Дитя Магии

Путь братства продолжился. Сейчас они на полу-пути к Эдорасу, столице Рохана. Компания была не совсем обычной. Четыре всадника ехали на лошадях, а пятая на черной, как безлунная ночь, пантере. Всадникам предстоял долгий путь, поэтому путники иногда останавливались на недолгий отдых. — Эдорас, и золотой дворец Медусельд. — проговорил маг, обращая на себя внимание остальных. — Там правит мудрый и справедливый король Теоден, ныне его разум захвачен в плен, злыми чарами Сарумана. Надеюсь вы не ждете теплый прием. — Нда… Я так давно не видела Теодена. Думаю он будет очень рад, моему визиту. — с сарказмом хмыкнула Сельгулиэль. — Молчала бы. — покачал головой Гендальф. — Ты даже самого спокойного доведешь до нервного срыва. У Элронда при виде тебя постоянно глаз начинает дергаться. — Да ладно, я же ничего такого ему не говорила. — надулась эльфийка. — Но, я так полагаю, подумала. — отчеканил маг. — Веди себя почтительно при короле, когда я сниму с него заклятие Сарумана. — Постараюсь. — буркнула она, — я думаю стоит лошадям передохнуть, и напоить их. — Да. Здесь недалеко есть ручей. Там и напоим лошадей, и соответственно Полуноча. — сказал Гендальф показывая направление. Братство остановилось возле названного ручья. Прозрачная и прохладная вода приободрила всех. Сельгулиэль стояла возле пантеры, и задумчиво смотрела в воду, в ее голове пробегали воспоминания прошлого сна.

***

Огромный и красивый дворец. Светло голубой потолок, кажущийся бескрайним небосводом. В детской кроватке лежит младенец, а над ним склонились двое эльфов: мужчина и женщина. У обоих были черные волосы, вот только глаза — у эльфа они зеленые, как летняя трава, а у эльфийки — светло-голубые почти серые. Эльфы искренне улыбались смотря на ребенка в яслях. Казалось ничего не может нарушить эту семейную идиллию. Но все оборвалось в один момент. Где-то раздались громкие звуки рога орков. Лицо эльфов переменило свое выражение. Ужас и страх читался в их глазах, оставив эльфийку возле ребенка, эльф куда-то удалился. Отовсюду слышался лязг мечей и крики воинов. Дитя лежащие в колыбели, не плакало, а только смотрело на свою мать. Внезапно дверь, ведущая в комнату с ребенком и его мамой слетает с петель, и на пороге появляются орки. Твари победоносно скалятся и готовят мечи, что бы напасть на своих жертв. — Неужели это конец? — сорвалось с уст эльфийки. Орки начали медленно подходить к загнанным в угол жертвам. - Нет! Я не позволю вам даже прикоснутся к моей дочери! — прокричав это, эльфийка ринулась к колыбели, схватила свое дитя и прошептала, — Im ui naan go allen, nin sel. (Я всегда буду с тобой, моя дочь.)  — Эльфийку окружило светлое зеленое сияние, которое стало окружать младенца, и менять свой цвет на синий. Наконец сияние полностью передалось маленькой эльфийке, окружив ее своими вихрями. Каждый орк приблизившийся к ней тут же превращался в лед и рассыпался на тысячи мелких осколков. Магия защищала младенца, а ребенок лежал и надрывно плакал. младенец остался один. Вокруг пустота, и только тихий плачь ребенка эхом отражается от стен. Орки покинули замок, оставив за собой одни руины и горы бездыханных тел воинов и простых жителей. По руинам шел старец. Он передвигался тихо, помогая себе посохом. В его глазах была грусть и тоска по погибшим. Зайдя в руины дворца, он начал осматривать его, надеясь найти выживших, но тщетно. Он никого не мог найти. Надежда практически угасла в его душе. Старец решил осмотреть последнею комнату. И… О чудо! Глаза старика расширились от удивления: на полу, окутанный магией, лежал младенец и мирно спал. Старец подошел к эльфийскому ребенку, и взял его на руки. Магические вихри сразу рассеялись и девочка открыла свои глазки и посмотрела на старика. Радостно заулюлюкав ребенок схватил длинную седую бороду и никак не захотел ее отпускать. Пытаясь отобрать свое, седой старец, в серой мантии и с деревянным посохом, смотрел на это маленькое чудо с некой лаской. — Па-па! — сорвалось с младенческих уст, и маг застыл от изумления, — Па-па. — повторила девочка продолжая дергать старца за бороду. Впервые Митрандил не знал что ему делать. Он смотрел в умные светло-зеленые глазки ребенка и не знал что ответить. — Па-па. — тем временем продолжила малышка, и старец вновь посмотрев на ребенка, улыбнулся маленькому чуду, что было у него на руках. — Да, Дочь Магии… Сельгулиэль. Моя дочь. — проговорил он, и направился к выходу из дворца, неся на своих руках приемную дочь.

***

Эльфийка настолько задумалась, что практически не слышала и не видела что творится вокруг. — Сельгулиэль! Эли! Сельгуся! — щелкал пальцами перед лицом эльфийки Боромир. — Вернись, с небес, на нашу грешную землю. — А?! Что?! Где?! Когда?! — очнувшись от воспоминаний эльфийк не сразу поняла, что случилось. - Ауч! За что?! — Гендальф быстро вернул ее в реальный мир своим фирменным способом. Догадались каким? Правильно, посохом по макушке. — Нам пора продолжить путь. Лошади отдохнули, медлить больше нельзя. — пояснил Гендальф, — О чем ты так напряженно думала? — спросил Арагорн взбираясь на коня. — Не о чем. — фыркнула девушка взбираясь на Полуноча который скосил на хозяйку удивленный взгляд. Впрочем все остальные тоже были удивлены такому поведению их подруги. Гендальф нахмурился и посмотрел на свою приемную дочь, он решил потом поговорить с ней, и узнать что у нее случилось. А пока пора продолжить путь, и нанести визит королю Рохана. «И все-таки она себя слишком странно себя ведет. Слишком спокойная она сегодня. Встала, что ли, не с той ноги? » — думал Леголас, он уже давно заметил тот факт, что эльфийка в этот день практически не язвит, не фыркает, не спорит. И вообще ведет себя тише воды, ниже травы. Сам этот факт уже заставлял бить тревогу. Но мужская часть братства, за исключением Гендальфа, решили списать все на плохое настроение. Путь в Эдорас занял еще несколько часов. Подъехав ближе к воротам, над путниками пролетел сорвавшийся флаг. — Здесь царит отчаяние… — пробормотала эльфийка смотря на лежащий на земле флаг с гербом Рохана. Войдя в город, их встретила не самая дружелюбная атмосфера. Люди с опаской озирались на приезжих. Город накрыла тишина. Дети не играют, люди не разговаривают, даже птицы не поют. Лишь кони иногда фыркают, скрашивая эту местность хоть какими-то звуками. — На кладбище и то веселее. — прокомментировал Гимли. — Согласна. — согласилась с гномом эльфийка, отрываясь от своих мыслей. — Не болтайте лишнего. — проговорил Гендальф смотря на всю компанию. Те согласно кивнули. Наконец прибыв ко дворцу, все спешились и передали своих лошадей конюхам. С Полуночем было больше всего проблем. Люди боялись приближаться к большой кошке, и Сельгулиэль стоило немалых усилий успокоить их, и убедить в том что пантера не будет никого есть. Наконец разобравшись с одной проблемой путники поднялись по ступеням к королевскому дворцу. Им на встречу вышли стражники. — Я не могу пустить вас с оружием, приказ Гримы Гнилоуста. — проговорил один из стражей. Гендальф кивнул всем, чтобы те сдали оружие. Гимли отдал секиру и метательные топорики, Бромир меч, кинжал и щит, Арагорн отдал меч, лук со стрелами, пару кинжалов, Леголас отдал свой лук со стрелами и парные клинки, Сельгулиэль же отдала свой посох, меч и два стилета. — Ваш посох. — потребовал у мага стражник. — Ох. Неужто вы и палку у старика отнимете? — жалобно спросил он. Стражники замешкались, с одной стороны он действительно старик, а с другой у них приказ: забрать у мага посох. — У нас приказ. — сказал страж. — Нам нужно забрать у мага посох. — Так вы уже его забрали. — проговорила эльфийка, кивая на свой посох. — Но ведь… — Сульгулиэль не дала договорить стражнику. — Оставьте дедушку в покое. — если б вы знали каких сил стоило эльфийке сохранять серьезное выражение лица. — Ему трудно передвигаться без палки. — на такой аргумент ни у кого претензий не нашлось. — Проходите. — вздохнул страж пропуская братство во дворец. Тяжелые створки дверей закрылись, за спинами путников, заставляя тех оглянутся назад. — Повелитель, Гендальф Серый явился — вестник зла, вестник горя. — говорил бледный черноволосый мужчина, сидящий возле трона. На троне восседал король. Он был седым, и таким же бледным. Его лицо было в морщинах, а в глазах стояла серая пелена. — Неучтиво встречают нынче гостей в твоем дворце, король Теоден. — обратился к королю Гендальф. — Гоните его, — в ответ на слова белого мага, послышался шипящий голос Гнилоуста. — С чего мне быть учтивым с тобой, Гендальф — горевестник? — он взглянул на советника, а тот кивнул усмехаясь. — Справедливый вопрос, господин, — Грима повернулся к вошедшим. — Лихо носит за собой этот бродячий колдун, куда бы не направился! Путники все ближе подходили к трону. И чем ближе они подходили, тем яростнее разворачивал свою речь Грима. — Молчи! — рыкнул на него Гендальф. — Держи свой гнилой язык за зубами! Я не для того прошел через огонь и мрак, чтобы слушать поганые речи жалкого червя! — и показал свой посох, направляя его конец прямо в лицо, змею-советнику. — Посох… — истерически проговорил он. — Я же велел забрать у колдуна посох! — крикнул Гнилоуст пятясь назад. — Взять их! Стражи переглянулись, и напали на путников. Мужчины легко отбивались от нападавших. А вот Сельгулиэль в рукопашном бою была не очень сильна. — Нет. Так дело не пойдет. — проговорила она. Сделав замысловатую манипуляцию кистью руки, она создала несильный электрический разряд, который человека не убьет, но покалечит. А Гендальф все ближе и ближе подходил к трону. — Теоден, сын Тенгеля, — обратился к королю маг. — Долго прозябал ты в затмении. Разобравшись с охраной, Сельгулиэль остановила, решившего смыться восвояси, Гриму, толкнув его на пол и наступив на него одной ногой. — Я бы сказала, до сих пор прозябает, — жутко оскалилась она, смотря прямо на подлого змея, что распластался на полу под ее ногой. — Внимай мне! — крикнул маг, и старик посмотрел на него исподлобья. — Я разрушаю все чары. Гендальф закрыл глаза, направляя руку в сторону короля, но ничего не произошло. По залу раздался оглушительный зловещий хохот. — У тебя здесь нет власти, Гендальф Серый. — проговорил король хриплым голосом, смотря на волшебника. Митрандил скинул с себя серую накидку, что скрывала его белые одеяния. Зал наполнился ослепительным белым светом, от которого все зажмурились. Король Теоден со страхом смотрел на волшебника. — Я изгоню тебя, Саруман, как яд изгоняют из раны, — провозгласил Гендальф, направляя посох на короля. Старого короля с силой вдавило в трон. Но он все еще хрипло смеялся, будто уверенный в своих силах, все еще пытаясь сопротивляться. Из какой-то комнаты выбежала девушка, одетая в белое платье. Ее лицо было очень испуганным. — Что вы делаете! — вскрикнула она, и уже хотела броситься к королю, но ее успел перехватить Арагорн, схватив ее за локоть. — Уйду я — умрет Теоден, — тем временем продолжал хохотал старик. — Ты не убил меня, ты не убьешь его, — возразил Митрандил, вновь вдавив его в трон. Старик хотел было кинутся на мага, но потерпел неудачу, и рухнул на трон потеряв сознание. Арагорн отпустил вырывающеюся девушку, и та подбежала к Теодену. У того в свою очередь исчезли морщины, и волосы приобрели русый цвет. Король пришел в сознание, и посмотрел на всех, нормальными глазами, в которых не было серой дымки. Правитель Рохана повернулся к девушке и слабым голосом заговорил. — Я узнаю твое лицо, — Теоден осознанно посмотрел на девушку. — Эовин. Услышав свое имя, девушка просияла от радости и обняла его. — Гендальф? — удивленно проговорил он, смотря на мага, что устало опирался о свой посох. — Вздохни полной грудью, друг мой, — с облегчением, произнес маг. Эовин помогла подняться на ноги своему королю, придерживая его под руку. Все без исключения почтительно склонили свои головы. — Черным сном спал мой разум, — промолвил Теоден. — Твоя рука быстрее нальется былой силой, если возьмется за свой меч, — улыбнулся Гендальф, смотря на старого друга. Один из воинов протянул королю меч. Он взялся за рукоять меча и, спустя мгновение, вытащил его. Свет отразился от лезвия и блеснул на конце. Взгляд короля остановился на Гнилоусте, которого до сих пор держала Сельгулиэль. — Вышвырните его вон из дворца! — двое стражников взяли Гримму под руки и потащили к выходу. Там, не без помощи пинки, они скинули бывшего советника с лестницы. Король спускался следом за Гнилоустом, а тот отползал от него, как загнанный в тупик зверь. — Я всего лишь верно служил тебе, государь, — начал оправдываться Гримма. — Твоими заботами, мне давно бы уже ползать на четвереньках, как зверю, — голос короля твёрд, в нём явно слышится сталь. — Не отсылай меня прочь, — про ныл Гримма. Теоден уже замахнулся мечом, но его остановил Арагорн. — Нет, государь! Не надо, — перехватив руки короля, Арагорн опустил их. — Довольно крови пролито его стараниями, — после слов Арагорна Грима впопыхах поднялся и побежал к ближайшей лошади, вскочил на нее и смылся восвояси. — Ох зря мы его отпустили. — пробормотал Боромир. Народ почтительно склонил головы перед государем, как и члены братства. — Где Теодред? Где мой сын? — спросил он. Эовин подошла к королю и склонила голову, смотря в землю. — Мой король. Теодред… Прошлой ночью он скончался от ран, — ответила девушка, а по ее щекам потекли слезы. Она закрыла лицо руками и побежала во дворец. Теоден же пустым взглядом осмотрел собравшихся. — Приготовить все для похорон… — проговорил он. — Завтра мы проведем Теодреда в последний путь. — после этих слов король удалился обратно во дворец. За ни пошли и члены братства. Во дворце все шло своим чередом. Люди готовились к погребальной церемонии. Белый маг стоял возле одной из деревянных колон, и наблюдал за всей этой суетой. — Отец. — раздался за спиной волшебника голос Сельгулиэль. Гендальф обернулся к своей дочери и спросил: — Что тебя тревожит, дочь моя. — Отец, прошлой ночью мне приснился сон. — начала девушка говорить. Белого мага заинтересовало такое начало, поэтому он повернулся к девушке лицом. — В нем был младенец, а возле него стояли его родители. Все шло хорошо, пока не послышался орочий рог. Отец младенца ушел, оставляя мать с ребенком одних. Далее была битва, в комнату, в которой остался младенец с матерью, ворвались орки. Эльфийка, чтобы защитить свое чадо, отдала ему свою магию, а сама исчезла… Далее пришел ты и забрал ребенка к себе. — С каждым словом эльфийки глаза мага становились все больше и больше. В итоге он ответил на еще не заданный вопрос: — Да, это была ты. Я нашел тебя в Ост-ин-Эдиле, столице Эрегиона. Кто были твои настоящие родители мне не известно. Но судя по твоему сну они были магами. — проговорил Гендальф. — Прости меня за то, что я раньше тебе не рассказывал об этом. Я не думал что ты меня поймешь… — проговорил белый маг смотря на свою приемную дочь с некой грустью. — Отец. — выделила это слово эльфийка, — Ты вырастил меня как собственную дочь. И мне все равно, где ты меня нашел, и почему удочерил меня. — сказав это она улыбнулась, — Ты всегда останешься для меня любимым папочкой, который научил меня всему, что я сейчас знаю. — Я очень рад тому что у меня есть такая дочь. — улыбнулся маг, по-отцовски обнимая эльфийку.

***

Погребальная процессия состоялась в полдень следующего дня, после прибытия братства. Проводить в последний путь принца пришел весь город. После похорон на могиле Теодреда остались трое: Теоден, Гендальф и Сельгулиэль. — Скажите… — начал король. — Разве правильно то, что старики хоронят своих сыновей? Разве не правильней было если бы погиб я, а не он. Для меня нет смысла жить дальше. — Две слезы скатились по лицу короля заставляя его прерывисто вздохнуть. Эльфийка подошла к горюющему государю и положила свою руку ему на плечо. — Смерть забирает у нас тех кого мы любим, о ком заботимся. Но что бы сказал Теодред, увидев что его отец опустил руки и отказался идти в перед. У вас осталась Эовин, которая любит вас и последует за вами до конца. Эомир верен вам, и никогда не перестанет верить в вас. Ваш народ верит вам, и мы тоже верим в вас. Не опускайте руки. Докажите что ваш сын умер не напрасно. — во время своей речи эльфийка смотрела в глаза королю. — Спасибо на добром слове. — улыбнулся Теоден. — Твои слова вернули меня в действительность. Спасибо. — Не за что. — сказала эльфийка отходя чуть в сторону. Гендальф подошел к своему другу и они о чем-то начали разговаривать. Сельгулиэль всматривалась в даль. Чувство тревоги не покидало ее. И вот на горизонте появился гнедой конь, что на всех порах мчался в их сторону. Вскоре Эльфийка смогла рассмотреть всадников. Это были дети. Лошадь приостановилась и дальше пошла спокойным шагом. Один из детей без сознания упал с коня. — Черт! — крикнула Сельгулиэль, обращая на себя внимание Митрандала и Теодена, и рванула к детям. Маг и король, переглянулись и поспешили за девушкой. Наконец добежав до пострадавших она увидела, что всадниками были мальчик лет двенадцати и девочка лет семи. Упавший с коня подросток был ранен. Поэтому эльфийка сразу же принялась исцелять его рану заклинанием. Подоспевший Теоден снял с коня плачущею малышку. — Что с ним? — спросил Гендальф кивая на мальчика. — Глубокая рана на плече, нанесена отравленной стрелой. Он потерял много крови, если в скором времени не вывести яд из его тела, то он умрет. — торопливо ответила волшебница, продолжая творить заклинание. Ее руки светились синим светом, от которого у ребенка начало затягиваться ранение. Приложив два пальца к уже почти затянувшейся ране и прошептав что-то на эльфийском начала вытягивать из мальчика яд. Через несколько минут в руку магессы собрался весь смертоносный яд который был в ребенке. Король Теоден и девчушка смотрели на волшебницу с восхищением. А Митрандил с гордостью, и неким облегчением. На конец к ним подоспели стражники и король отдал приказ отнеси детей во дворец. В тронном зале была тишина. На троне восседал Теоден, а рядом стоял Гэндальф. Арагорн задумчиво курил трубку. Сельгулиэль стояла припадая боком к колоне, и сложив руки на груди. Ее глаза были устало прикрыты, рядом с ней стоял Леголас, обеспокоено поглядывая на девушку. Гимли сидел за столом и ел. Боромир помогал Эовин привести детей в порядок. — На их деревню напали дикари с северных гор. Застали их врасплох. Это не первый случай, просто этим детям удалось вовремя убежать. — проговорила Сельгулиэль так и не открывая глаза. — Мальчик был в тяжелом состоянии. Пришлось сильно постараться что-бы, он остался в живых. — Где мама? — спросила девочка. — Не волнуйся, она скоро придёт. — успокаивала девочку Эовин. — Это только часть бедствий, уготованных Саруманом, его подгоняет страх перед Сауроном. Собери войско, защити от него своих детей и женщин.-обратился Гэндальф к королю. — И как ты себе это представляешь? — обратился к другу король. — Две тысячи твоих лучших воинов идут на север, — подал голос Арагорн. — Эомер верен тебе. Его отряд вернется, и будет сражаться за своего короля. — Они уже отошли отсюда на триста лиг, — Теоден встал с трона и прошёл по залу. — Эомер нам не поможет. Я понимаю, что вам от меня нужно, но я не хочу умножать жертвы среди своего народа. Я не развяжу эту войну. Сельгулиэль все-таки соизволила открыть свои глаза и устремить свой взор на короля при этом вопросительно приподняв бровь. — И что же ты предпримешь, чтобы, как ты выразился, не умножать жертвы среди своего народа. — волшебница смотрела на короля с неким вызовом. От ее взгляда шли мурашки по коже. — Может хватит упираться в булыжник, если он не двигается. Может, раз такое дело, давайте все спрячемся под кровати, авось нас не заметят и оставят в покое. — съязвила она. — На сколько я помню, то королевы в Рохане уже десять лет нет, а новых советников я не нанимал. — отчеканил Теоден. Эльфийка только фыркнула и вернулась в свое прежнее положение возле колонны. — Так что же решит король? — спросил Митрандир — Мы уйдём в Хельмову Падь, — тоном не терпящим возражений проговорил правитель Рохана и повернулся к военачальникам. — Оповестить жителей Эдораса, пусть готовятся в путь. Мы должны покинуть город в ближайшие несколько часов, — развернувшись, король покинул зал. — Вот упертый осел… — буркнула девушка, направляясь за Гендольфом к выходу из дворца. В этой ситуации белый маг был полностью солидарен с мнением своей дочери. Он и сам не забывал ворчать. — Хельмова Падь, — ворчал волшебник, быстро шагая вниз по ступеням. — Они бегут в горы, когда им должно принять бой. Кто защитит их если не их король? — Чудо их защитит. — буркнула девушка. — Если таково будет. — хмыкнул идущий сзади Боромир. Леголас и Арагорн переглянулись, каждый думая о своем. Гимли топал сзади всех. — Он делает только то, что по его мнению лучшее для его народа Хельмова падь спасла их в прошлом. — заступился за короля Арагорн. — Из этого ущелья нет выхода. — пояснила девушка. — Тэоден загоняет себя в ловушку. — сказал Гендальф. — Он думает, что направил людей в безопасное место, но не получит ничего, кроме резни. Теоден силен в своих позициях, но я боюсь за него. Я боюсь за жителей Рохана. Он будет нуждаться в тебе перед концом, Арагорн. Дойдя наконец к Седогрыву, Гендальф заговори. — Ранние меня звали Серым Странником. Я триста людских жизней скитался по свету, а сейчас мне не хватает времени. Я направляюсь на север за подкреплением, и если мне повезет и мои поиски не пройдут даром, то ждите меня на пятый день. я приду с востока с первыми лучами солнца. — и пришпорив Седогрива Митрандил на всех порах умчался из города. — Полуночь, хватит пугать людей. Я понимаю что тебе весело, но об остальных подумай. — проговорила девушка, смотря на очередного конюха, который в панике убегал от огромного кота. Тот лишь обижено фыркнул, и повернул свою голову в сторону нового конюха, дружелюбно муркнул. И еще один конюх в панике убегает из стойл. — Нда… — протянула девушка провожая взглядом, уж очень нервного человека. — Ну что ж ребятки, как говорится: по коням господа! *** Люди Эдораса длинной вереницей уже один день шли к Хельмовой Пади. Женщины, дети, старики, калеки… Все они шли медленно, и по пути приходилась ненадолго останавливаться. И вот одни из таких остановок. Воины охраняют покой людей, пока те готовят еду. Арагорн сидит на камне и точит свой меч. К нему подошла Эовин с котелком в руках. — Я потушила мясо. — обратилась она к Страннику. — здесь немного, но оно горячие. — и протянула ему миску с ложкой. — Спасибо. — поблагодарил он пробует стряпню принцессы. Как только он попробовал похлебку он завис с ложкой в зубах. — Вкусно, — выдавил Арагорн, с трудом выдавив из себя улыбку. И только дергающийся глаз выдавал его. — Правда? — обрадовалась Эовин, и обернувшись отошла на некоторое расстояние. Странник с ужасом посмотрел в тарелку и уже намеревался вылить содержимое на землю, но тут племянница короля оборачивается и возвращается к Страннику. Тот быстро возвращает тарелку в горизонтальное положение, и половина содержимого проливается ему на руки, в последствии чего воин поморщился. — Мой дядя сказал странную вещь, — начала Эовин. — Будто Вы воевали вместе с Тенгелем, моим дедом. Но, должно быть, он ошибся. — У короля Теодена хорошая память. Тогда он был ещё ребёнком, — ответил Арагорн. девушка в изумлении посмотрела на мужчину. — Да такой хороший мальчик, был, — проговорила Сельгулиэль подходя к ним. — Значит, Вам должно быть, по крайней мере, шестьдесят, — Арагорн отрицательно покачал головой. — Семьдесят? — снова не угадала девушка. — Но Вам же не может быть восемьдесят? — Восемьдесят семь, — слегка улыбаясь уголками губ, отвечает он. Эовин встаёт и удивлённо смотрит на дунадана. — Значит, вы один из дунедайн, — Арагорн кивнул. — Потомок нуменорцев, благословлённый на долгую жизнь. Говорили, от Вашего народа остались лишь легенды. — Нас осталось совсем немного. Северное королевство давно уничтожено, — ответил он. — Простите, — извинилась Эовин. — Пожалуйста, ешьте. — Эовин. — обратилась к принцессе магесса. — Там Боромир голодает и Гимли с ним на пару. На худой конец Леголас тоже сегодня ничего не ел. — напутствовала племянницу короля волшебница. — А вы? — спросила девушка обеспокоено смотря на чуть побледневшую эльфийку, но та быстро нашла отговорку. — Я уже успела поесть так, что я не голодна, а вот мальчикам не мешало бы поесть. — улыбнулась она. Эовин кивнула, пошла кормить оставшихся мужчин из братства. Арагорн с облегчением вздохнул и все-таки вылил содержимое тарелки на землю. — Будешь должен. — хмыкнула Сельгулиэль. — Эли, мне уже жаль Леголаса, Гимли и Боромира. — Нууу… Это маленькая месть. — ухмыльнулась она. — За что?! — с ужасом спросил Странник. — За то что не захотели есть то, что я приготовила. — оскалилась она. - О! Кстати держи. — эльфийка протянула бедняге тарелку с едой. Тот обреченно закатил глаза. И все же решил попробовать то, что приготовила его подруга, терять то все равно нечего. Попробовав похлебку которую приготовила подруга, он понял что стряпня у магессы определенно лучше и вкуснее, чем у принцессы, поэтому Дунадан с аппетитом начал есть.. — Сельгулиэль!!! — раздался оглушительный крик троих жертв мести девушки. Посмотрев в сторону бегущих она побледнела. — Упс… — протянула она и спряталась за спиной Странника. — А Эли все-таки готовит вкуснее. — проговорил Арагорн, остановившемся перед ним друзьям. — Зараза! — буркнул Боромир, смотря на эльфийку. — Сам такой. — показала язык девушка. — Да это издевательство! — прикрикнул Леголас, недовольно смотря на названных брата и сестру. — Леголас, — обратился к другу Дунадан. — Это вы еще легко отделались…

***

Люди Эдораса продолжили свой путь. Леголас и Сельгулиэль шли чуть впереди осматривая местность. — Слушай, Леголас, ты это не злись так сильно на счет моей вчерашней выходки. — пробубнила девушка извинения. — Я и не сержусь. Во всяком случае сейчас. — улыбнулся он. Магесса тоже мягко улыбнулась. «У нее красивая улыбка. — промелькнула в голове у эльфа — Стоп! К чему такие мысли? Что-то со мной не то…» — ну он тугодум, что тут поделаешь. — Знаешь, Леголас, я всегда хотела иметь таких друзей как ты, Боромир и Гимли. С Арагорном я дружу очень долго. И мы стали друг-другу практически родными. С вами весело. — вновь улыбка коснулась губ девушки. «У меня очень плохое предчувствие. Лучше поговорить сейчас.» — думала волшебница напряженно смотря на горизонт. — Мне тоже нравится путешествовать с братством. — проговорил он, и шепотом добавил. — А с тобой особенно. — глаза девушки расширились от удивления, но быстро придя в себя она ответила. — А мне с тобой. — проговорила она и побежала вперед, что бы осмотреться, оставив пораженного эльфа одного. Взобравшись на пригорок Сельгулиэль стала всматриваться в даль. Мимо нее проехали два разведчика от Теодена. — Кони встревожены… — проговорила она смотря на волнующихся животных. Внезапно на одного из всадников накинулся варг. Волшебница, быстро среагировав, с колдовала первое что пришлось на ум. И это… Огненный шар. Громкий взрыв пронесся над долиной заставив людей в страхе обернутся. Кони испугано вставали на дыбы. Арагорн и Боромир старались успокоить своих лошадей, а Гимли вновь свалился с коня Леголаса. Король Теоден не скрывал своего напряжения, а Полуночь помчался к своей хозяйке. И вот из-за камней выбегает магесса. — Лазутчик! Засада! — крикнула она вскакивая на пантеру. — Всем всадникам собраться в начало колонны, защищать людей, — Теоден подъехал к собирающийся сесть на коня Эовин. — Веди людей в Хельмову падь. Укройтесь там. — Я воин! — возразила девушка. — Нет, сделай это ради меня. — попросил король сою племянницу, и отдал приказ, — За мной! Леголас тем временем отстреливал врагов. Мимо эльфа пронеслись всадники. Схватившись за ремень на шее коня, где был Гимли, он вскочил в седло и понесся вместе с остальными. Полуночь с всадницей мчался впереди всех, и достав из ножен меч волшебница готовилась принять бой. Две волны противников схлестнулись в ожесточенной схватке. Не удержавшись в седле, Гимли свалился с лошади, но, тут же схватив свою секиру, ринулся в бой. Только он хотел расправится с идущим на него варгом, как Леголас застрелил зверюгу. — Этот засчитывался мне! — воскликнул гном и продолжил сражение. — Барлог их подери! — в сердцах воскликнула эльфийка, уворачиваясь от еще одного прыгнувшего на нее варга. Но не удержавшись на спине пантеры свалилась с Полуноча и выронила меч. Боромир, прикрывавший спину девушки, заметил ее падение и поспешил на помощь… Но не успел… Огромный варг промчался возле эльфийки, и сидящий на его спине орк схватил магессу за ворот ее куртки помчался вместе с ней дальше. Боромир с ужасом наблюдал за этим. И не раздумывая побежал за «похитителем». А волшебница тем временем изо всех сил отбивалась от слишком обнаглевшего орка. Полуночь гнался за варгом пытаясь освободить хозяйку, но у него ничего не получалось. Достав свой меч «Сияние Рассвета» Сельгулиэль вонзила его во врага. И уже казалось что все кончено, но нет рукав куртки, которую магесса успела возненавидеть, зацепился за седло огромного волка, из-за чего девушка дальнейший путь проехала спиной по острым камням. Громко рыкнув варг свалился со скалы, увлекая за собой эльфийку. Страх… Именно страх застыл в глазах Боромира. Мужчина ринулся к обрыву, но в стремительно текущей воде никого не было. Полуночь издал полный боли и отчаяния рык, и ни на кого не обращая внимания умчался вдоль скалы туда, куда мчится бурная река. — Сельгулиэль! — раздался крик Леголаса, который не заметил среди воинов девушки и ее пантеры. — Эли! — вторил другу Арагорн. Страх липкими щупальцами окутывал сознание. Увидев стоящего на коленях около обрыва Боромира остальные члены братства не сговариваясь ринулись к другу. — Где она?! — в панике спросил Леголас. Гимли осматривал лежащих по близости трупов, и нашел ее меч, торчащий из одного из орков, и протянул находку Арагорну. — Она… погибла. — выдавил из себя слова гондорец. — Она упала… со скалы… — Нет… — пробормотал эльф. Боль наполнила его сердце, а слезы отчаяния и горя душили его изнутри. — Этого не может быть! — отчаяный крик сорвался с его уст. — Сестра… — пробормотал Арагорн, крепче сжимая ее меч. — Не уберегли. — проговорил Гимли с болью в голосе. К братству подошел Теоден. Король тоже всматривался в бушующею воду в надеясь найти там эльфийку, но никого не было. — Посадите раненых на коней. — скомандовал правитель Рохана, и проглотив встрявший в горле ком продолжил. — Оставьте мертвых. Арагорн положил руку на плечо друга утешая его, и сам невольно вспомнил, как точно так же положил руку на плечо Сельгулиэль после того как «погиб» Гендальф в Мории. — Леголас, нам пора. — глухо сказал Дунадан. В сердцах каждого из братства поселилась боль утраты. Но им нужно продолжать путь, они постараются… Постараются…