Невыполнимое желание

      Наруто с детства мечтал заболеть. По-настоящему, всерьёз. Чтобы лежать в госпитале, слабо улыбаясь медсёстрам, с благодарностью принимая заботливо протягиваемые ему лекарства, послушно подставляя руку под капельницу, а попу под уколы. Чтобы его кормили с ложки, гладили по голове и с доброй улыбкой уверяли, что он обязательно поправится, просто надо ещё немного потерпеть и выпить вот эту микстуру --- она ведь почти не горькая, а он послушный, хороший мальчик...       Но ему упорно не везло. Наруто почти никогда не болел, на нём всё заживало как на собаке, и даже серьёзные травмы, полученные в результате неудачных тренировок, неуклюжих авантюр, драк со сверстниками и способные уложить другого в койку на месяц, позволяли ему попасть в госпиталь только на сутки-другие. Пара перевязок, пара пилюль, выданных скорее для проформы, и всё.       Однажды в Академии случилась эпидемия ветрянки, и весь их класс дружно оказался в больнице. Сам Наруто тогда поставил своеобразный рекорд --- температура у него продержалась целых три часа! А ещё через час бесследно исчезла казавшаяся такой многообещающей сыпь, так что мальчишке выдали витаминов и выставили из госпиталя.       Домой Узумаки не пошёл. Залез на соседнее дерево и смотрел сквозь окно палаты, как медсёстры сновали между койками его одноклассников. Осматривали, щедро накладывали мазь на покрытую сыпью кожу, давали лекарства, поили водой, утешали... Одна из них вообще продержала Кибу на коленях часа три, не позволяя ему чесать зудящие руки зубами. Наруто же сидел на ветке, болтая ногами, сосал, как леденцы, выданные врачом витаминки и люто завидовал.       С прививками вышло примерно то же самое. Большинство одноклассников не сдавалось без боя, так что медсёстры потратили на увещевания гораздо больше времени, чем на сами уколы. У некоторых была слишком сильная реакция на препарат, поэтому им ещё долго рисовали на руках йодовую сетку, а паре человек вообще невероятно повезло --- у них поднялась температура и их оставили в госпитале. Узумаки сопротивляться и не думал --- сидел тихо и внимательно, с неподдельным интересом следил за действиями пожилого медика с добрыми, вызывающими безотчётное доверие глазами. Так что потом старик улыбнулся ему, потрепал его по волосам и сказал, что он, Наруто, молодец и из него вырастет отличный шиноби. Мальчишка тогда не поверил своим ушам, ведь это была первая настоящая ласка и похвала, даттебайо! В общем, из кабинета он вышел такой довольный, что остальные ребята смотрели на него с искренним недоумением, а кто-то даже пальцем у виска покрутил.       Наруто очень не хватало чужих прикосновений. Ему удавалось дотронуться до кого-нибудь самому или заставить других дотронуться до себя только в драке или в госпитале. Но врачи и медсёстры старались как можно меньше иметь с ним дело, не слишком скрывая свою опасливую брезгливость, --- это Наруто понимал даже тогда. Он ведь прекрасно видел, как те же самые медики обращались с другими детьми и со вполне взрослыми шиноби. Так что Узумаки предпочитал драки, тем более что если удачно сцепиться с кем-нибудь, можно хоть на денёк-другой попасть в госпиталь.              Сакура нравилась Наруто давно, но когда она стала ученицей Тсунаде, её привлекательность в глазах товарища по команде возросла раз в десять. Встречаться с медиком --- что может быть круче? Но в любви Узумаки упорно не везло, и живучесть его никуда не девалась. Саске, например, несмотря на всю свою силу и шаринган в придачу, мог проваляться в постели пару недель. Да что Саске --- даже Какаши-сенсей!.. А Наруто уже на второй день не только сам ходил на перевязки, за таблетками и в столовую, но и время от времени помогал медсёстрам ухаживать за тяжелоранеными. А в ответ на возражения, что он, дескать, тоже пациент, ему тонко намекали, что держать его в госпитале никаких причин нет, так что он может просто пойти домой, если ему что-то не нравится.       Да, от былой неприязни к джинчуурики Кьюби в дереве не осталось следа. Но люди так уверовали в его силу, что, кажется, никому и в голову не приходило, что ему нужна чужая забота. И Наруто продолжал мечтать о том, чтобы лежать по-настоящему слабым и измученным в палате, под капельницей, а другие суетились бы вокруг него, помогали сесть, поправляли подушки, мягко удерживали в ласковых объятиях, не позволяя вставать и вообще как бы то ни было напрягаться. И чтобы Сакура-тян сидела у его постели неотлучно, чистила яблоки, а он бы еле слышно просил пить, и она, поддерживая его голову, подносила бы стакан к приоткрытым губам... Но всё это упорно не желало случаться, так что Узумаки приходилось довольствоваться чужими разговорами о ранах и болезнях и тем, что он видел сам, помогая медсёстрам.              Разумеется, в какой-то момент Наруто заметил, что его мечты, такие чистые и простые в детстве, стали приобретать ярко выраженный эротический характер. По ночам он нередко представлял себе, что лежит в палате и к нему заходит Сакура в форменном белом платье с откровенным декольте и очень коротким, ничего толком не скрывающим подолом. Откидывает одеяло, приобнимает, упираясь в него своими упругими сиськами, помогает сесть... Однако уже минут через пять образ любимой девушки становится нечётким. Узумаки лишь чувствует, как скользят вдоль тела руки некоего абстрактного медика, задирая его пижаму, как уверенно щупают горло ловкие пальцы и как холодит грудь металл стетоскопа. Наруто представляет, как его просят потерпеть и говорят нечто невнятно неодобрительное о том, как плохо дело, а после произносят что-то в духе: «Теперь ложись и снимай штаны». Но это может быть чей угодно голос, Узумаки его не слышит, только воображает себе эти слова. Он, конечно, немножко упрямится --- совсем чуть-чуть, для виду, просто чтобы ему сказали: «Так нужно. Давай, будь послушным мальчиком и снимай штанишки». Наруто чувствует тёплые ласковые руки у себя на бёдрах и в паху, слышит, как гремят какие-то интересные медицинские приспособления, и ждёт. Иногда ему велят встать на четвереньки, и когда дело доходит до чего-то постыдного вроде анального градусника, Наруто не выдерживает и бурно кончает. К своему стыду, он никогда не представлял себе, как перехватывает инициативу и в какой-то момент заваливает личность в белом халате на койку, задирает подол халата... ну и так далее. В его воображении всё происходило с ним, сам Узумаки оставался непривычно пассивным и покорным чужой воле.       В общем он уже не сомневался, что стал конченым извращенцем. Разумеется, Узумаки никому не собирался признаваться в своих эротических фантазиях. Сакуре --- в первую очередь. А с кем ещё можно было бы такое обсудить? Ну не с Саске же, даттебайо!              Выпустив Кураму порезвиться, Наруто решил, что теперь и на его улице наступит праздник, но не тут-то было. То ли они слишком долго прожили с Кьюби как единое целое, то ли сказывалась остаточная чакра, которая, как поводок, всё ещё связывала демона и его джинчуурики, то ли Лис, отправляясь на долгожданную прогулку, искренне позаботился о хозяине, то ли у сендзютсу были побочные эффекты... В общем, Наруто не знал, почему, но проклятая живучесть никуда не делась, разве что немного ослабла. С раной, которая для другого была бы смертельной, он мог проваляться в госпитале на пару дней дольше, чем обычно. Но этого было совершенно недостаточно, даттебайо! Узумаки даже стал замечать, что в бою пытается сам подставиться под удар. И если кто-то это заметит, его могут вообще отстранить от миссий! В общем, сохранить свою постыдную тайну оказалось ещё сложнее и ещё важнее.              Медсестра с короткими и пушистыми волосами цвета древесины вкатила в палату небольшой передвижной столик. Подошла к Наруто --- его койка была ближе к двери --- протянула ему две таблетки и маленький пластиковый стаканчик.       - Привет, Наруто-кун! Как себя чувствуешь?       Наруто тут же расплылся в довольной улыбке и помахал рукой с плотно замотанными пальцами:       - Отлично, даттебайо!       Взял лекарства, на секунду коснувшись руки девушки, и запил их водой. Медсестре даже в голову не пришло ему помочь. Конечно, у Узумаки пальцы-то сломаны на левой руке... Вот всегда так. А шатенка в облегающем белом платье тем временем уже катила свою тележку дальше, туда, где у окна стояла койка Сая. Наруто взбил подушку, устроился поудобнее и приготовился смотреть.       На последней миссии им с напарником изрядно досталось, но Узумаки не только добрался до деревни на своих двоих, а еще и дотащил на себе еле живого художника. И конечно, за три дня на джинчуурики почти всё зажило, так что его скоро выпишут и опять отправят на задание. А с Саем каждый день возились подолгу, и Наруто сильно подозревал, что причина кроется не только в тяжёлых ранениях, но и в неравнодушии женского персонала госпиталя к черноволосому красавчику. Вот и сейчас девушка не сразу приступила к своим обязанностям, а присела на край постели и накрыла ладонью бледные пальцы художника.       - Как ты себя чувствуешь, Сай-кун? --- спросила она и ласково улыбнулась. В её голосе было столько нежности и, как показалось Наруто, дешёвого кокетства, что блондин тихонько фыркнул.       - Спасибо, Казеки-сан, я в порядке, --- слабо улыбнулся Сай, а его напарник непроизвольно сжал кулаки: Узумаки как-то уже привык считать, что знать всех медсестёр госпиталя --- исключительно его прерогатива и личное достижение.       Казеки хихикнула, прикрывая рот ладошкой. Видимо, сочла ответ раненого хорошей шуткой, а Наруто подумал, что девчонки всегда с готовностью смеются, если им хотя бы показалось, что симпатичный парень сказал что-то остроумное. «Ну же, хватит тянуть время!» --- недовольно подумал Узумаки, изрядно раздражённый этими телячьими нежностями, подозрительно смахивающими на флирт.       Тем временем Сай опёрся о постель левой рукой, прижимая правую к животу, и закусил губу, пытаясь подняться, и Казеки тут же поддержала его.       - Медленнее... Не спеши. Осторожно... Не напрягайся слишком. Вот так... --- повторяла она. Сай судорожно выдохнул и резким движением уцепился за её плечо. Наруто сглотнул: «Началось».       И тут Казеки внезапно обернулась к нему.       - Извини, пожалуйста, Наруто-кун, не мог бы ты мне помочь?       Наруто на секунду растерялся, а потом поспешно вскочил с койки.       - Конечно!       Он всегда испытывал пронзительную, какую-то детскую радость от того, что на него обратили внимание и что он может быть чем-то полезен. А сейчас он бы тем более не стал отказываться. Конечно, Узумаки ни на секунду не допускал мысли, что у Сая с этой медсестричкой действительно есть хоть какая-то интрижка, но то, что они совершенно его не стесняются, действовало на нервы.       Наруто ожидал, что помощь опять будет сводиться к «подай, принеси, подержи, открой мне эту ампулу», но Казеки кивком головы указала на постель у изголовья, и когда он послушно опустился на койку, бережно переложила Сая в его объятия. Узумаки почувствовал тяжесть его головы на плече, и жёсткие волосы тут же стали щекотать шею и щёку. Сам художник на происходящее никак не отреагировал, ему было явно не до того. Наруто попытался представить себе его состояние и тут же ощутил, как вспыхнуло его лицо, где-то в глотке бешено заколотилось сердце, низ живота сладко напрягся. Ведь сейчас он был до обидного близок к своей мечте, но оказался по другую сторону! До смерти обидно.       Парень взглянул на медсестру, и ракурс ему очень понравился. Почти то, что надо. Если немного абстрагироваться, то можно представить, что это он полулежит, опираясь спиной на подушку, и она склоняется именно над ним, ласково заглядывает в его глаза, расстёгивает робу на его груди... А тяжесть обессиленного тела напарника можно воспринимать как собственную слабость. Даже сквозь два слоя одежды Наруто ощущал тепло чужого тела, а когда с плеч Сая спала роба, стало по-настоящему жарко прижимать его к себе. Он слышал тяжелое, сбивчивое дыхание --- совсем близко, возле самого уха. Чувствовал, как временами корневик напрягает мышцы плеч и спины и подолгу не выдыхает. Наруто так сосредоточился, что его охватило странное сопереживание, и он заметил, что сам не может выдохнуть, пока Сай не расслабится. От этого член начинал сладко ныть, бессовестно упираясь куда-то в спину корневика, и в штанах сделалось тесновато.       Наруто жадно наблюдал, как слой за слоем спадают бинты. Сначала легко и быстро, потом медленнее, с трудом. Всё чаще Казеки бралась за ножницы, чтобы не отрывать материю, присохшую к рваной ране, идущей от рёбер через живот. Наруто вздрогнул и прикрыл глаза, когда девушка стала пропитывать влажным куском ткани оставшиеся фрагменты бинта и медленно отделять их от кожи, обнажая швы, стягивавшие длинную рану. Сай задрожал и слабо затрепыхался в его объятиях --- видимо, каждое прикосновение причиняло ему боль. Наруто представил себе его ощущения и непроизвольно прижал к себе друга посильнее, будто сам держался за него.       Узумаки взглянул на бледные, безвольно лежащие руки Сая. Кисть правой была в гипсе, а тонкие пальцы левой чуть подрагивали, и у Наруто что-то приятно сжималось в груди от этого зрелища. Но ещё больше ему понравились синяки от капельниц --- большие, яркие... У него-то их отродясь не бывало! Он ещё немного полюбовался на предмет своей чёрной зависти, а потом посмотрел на полуобнажённые бёдра Сая и сглотнул так, что уши заложило. Медсестра, кстати, тоже время от времени поглядывала туда, и это было по-настоящему интимно, как Наруто и представлял себе, исступлённо дроча в гордом одиночестве.       Казеки тем временем осторожно обтирала тело Сая смоченной водой тканью, тихонько повторяя «потерпи, уже немного осталось, потерпи» каждый раз, когда художник вздрагивал от прикосновений к ране. А Наруто вздрагивал вместе с ним, покусывал губы и даже не пытался выровнять хотя бы собственное дыхание. Его переполняла непривычная, даже неуместная нежность к художнику, такому беспомощному, открытому и доступному сейчас, так доверчиво лежащему у него на руках... О, как бы он хотел поменяться с ним местами!       Девушка-медик отложила ткань и принялась обрабатывать рану какой-то мазью с характерным запахом. Наруто видел, как мелко вздрагивает под её руками живот Сая, и почему-то был совершенно уверен, что мазь холодная. Это заставило вновь начать разглядывать тело напарника. Оно казалось таким податливым, нежным, тёплым, хотелось его коснуться, провести по нему кончиками пальцев, погладить, чуть прижимая ладонь, и услышать тихий стон --- не мученический, а полный еле сдерживаемого наслаждения, а лучше и то, и другое вместе... Наруто представил себе соответствующие ощущения и перевозбудился окончательно. Это было некстати, потому что ему как раз пришлось отстраниться, чтобы Казеки могла обработать небольшие, но очень неприятные на вид раны на спине Сая. Потом она взяла чистый бинт и принялась накладывать свежую повязку, после чего Наруто пришлось помочь ей вновь натянуть на Сая просторную робу. Руки у него при этом немного дрожали и мучительно хотели залезть в штаны --- потискать напряжённый член.       За окном уже почти стемнело. Казеки включила в палате свет, и Узумаки на секунду зажмурился. Потом он немного подвинулся, чтобы помочь напарнику принять вертикальное положение, и увидел его мутный, полный усталости взгляд. Сай внезапно покачнулся, стиснул зубы, закрыл глаза, попытался загородиться загипсованной рукой, а второй --- опереться о койку, но вместо этого его ладонь легла на ногу Наруто и тут же безвольно соскользнула. Узумаки поспешно подхватил художника и прижал к себе, не позволяя ему упасть, и услышал, как бешено стучит в висках кровь. Это было похоже на спектакль, поставленный по его собственным сексуальным фантазиям --- слишком хорошо, слишком точно, слишком... О Ками-сама, как же хочется подрочить!..       Когда дыхание Сая наконец выровнялось и он перестал утыкаться в плечо Наруто, Казеки принялась аккуратно снимать повязку с его головы. Узумаки вспомнил, что эту рану они обнаружили не сразу. Сначала Какаши-сенсей заметил бурые пятна на его оранжевом рукаве выше локтя и заставил снять куртку, но рука оказалась цела. Тогда они поняли, что это кровь Сая. Его густые волосы слиплись, так что они только приблизительно смогли найти рану, и Какаши-сенсей сказал, что она должна быть небольшой и не слишком опасной, но надо поторапливаться. Наруто тогда здорово испугался, даже вспоминать теперь стыдно.       Девушка закончила перевязку, помогла художнику лечь, а потом неуместно простым, спокойным движением откинула одеяло и распахнула робу ниже пояса. Натянула тонкие резиновые перчатки, присела на койку и принялась внимательно исследовать промежность Сая. От этого зрелища у Наруто чуть пар из ушей не повалил. Не в силах больше терпеть, он попытался выскользнуть из палаты, но Казеки его остановила:       - Не уходи, ты мне ещё нужен, --- сказала не терпящим пререканий тоном. Узумаки мысленно взвыл и принялся переминаться с ноги на ногу.       Честно говоря, он и раньше видел Сая без штанов, когда они вместе дрочили на заданиях. Член у напарника был ровный, красивый, крепкий, а размер вызывал уважение, смешанное с завистью. Поэтому сейчас Наруто было даже стыдно, что вялое, податливое достоинство художника так бесцеремонно обнажают, разглядывают, оно мягко ложится в чужую ладонь, а сама Казеки так по-свойски, с лёгкой небрежностью с ним обращается. Сам Наруто до такого раньше никогда не додумывался и решил, что надо будет добавить это в свой список фантазий.       Губы медсестры на мгновение тронула игривая улыбка, и Узумаки почему-то подумал, что сейчас она ущипнёт своего пациента за задницу. Однако ничего подобного не случилось. Вместо этого Казеки уверенно раздвинула ноги Сая, заставляя их согнуться в коленях, и, не поворачиваясь к Наруто, заявила:       - Подержи-ка его, чтобы не шевельнулся.       Узумаки даже не сразу решился подойти. Сначала он ухватил Сая за щиколотки, прижимая его ступни к койке, но Казеки его тут же поправила:       - Лучше за колени держи.       Наруто подвинулся, осторожно обхватил пальцами колени напарника, но, немного поразмыслив, сместил руки вниз, чтобы удобнее было держать. Его собственному члену стало уже больно от напряжения. Сай лежал перед ним расслабленный, беззащитный в своей постыдной наготе, послушно раскинув ноги... Наруто даже ненадолго отвлёкся и перестал отождествлять себя с раненым товарищем. Ещё бы, он никогда не смел даже надеяться увидеть Сая с такого ракурса! Ведь при всей раскованности бывший корневик никогда и близко не подпускал Узумаки к своей заднице.       Казеки перестала чем-то шуршать и стучать, поставила почти под носом у Наруто глубокий лоток, обхватила, приподнимая и поудобнее укладывая в руку, член Сая, отодвинула крайнюю плоть, и художник чуть дёрнулся, когда она коснулась ваткой самой головки... Узумаки испугался, что у него сейчас глаза повыпадывают, и непроизвольно впился пальцами в ноги напарника. Казеки убрала ватку, Наруто увидел у неё в руках тонкую металлическую трубку с узким, даже острым наконечником и поспешно закрыл глаза, но это не помогло. Он всё равно продолжал невольно представлять себе, как катетер входит в уретру --- сначала наконечник, а потом, постепенно, сантиметр за сантиметром, металл проникает в беззащитную плоть глубже и глубже... Сай застонал, судорожно дёрнулись его ноги, пытаясь вырваться из крепкой хватки, Наруто вздрогнул и непроизвольно открыл глаза. Казеки уверенно, по-хозяйски держала член и медленно, но неумолимо вводила внутрь трубку катетера. Сай же запрокинул голову, даже немного выгнулся на постели и комкал задранный подол робы. Наруто сам напрягся всем телом и уже готов был кончить, но его отвлёк женский голос:       - Вот и всё... Ну-ну, бояться нечего. Расслабься, всё хорошо...       Наруто моргнул и вновь обрёл способность видеть реальность, а не собственные эротические грёзы наяву. Казеки склонилась над Саем и успокаивающе поглаживала по плечу и взмокшим волосам. Узумаки с неудовольствием увидел, как близко к бледному лицу оказалась грудь девушки, и вновь испытал острую, как укол сенбона, зависть. Он бросил последний взгляд на раздвинутые ноги напарника и вялый, будто опавший после оргазма член и с трудом поднялся с койки. Казеки наконец перестала лезть к Саю со своими нежностями, одёрнула робу, поправила одеяло, после чего попросила Наруто положить руку напарника ладонью вверх и придержать, пока она делает укол. Тот, еле переставляя непослушные ноги, хотел обойти койку, чтобы устроиться со стороны окна, но медсестра его остановила:       - Не надо, лучше левую руку. На правой скоро будет некуда колоть, а мне ещё капельницу ставить.       Наруто вспомнил роскошные синяки на локте напарника, кивнул и послушно взял Сая за руку. Шприц оказался совсем рядом с выступившей бледно-голубой жилкой, и Узумаки снова задержал дыхание, а потом стиснул зубы, когда игла проткнула тонкую кожу и вошла внутрь. Пальцы Сая сжали его ладонь, и он сам покрепче стиснул их в ответ. Казалось, общее напряжение охватило их тела, соединило таким замысловатым способом, что Наруто ярко представил себе, как должно ныть плечо.       Быстрым, заученным движением Казеки извлекла иглу, и пальцы Сая разжались, а из его груди вырвался вздох облегчения. Наруто чуть не застонал в голос: он вспомнил, что когда они дрочили вместе, только по учащённому дыханию корневика и можно было догадаться, что тот уже готов кончить. А после оргазма Сай точно так же расслаблялся --- быстро и полностью.       Наруто поспешно направился к своей койке, но Казеки окликнула его:       - Спасибо, Наруто-кун! Ты отлично справился. Точно не хочешь сменить профессию? А то из тебя вышел бы хороший медбрат.       Наруто вздрогнул и обернулся. Девушка лучезарно улыбнулась и подмигнула ему.       - Да ладно... Ничего особенного, даттебайо, --- он смутился от столь приятной похвалы и привычным движением почесал затылок. А потом залез под одеяло и с трудом дождался, пока Казеки выключит свет и выйдет из палаты. Поднялся на локте и присмотрелся к напарнику. Сая постоянно накачивали обезболивающими, так что он спал большую часть суток, и лежать с ним в одной палате было неимоверно скучно. Но сейчас бодрствующий сосед был Наруто совсем не нужен.       Убедившись, что приятель уже отключился, Узумаки повернулся к нему спиной, чтобы следить за дверью, наконец спустил штаны и стиснул член, вздрогнув всем телом и с трудом сдержав стон. Он осторожно поглаживал своего дружка и представлял себе, что он только что стоял на четвереньках, и кто-то смазывал его задницу тёплым вазелином, растягивая анус, а теперь его уложили на бок, раздвинули ягодицы, и вот в него уже входит твёрдый наконечник клизмы... Наруто впился зубами в одеяло, чтобы не закричать, и мучительно сильно кончил, сжимая пальцами второй руки свою задницу и практически запихнув внутрь палец.              Ещё через два дня его предсказуемо выписали и тут же отправили на задание. На этот раз обошлось без травм, но когда Наруто вернулся в Коноху, его всё равно неумолимо потянуло в госпиталь.       Он постучал в дверь палаты, тут же, не дожидаясь ответа, вошёл и успел увидеть, как Сай поспешно накинул на себя одеяло. Его лицо казалось спокойным, но за те дни и ночи, что они провели вместе на миссиях и на соседних койках, Узумаки научился различать тончайшие оттенки его мимики. Вот и сейчас он мог бы поклясться, что Сай был растерян, недоволен и... то ли смущён, то ли просто эмоционально возбуждён. Когда Наруто свёл результаты наблюдений воедино, его осенило.       - Помощь не нужна? --- он бесцеремонно плюхнулся на постель. Сай одарил его непонимающим взглядом.       - Нет, спасибо, --- спокойно, то есть почти спокойно ответил он, взял с тумбочки какую-то книжку и раскрыл её. Гипс с его правой руки уже сняли, заменив на эластичный бинт, но Наруто отчётливо видел, как неловко Сай перелистывает страницы. Это добавило уверенности. Он сам толком не понимал, почему так хочет хотя бы подрочить напарнику, а лучше разложить его прямо на этой койке. То ли образ художника с широко раскинутыми ногами произвёл на Узумаки настолько неизгладимое впечатление, то ли ему по доброте душевной приспичило поделиться с другом своей заветной мечтой.       - Да брось! Ты понимаешь, о чём я! Тебе нелегко будет справиться с этим сейчас... С твоей-то рукой... --- Наруто подвинулся ближе, почти вплотную, и положил руку прямо на пах приятеля, и с удовлетворением нащупал сквозь тонкое одеяло его твёрдый член. Сай плотно сомкнул губы и несколько секунд смотрел на него уверенным взглядом, в котором не было ни капли симпатии, а потом неприятно улыбнулся.       - Спасибо за заботу, Наруто-кун, но в этом нет нужды. Я прекрасно обхожусь левой рукой.       Наруто смутился. Сай отшивал его не в первый раз, но это всё равно было обидно.       - Ну как знаешь, --- Наруто скуксился, скрестил руки на груди и даже отодвинулся на миллиметр-другой. Они же дрочили вместе раньше, что в этом такого? Неужто Сай боится, что кто-то войдёт и застукает их? Так сейчас день, часа четыре, так что медики точно не заявятся. А если какая медсестра и забредёт, то вряд ли она откажется присоединиться к ним. У Наруто чуть слюни не потекли, когда он представил себе, какую оргию на больничной койке можно было бы устроить при желании. Но встретившись взглядом с недовольным напарником, Узумаки немного пришёл в себя.       - Как знаешь, --- еще раз пробормотал он, насупившись.       Сай не ответил и опять уставился в свою книжку. Наруто покосился на него и снова отметил, что он смог перелистнуть страницу только с третьей попытки.       - Как твоя рука?       - Нормально. Спасибо, что спросил, --- голос Сая был холоден и равнодушен, но Наруто почудилось какое-то напряжение.       - Сильно болит? --- спросил он, чтобы не молчать. Напарник явно не был рад ему, однако Узумаки не собирался мириться с возникшей между ними отчуждённостью и оставлять всё как есть.       - Нет. Только по ночам.       Сай отвечал просто и лаконично, но у Наруто шевельнулась надежда продолжить разговор, и он уцепился за эту возможность. Действительно, он ведь мог просто ответить «нет» или не отвечать вообще. Наверняка Сай хочет ему что-то сказать, просто не уверен, стоит ли это делать. Он ведь привык держать всё в себе. А их сегодняшняя встреча с самого начала не задалась...       - Сай, я, конечно, дурак, но если я что-то могу сделать, ты только скажи --- я сделаю. И если тебя... ну, ты хочешь о чём-то поговорить... --- Наруто запутался в словах и умолк. Сай вздохнул, положил книжку на одеяло обложкой вверх, поднял руку и подвигал перевязанными пальцами, следя за ними своим внимательным бесстрастным взглядом.       - Ну, если тебе действительно интересно... У меня было восемь переломов: три в фалангах указательного и среднего пальцев, один в лучезапястном суставе и по одному в каждой из пястных костей, кроме кости большого пальца, --- Сай говорил это так же спокойно, будто сдавал отчёт о миссии, и от этого Наруто стало не по себе. Он мало что понял из услышанного, но помалкивал. --- Переломы уже срослись, но пальцы всё ещё не слушаются. Не удивлюсь, если рука уже не будет такой, как прежде.       Наруто растерялся и несколько секунд тупо молчал, тоже разглядывая перемотанную кисть, а потом спросил, пытаясь не выдать свой испуг:       - А что тебе говорят?       - Ничего. Осматривают, перевязывают и уходят.       Наруто насторожился --- это действительно был не очень хороший знак.       - А хочешь, я у бабули Тсунаде спрошу? --- кажется, он был уверен, что Сай принадлежит к числу тех людей, которые предпочитают сразу услышать неприятную правду, вместо того чтобы мучиться неизвестностью.       - Она приходила вчера. И тоже ничего не сказала.       - Ну это-то как раз нестрашно. Плохие новости бабуля всегда сообщает сразу! --- Наруто засмеялся, но поймал на себе скептический и даже будто бы раздражённый взгляд Сая и тут же посерьёзнел. --- Я быстро, даттебайо!       Через десять минут от ворвался обратно в палату, рухнул на койку, отчего та вся заходила ходуном и заскрипела, и, толком не отдышавшись, выпалил:       - Ну вот, я был прав, даттебайо! Баа-тян сказала, что ещё недельку, и рука будет как новенькая!       - Правда? --- губы Сая чуть приоткрылись, а взгляд сделался немного наивным. Наруто победно улыбнулся до ушей.       - Правда-правда, даттебайо! Никому в голову не приходило, что ты станешь из-за этого волноваться, и они решили, что сообщать попросту не о чем. Когда я спросил бабулю Тсунаде, она так смеялась...       Услышав это, Сай нахмурился и поджал губы. Наруто не выдержал тягостного молчания, встал и запихнул руки в карманы.       - Ну я пошёл. Надо ещё к Толстобровику зайти... Извини, что побеспокоил. Выздоравливай быстрее... и всё такое.       Он уже прошёл половину расстояния до двери, когда Сай его окликнул. Наруто обернулся. Непривычный глаз не заметил бы ничего особенного, но Узумаки был уверен: художник смотрит на него немного растерянно, чуть смущённо, более уверенно, чем пять минут назад и... радостно, даттебайо! Он поглаживал кисть правой руки пальцами левой, скорее всего, непроизвольно, но теперь в этом движении не было смутной обречённости.       - Аригато, Наруто.       - Да ладно! Ерунда! --- Наруто махнул ему на прощанье и скрылся за дверью.              - Как же скучно, --- проворчал Наруто себе под нос и повернулся на спину, потому что на боку лежать надоело и рука затекла. В этот раз он здорово дал маху, глупо подставился и теперь торчал в госпитале в гордом одиночестве. Временами, конечно, кто-нибудь заглядывал, но этого всё равно не хватало. Миссий много, все заняты, жизнь мимо проходит. А лежать ещё долго --- может, даже дней пять! Всё-таки хорошо его отметелили --- до сих пор всё тело ноет, а ведь дело было целых три дня назад!       Когда скрипнула, открываясь, дверь палаты, Наруто встрепенулся, даже сел на постели. Ему всегда было любопытно, кто именно пришёл на этот раз. Но увидеть Сая он почему-то не ожидал. Художник подошёл, поставил на тумбочку металлический лоток и спросил, не против ли Наруто, если он присядет. Разумеется, Узумаки был не против. Почему-то он думал, что напарник принесёт себе стул из другого конца палаты, но Сай опустился на край постели, совсем рядом.       - Как ты? --- его голос был спокойным и ровным, как всегда, но звучал вполне благожелательно, и Наруто от этого приободрился.       - Хорошо, скучно просто, --- честно ответил он. --- А у вас там как?       - Тоже не слишком интересно, так что ты ничего не потерял.       Наруто рассмеялся, но быстро замолчал. Доброжелательный, но пристальный взгляд напарника его смущал.       - Как... твоя рука?.. --- наконец спросил Узумаки первое, что пришло в голову.       - Отлично. Действительно как новая, --- Сай поднял правую руку и пошевелил пальцами. А потом мягко положил ладонь на лоб друга. Это длилось всего пару секунд, но Наруто дышать перестал. Этот простой жест необычайно взволновал его. Ласковое, тёплое прикосновение, ну пожалуйста, продлись ещё хоть чуть-чуть! Он не шевелился и после, когда художник уже отстранился, встал и начал что-то перебирать на тумбочке.       - Дай мне руку, пожалуйста.       Наруто подчинился, и Сай ловко затянул жгут прямо над его локтем.       - Что ты... что ты делаешь?! --- Узумаки растерялся, слишком уж неожиданно это было.       - Встретил в коридоре Сакуру. Она пожаловалась, что у неё слишком много дел, и я предложил ей свою помощь.       - Сай, --- неуверенно начал Наруто, чуть вздрагивая от холодных прикосновений пропитанной спиртом ваты. Он как-то не думал, что его напарник обладает медицинскими навыками. А ещё его жутко смущал сам факт, что сейчас именно Сай будет это делать. Будто они действительно поменялись местами после той перевязки. --- Ты уверен, что это хорошая идея?       - Не бойся, в Корне нас учили всему, --- художник ловко взял шприц, чуть надавил на поршень, выпуская из иглы маленький фонтанчик. --- Давай, Наруто-кун, поработай кулачком.       Узумаки смутился и рассердился от такой фамильярности, но послушно сжал кулак несколько раз, подозрительно косясь на иглу.       - Будет совсем не больно, --- размеренно, почти нараспев пообещал Сай, всадил иглу и снял жгут. В его действиях чувствовалась мягкая уверенность профессионала, и Наруто неожиданно для себя расслабился, полностью доверился напарнику и уже начал млеть от желанной постыдности происходящего. Его тело с готовностью отреагировало на ситуацию стояком.       - Не напрягайся, а то будет больно.       - Знаю, даттебайо...       Вдавив, наконец, поршень до упора, Сай быстрым движением извлёк иглу, привстал, чтобы дотянуться до тумбочки, и, положив шприц, взял свежий кусочек ваты. Тщательно протёр место укола, вновь холодя кожу спиртом, а потом прижал ватку пальцем и заставил Наруто согнуть руку в локте.       - Не разгибай пока, чтоб синяка не осталось.       - Да у меня не быва... --- начал Узумаки, но одёрнул себя. Не надо этого говорить. Зачем портить себе кайф?       Сай ничего не ответил, лишь выразительно прикрыл на мгновение глаза и пожал плечами. А потом обеими ладонями обхватил согнутую в локте загорелую руку.       - Не так уж страшно это было, правда? --- его голос звучал не просто мягко или спокойно, не просто доброжелательно, а... ласково?       - Да, у тебя и правда здорово получается! Научишь?       Сай задумался.       - Извини, конечно, но я не уверен, что у тебя получится.       Наруто хотел возразить, но не стал. Сейчас важнее было успеть насладиться внимательным взглядом художника и теплом его ладоней.       Когда напарник отпустил его локоть, Узумаки чуть было не расстроился, но Сай подвинулся ещё ближе и начал одну за другой расстегивать пуговицы на пижаме. Наруто ничего подобного не ожидал и потому рефлекторно прикрылся руками.       - Сай… Ты чего это?       - Мне надо тебя перевязать, --- спокойно ответил художник. --- Не сопротивляйся, пожалуйста, Наруто. Это почти не больно.       - Я знаю, просто... --- Наруто вспыхнул и отвёл взгляд. В штанах сделалось теснее. Да, сейчас Сай его разденет, будет касаться его своими сильными, ласковыми руками...       Голос напарника немного вернул Узумаки к реальности, которая сейчас на редкость охотно совпадала с мечтами.       - Ну что ты как маленький?       Наруто тут же прекратил сопротивление, но расслабиться всё равно не мог. Следил за действиями Сая, жадно ловя его прикосновения, непроизвольно задерживал дыхание, когда художник отделял от кожи последние, присохшие, слои бинта, а потом изучающе трогал пальцем уже небольшие, почти зажившие ранки и обрабатывал их густой мазью с сильным медицинским запахом.       Стало жарко. Было просто невозможно оставаться спокойным, когда напарник исследовал его тело, временами поглаживая без особой необходимости и будто случайно задевая соски. Наконец он наложил чистые бинты, но рубашку не вернул, а вместо этого откинул одеяло и потянул за пояс штанов.       - Сай!.. --- голос Узумаки дрогнул. Он просто не верил сейчас своим глазам.       - Но ведь ноги тоже надо перевязать, --- художник сделал на редкость невинные глаза, и Наруто сдался. Только зажмурился в первые секунды --- слишком уж это было стыдно и сладко. Разыграно как по нотам. Он даже не сразу понял, что сейчас Сай увидит его вставший член и вряд ли удержится от шуток на эту тему. Но пока что напарник помалкивал и действительно возился с бинтами. Сняв повязки, он внимательно разглядывал его ободранные ноги, смазывал, чуть заметно поглаживая, снова бинтовал... «Эх, завалить бы его сейчас!..» --- замечтался возбуждённый Узумаки. Но решить он ничего не успел.       - Встань на четвереньки, Наруто-кун.       Наруто ничего не сказал в ответ, только глаза вытаращил. Ни одна медсестра никогда не просила его ни о чём подобном, только в мечтах. Не подчиниться было просто немыслимо, поэтому Узумаки послушно повернулся и опёрся на руки, с замиранием сердца ожидая продолжения. Сай стащил с него трусы, но не до конца --- только до колен, и вновь потянулся к тумбочке.       - Это ещё что такое?! Сай, я тебя!.. --- неосторожно поддавшийся своему любопытству Узумаки захлебнулся словами, когда увидел в руках приятеля нечто металлическое с длинными не то лепестками, не клювиками.       - Это называется «гинекологическое зеркало».       - Какое-какое зеркало?! --- Наруто попытался вырваться, но ласковая до сих пор рука художника с неожиданной силой надавила на поясницу, не давая шевельнуться. От позы и ощущения собственной беспомощности даже комок подступил к горлу. Ками-сама, как хорошо-то!..       - Ну, если честно, меня тоже немного смущает это название. Если тебе будет от этого легче, давай назовём его урологическим. Хотя я не вижу тут зеркала, --- честно признался Сай, и Узумаки ощутил его ладони на своих ягодицах. Их погладили, раздвинули, провели между ними пальцем, и Наруто вздрогнул, ощутив задницей тёплую смазку, а потом твёрдый металл.       - Потерпи, Наруто. Не дёргайся, а то будет больно, --- предупредил Сай, но Узумаки и в голову бы не пришло дёргаться. Он уткнулся в подушку горящим лицом и полностью сосредоточился на своих ощущениях. Лепестки зеркала входили внутрь всё глубже, и Наруто немного подвигал бёдрами, пытаясь устроить эту штуковину поудобнее внутри себя.       Вообще-то Узумаки предпочитал активную позицию в сексе. Но и снизу он бывал, так что соответствующий опыт у него имелся.       Что-то, судя по всему ручка странного приспособления, упёрлось в ягодицы вокруг ануса, дразня и возбуждая сильнее, а потом металлические лепестки внутри пришли в движение, растягивая стенки.       - Хорошая у тебя задница, --- заключил Сай. Наруто почувствовал, как из него вытаскивают зеркало, а потом в анус толкнулось что-то ещё. Понимание пришло парой секунд позже. Это был довольно неожиданной поворот событий, сам Наруто в своих фантазиях до такого не додумался, ведь обычно он всё-таки представлял себе медсестёр. Теперь у него будет новый сюжет для онанизма.       Сай уверенно, без спешки протискивался внутрь, и Наруто действительно почувствовал себя в центре внимания. Отдаваться напарнику здесь, на койке, после столь подробной прелюдии с уколами, перевязками и этим... короче, зеркалом было просто замечательно, даттебайо! Узумаки сам не ожидал, что ему это так понравится, но теперь охотно подмахивал, ловя спиной, бёдрами и ягодицами прикосновения тёплых рук. Сай крепко и вместе с тем мягко, покровительственно прижимал его к себе, гладил разгорячённую кожу и, кажется, даже касался плеч и шеи губами. Наруто почему-то стеснялся себе подрочить, да и не хотел, чтобы всё кончилось слишком быстро. Но напарник сам склонился ниже и стиснул пальцами его член. Узумаки тут же задвигался под Саем активнее, толкаясь в руку и насаживаясь как можно глубже. Терпеть стало совершенно невозможно.       - Давай, даттебайо!..       И Сай увеличил темп.       Наруто не думал, что будет, если кто-нибудь зайдёт. Почему-то он был уверен, что бывший корневик позаботился о том, чтобы им не мешали. И то, что ему можно было довериться даже в такой мелочи, усиливало удовольствие.       - С-с-с-а-а-ай!.. --- прохрипел Наруто, пытаясь не заорать дурниной на весь госпиталь. Сай то ли зашипел, то ли тихо застонал сквозь зубы и кончил вслед за ним.       Узумаки упёрся лбом в подушку и пытался отдышаться. Художник вышел из него и, когда Наруто уже собрался рухнуть набок, произнёс:       - Ещё не всё. Не меняй позу, --- и одобряюще похлопал его по упругой ягодице.       Узумаки истискал подушку, пока напарник исследовал его зад, вытирал полотенцем, которое, как Наруто помнил, висело на спинке кровати, и смазывал той же мазью, которой обрабатывал его раны во время перевязки --- судя по запаху. Закончив, Сай заботливо натянул на друга трусы, потом облачил его в пижаму, и Наруто не стал объяснять ему, что прекрасно справился бы сам. Что он, дурак, что ли, --- сам себе кайф обламывать!       Наруто улёгся на спину и увидел довольную, немного хитрую улыбку напарника.       - Ну как? Тебе понравилось, или я сделал что-то не так?       Наруто смутился и, не найдясь с ответом, отвёл глаза.       - Видимо, ты доволен, --- ответил на собственный вопрос Сай. --- Я рад.       Он встал, забрал лоток с медикаментами и уже взялся за ручку двери, когда Наруто наконец собрался с духом и заговорил:       - Слушай, Сай, что... что это было-то?       - Считай, что это была благодарность. Ты мне очень помог тогда. И я решил помочь тебе. Ведь друзья должны помогать друг другу, правда?       - Правда, но... но как ты уз... в смысле, с чего ты решил, что это надо делать… вот так?       - Да ладно тебе, Наруто. В тот раз, когда мы вместе лежали в госпитале, меня удивило твоё поведение, я проанализировал его, порылся в литературе и сделал вывод о том, что именно тебе нужно. Судя по всему, я не ошибся.       - В какой ещё литературе, даттебайо?       - Вот, взял у Казеки-сан, --- Сай полез в карман, и Наруто увидел тёмно-синюю книжку в твёрдом переплёте. «Сексуальные девиации» --- прочитал он на обложке.       - Сай!..       - Не благодари! --- рассмеялся художник, убирая книгу, и открыл дверь. --- Пока! Я ещё зайду.       - Я ещё доберусь до твоей задницы, даттебайо! --- крикнул ему вслед красный, как рак, Наруто.       - Ну-ну! Мечтай! --- раздался ответ уже из коридора.