anchor

Полнолуние. Пронзительный вой бывшей канимы, которая сейчас сверкает желтыми глазами. Их разделяет один этаж, который не может считаться серьезной преградой для оборотня. Кажется, что даже оконные рамы дребезжат. Стилински, с битой из рябины в руках, недоверчиво рассматривая аконит, рассыпанный на подоконнике. Пальцы подрагивают на деревянной ручке бейсбольного инвентаря, который не раз выручал парня в сложных ситуациях. Джексон, мать его, Уиттмор. События прошедшего месяца проносятся в голове неимоверно быстро. Неужели, теперь это его личный кошмар? *** Обычное утро вторника. Новый день не сулил ничего хорошего. Обманчиво теплое осеннее солнце, вот вот готовое исчезнуть за тяжелыми тучами. Стайлз хватает портфель по пути к входной двери и закидывает его за спину, громко прощаясь с отцом. Путь до школы, который раньше занимал около десяти минут, грозился растянуться на долгую прогулку по пустынным, еще спящим улочкам города. Его любимый автомобиль был в ремонте после приключений на выходных, что только усугубляло и так не высокий настрой парнишки. Пройдя два квартала, Стилински вздохнул. Не было усталости, сказались тренировки по лакроссу и вечная беготня от нечисти, но утренней солнце уже скрылось за облаками. До школы оставалась по меньшей мере минут пятнадцать и Стилински грозило дойти до неё промокшим. Дождь маленькими каплями уже падал на асфальт. Рядом с брюнетом остановился, до боли знакомый, черный автомобиль. - Садись, подвезу, - удивление застыло на лице школьника. Чтобы главный красавчик школы предлагал подвести? Да ещё и его? Они двое спорили без повода и без всё время учебы не только старшей, но и средней школы. Назвать их друзьями язык бы не повернулся даже у Маккола, который слыл тем еще простаком. - Уиттмор? С чего такая щедрость? - Джексон недовольно коротко рычит, сам наклоняясь и открывая дверь перед одноклассником. - Стилински, не заставляй меня повторять дважды, - понимая, что оборотня сейчас ему послал сам господь, Стайлз, недовольно бормоча, снимает с плеча рюкзак и садиться в роскошный автомобиль. *** - Ты не понимаешь, Скотти. Уиттмор довез меня до школьной парковки, а по пути купил кофе. Скоро наступит конец света. Если уже не наступил. Какого хрена ты смеешься? - Стайлз недовольно пихает лучшего друга, совершенно не понимая почему тут смеется уже в голос. - Успокойся, бро. Мы же одна стая теперь, чему ты так удивляешься? Да и вообще, слишком много драмы для начала дня, - Маккол с легкостью уворачивается от летящей в него тетради, не переставая хихикать. До самого последнего урока парень не может выкинуть из головы утреннюю ситуацию, почти не слушая как лучший друг восторженно щебечет о свидании с Эллисон. В целом, учебный материал тоже успешно проходит мимо. Стилински в какой-то момент даже решает, что всё это просто дурной сон, но ущипнувший его за щеку друг развевает все сомнения. К слову, в этот раз Скотт получает таки по лбу учебником истории. О том, что что-то не так, отчетливо говорит ожидающий у ворот школы автомобиль. Водитель черного порше коротко зовет Стайлза и машет связкой ключей, как только подросток выходит за территорию учебного заведения. Когда Эллисон вместе с Лидией встают по обе стороны от него, брюнет только фырчит себе под нос, после натягивая привычную улыбку до ушей. На все вопросы девушек, что их связывает с Джексоном, он только быстро тараторит слова невпопад и устремляется к единственному, что может сейчас помочь отвязаться от нежеланных расспросов. Когда они выезжают на дорогу, Стилински в пол корпуса поворачивается к однокласснику, вопросительно буравя того взглядом. - Что-то не так? - Хмыкает тот, снимая с себя солнечные очки и отправляя те на приборную панель. - Это у тебя нужно спросить, Уиттмор! Ты грехи отмолить пытаешься или опять издеваешься? - За окном проносятся одноэтажные дома и вывески магазинов на главной площади. - Стилински, прекрати истерить. Но разговор у меня к тебе правда есть. И нет, я не преследую тебя, если ты об этом, - Машина плавно притормозила возле дома шерифа. Уиттмор был совсем не похож на себя. Слишком сосредоточен, взгляд немного уставший. ко всему прочему, без привычной ухмылки и едких подколов. «Здесь определенно что-то не так» - последние мысли Стайлза, перед тем как его губы накрывают чужие. Стилински удивленно таращится на оборотня, совсем не соображая, что происходит. А Уиттмор, в это время уже вовсю хозяйничает во рту паренька, одной рукой мягко удерживая за подбородок. Когда подросток приходит в себя, сначала пытается активно сопротивляться, отталкивая Джексона. Ногтями цепляется в нежную кожу шеи, царапая, пусть и не особо больно. Это всё мало действует на оборотня, но немного погодя, он прикусывает нижнюю губу паренька, вызывая тихий стон и отстраняется от пленительных губ. - Что это было, блохастое чучело? - Наконец отдышавшись, Стайлз переводит глаза на лицо одноклассника, продолжая руками цепляться за чужую кожаную куртку. - Ты мой, - парень сглатывает комок в горле, смотря на довольного волка, - ты моя пара, Стайлз, - слова, которые звучат как приговор. Стилински не уверен для кого именно. Удивительным становится то, что на новый поцелуй подросток отвечает своему волку почти не раздумывая, как будто смирившись с сложившейся ситуацией. Сейчас вообще не хочется думать ни о чем, кроме обветренных губ, которые нагло переходят на шею, чуть прикусывая и продолжая изучать новую территорию. Поцелуи-укусы отныне будут украшать хрупкое тело подростка. Впереди у них куча не озвученных вопросов, не решенных проблем, волнительные объяснения с родителями, друзьями и стаей. Но всё это может подождать до завтра. Сейчас они должны побыть только вдвоём.

На кровати, сплетя свои конечности, лежали двое. Человек и волк. Оборотень и его якорь.