Дитя Магии

Дворец Менусельдь. Здесь сейчас суета, люди готовятся к пиру, который состоится вечером. В одной из комнат находились две девушки, которые о чем-то спорили. — Я не буду это надевать!!! — крикнула магесса и вышла из комнаты. — Но вам бы оно очень подошло. Вы ведь все-таки девушка, — говорила Эовин, догоняя Сельгулиэль. Дело в том, что принцесса решила приодеть волшебницу в какой-нибудь красивый наряд, а самой эльфийке эта идея не понравилась. — Я в нем ходить не буду! — отчеканила она, глядя на платье, которое ей дали. — У меня есть парадная мантия. Ее я и надену… Гневную тираду девушки прервал возмущенный голос Эовин. — Вы девушка! Вы должны надеть платье в этот знаменательный день! Вы должны прекрасно выглядеть! — не отступала племянница короля. — Кто надоумил тебя лезть ко мне с этой хре… идеей?! — Сельгулиэль была в ярости. — Меня никто не подталкивал к этой идее. Я сама подумала о вашей внешности. — А меня спросить никак?! — брюнетка потихоньку начала закипать. Дело в том, что платье, которое ей дали, было нежно розового цвета и с огромным декольте. — Я не выйду на люди в этом убожестве! — отчеканила она. И, не дожидаясь ответа, вышла из комнаты. Девушка пошла в тронный зал. Там сейчас было совещание, и на появление магессы никто не обратил внимание. — Это была только первая битва, и нам крупно повезло, так как, если бы не заклинание Сельгулиэль, неизвестно каким бы был исход этой битвы, — говорил Гэндальф. — Что мы будем делать дальше? — подал голос Халдир. — Пока пусть воины отдохнут, — вздохнул Теоден. — Завтра мы примем решение. — Опять я все пропустила, — вздохнула девушка. — О, Эли! Что ты тут делаешь? — спросил гном. — Скрываюсь, — буркнула эльфийка. И как по команде послышался голос принцессы: — Госпожа Сельгулиэль! Я нашла вам другое платье! — Твою ж мать! — крикнула она и, под недоуменные взгляды мужчин, скрылась в одном из коридоров. В двери вбежала Эовин с кучей платьев. — Вы не видели Госпожу Сельгулиэль? — спросила она. — Давай я тебе помогу ее найти, — предложил Боромир с хитрой ухмылкой и повел племянницу короля в том направлении, куда только что убежала волшебница. — Пойду прослежу, чтобы они ничего не разнесли, — вздохнул Арагорн. — Леголас, поможешь? Эльф кивнул. И двое друзей направились вслед за гондоровцем. — За сохранность дворца не отвечаю, — предупредил Гэндальф и ушел в неизвестном направлении. В зале остались Гимли, Эомер, Халдир и Теоден. — Куда бы смыться до тех пор, пока все не уляжется? — размышлял Гимли, направляясь к выходу из дворца. Эльф и роханец переглянулись и последовали за гномом. — Остался я один в опасной зоне, — пробормотал король и направился в свои покои. Наступил вечер… — Этой ночью мы поминаем тех, кто ценой своей крови защищал эту страну. Слава погибшим воинам, — провозгласил тост Теоден. — Слава! — отозвался весь зал. Сельгулиэль стояла возле Эомера и наблюдала за спором между Леголасом и Гимли — кто кого перепьет. Боромир тоже смотрел, но не вмешивался. Платье на магессу не надели, так как эльфийка куда-то исчезла, и до вечера не появлялась. Задумка Эовин не сработала, волшебница сейчас была в одеянии мага и выглядела очень неплохо. Арагорн был рад, что никто ничего не разнес. Гимли, кажется, уже дошел до кондиции и горланил что-то про танцы и волосатых женщин, а после еще одной кружки эля свалился под стол. — Игра окончена, — невозмутимо проговорил эльф и пошатнулся, чуть не упав. Халдир, удерживая друга в вертикальном положении, усадил принца Лихолесья на скамейку. — Пьянь зеленая, — буркнул лориенец. — Зато выиграл спор, — улыбнулась Сельгулиэль. Хоббиты танцевали на столе, распевая какую-то песенку. В зале царила атмосфера веселья. Магесса вышла на балкон глотнуть свежего воздуха и засмотрелась на звезды. — Красиво, правда? — раздался рядом голос Леголаса. Эльф пошатывался, но все же стоял более-менее ровно. — Тебе сейчас отоспаться надо. Посиди немного, еле на ногах держишься, — сказала девушка, глядя на эльфа. — Я хорошо себя чувствую, — как ни странно, но говорил он довольно трезвым голосом. — Я вижу, голос у тебя нормальный, вот только движения неуверенные, — улыбнулась эльфийка, поворачиваясь к нему. — Ночь сегодня красивая, — вновь повторил лихолесец. — Да, ты прав, — проговорила Сельгулиэль, устремляя свой взгляд на звезды. Эльф подошел ближе к волшебнице и стал возле нее. — Я волновался за тебя, — вдруг резко начал он. — Когда я узнал, что ты упала со скалы, не знал что мне делать, боль и отчаяние пронзали мое сердце. Но, когда я увидел последствия твоего заклинания, сразу понял: это была ты. У меня будто камень с души свалился. Я не знаю, что со мной. Неужели я к тебе так привязался? — от такой откровенности глаза у магессы становились все больше и больше. Она никак не ожидала таких слов. — Знаешь, а ты очень интересный эльф, — улыбнулась она, глядя в глаза Леголаса. Эльф ждал ответа на свой вопрос, поэтому он неотрывно смотрел в ее глаза. — Ты мне нравишься, я тоже волнуюсь за тебя во время битв, и я также не понимала, что со мной происходит. — А теперь? — спросил он. — Теперь поняла, — улыбнулась она. — Это… — Любовь! — «вовремя» появившийся Боромир испортил признание. — До вас дошло, наконец? Если бы взгляды могли убить или испепелить, то гондорец уже был кучкой пепла. — Боромир. Я тебе говорила — сделаю с тобой то, что не сделали урук-хаи, — Эли прожгла его взгядом. — И что же, если не секрет? — сощурился сын наместника. — Убью!!! — хором крикнули эльфы, отчего гондорец подскочил на месте. — Голубки мои, не надо так злиться, — спешно пробормотал он, начиная потихоньку пятиться назад. В итоге он скрылся из вида, оставив эльфов одних. — Знаешь, как ни странно, он прав, — сказал Леголас, после небольшой паузы. — Д-да, — прерывисто ответила Сельгулиэль, немного покраснев. Наступило неловкое молчание, которое прерывалось только веселыми возгласами из помещения. — Пойдем внутрь, — проговорил эльф, уводя из балкона волшебницу. В зале все веселились, и никто не думал о следующем дне. Гэндальф стоял возле колонны и наблюдал за хоббитами, Эомер, Арагорн и еще несколько человек приводили в порядок Гимли, пытаясь удержать его, Боромир и Халдир о чем-то разговаривали. Вечер подходил к своему логическому завершению.

***

Утро было солнечным. Птицы летали, ветерок качал ветки деревьев, кони фыркали, Полуночь пугал конюхов. В общем, все как обычно. Во дворце проходил совет. Халдир и Эомер стояли в стороне и наблюдали за ходом собрания, эльфы — возле Арагорна, который о чем-то задумался. Гэндальф был возле двух хоббитов. — Мой отец слишком горд, чтобы просить помощи у Рохана, — сказал Боромир. — Пиппин видел точные планы врага. Саурон хочет напасть на Гондор, палантир не врет, — проговорил Гэндальф. — Тогда что нам делать? — спросила эльфийка, сложив руки на груди. — Без помощи Гондор падет, а за ним падут и все королевства. Фродо вряд ли сможет пронести кольцо мимо орды орков в Мордоре. И Саурон наверняка думает, что Кольцо Всевластия сейчас у Пиппина. — Туку хватило ума и храбрости не сказать врагу ни слова про Фродо и кольцо, и свое имя он не назвал, — все с облегчением выдохнули. — Если зажгутся огни Минас Тирита, мы должны быть готовы к походу. — Зная Денетора, огни не зажгутся никогда, — пробормотала Эли и посмотрела на отца. — Вот ты этим делом и займешься, — улыбнулся белый маг. — Возьми с собой хоббита. Вы должны поговорить с Денетором и попытаться переубедить его. У вас неделя сроку. Если он не согласится, найдите способ зажечь огни, — сказал Митрандир. Сельгулиэль только кивнула. — Я поеду вместе с ними! — хором воскликнули Арагорн и Боромир. — Нет, вы нужны здесь, — обратилась к ним магесса. — Во-первых, Арагорн, твое существование пока лучше держать в секрете от наместника. Во-вторых, Боромир, ты хороший воин, поэтому пригодишься здесь (здесь пригодишься больше). Пиппин, за мной. Девушка в сопровождении братства пошла в конюшню, откуда выбежал очередной конюх. — Они что, нескончаемые у вас? — спросила Эли у Эомера. Тот лишь пожал плечами. — Ладно, на Полуночи до Минас Тирита доберемся дня за два. — Будьте осторожны, — проговорил Леголас, глядя на эльфийку с грустью. — Будем, — улыбнулась она. Магесса взобралась на пантеру и ждала, пока помогали залезть хоббиту. — Держи, — лихолесец протянул Эле сверток и улыбнулся: — В дороге пригодится. Эльфийка улыбнулась в ответ и прикрикнула: — Давай, Полуночь! — кот сорвался с места и на всех порах направился к выходу города. Через полчаса ни пантеры, ни ее всадников не было видно даже со смотровых башен. Леголас провожал путников печальным взглядом. «Опять упустил свой шанс, не сказал главного», — думал он. — Не волнуйся, вы еще увидитесь, — сказал подошедший Гэндальф. Белый маг понял причину грусти эльфа. — Надеюсь на это, — ответил Леголос и ушел во дворец. Арагорн, Гимли и Боромир уже были там. Митрандир вошел сразу за эльфом. — Теперь нам остается только ждать, — проговорил волшебник, задумчиво глядя перед собой. — Ожидание — это самое тяжелое, — промолвил Арагорн.

***

Довольно необычные всадники на пантере уже два дня мчались в сторону Минас Тирита — эльфийка и хоббит. Маленький хоббит очень устал и засыпал на ходу, эльфийка же уставшей совсем не выглядела. — Надо будет поблагодарить Леголаса за полезный подарок, — улыбнулась она. Сельгулиэль вспомнила: когда они проголодались, она обнаружила, что забыли положить еду. Тогда Эли заглянула в сверток, который ей дал лихолесец, и была приятно удивлена: в свертке был лембас. Эльфийский хлеб очень помог путникам, и они практически не страдали от голода. Благо назгулы им не встречались. И вот, наконец, лес кончился, и всадникам предстала огромная долина, посередине — гора, на ней — белый город — Минас Тирит. — Вот он, город королей, — сказала волшебница хоббиту, который уже проснулся и с восхищением смотрел на город. Их путь продолжался. Увидев путников, Стражи открыли ворота и позволили въехать в город. Полуночь стрелой влетел в город и помчался на верхние уровни. Добравшись до самого верха, всадники спешились и оставили пантеру у входа. — Пиппин, не говори ничего про Фродо и кольцо, — Эли начала подыматься, но резко остановилась и повернулась к хоббиту: — И ни слово про Арагорна. Только она развернулась, чтобы продолжить путь, как вновь обратилась к Туку:  — А знаешь, лучше тебе вообще помалкивать. И, наконец, направилась во дворец. Войдя внутрь, они устремились к трону, что стоял посередине. На кресле около трона, восседал сам наместник — черноволосый мужчина средних лет. — Приветствую тебя, Денетор, наместник трона Гондора, — обратилась волшебница к наместнику. Мужчина посмотрел на магессу и ответил: — Приветствую тебя, Сельгулиэль из Ривинделла, — сказал он. — Какая судьба занесла тебя в мой город? При словах «мой город» Эли неприятно поморщилась. Ей никогда не нравился этот человек. — Я хочу предупредить тебя об угрозе, которая нависла над твоим городом. Саурон хочет напасть, собрав огромное войско. Без помощи соседних стран вы вряд ли сможете отбить эту атаку… — дальше слушать речь эльфийки Денетор не стал. — С какой стати я должен просить у кого-то помощи? Гондор выстоит, мы на протяжении года успешно отбиваемся от всех атак орков. Мы справимся с любой напастью! — гордо заявил он. — Твоя самоуверенность не приведет ни к чему хорошему, — возразила магесса. Ее очень злила его надменность и самоуверенность. — Если не попросить помощи, Минас Тирит падет, а вместе с ним и Гондор. — Отец, она права, — вмешался парень лет двадцати, очень похожий на Боромира. — Молчи, Фарамир, я останусь при своем мнении! — прикрикнул на сына наместник. — А вы можете идти, — зло проговорил Денетор, обращаясь к путникам. Сельгулиэль поклонилась и вместе с хоббитом вышла из дворца. Она начала ворчать, как только они вышли. — Наглый, самоуверенный, гордый человечишка. Помощь ему, видите ли, не нужна! Дурак и осел упертый. Чтоб ему в кресле не сиделось. Считает, что он сам справится. Идиот! — и дальше в таком же духе. Пиппин смотрел на нее и еле сдерживал смех. — Сельгулиэль, в такие моменты ты очень напоминаешь Гэндальфа, — эльфийка вопросительно посмотрела на хоббита.  — Ворчишь так же, — пояснил он и хихикнул. Магесса нахмурилась, но говорить ничего не сказала: знала — это бесполезно. Подозвав Полуноча, они направились в сторону сигнальной башни. — Пиппин, тебе пора показать свою ловкость, — улыбнулась Эли. — Взберешься на башню и зажжешь сигнальный огонь. Я бы и сама могла зажечь его огненным шаром, но, думаю, Денетор сразу заметит сгусток пламени. Хоббит неуверенно кивнул. — Не бойся, я тебя подстрахую, — успокоила полурослика магесса. Хоббит не без труда залез по скале на вершину башни. Все это время девушка была на виду и страховала его. Пиппин зажег сигнальный огонь и поспешил спуститься. Стражники засуетились, увидев это. Вдалеке показался еще один огонек. — Зажглись сигнальные огни Амон-Дина!!! — прокричал один из стражников, глядя вдаль. — Молодчина! — волшебница потрепала хоббита по волосам. «Главное, чтобы он не узнал, что мне просто лень было туда лезть», — подумала эльфийка. В белом городе началась суета. Фарамир с отрядом солдат направились в форт Осгилиат. — Ни к чему хорошему это не приведет, — задумчиво сказала она, глядя вслед воинам. Эта ночь была неспокойной. Эли практически не спала, она постоянно следила за горизонтом и фортом. К ней подошел Пиппин и тоже начал всматриваться вдаль. — Как ты думаешь, с Фродо и Сэмом все в порядке? — внезапно спросил хоббит. Магесса задумчиво посмотрела вдаль и ответила: — Я думаю с ними все хорошо. «Во всяком случае, если бы это было не так, мы узнали об этом сразу же», — добавила про себя эльфийка. Внезапно вспышка озарила небо, и зеленый луч устремился в черные облака Мордора. — Началось… — с ужасом проговорила волшебница. — Что началось? — не скрывая своего волнения, спросил хоббит. — Мордор направил свои войска на Гондор, — ответила она. — Скоро будет битва. Иди спать, тебе нужно отдохнуть. Послав хоббита отдыхать, Сельгулиэль прошмыгнула через балкон, прихватив с собой посох и меч. Магесса подошла к пантере и погладила ее. — Ну что, Полуночь, пора браться за дело. Нужно постараться спасти всех, кого сможем. И, как подтверждение ее слов, послышался пронзительный вой назгула. Волшебница быстро вскочила на пантеру и помчалась прочь из города, в сторону форта Осгилиат. Оттуда уже начали отступать всадники, за ними вели погоню назгулы и орки. Эли на всех парах мчалась к остаткам войска Минас Тирита. Назгул летал над ними, убивая всех. Подъехав к отряду на достаточное расстояние, Сельгулиэль достала из-за спины посох и создала вспышку очень яркого света, который заставил нечисть отступить. Воины прибыли в город, раненых сразу отвели в лазарет. К магессе подошел Фарамир. — Спасибо за спасение, — сказал он. — Твоя помощь была очень кстати. — Не за что. Я не могла допустить, чтобы брат Боромира погиб, — улыбнулась в ответ Эли. — Ты хороший человек. Он много о тебе рассказывал. — Ты путешествуешь с моим братом? — пораженно спросил он. — Да. Мы стали друзьями за время нашего похода, — проговорила она. — Кстати, тебе не попадались два хоббита? — Да, около трех дней назад, но я их отпустил. Они пошли в Мордор через перевал Кирит Унгол. — Что за лихо понесло их в то место? — спросила саму себя эльфийка. — Если тебе это поможет, то их туда повела некая тварь, она называла себя Смеголом или Голумом, я точно не помню, — сказал военачальник и пошел в лазарет, так как тоже был ранен. — Смегол… Теперь все становится на свои места, — проговорив это, Эли ушла обратно в гостиницу, где остановилась вместе с Пиппином. Утро было таким же неспокойным, как и ночь. Воины готовились к предстоящей битве, волшебница помогала в лазарете залечивать воинам раны. К ней подбежал хоббит. — Эли, там Денетор совсем умом тронулся! — горланил Пиппин. — Ты не кричи так, успокойся и скажи нормально, что случилось, — попросила полурослика магесса. — Денетор отправляет отряд Фарамира в лобовую атаку на орков! Войско Мордора уже появилось на горизонте! — Что творит этот человек?! Он что, совсем ума лишился?! — закричала Эли и вместе с хоббитом выбежала из лазарета. В городе уже прощались с воинами, так как знали: идти в лобовую атаку на такую орду орков просто самоубийство. Ворота закрылись за последним воином, и волшебница как можно быстрее взобралась на стену. То, что она увидела, поразило ее. Вражеское войско было даже больше чем у Хельмовой Пади. «И на всю эту орду в лобовую атаку скачет небольшой отряд гондоровских солдат?! О чем Денетор думал, посылая их туда?!» — думала про себя эльфийка. Вот маленький отряд столкнулся с ордой, и буквально за считанные секунда от него ничего не осталось. Армия орков все ближе и ближе… — Открыть ворота!!! — прогремела команда одного из стражников. «Чего?!» — в шоке подумала и, видимо, воскликнула Эли, так как на ее вопрос ответили: — Один из всадников вернулся. И правда, конь тянул за собой одного из всадников. Эльфийка узнала в нем Фарамира. — В лазарет его, быстро! Закрыть ворота! — скомандовала магесса, стража послушалась ее беспрекословно. Эли отправилась в лазарет вместе с раненым. Дойдя до самого верхнего яруса, она увидела Денетора, который с неописуемым ужасом смотрел на надвигающихся врагов. И вот протрубил рог сигнала об атаке, в дело пошли катапульты: здания ломались под разрушительной силой каменных ядер. Люди кричали от страха, но стражники мужественно стояли на своих местах. — Надежды нет… Рохан не явился… Нам не выстоять… — бормотал он и вдруг заорал: — Бегите все!!! Спасайтесь!!! Бросайте все, спасайте свои жиз… Эльфийка не стала дослушивать, то, что орал этот сумасшедший, — она вырубила его посохом. — Не сдавать позиции! — Сельгулиэль приняла командование на себя. — Мы выстоим! Оставайтесь на своих местах! Не показывайте свой страх врагу! Слова волшебницы придали солдатам больше уверенности. Воины заряжали свои катапульты и атаковали врагов, на орков, подошедших слишком близко к стене, сбрасывали горящие камни и кипяток. Твари выли от боли, но продолжали наступать. — Заряжайте катапульты! — прогремел над белой крепостью очередной приказ Сельгулиэль. Воины выполняли ее приказы без возражений и действовали очень быстро. К городским воротам приближался таран. Магесса попыталась разрушить его одним из заклинаний, но ничего не получилось. Он был слишком велик и прочен. — Придется понадеяться на ответ земли, — пробормотала девушка и начала нашептывать заклинание, которое помогло ей в Хельмовой Пади. «Бум!» — таран столкнулся с воротами, первое повреждение было нанесено, но ворота все еще стояли. «Бум!» — вторая попытка проломить ворота оказалась неудачной. Таран начал готовится к еще одной атаке, но не успел. Сельгулиэль как раз закончила заклинание, но вместо земляных шипов, которые пронзили бы адское орудие, из земли появились огромные ползучие корни, что обвили таран и начали ломать его. Тролли, что следили за осадной машиной, попытались прорубить огромные растения, но те не только не поддавались, но и обвивали своих обидчиков, душа их и ломая им кости. — Спасибо тебе, — прошептала почти беззвучно Эли, обращаясь к земле. — Ты уже не первый раз нас спасаешь. В ответ на слова эльфийки корни еще сильнее сжали осадную машину, окончательно ломая ее. Из-за черных как смоль туч казалось, что сейчас ночь, а не день. Орки ставили лестницы к стенам крепости, а волшебница сбивала их заклинаниями. — Сельгулиэль! Сельгулиэль! — звал магессу хоббит. — Пиппин, что случилось?! — спросила Эли у хоббита. — Денетор! Он собирается спалить Фарамира заживо! — в панике кричал полурослик. — Черт! Ну что за человек-то такой?! Только оставишь без присмотра — сразу что-нибудь вытворит! — в сердцах воскликнула девушка, вскочила на Полуноча, и, взяв хоббита, помчалась во дворец. Наместник трона уже облил себя и Фарамира маслом. Не успели люди, как на них обрушился голос волшебницы: — Остановите это безумие! — люди сразу же остановились. Но Денетор забрал факел у одного из людей и поджег костер. — Идиот!!! — крикнула Эли и сбила наместника с костра. Хоббит же спасал от опасного пламени Фарамира и тушил его одежду. — Нет! Вы не заберете у меня сына!!! — кричал сумасшедший, потянув полурослика к костру. Сельгулиэль быстро среагировала — приказала пантере спасать малыша. Про наместника трона она уже не думала. А тот в свою очередь уже полыхал алым пламенем. Почувствовав жгучую боль, Денетор в панике выбежал прочь из дворца, на ходу пытаясь потушить пламя. — Вот и настиг конец Денетору — наместнику трона Гондора, — проговорила она. Эли подошла к очнувшемуся Фарамиру и начала залечивать его раны. — Выходит, мой отец совсем лишился рассудка, — не то спрашивая, не то утверждая проговорил младший брат Боромира. — С его характером рано или поздно это бы случилась, — вздохнула девушка. — Отнесите его в лазарет. Я возвращаюсь к воинам. Пиппин, помогай целителям. Маленький хоббит кивнул. Сельгулиэль вернулась на стену и продолжила атаковать орду орков своими убийственными заклинаниями. Люди продолжали сражаться, лестницы скидывали со стен, а орки все никак не кончались. Усталость понемногу стала овладевать воинами, солдаты несли огромные потери, а у волшебницы заканчивались силы. Воины уже не надеялись на помощь, но как говорится, подкрепление приходит в самый последний момент. Вдалеке послышался рог Рохана, и на горизонте появились всадники. Орки отвлеклись от крепости, и устремили свои взгляды на прибывшее войско. Шесть тысяч всадников и сотня эльфов-лучников пришли на помощь Гондору. Исчадия ада, стоявшие в задних рядах, полностью переключились на прибывших воинов: они злобно скалились и трясли копьями. — В бой! В бой, всадники Теодена! — прогремел над долиной голос короля Теодена. — Копья вздымайте, щиты крушите! День сечи! День славы! Вперед, навстречу заре! Четкий эльфийский слух уловил его голос. Сельгулиэль с облегчением вздохнула и посмотрела на всадников. — В бой! В бой! В последний бой этого мира! На смерть! — продолжал Теоден. — На смерть! — раздался громкий крик воинов. — На смерть! — повторил Теоден, поднимая сверкающий от лучей вышедшего из-за туч солнца меч. — На смерть! — Смерть! — последний раз крикнул Теоден, и всадники ринулись в атаку. Волшебница так и не смогла увидеть то, как схлестнулись две волны противников. Ее привлек пронзительный визг назгула. — Вот черт! Только вас здесь не хватало! — крикнула Эли и атаковала дракона, на котором был назгул, огненным шаром. Это и была ее главная ошибка. Тварь сразу заметила магессу и ринулась к ней. Болотно-зеленого цвета крылья дракона мелькнули над головами защитников крепости. Он с пронзительным визгом настигл волшебницу и схватил ее. Сельгулиэль не сразу поняла, что случилось: земля очень резко ушла из-под ног. Опомнилась она только тогда, когда прислужник тьмы начал ослаблять хватку: еще чуть-чуть, и магесса летела бы вниз с огромной высоты. — Не дождешься, гад! — крикнула она и схватилась за лапу дракона. Тот этого никак не ожидал и начал выделывать умопомрачительные виражи, пытаясь сбросить незваного пассажира. Но эльфийка довольно-таки уверенно держалась. В конце концов, тварь устала и выровняла полет: настал звездный час Эли. Она взобралась на спину зверушки назгула и встретилась лицом к лицу с Черным Всадником. — Ты заплатишь за свою дерзость, — прошипел он. — Да, да, да. Скажи что-нибудь новое, — рассмеялась она, распрямляясь в полный рост на спине дракона. — А то мне уже надоело слушать одно и то же от всех моих недоброжелателей. И опять оскалилась. Она создала свое излюбленное заклинание: ледяную стрелу. Пронзив ею голову мордоровского ящера, Эли спрыгнула с него… — Sul, dambed nalen nin estad, anna nin edraith! (Ветер, ответь на мой зов, дай мне спасение!)  — спешно проговорила она. Воздушные вихри окутали девушку, значительно замедлив падение. Приземлилась она прямо перед конем Эомера. Тот в неком замешательстве наблюдал за ее боем. — А ты крута, — протянул он, глядя на то, как эльфийка, словно ничего не произошло, отряхивает свое бордовое одеяние. — А то! — улыбнулась она и достала из-за спины посох. Пришлось драться вместе с остальными всадниками. И вот, когда победа была уже близка, раздался еще один рог, оповещающий об атаке. Эли посмотрела в сторону звука и оторопела. На них шла целая толпа мумаков. Те без труда давили своим весом роханских всадников. — Барлог подери! — воскликнула эльфийка. — Когда же мы перестанем притягивать к себе неприятности?! Конь магессы мчался на одного из гигантов. Мумаки шли группами из трех или четырех особей. На каждом были какие-то сооружения, в которых сидели люди. Огненный шар, созданный Эли, поджег одну из таких конструкций. Животное взвыло от боли и упало, потянув за собой соседа. Эльфийка продолжала уничтожать гигантов, пока вновь не услышала назгула. — Твою ж налево! Когда же он сдохнет?! — воскликнула она и побежала в сторону звука. Там какой-то парень принял бой с Черным Всадником. — Он либо храбрец, либо глупец, либо все сразу, — пробормотала девушка. И тут она увидела тело короля, придавленное лошадью. — Теоден! — крикнула магесса и побежала к королю. Тот был еще жив, но сильно ранен. Эли увидела окончание схватки назгула и парнишки и была очень удивлена, когда узнала, что это Эовин. Племянница короля с горем пополам, но смогла победить, не без помощи Мерри. Как здесь оказался хоббит, эльфийка решила выяснить позже. Освободив короля от огромного веса мертвой лошади, волшебница ужаснулась. Большая часть его костей была сломана, а внутренние органы, скорее всего, слишком сильно повреждены. Король доживал свои последние минуты. Эовин подбежала к своему дяде, и опустилась на колени перед ним. — Дядя… — дрожащим голосом проговорила она. — Эовин, — раздался тихий голос короля. — Ты молодец… Ты стала истинной воительницей. — Мы спасем тебя! — сказала она и с надеждой посмотрела на эльфийку. — Ведь ты сможешь? Сможешь его вылечить? Сельгулиэль закрыла глаза и виновато покачала головой. — Вы уже спасли меня, — прошептал Теоден. — Прощай… Эовин… Король смотрел в небо невидящим взглядом. Волшебница закрыла его глаза и проговорила молитву на эльфийском. Потом подошла к Мерри. Хоббит был без сознания, но ничего серьезного с ним не случилось, полурослик отделался только ожогом и несколькими ссадинами. Вылечив его ранения, Эли вновь посмотрела на плачущую принцессу. Решив для себя что-то, магесса спрятала за спину посох и, достав из ножен меч, начала рубить всех орков, которые слишком близко подходили к ним. Мордоровских тварей практически не осталось, а вот мумаков было предостаточно. Вдалеке девушка увидела вспышки пламени и блеск льда. «Отец!» — догадалась эльфийка. Всадников из Рохана осталось совсем мало, их дополнял еще и отряд Халдира. Сам лориенец иногда попадал в поле зрения Сельгулиэль, что не могло ее не радовать — ее друг все еще жив. Одно только волновало Эли: она ни разу не увидела Боромира, Гимли, Арагорна или Леголаса. Тревога поселилась в ее сердце, но бросать Эовин и Мерри волшебница не собиралась. Поэтому она изо всех сил их защищала. Пристань в Осгилиате. Туда прибыли пиратские корабли. — Вечно вы опаздываете, пиратское отродье! — проорал один из орков. — Живо слезайте со своих кораблей! Но орков ждало разочарование. Вместо пиратов с корабля спрыгнули члены братства: Арагорн, Леголас, Гимли и Боромир. Мордорские твари сначала удивленно отступили, но потом оскалились и подались вперед. — Смотри-ка, — заговорил гном с азартом в голосе. — Нам тут на троих хватит. Посмотрим, кто лучший гном! Орки устали ждать, они кинулись в атаку, желая прикончить незваных гостей. Вдруг перед братством появилось войско мертвых, что сметало всю нечисть на своем пути. За призраками в бой ринулись и остальные. Сельгулиэль вновь и вновь отбивалась от орков, теперь уже вместе с Эовин. Мерри так и не пришел в себя, поэтому девушки защищали его. — Heleg ar lach, ertha, dag gotha sii tur! (Лед и пламя, объединитесь, убейте врагов своей силой!)  — и вновь прогремел взрыв, который сотряс землю и сокрушил врагов. — Сельгулиэль, дочь моя! — Гэндальф примчался к воительницам на Седогриве. — Вы в порядке? — Да, только Мерри до сих пор не очнулся, — ответила волшебница. Митрандир кивнул и подошел к хоббиту. Осмотрев его, он прошептал какое-то заклинание, и полурослик начал приходить в себя. Вскоре они увидели войско мертвых, истребляющее всех врагов Гондора. Битва была окончена за короткий промежуток времени. Волшебница шла по полю боя и искала выживших, но никого не находила. Вздохнув, она направилась к небольшой группе, в которой узнала своих друзей. Халдир стоял возле Боромира, держась за плечо. — Отпусти нас, — проговорил призрак, глядя на Арагорна. — Я считаю вашу клятву исполненной. Покойтесь с миром, — проговорил Дунадан призраку. Тот довольно улыбнулся и войско мертвых исчезло. — Привет, ребята, — улыбнулась Эли. Мужчины посмотрели на нее с удивлением, и Леголас спросил: — Ты ведь должна быть в городе. Обломки тарана еще не успели убрать. — Ну, я как бы… — промямлила она, а потом ответила более собрано. — Я полетала с назгулом! — Ты что?! — хором спросили четверо мужчин. — Я сам это видел, — ухмыльнулся Эомер, подходя к компании. — И спешилась она довольно эффектно. — Да не волнуйтесь вы так! Было весело, — под четырьмя грозными взглядами, эльфийка начала пятиться. — Эомер, я тебе это припомню, — буркнула она, прячась за спину Гэндальфа. — Я не пойму вас, — сказал Митрандир. — Сельгулиэль сильный маг, а вы с ней обращаетесь как с беззащитным дитем. — Но она же девушка, — проговорил Боромир, но уверенности в его голосе поубавилось. — Да, девушка… — хмыкнула Эли и съязвила: — Настолько беззащитная, что уничтожила огромный таран, заделала брешь в стене Хельмовой Пади и так далее. Достойного ответа у мужчин не нашлось. — Мы выиграли еще одну битву, — проговорил Гэндальф. — Нужно собрать совет. Сельгулиэль, будь добра, убери эти обломки. Эльфийка посмотрела на то, что осталось от тарана и, вздохнув, пошла в его сторону. — Оrath — nin mellon… — магессе понадобилось полчаса на то, чтобы убрать с дороги обломки, потратив почти все оставшиеся силы и кучу нервов. В итоге проход был расчищен, и остатки войска Рохана и отряда эльфов вместе с Братством вошли в город. Еще одна битва увенчалась победой, но цена была слишком велика. Многие воины погибли, среди них был и король Теоден. А где-то на перевале Кирит-Унгол два хоббита направляются к Роковой горе. Теперь все зависит от них. Победа или поражение? Хотя, зная этих маленьких храбрецов, можно с уверенностью сказать — у них все получится.