Гибискус

…Капитан явился на борт позже всех. Собственно, иного от него и не ожидали. Команда была не сильно-то против: Роджера любили все. Кроме, пожалуй, врагов, но тем на корабле, построенном плотником Томом, делать было нечего. Поэтому, когда Роджер задерживался в очередном городе, никто даже не думал волноваться… за исключением старпома. - И где его носит? – себе под нос бормотал Сильверс Рейли, пользуясь тем, что в непосредственной близости от него находились только Шанкс и Багги, яростно о чем-то спорящие. Парням явно было не до Рейли и не до его тревоги за капитана и друга. Надо бы их разнять, подумал старпом, того и гляди, подерутся, они и без того на ножах в последнее время. Не хватало еще драки между глупыми мальчишками вдобавок к безалаберности капитана… Который заявится с полусуточным опозданием и непременно в зюзю пьяный. Это в лучшем случае. В худшем Роджер снова притащит за собой Дозор или придет в изрядно потрепанном после очередной потасовки виде. Может, еще и кого с собой приведет. Способность Гол Ди Роджера ввязываться в неприятности, которые он с какой-то радости называл «приключениями», была такой же легендарной, как его способность находить друзей. С годами ничего не менялось, и иногда Рейли начинало казаться, что его капитану больше нечем удивить своего старпома. Обычно такое чувство предшествовало вещам, поистине невероятным, ибо непредсказуемость Роджера давно вошла в поговорку. Вот и на этот раз капитан не подвел. Рейли был первым, заметившим Роджера, подходящего к кораблю. Старпом открыл рот, чтобы поприветствовать припозднившегося друга… Да так и замер. Боковым зрением Рейли заметил, что Шанкс и Багги живо прекратили словесную потасовку и уставились на капитана. Челюсти у них отвисли – будь здоров, и, в отличие от много повидавшего на своем веку старпома, ребята не сумели быстро взять себя в руки. В общем-то, их было не за что винить. - Йо, Рейли, - Роджер поднял руку в приветственном жесте. Ухмылялся он так, что, казалось, мог составить конкуренцию луне, вовсю скалившейся с небес. Рейли не удивился бы, узнай он, что капитан и с луной состоит в сговоре. - Ты решил устроить на палубе клумбу? – на большее Рейли не хватило. - Хм? Клумбу? А почему бы и нет, - капитан на мгновение задумался. – Вот за что ценю тебя, Рейли, так это за оригинальные идеи! - Какого черта эти идеи делают у тебя на шее? – спросил Рейли, потихоньку начиная звереть. - А? – Роджер перевел взгляд на свою грудь. Вид у него был такой, словно он только что заметил гирлянду из красных цветов, украшавшую его шею подобно экзотическому ожерелью. – Ааа! - И в волосах, - безжалостно добавил старпом. – Только не говори, что ты решил уйти на покой и заняться разведением гибискуса! Роджер ощупал свою голову, обнаружил цветок, украшавший его буйную шевелюру, но трогать не стал – оставил, как было. Вслед за этим его лицо приняло самое что ни на есть мечтательное выражение. - Ну, выращивать гибискус я предоставлю ей. - Ей? – не веря собственным ушам, уточнил Рейли. Шанкс и Багги, вытаращив глаза, созерцали своего приукрашенного капитана. - Ты знаешь, Рейли, она совсем не пользуется косметикой, - с заговорщицким видом сообщил Роджер. – Зато разводит цветы. - Значит, гибискус – это аналог отпечатка помады на щеке? – уточнил старпом. Происходящее не желало укладываться у него в голове. До сегодняшнего дня Роджер интересовался преимущественно приключениями. А женщины… были, конечно. Но ни одной из них капитан не позволил бы увешать себя цветами. Заметив – немедленно снял бы. В ответ Роджер только ухмыльнулся, продемонстрировав Рейли два пальца, и неторопливо взошел на борт. Дежурный, который то ли совсем ослеп, то ли пребывал в ступоре от лицезрения увешанного цветами капитана, поспешил уведомить команду о его возвращении. Поднялась привычная суматоха; Рейли не сомневался, что каждый почтет своим прямым долгом расспросить Роджера о цветах и их загадочной дарительнице. Впрочем, ее загадочность должна была вскоре развеяться. Недаром, проходя мимо старпома, капитан негромко сказал: - Мы теперь часто будем заходить в этот город. Похоже, ему действительно нравился гибискус…