200 лет.

Лас - Вегас, 6 августа 2223 года. "Город греха". Город казино. Город азарта. Здесь очень красивый закат. Здесь люди красиво становятся бедняками, богачами, мёртвыми. Город, где исполняются обещания и находятся люди. Казино "Алая роза". 17:56. Лучшее казино города, самые высокие ставки, профессиональные игроки. - Кол, дружище,, ты кого - то ждёшь?- спросил Кристиан первородного. Кристиан был вампиром, которому через месяц стукнет 838 лет. Это высокий мужчина с тёмно - русыми волосами и тёмно - карими глазами, а так же отличной спортивной фигурой. - Уж не та ли эта девушка, которая пропала пять лет назад?-высказал предположение Питер. Он был гибридом. Ему 27, Клаус обратил его три года назад. - С чего вы это взяли?- вопросом на вопрос ответил первородные, в который раз глядя на часы в телефоне, которые показывали 17:58. - За столом пять слульев, а нас четверо. Мы играем в покер, хотя всегда играли в рулетку или блэкджек.Ты в десятый раз проверяешь время и не совсем внимателен. Этих доводов достаточно?- ответил Нил. Шикарный брюнет с голубыми глазами. Вечно ходящий в классическом костюме и шляпе. - Я не просил идти со мной в казино, Нил. Я просто позвонил тебе, чтобы остановиться у тебя на пару дней,- спокойно ответил первородный. - Здесь свободно?- разговор мужчин прервал спокойный холодный голос девушки.- Насколько я понимаю, здесь идёт игра в покер, или я ошибаюсь? - Ты пунктуальна,- заметил Кол,в который раз взглянув на часы, где показывало 18:00.- Садись. - Здравствуйте. Минимальный количество фишек двести тысяч долларов,- сообщил человек, принимающий фишки и раздающий карты. - Я в курсе,- резко ответила девушка, кладя на стол свои фишки. Образ девушки вызывал восхищение, собственно как и всегда. Волосы средней длины были уложены в красивые локоны, тёмный вечерний макияж подчёркивал красоту серо-голубых глаз, платье чуть выше колена превосходно подчёркивал изгибы тела девушки, высокие каблуки и чёрный клатч дополняли образ. - Девушка, у нас высокие ставки,- с усмешкой предупредил Нил, оценивая новоприбывшую. - Это мне и нравится. За несколько партий разобраться с деньгами и всё, а не сидеть часами со ставками в две тысячи,- с сарказмом ответила девушка. - Ставки принимаются,- огласил молодой человек и игра понеслась. Но никто, кроме Кола, из мужчин не был уверен в том, кто эта девушка, хотя догадывались. - Ты приехала,- произнёс Кол, сидя рядом с девушкой на крыше её особняка за городом. - Я же обещала тебе 200 лет назад, когда мы вернулись из Мексики,- расслабленным голосом ответила девушка, отпив из бокала виски.- Мы десять лет назад договорились здесь встретиться. А что это были за мужчины с тобой? - Друзья. Они не узнали тебя. Давно здесь живёшь?- поинтересовался Кол, разглядывая Софию, которая ничуть не изменилась. - Уже год. Сегодня исполнился год,- тихо ответила собеседница.- Конечно, твои друзья не узнают меня. Мы никогда не встречались. - Почему ты уехала тогда? Это же была ваша с Клаусом годовщина совместной жизни. Элайджа из Венеции с Вероникой прилетел. Кстати, твоя сестра с моим братом - очень хорошая пара. Жаль, что ты не увидела этого. Они приехали минут через двадцать после того, как ты исчезла,- говорил Кол. - Я всё это знаю. И то, что Катерина встречается с Дейманом Сальваторе, и то, что полгода "мутил" с моей младшей сестрой, и то, что Клаус был опять с этой шлюхой - Керолай Форбс, и то, что её приняли в семью. Я всё это знаю,- тихо ответила девушка.- Я уехала потому, что Клаус меня не любил. Это же очевидно. Элементарно и просто,- усмехнулась девушка, наливая себе и древнему ещё виски. - У вас ведь всё хорошо было. - Вам всем это казалось. - Расскажи тогда, что между вами случилось. - Хорошо,- согласилась девушка.- Давай вспомним то время, когда ваша мать восстала из мёртвых. Это был 2216 год. 24 июля 2216 года. - Ммм... Что происходит?- девушка ещё не пришла в себя, но отчётливо понимала, что находится в каком-то холодном помещении. Открыв глаза, она увидела, что находится в тёмной пещере, привязанная цепями к стене. Всё так же в бальном платье, но растрёпанная. Всё тело невыносимо болело. Во рту пересохло. И каждая клеточка её тела жаждала крови. Пещера находится, вероятно, очень глубоко по землёй, т.к. не единого лучика света не проникало сюда, было очень холодно, где-то в одной из многочисленных дыр, бегали крысы. С потолка капала вода, вероятно, она находилась под родником. В голове было мутно, плавали остатки последних воспоминаний. Последнее, что она помнила, это то, что вновь восставшая и всем надоевшая Эстер, накладывала на неё и первородных заклятье; бегавшие гости; беспомощный крик Керолайн Форбс, которую Клаус тоже пригласил на бал. Это был прекрасный вечер, просто так решили устроить приём. Это было великолепно, красиво, изящно, величественно. Но прекрасное недолговечно, как говорил Гомер. Всё хорошо быть не может. Где-то в глубине пещеры послышались шаги. Через минуту пред девушкой предстал мужчина лет 50-53. Он был полноват, невысокого роста, маленькие глаза, короткие тёмно-коричневые волосы, морщинистые руки. На нём был старый застиранный джинсовый костюм, чёрные армейские ботинки. От него неприятно пахло потом. В руках он держал пакет и фонарь на батарейках. - О, куколка, уже очнулась,- произнёс старик своим гнусавым голосом, посветив девушке в лицо фонариком, тем самым заставляя её зажмурится и отвернутся. - Пошёл к чёрту, ублюдок,- прошипела девушка и дёрнулась. Такой манящий аромат исходил от пакета с кровью, что она разорвала бы любого, чтобы добраться до заветного литра. - Ооо, ахаха,- рассмеялся Брэд, так звали мужчину. Ты у меня уже не первая такая и твои зубки мне нипочём.- Хочешь кушать?- он провёл пакетом крови рядом с лицом девушки, у которой выросли клыки и вены под глазами.- Просто попроси. Девушка собрала всю свою выдержку в кулак и упрямо отвернулась, высоко подняв подбородок, собрав крупицы своей сдержанности. - Видимо, ещё не проголодалась,- сказал Брэд, взяв своей потной ладонью девушку за подбородок. В ответ девушка дёрнула ногами, ударив мужчину в колено.- Ах ты, сука, ты ещё пожалеешь об этом,- прошипел мужчина, и ударив девушку в живот, ушёл. РОV София. Чёрт, что происходит? Где Клаус? Где все? Кто этот ублюдок? Что ему нужно? Сколько вопросов и ни единого ответа. Сколько времени я вообще здесь нахожусь? Неизвестно, но достаточно, чтобы каждая клеточка моего тела начала иссыхать. Мне кажется, что я начинаю сходить с ума. Я думаю: вскоре у меня начнутся галлюцинации. Ох, я в ужасном виде.. Я считаю капли, падающие с потолка и гулко стучащие о камень. Шестьдесят капель - одна минута. Ещё шестьдесят - ещё одна. И так ещё, ещё, ещё... Когда мой счёт добирается до пяти часов, я вновь всхлипываю и отчаянно дёргаю руками, пытаясь освободиться. Отчаяние - страшное чувство. Оно лишает рассудка, уничтожает веру и гасит надежду. Если мои предположения верны, основанные на моём состоянии, то в этой пещере я уже около четырёх дней. Более двух суток не появлялся тот мужчина. Я хочу, чтобы он пришёл, пусть даже он и причинит боль. Я хочу спросить о Клаусе, об остальных. Я голодна. Теперь я знаю, что такое голод, когда готов разрывать в клочья, облизывая ошмётки сырого мяса и всасывать каждую каплю из вспоротых вен. За эти дни я так одичала, что даже на крыс, копошащихся у моих ног, смотрю жадно. Если бы могла, то не побрезговала бы и такой кровью. Но увы, у меня нет такой возможности. Я в отчаянии. Мне страшно. Неожиданно мои мысли разлетаются. Я чувствую запах. Кровь. Человеческая кровь. Ещё через мгновение я различаю тяжёлые шаги, ещё через несколько секунд свет режет резкий свет фонаря. - Ужасно выглядишь,- произносит знакомый мне голос. Перед закрытыми веками пляшут янтарные звёзды. Красиво.- Глаза открой!- Щёку обжигает пощёчиной, а мне хорошо. Это больно, а значит я жива. Я хочу ещё. Сильней. Чтобы когда мой плачь уйдёт, я могла упиваться этим ощущением в агонии, кусая избитые губы, и понимать, что жива, пока ещё жива. - Иди ты нахер,- усмехаюсь я. Звёзды перед глазами становятся красными. Или это уже не красный? Чёрт, я не различаю цвета. - Вот теперь я понимаю, что такого сын Эстер находил в тебе,- с каким-то щенячьим восторгом произносит мужчина. Он разочаровывает меня. Я жду иного. Ну же!- Ты так и не сломалась. Упрямица. Или ты ему нравилась больше в роли течной сучки? У тебя очень подходящий образ, куколка. - Даже так? Ладно, я буду знать,- равнодушно протягиваю я. - Глаза открой!- шепчет он где-то близко от моего лица. Противно. - Не хочу, и не склоняйся так близко, если не хочешь чтобы я откусила тебе нос,- я демонстративно облизываю губы, он же обхватывает меня за волосы и впечатывает затылком в камень. Хорошо. - Не угрожай мне, девочка. Тебе некому помочь. Ты проживёшь столько, сколько я позволю,- хрипит он где-то совсем рядом. - Мне плевать,- отвечаю я, концентрируясь на боли в голове. - Хм, забавная ты,- смеётся он.- Чокнутая, но забавная. - Если ты охотник, то почему не убил меня? Наверняка, ты просто неудачник, единственной радостью которого являются издевательства над вампирами,- я выгибаю бровь, кривя губы в усмешке. - Заткнись, сука! Мне подарили тебя,а твои дружки-первородные, наверняка, уже лишились головы. Тебя некому спасать,- шипит он,скрипя зубами, достав нож из-за пояса джинсов. - Убьёшь?- в моём вопросе плавают усмехающиеся нотки, когда-то бывшем частью меня, сарказма. - Нет. Слишком легко. Ты будешь просить меня, умолять об смерти,- шипит старик. Я даже не буду ничего говорить. Бесполезно.- Ледяная, да?- я слышу треск ткани. Поддевая ножом мои трусики, наверняка, последнюю вещь на мне, он разрезает их. Клянусь всем, чем только можно, если он решит использовать меня в качестве сексуальной игрушки, то я убью его. И это будет долгая смерть. Долгая и жестокая. - Я бы тебе не советовал,- рычу я. - Думаешь, я буду тебя трахать? Ты же мертвец, девочка. Я уж не такой извращенец. Или что, грязная сука привыкла раздвигать ноги?- усмехается он. Будь моя воля, бы разорвала его на куски, но даже коленом ударить не могу - он приковал мои ноги. Я молчу. Мне нечего сказать. Я знаю, что просто так он от меня не отстанет, поэтому заранее стискиваю зубу. Главное - это не закричать. Я не хочу боли. Её и так слишком много боли. Мужчина ведёт ножом по шее. От боли я готова кричать, но стискиваю зубы ещё сильней. Я слышу, как он размахивает ножом, будто мясник, который будет разделывать свежую тушу. Я так и не открыла глаза. Я не хочу видеть его взгляда. Наверняка, он похож на взгляд зверя, разрывающего свою жертву. Он рисует на груди цветы. Я открыла глаза. Грудь заливают струйки моей крови. Раны не затягиваются. Цветы. Это розы. Целое поле алых роз на моей белой, как мрамор коже. На бедре он рисует солнце. У него так много лучей. Чистым "полотном" на моём теле является лишь живот. - Как красиво,- приговаривает старик. Он продолжает творить. Рисует на животе новый шедевр. Он охвачен азартом, как Клаус, когда у него вдохновение. Мужчина рисует, часто дыша. Наверняка, это змея. Я думаю, что скоро я увижу собственные внутренности в разрезах. Но я терплю, терплю. "Рисунок" спускается всё ниже, голова "змеи" выводится уже на лобке, ещё ниже, ниже, ниже. - Хм, а где же нарисовать язык?- задумчиво с усмешкой произносит мужчина. Меня начинает трясти, на раны капают солёные слёзы. Всё тело немеет, мысли путаются. Потом я начинаю кричать, выть, и разрывая лёгкие, кричу " Не надо, пожалуйста,не на-а-а-до", но острие ножа всё также скользит вниз, проводит между складок плоти. А потом он нажимает сильнее, проталкивает нож внутрь. Стенки влагалища расступаются, лопаются, внутри хлюпает кровь и струями льётся на серый холодный пещерный пол. Брэду нравится, он улыбается, глаза горят, он толкает оружие по самую рукоять внутрь, прокручивая там всё в разные стороны, превращая внутри в сплошное месиво. Потом он вытаскивает почти полностью и вновь вталкивает. И ещё раз, много-много раз. Ниже живота всё немеет и я теряю сознание. - Ник, Ник! Стой! я сама с ним разберусь Ты нужен ей Иди!- я слышу голос Ребекки и Кола, кто-то оттаскивает от меня старика. А после я чувствую такие знакомые руки. Цепи звякают. Меня подхватывают руки Клауса, его я узнаю из тысячи, сверху укрывает меня кто-то чем-то тёплым и я отключаюсь. 6 августа 2223 г. Лас-Вегас. 22:58. - Да уж, это была жёсткая западня. Первым делом Клаус спас Бекку,- произнёс Кол, но его перебила София. - И это было правильно. Хотя это было предугадано Эстер, что Клаус будет спасать Ребекку. На этом и строилась ловушка,- тихо ответила девушка.- Я не простила ему того, что потом он погнался спасать шлюху-Керолайн. Жестокое предательство. Да, потом он был рядом, но. Но, его предательства я не прощу. Я видела взгляд победительницы в глазах Форбс. Я долго терпела её присутствие в моей жизни, но однажды сорвалась. Как раз перед тем, как исчезнуть пять лет назад,- рассказывала София, глядя далеко вдаль, туда, где находился лес. Он шумел, гонял птиц, сидевших на верхушках деревьев. Небо было светлым, на горизонте ещё была тонкая розовая полоса заката. - А что произошло?- спросил первородный, посмотрев на девушку. Желанную девушку.- Расскажи. - Ладно,- спокойно ответила вампирша. 17 мая 2218 г. Клаус опять сидит с Керолайн в гостиной. Она приехала в гости. Им хорошо. Я не ревную, нет. Я просто в ярости. Я была так счастлива, когда выходила замуж за него. Мы развелись через десять лет. После десятилетия наших детей - Катерины и Дина. Опять эта сука. Тупая сука. Тупая, тупая, тупая сука! Я молнией влетаю в гостиную. Моё появление их удивило. Клаус привык, что я или уезжаю или сижу в комнате, когда она приезжает. Он прекрасно понимает, что я терпеть её не могу, но "любезно" просит не разносить дом и мирится с выбором его друзей, как он мирится с тем, что я дружу с его братом. За эти 195 лет я ни разу не изменила ему, чего нельзя сказать о нём. Они сразу замолкают. Керолайн лежит головой на коленях Клауса. Я готова разорвать их обоих в клочья. Мы так и были вместе. Всё было также, как и в 2023. Всё также: я, он, Керолайн. Он гладит её по волосам. Он улыбается. Мне противно. - Что-то случилось, милая?- Клаус обращается ко мне. С виду я сдерживаю себя, не дрогнул ни один мускул, не сжались кулаки, но внутри меня полыхает пламя, которое готово в следующую секунду вырваться наружу и заполонить собой всё вокруг, сжигая дотла и оставляя лишь пепел. - Не смей называть меня так, как называешь эту дрянь,- я демонстративно указываю рукой на Керолайн, смотря в глаза Клаусу. Я думаю, что в следующую секунду он взорвётся за то, как я назвала его "подругу". Мне становится страшно. Если бы моё сердце могло биться, но уже бы выпрыгнуло из груди. но я не показываю страха. Выдержка. - Ещё хоть слово...- Клаус предупреждает меня, но я срываюсь. Я слишком долго терпела,слишком долго ждала. Форбс сразу скрывается из нашего дома, но последние мои слова она ещё слышит. - Я выебу твою шлюху ножом,- шиплю я. Он замирает. Я продолжаю свою речь, заготовленную и окантованную столь многими обидами, предательствами, обманами Клауса.- И я смогу это сделать. Ты же знаешь. Ты всё прекрасно знаешь, Клаус!- уже кричу я. Я ожидаю от Клауса чего угодно. Боли, вырванного сердца, оторванной головы, но никак не поцелуя. он целует меня, прижимая меня к стене и слегка сжимая горло. Целует, не давая отстраниться. - А если тебя бы так?- произносит Клаус, а через секунду до него доходит смысл сказанных им слов. Он напоминает мне о тех днях в пещере, глаза становятся мокрыми, мне приходится до скрежета стискивать зубы, чтобы сдержаться.- Прости, прости, прости,- шепчет он. Но я падаю на пол, беззвучно катятся слёзы из моих глаз. Клаус хочет обнять меня, но я отталкиваю его. Я не хочу его видеть, нет, не сейчас, слишком много боли. Слишком много. Клаус уходит из дома. Снова к Керолай. Снова к ней. Опять. Снова. Вновь. 2223 7 августа. 00:01. Лас-Вегас. - Кол, а он сейчас с ней?- спрашивает София, стоя уже на балконе в спальне и глядя на ночное небо. - Да,- резко отвечает первородный. И в этот момент у девушки всё обрывается внутри. Через несколько минут мысли пришли в полный порядок. никакой боли, никакой обиды. Ничего. Только ледяное спокойствие и желание быть счастливой. Первородный обнимает девушку сзади за талию, нежно целуя в шею. Девушка отклоняет голову назад, отвечая на ласки мужчины. - Подари мне, если не вечность, то хотя бы ночь полную счастья,- шепчет София, опрокидывая мужчину на кровать и поспешно снимая его рубашку. Ей просто с ним хорошо. Всегда было хорошо, весело и беззаботно, даже ссоры с ним были желанны. Счастье так близко, жаль, что она поздно это поняла. Она обманывала себя два века, хотя подсознательно понимала, что тянет её к Колу. К тому, чью улыбку поймать - было счастьем, к тому, кто дарил счастье в любой момент её вечности. - Я подарю тебе вечность,- так же тихо отвечает древний, прокладывая дорожку поцелуев от шей к груди девушки. Целуя столь желанную девушку, он испытывал эйфорию. Столько лет смотреть на её жизнь с Клаусом, на её слёзы, на то, как её предавали и не вмешиваться. Её выбор. Он никогда не мешал ей. только при каждом случае пытался вызвать её улыбку, смех и хорошее настроение. Он пытался, хотя бы косвенно сделать её счастливой, дарить её радость, показать, что жизнь хороша. Он не просто хотел её. Он любил её. Это было некой извращённой пыткой Дьявола: смотреть на её лучезарную улыбку и не мочь поцеловать. И что сейчас? Двести лет назад они пошутили, а сейчас она просит подарить её счастье, выстанывая его имя. Он так давно хотел услышать, как его имя прозвучит из её уст в порыве страсти, хотел чувствовать её губы на своём теле, а утром увидеть ещё сонные, но счастливые глаза. Всё так порочно. Грязно. Кричаще-вульгарно. Он целует каждый сантиметр её тела, прокладывая замысловатые дорожки поцелуев на животе девушки. Он спускается к самому чувствительному месту тела девушки. Она вся извивается от наслаждения, которое приносит ей язык мужчины в её самом интимном месте, и спустя несколько секунд её накрывает яркий, чувственный оргазм. Всё так извращённо испорчено. Они испорчены. - О, боже, Кол,- произносит девушка, оказываясь сверху на мужчине. Её глаза ярко светятся, волосы замысловатым хороводом танцуют на плечах и спине. Она счастлива. - Кто угодно, но не Бог, детка,- отвечает мужчина, и входя в девушку глубоко и резко, заставляет прогнуться. Он ловит каждый стон Софии поцелуем, даря ей наслаждение. Она, царапая его кожу, не сдерживала эмоции, не сдерживает себя. Нет. Не сегодня. Не сейчас. Не с ним. Девушка целует первородного, отдавая всю себя без остатка, что и получает взамен. Кол совершает грубые резкие , доводя их обоих до пика наслаждения, и их обоих накрывает волна оргазма. Он счастлив. Он получил её, пусть даже через много лет. Но она отдалась ему добровольно. Он подарит ей счастливую вечность. Она счастлива. Он будет счастливой. Её будут любить, ценить, уважать. Похер на мнение остальных. он сделает её счастливой. Он уже это делает. Они налетались вдоволь. Они глотнули несчастья и свободы. Им достаточно. Он счастлив. Она счастлива. Всё.