность дочери перед родителями. Но как я вижу в тебе нет ни первого, ни второго, - грустно произнес Грэг и кинув последний взгляд на дочь встал с кровати идя из спальни. - Пап, ну зачем ты так? - крикнула Миллс, - я люблю вас, я уважаю вас и очень благодарна за все. Просто независимо от Эммы я не понимаю, честно, что я такого сделала, - вскочив с подоконника, девушка умеряла свои эмоции и снижала тон, - папочка, прости… - Девочка моя, мы уезжаем, и живи так как считаешь нужным, - Грэга очень задели предыдущие слова дочери и в нем зародилась обида. Не из-за того, что дочка напилась и пьяной заявилась домой. Она уже далеко не подросток и имеет право сама жить как посчитает нужным. А из-за того, что она ни во что не ставит родителей. И вот здесь возраст совершенно не имеет никакого значения. Мужчина все же вышел из спальни, сразу идя на кухню, где продолжали сидеть и беседовать Кора и Эмма. - Кора, дорогая, мы уезжаем, - подойдя к барной стойке, беспрекословно объявил мужчина. Миллс вылетела за отцом. - Спасибо отец! Ты как всегда рядом в момент, когда мне тяжело. Ты можешь говорить о благодарности, хотя не черта не знаешь обо мне. Ты можешь гнуть свою правильную линию и говорить какой ты отец и бить себя в грудь. А ты знаешь, что со мной было три года, пока я прожила в Нью-Йорке? Мне звонил только Эди и только Эди помогал мне. Ты?! Ты хоть раз позвонил мне?! Я была удивлена, когда ты поддержал меня, когда узнал, что я лесбиянка, что люблю невесту брата. И даже вчера, когда ты поддержал маму и сказал, что ты бы хотел, чтобы Эмма с ребенком остались со мной, я продолжала удивляться. Сейчас ты рушишь то, что я успела построить сама, я нашла свою любовь, я приобрела ребенка, которого жду больше всего на свете. А ты берешь и разрушаешь это. Она и так считает себя виноватой в том, что все мы поссорились с Эйденом, а теперь она сбежит от меня потому что будет считать себя виноватой в моей ссоре с вами! Кора с замершим сердцем наблюдала за мужем и дочерью. Она видела, что у Реджины накипело и сейчас после слов отца, она открылась. Но отцу не дала и высказаться Эмма. Она тоже не могла, также как и Грэг слушать и слышать такое от дочери и понимала его сегодняшний поступок. Она встала из-за стола и моментально подошла к Реджине. Не стесняясь родителей, она засадила девушке нехилую пощечину. - Заткнись и послушай! - рявкнула Эмма, но в последующем просто говорила, холодно, но грозно, - ты не имеешь никакого права так с ними разговаривать. Ты и представить себе не можешь, как воспитывать такую неблагодарную дочь как ты. Они переживают, поддерживают, беспокоятся, понимают тебя, а в ответ что?! Черная неблагодарность. Я не буду себя винить в том, что вы сейчас поссорились. Я буду винить только тебя, за то, что ты так наплевала на своих родителей и даже не понимаешь, как херово с ними поступаешь, - высказалась Эмма и повернулась к Коре и Грэгу, которые уже вдвоем стояли в оцепенении и не знали, что и сказать. - Простите. И меня, и вашу ничего так и непонимающую дочь, - проговорила Эмма и обойдя Реджину, уже не смотрела на нее, а просто добавила, - я буду в спальне и тебе туда заходить крайне не рекомендуется, - и покинула гостиную. Миллс вообще ничего не поняла. Слова Эммы, удар окатили ее как вчерашний холодный душ. Она потерла щеку и посмотрела на родителей. Мать также смотрела на дочь, - Реджи... - Коралина, если хочешь, можешь поговорить с Эммой, а после мы уезжаем, - без жалости и сожаление отрапортовал отец и взяв портсигар достал сигару и прошел на небольшой балкончик, дверь на который была из гостиной. - Дочь, - женщина подошла к Реджине и обняла ее, - моя маленькая девочка, какая же ты у меня глупенькая. Ну, зачем ты ... зачем? Малышка, доченька моя. Я не оставлю тебя, я всегда будут рядом, - Кора как можно сильнее прижимала к себе дочь, а Реджина также прижимала к себе маму. - Пойдем присядем, - Кора посадила Реджину на диван и сходила за водой, присаживаясь рядом и вновь обнимая брюнетку. Грэг не смотрел в комнату, он продолжал стоять на балконе и тихо курить. Он понимал, что как отец не должен был высказывать все дочери в лицо, но и по-другому поступить после ее поступка он не мог. Слова дочери сильно ранили отеческое сердце, что он вновь закурил, хотя делал это крайне редко и то только тогда, когда был очень расстроен. Эмма же совершенно понимала срыв Грэга, Коры, и даже Реджины. Она понимала, что держать все в себе было крайне тяжело и это когда-нибудь да выливается наружу. И пусть при этом человек обижает тех, кто дорог. Но ведь не зря же говорится, что по-настоящему больно мы делаем лишь тем, кого любим всем сердцем. Блондинка пришла в комнату и присела на кровать, поднимая глаза вверх и заново прокручивая свой поступок и пощечину. Она понимала и себя. Ведь ссора с родителями это настолько ненужное и жестокое, что Свон не могла просто так сидеть и смотреть. Ей стало невыносимо больно от того, что Реджина совершенно не понимает и что самое обидное не хочет понять отца. А ведь он и Кора это самое дорогое, что у нее есть. Их нужно беречь, уважать и бескрайне любить. Если бы Эмма это осознала раньше... То возможно и не среагировала так, как среагировала сейчас.