11-20

Сэм со стоном закатил глаза, когда Дин прибавил громкость приемника, и аккорды «Металлики» стали оглушительными. Он ухмыльнулся, услышав, как брат пытается подпевать, фальшивя почти в каждой ноте. – Чувак, у тебя получается ужасно. – Заткнись, Сэмми! – крикнул Дин, стараясь перекричать грохочущий рок, и замотал головой в такт, барабаня ладонями по рулю. – Знаешь, мы добрались бы до Файетсвилля намного быстрее, если бы ты поехал по шоссе I86, – в третий раз сказал Сэм и повторил одними губами вслед за Дином очередной ответ «заткнись». Он покачал головой. – Мы были бы уже там! А этой дороги даже на карте нет. Дин с улыбкой взглянул на младшего брата и приподнял брови. Когда он снова посмотрел на шоссе, на обочине мелькнул знак, приветствующий путешественников в городе Блумвуде с населением в триста человек. – Верь мне, – сказал Дин и вернулся к своим музыкальным упражнениям, радуясь негодованию Сэма. Если Сэм будет злиться на своего старшего брата, то не станет казнить себя за Мэдисон, и такая замена вполне устраивала Дина. В последнее время Сэм все реже возвращался к этой теме, за что он был ему весьма признателен, и все же порой Дин заставал его, уставившегося в окно с невыразимо грустным и виноватым видом. У него мелькнула мысль, сможет ли Сэм когда-нибудь простить себя за ее смерть. Мирно гудевший мотор Импалы внезапно чихнул, и Дин удивленно посмотрел на приборную панель. Спустя секунду двигатель застучал и заглох окончательно, отчего машина содрогнулась всем корпусом. – Это еще что? – завопил Дин, когда радио умолкло, а Импала, прокатившись еще немного по инерции, остановилась на обочине. – Может… может, машина просто сдохла? – спросил Сэм в полном замешательстве. Дин заботился о своей машине, как мать заботится о своем ребенке, и случившееся было… было невероятным. – Нет, она не сдохла! – Дин положил руку на приборную панель. – Скажи, что ты не сдохла, Детка. Дин открыл капот, и Сэм, хихикнув, поспешил выбраться наружу. – Иногда я задаюсь вопросом – что ты делаешь с этой машиной, когда остаешься с ней наедине. Дин нырнул под крышку капота и минут двадцать копался в моторе в поисках неисправностей, заставляя Сэма время от времени включать зажигание. В конце концов, он сдался и на секунду замер, схватившись руками за голову. – С ней все в порядке. Ничего не понимаю. Сэм подошел к нему и взглянул на двигатель. Он мог поддразнивать брата, но Импала была для них домом. Он практически вырос на ее заднем сидении, и его беспокоил тот факт, что она теперь не на ходу. Раньше она никогда не отказывала. Взглянув на часы, он вздохнул. – Сейчас 11:20. На знаке, который мы только что проехали, было указано, что до города всего две мили. Надо идти пешком. Дин закрыл капот и молча смотрел на него, пока Сэм доставал из багажника их поклажу. Взяв у брата свою сумку, он проворчал: – Это какая-то бессмыслица. – Пошли, – пихнув его локтем, Сэм закинул на плечо сумку с оружием и сумку со своими вещами, после чего развернул Дина в нужном направлении. – Мы должны идти. Она подождет здесь, пока мы не отбуксируем ее в город. Дин не смог удержаться от ухмылки. – Ты сказал про нее «она». [1] – А вот и нет, – запротестовал Сэм, покраснев от смущения. – А вот и да. – Заткнись.

***

– Что за черт… мы прошли целых две мили… – на границе Блумвуда Дин остановился и согнулся пополам, упершись руками в колени, чтобы перевести дух, – …как можно было не увидеть ни одной тачки Если бы у Сэма оставались силы, он фыркнул бы от смеха, но он чувствовал себя как выжатый лимон. Всю дорогу их нещадно палило солнце, и лишь в тот момент, когда они добрались до города, облака наконец-то затянули небо, избавив их от пекла на какое-то время. – Полагаю, по вторникам тут бывает гораздо тише, чем в других городах. – Это еще мягко сказано, – Дин распрямился и направился в город. – Ха. – Что? – взглянув на лежавший перед ними городок, Сэм подумал, что он выглядит, как симпатичная мирная деревенька. Он был маленьким – только дома, построенные вокруг единственной площади, да здание местной администрации с выбеленной дождями башней, украшенной часами. Вдоль тротуаров рядами стояли машины, люди ходили пешком или ездили на велосипедах… Сэм нахмурился. – Они все ходят по проезжей части. – Ни одна машина не движется, – Дин посмотрел назад, а затем снова огляделся по сторонам. Ощущение «что-то не так» начинало беспокоить его все сильнее. Заметив на углу кафе, он мотнул головой. – Пошли. Может, кто-нибудь скажет нам, что творится в этом непонятном городе. Сэм двинулся по тротуару вслед за Дином, разглядывая велосипедистов и прохожих – он никак не мог понять, в чем тут дело. Взглянув на свои часы, он замер на ходу. – Дин, – он схватил брата за руку и крутанулся на месте, чтобы посмотреть на городскую башню. Ажурные черные стрелки массивных часов показывали двадцать минут двенадцатого. Прошло как минимум два часа с тех пор, как они оставили Импалу на обочине дороги… в одиннадцать двадцать. – Что? – Дин мельком глянул на брата, но потом присмотрелся внимательней – на лице Сэма начинало проступать нечто очень похожее на страх. – Сэмми? – Проверь свои часы, – Сэм пристально посмотрел на него. – Который час? Проверь. Взглянув на часы, Дин пожал плечами. – Сейчас одиннадцать двад… что за черт? Сэм метнулся на мостовую и схватил за руку проходившего мимо мужчину. – Виноват. Простите меня, – он улыбнулся. – Не скажете, который час? Какое-то время мужчина смотрел на него, а потом вздохнул. – Одиннадцать двадцать, сынок. Сейчас одиннадцать двадцать, – сказал он устало и покорно, после чего высвободил руку и двинулся дальше. – У них что, все часы разом остановились? – спросил Дин и уставился на Сэма, не сомневаясь, что его собственное лицо отражает удивление, написанное на лице младшего. – Это не к добру, – Сэм снова взглянул на свои часы в надежде увидеть что-то другое, но попытка оказалась тщетной. – Сегодняшний день уже начинает меня доставать, – Дин открыл дверь и вошел в кафе. – Может, кто-нибудь расскажет нам, что тут происходит. – В кафе было не так многолюдно, как, по его мнению, могло быть в это время дня. С полдюжины посетителей сидели за столиками в разных концах зала, официантка сновала взад и вперед, а за стойкой стоял пожилой человек с копной седых волос. Встретившись взглядом с Дином, мужчина со стоном покачал головой и присмотрелся к новым посетителям. – Полагаю, у вас, мальчики, есть вопросы, – сказал мужчина, когда они подошли к стойке. – Что творится в этом городе? – по реакции местного жителя Дин понял, что нет необходимости прикидываться, что они не замечают некоторых странностей. – Лучше не спрашивайте. Меня зовут Хэл. Идите за мной, – Хэл потер рукой лицо и, выйдя из-за стойки, повел парней вглубь зала. У Сэма мурашки поползли по коже, когда несколько посетителей замерли, не положив в рот очередной кусок, и прервали беседу на полуслове, чтобы проводить их взглядом. И все лица были такими… печальными. – Я бы с удовольствием убрался из этого города прямо сейчас, – вполголоса сказал он. Дин кивнул. – Не ты один, – он подождал, пока Хэл сядет за стол, а затем сел на стул напротив него. Сэм сел рядом с братом. – Обычно именно мне приходится знакомить новичков с суровой реальностью – вздохнул Хэл. – И каждый раз это дается непросто. – Суровой реальностью? – Сэму было неуютно сидеть спиной к залу, и он не сомневался, что Дин чувствует то же самое, судя по его напрягшимся плечам. – Мы просто хотели бы найти кого-то, кто отбуксирует нашу машину в город, чтобы мы могли починить ее и ехать дальше. – Ага, – Хэл как-то странно улыбнулся Сэму. – Этого не будет. – Прошу прощения? – Дин потянулся к пистолету, заткнутому сзади за ремень. – Вы нам угрожаете? – Что? Нет! Конечно, нет, – Хэл поднял обе руки так, чтобы собеседники могли их видеть. – Я просто хотел сказать, что уехать отсюда вы… в общем… не сможете. – Это как-то связано со временем, верно? – спросил Сэм, демонстрируя свои наручные часы, и кивком указал на башенные часы, видневшиеся за большим окном. Хэл кивнул. – Да. Здесь всегда одиннадцать двадцать. Так, наверное… лет десять уже. Время застыло на месте, и никто не может уйти отсюда. Я знаю, что вам, мальчики, непросто будет это переварить, но вы привыкнете. – Погоди. Погоди, – проведя пятерней по волосам, Дин пристально посмотрел на мужчину. – Десять лет, говоришь? Шутишь, что ли? Никто не уходил отсюда в течение десяти чертовых лет? – он взглянул на Сэма, а потом снова на Хэла. – Чушь, Хэл. Никак не могли жители целого города внезапно прекратить общаться со своими близкими, и чтобы при этом никто ничего не заметил и не прислал подмогу. – Люди действительно забредают сюда время от времени. Но это случается редко, – Хэл кивком указал на мать с сыном, сидевших возле входной двери и смотревших в окно. – Они появились здесь четыре года назад. Ее сыну было тогда около двух лет. Похоже, ситуация не сильно его напрягает. Думаю, он был слишком мал, чтобы что-то помнить, но Сара… – он умолк и покачал головой. – Мы тревожимся за нее. Во внешнем мире у нее остался муж. Она так и не смирилась, угасает с каждым годом. – Как такое вообще могло случиться? – спросил Сэм, лихорадочно пытаясь свыкнуться с той невероятной ситуацией, о которой поведал Хэл. Как-то неуверенно улыбнувшись, Хэл поднял руку. – Богом клянусь, все из-за ведьмы. Из-за злой ведьмы – как в «Гензель и Гретель», как в «Мудреце Страны Оз», – он всмотрелся в лица своих собеседников и нахмурился. Он не видел ничего похожего на естественное удивление и недоверие, к которым давно привык. – Почему мне кажется, что вы без возражений проглотите историю про ведьму? Проигнорировав его вопрос, Дин задал встречный. – С чего вдруг ведьме проклинать весь ваш город? Должно быть, кто-то здóрово ее разозлил? – Скорее, это она разозлила город, – откинувшись назад, Хэл скрестил на груди руки. – С некоторых пор люди начали умирать. Спустя какое-то время, кто-то сообразил, что все дело в ней. Шериф и кое-кто из горожан пошли разбираться и, гм… получился бардак. Умирая, она прокляла город. – Бардак, – Дин покачал головой. – Очень подходящее слово. Вот черт, – у него было смутное ощущение, что Хэл чего-то не договаривает. – Окей, проклятье – это я понимаю. Время совсем спятило – это тоже понимаю, но что случилось с машинами? – В тот момент, когда она выкрикнула проклятие, все машины и электрические двигатели в городе просто… вырубились. Мы докатились до того, что живем при свечах, – Хэл хмыкнул. – Словно какие-то амиши, [2] – он грустно посмотрел на молодых людей. – Как вас звать-то, мальчики? – спросил Хэл и улыбнулся. – Нам предстоит жить тут бок о бок. Не помешает узнать, как к вам обращаться. – Я Сэм. Это мой брат Дин, – Сэм кивнул, но без улыбки. Насколько он понимал, улыбаться было не с чего. – Где мы можем найти шерифа? – Шериф у себя в офисе, но он не скажет вам ничего нового. Простите, ребята, – поднявшись с места, Хэл пожал плечами. – Вы застряли тут вместе с нами. Лучше вам свыкнуться с этим. В нашем мотеле у Мэри есть свободные комнаты. Бесплатно. Деньги – последнее, что нас теперь волнует. Вы привыкнете. Посмотрев ему вслед, Дин сосредоточенно нахмурился. – Ага, размечтался. У нас появилась работа, Сэмми – надо грохнуть ведьму.

***

Открывая дверь в офис шерифа, Дин искренне пожалел, что они остались без машины. – Поверить не могу, что мы должны будем топать пешком до тех пор, пока не разрушим это чертово проклятие. – Им пришлось пройти четыре квартала до мотеля, чтобы оставить там свои сумки. Менеджер, оформлявший номер, не сказал им ни слова – он просто бросил на стойку ключи и вернулся к своим делам. – Учитывая, какую дрянь ты лопаешь, тебе будут полезны физические упражнения, – сказал Сэм и поспешно увернулся от кулака старшего брата. – Я не толстый, придурок, – окрысился Дин, а потом замер от удивления. Квадратная комната пустовала – за столами не видно было ни одного полицейского. Кое-где стояли зажженные свечи, на стенах висели туристические фонари, и тут было пугающе тихо. – И что теперь? – Эй? – крикнул Сэм и кивнул, когда дверь напротив них распахнулась. На пороге стоял немолодой уже мужчина с пивным брюхом и лысой головой. Нацепив на нос очки в металлической оправе, он уставился на посетителей. – Вот те на. Полагаю, у нас новые жители. Давайте, заходите, – мужчина сделал приглашающий жест. – Я шериф Броди. – А где все копы? – спросил Дин, пока они шли через пустой зал к его кабинету. – По правде говоря, нам не очень-то нужны копы. Вы говорили с Хэлом? – спросил Броди и улыбнулся, когда они кивнули. – Иногда случаются самоубийства, если какой-нибудь бедолага решит, что больше не в силах терпеть – вот, собственно, и все. Ну, и пропавшие без вести – это если кто-то решит дезертировать. – Погодите. Хэл сказал, что мы не можем уйти отсюда, – усевшись на стул напротив стола шерифа, Сэм внимательно следил за лицом мужчины в неверном свете свечей. – «Дезертировать» означает у нас попытку преодолеть барьер, – Броди сел в кресло и вздохнул. – Хреновая штука. Такое впечатление, что там есть какая-то… невидимая стена, человек проходит сквозь нее и… на ваших глазах его за считанные секунды словно кто-то объедает до костей, и он просто исчезает. – Вот черт, – тихо сказал Дин, стараясь не давать воли воображению. – Что вы можете рассказать нам о ведьме? Шериф закатил глаза. – Хэл, паршивец. Обязательно нужно всем это пересказывать, словно какую-то крутую сплетню. – Учитывая, что вы десять лет провели здесь в полной изоляции без каких-либо новостей, возможно, это единственная стоящая история, – Сэм приподнял брови. – Ведьма? Послушайте, мы тоже здесь застряли. Мы имеем право знать. Покачав головой, Броди откинулся назад. – Она убивала людей, насылала на них порчу. Мы постоянно искали везде эти маленькие мешочки с травами и всяким дерьмом. – Ведьминские мешочки, – сказал Дин и кивнул, ожидая продолжения. – Так они называются? Ну, в общем, мы нашли их, а по ним вышли на нее, после чего я и еще кое-кто из местных решили потолковать с ней об этом… вроде бы вполне любезно, – Броди многозначительно улыбнулся, а затем пожал плечами. – С этого момента все пошло наперекосяк. Она пустила в ход какое-то мощное колдовство, расшвыряла моих людей, словно мешки с картошкой, даже не прикасаясь к ним, и нам пришлось ее убить. Она что-то пробормотала – один парень сказал, что это латынь, а потом полыхнул свет… и вот уже мы сидим взаперти. – Вы поразительно спокойно говорите об этом, – Дин посмотрел на него, ощущая, как и в случае с Хэлом, какую-то недосказанность в этой истории о ночном рандеву с ведьмой. – Прошло уже десять лет. Сколько ж можно переживать, – поднявшись с места, Броди одернул свою форму. – Если вы, ребята, узнали все, что хотели, меня ждет работа. – Вы даже не спросите, как нас зовут? – спросил Сэм, направляясь с братом к выходу. – Хэл скажет мне. Он всегда говорит. Рад был встрече. Дин нахмурился, когда шериф захлопнул за ними дверь кабинета. – Старик, эти люди что-то скрывают. – Ага, – оказавшись на улице, Сэм прищурился от дневного света, слишком яркого после свечей в кабинете шерифа. – Нам надо наведаться в библиотеку. Даже без электричества местные газеты могли еще выходить какое-то время. Возможно, нам удастся что-нибудь откопать. – Нужно будет выяснить, где она жила, – Дин указал на вывеску публичной библиотеки Блумвуда, видневшуюся на другой стороне площади. По пути в библиотеку они несколько раз останавливали прохожих, но те либо ничего не могли сказать, либо повторяли уже известную им историю, как заученный урок. Когда они подходили к зданию, Дин уже проклинал все городки на свете, и Сэм присоединился к нему, увидев читальный зал. Книг в библиотеке практически не было, ряды пустых полок освещал только уличный свет, падающий через окно в потолке, да мерцающая керосиновая лампа на столе. – Могу поспорить, такой любитель знаний, как ты, оскорблен до глубины души, да, Сэмми? – спросил Дин и фыркнул, когда Сэм кивнул. Он напрягся, заметив, что кто-то вышел из-за стеллажа, а затем расслабился, обнаружив, что это всего лишь пожилая дама с длинными белыми волосами. Подняв голову, она увидела незнакомцев и от неожиданности выронила книгу. – О, мой бог, – схватившись за сердце, она уставилась на них. – Привет. Простите. Мы не хотели вас напугать, – Сэм широко улыбнулся ей, и Дин издал смешок, когда женщина непроизвольно растаяла от этого взгляда. – Опять эти твои щенячьи глаза, чувак, – фыркнул Дин, хлопнув его по плечу. Сэм пропустил комментарий мимо ушей. – Я Сэм. Это мой брат Дин. Мы, э-э… искали старые газеты. – Господи помилуй, тут не осталось ничего такого, – она уже собралась нагнуться за своей книгой, но Сэм, бросившись вперед, опередил ее. Снова улыбнувшись, он протянул женщине книгу. – Что случилось с библиотекой, мисс… – Сэм замолчал, ожидая услышать имя. – Биби, – усмехнулась она. – Все зовут меня Биби, – окинув взглядом пустые полки, она пожала плечами. – За десять лет люди все перечитали, и, похоже, спустя какое-то время возвращение книг в библиотеку потеряло особый смысл. – Но вы все еще здесь, – заметил Дин, на что она тихо рассмеялась. – Наверное, потому что я библиотекарь, – шаркая ногами, Биби подошла к креслу и осторожно уселась в него. – Что еще остается старухе. Зачем вам нужны старые газеты? – Ну, мы надеялись обнаружить побольше информации о ведьме, – Сэм сел рядом, чтобы ей не приходилось задирать голову, глядя на него. Ей было не меньше восьмидесяти, и он поймал себя на том, что ему нравятся эти добрые серые глаза. – Простите, но моя библиотека ничем вам не поможет, – грустно сказала Биби. – Если вам, мальчики, понадобится что-то для… обустройства здесь, дайте мне знать. Я в курсе, где тут можно подыскать нужные вещи, – улыбнувшись, она снова встала. – А теперь мне пора готовить ланч для моего внука. Всего наилучшего вам. Они посмотрели ей вслед, и Дин пнул пустую полку. – Что они скрывают, черт побери? – Полагаю, нам надо продолжать расспросы, – Сэм тоже встал и вздохнул. – Кто-нибудь что-нибудь да расскажет.

***

– Проклятье, Сэмми. Прошла уже неделя, а мы так и не продвинулись вперед! – Дин кругами ходил по номеру в мотеле, бросая недобрые взгляды на городок за окном. – Я Сэм, и ты вряд ли поможешь делу, если будешь кипятиться, – закатил глаза Сэм. Он хорошо понимал отчаяние Дина. Каждый раз, когда он по привычке смотрел на часы, ему хотелось взвыть от очередного «одиннадцать двадцать» – стрелки, казалось, издевались над ним. Секундная стрелка по-прежнему описывала круг, но остальные две не двигались. Однажды он даже перевел стрелки вручную, после чего испытал шок, когда на его глазах стрелки сами собой установились на одиннадцать двадцать. Похоже, проклятие было весьма специфическим. – Ладно, какие будут предложения, – прорычал Дин, уже нацеливаясь пнуть ножку кровати. – Окей, как насчет Биби? – спросил Сэм, метнув взгляд на проходившего мимо Дина. – Она сама сказала «если нам что-то понадобится». Может, она имела в виду именно это. – Старушка-библиотекарша? – Дин остановился, раздумывая. – Что ж, ты действительно охмурил ее тогда за пять минут. – Молчи лучше, – Сэм надел куртку. – Почему бы нам не расспросить ее прямо сейчас, пока сюда опять не приперлась жена Хэла, чтобы учить нас вязать на спицах. Дин содрогнулся. – Я не собираюсь превращаться тут в старика амиша. Как и в прошлый раз, они нашли Биби в библиотеке. Она сидела в кресле-качалке на улице возле входа, читая книгу. Подняв голову, она взглянула на них с улыбкой. – Добрый день, мальчики. – Привет, Биби, – улыбнулся Сэм. Глядя, как они идут к ней, она всмотрелась в их сосредоточенные лица, а потом кивнула. – Вы хотите о чем-то спросить меня. Дин наклонил голову, когда она встала. – Вы очень проницательны. – Для старушки? – Биби хихикнула. – Держу свою проницательность при себе, подальше от любопытных. Я гадала, сколько придется ждать, прежде чем вы снова придете ко мне, – она провела их в пустую библиотеку и села рядом со своим столом. – Должна сказать, что шериф Броди – мой сын, и десять лет назад он действительно велел мне… говорить то же самое, что он велел всем остальным. – Мы поняли, что услышали не все, – кивнул Сэм и снова улыбнулся ей. – Скажите, пожалуйста, вы расскажите нам остальное? Биби похлопала Сэма по плечу и улыбнулась Дину. – Сядь, мальчик. У меня шея заболит, если я буду задирать голову, чтобы смотреть на тебя. Хмыкнув, Дин выдвинул еще один стул, чтобы сесть рядом с ними. – Случилось нечто такое, что ваш сын хотел утаить от остальных, верно? Биби кивнула. – Понимаете, Джордж – хороший человек. Всегда был хорошим, и сейчас хороший, но случившееся той ночью… – она вздохнула. – Это был несчастный случай, но это неважно. Они действительно установили связь между теми странными мешочками и Ларой. Так звали ее, ведьму. Лара Макэвой. Честно говоря, можно было догадаться и раньше. Она ни с кем не дружила. Черт возьми, да она открыто угрожала, если кто-то осмеливался нарушить границы ее владений, – Биби моргнула и потерла пальцем глаз. – Практически все время она проводила дома со своим сыном. – У нее есть сын, который сейчас где-то здесь? – спросил Дин и, настороженно выпрямился на своем стуле при мысли, что, возможно, они нашли причину проклятия. Однако Биби только покачала головой, и он нахмурился, когда по ее щеке скатилась слеза. – Был… сын, – хлюпнув носом, Биби утерла слезы. Она благодарно улыбнулась молодым людям за то, что те промолчали, позволив ей взять себя в руки. – Когда Джордж и остальные пошли к ней, ситуация обострилась. Она угрожала им – они угрожали ей. Мужчины были ранены, и Джордж… он просто хотел защитить своих людей, когда выстрелил в нее, – она посмотрела на свои сцепленные руки. – Джордж выстрелил из своего ружья и убил бы ее, но ее сын… он бросился к ней, пытаясь защитить мать. Он погиб. – О, господи, – тихо сказал Сэм, перехватив грустный взгляд брата. Биби кивнула. – Джордж сказал, что случившееся потом напоминало… взрыв бомбы. Когда прибыло подкрепление, Лара забрала своего сына в дом, и после этого туда никто не смог войти. Создавалось впечатление, что дом каким-то образом запечатан – даже окно нельзя было разбить. Изнутри она выкрикнула проклятие. Тайлеру было всего девять лет, и в тот момент, когда он умер, на часах было … одиннадцать двадцать вечера. – Значит, она запечатала свой дом и целый город, чтобы наказать всех вас? – Дин покачал головой. – Неужели за все эти годы никто не пытался поговорить с ней или спалить ее дом? – Конечно, мы пытались, – Биби закатила глаза. – Люди все время пытаются. Теперь уже не так часто, но пытаются. Она даже не отвечает. С того дня, как погиб Тайлер, она не говорила ни с кем, – сунув руку в карман своей вязаной кофты, она достала клочок бумаги и протянула его Сэму. – Она живет здесь. Вы, мальчики… вы знаете об этих вещах гораздо больше, чем делаете вид, и я думаю, может… возможно, вы здесь, чтобы помочь. – Так и есть, – заверил ее Дин. – Мы ни за что не согласимся доживать свой век, будучи запертыми в Смолвилле. Уж не обижайтесь. Биби рассмеялась и сжала руку Дина. – Если вы избавите нас от этой напасти, можешь называть Блумвуд, как тебе заблагорассудится, милый. – Спасибо, Биби, – искренне поблагодарил Сэм и, дотянувшись до нее, чмокнул в морщинистую щеку. – Ох, отправляйтесь уже. Перестаньте вгонять в краску старую женщину. Издав смешок, Сэм вышел вслед за Дином на улицу. Развернув записку, он прочитал инструкцию. – Это примерно в одной миле от города. – Супер. Тогда прибавим ходу и прищемим ведьме хвост, – Дин решительно пересек площадь, ощущая прилив сил. Теперь они знали всю историю и знали, где искать свою цель.

***

Жилище ведьмы представляло собой двухэтажный сельский дом, очень старый, которым явно никто не занимался лет десять, а то и больше. Обшивка покосилась, стены и грязные окна были плотно затянуты вьющимися растениями, сквозь деревянные доски крыльца пробивалась молодая поросль. На земле перед домом чернел круг, и Сэм, интуитивно понимая, что именно в этом месте умер ее сын, смог воспроизвести в голове случившееся. Он поднялся на крыльцо и попытался открыть дверь, пока Дин стучал прикладом дробовика по окну – ни тот, ни другой ничего не добились. Дверь не открывалась, и окно упорно отказывалось разбиваться. – Сверхъестественный изолятор. Проклятье, – Дин врезал кулаком по стеклу и зарычал от злости, когда рама даже не скрипнула. – Эта стерва выводит меня из себя, – он подошел к передней двери и заколотил по ней. – Эй, СУКА! – завопил Дин, метнув злобный взгляд на второй этаж. – Мы хотим свалить из этого городишки, а значит, должны разобраться с тобой! Открывай эту чертову дверь! – Дин! – Сэм схватил его за руку и оттащил назад. – Ты что, хочешь ее разозлить? – он насторожился, когда входная дверь, протяжно заскрипев, медленно отворилась. Дин фыркнул. – Но ведь сработало же? – он поднял дробовик и шагнул внутрь. Сэм, качая головой, вошел следом. – Поверить не могу, – он остановился рядом с братом, и оба подскочили, когда дверь позади них со стуком захлопнулась. – Окей. Ты определенно ее разозлил. Дин ухмыльнулся. Улыбку на его лице сменили нахмуренные брови, когда в доме внезапно похолодало, и в воздухе заклубился туман от дыхания. – Ого. – Прямо перед ними заколыхалась призрачная фигура женщины. Она была молода и красива, с длинными черными волосами. Ее глаза, полные ярости, поочередно взглянули на обоих. – О, черт. – Э-э… Дин? – Сэм уже приготовился выстрелить, но у него ничего не вышло. Невидимая сила подняла его в воздух, брат тоже взмыл над полом, после чего оба разлетелись в разные стороны. Дин с размаху врезался в стену и сполз по ней на пол, ошалевший от удара. Он моргнул несколько раз, пытаясь избавиться от черных точек перед глазами, и выругался, увидев летящий к нему призрак ведьмы. – Блин! – вскинув дробовик, Дин всадил в нее заряд каменной соли. С визгливым криком она исчезла в облаке дыма. – Сэм? – держась за стену, Дин с трудом поднялся на ноги и, пошатываясь, двинулся через всю комнату к разбитому серванту, где среди обломков лежал его брат. Сэм со стоном перекатился на спину. – Она мертва? – он протянул руку и зашипел, когда Дин поставил его на ноги и поддержал, не позволяя снова упасть. – Я думал… ведь они ее не убили? – Она запечатала себя здесь десять лет назад, – Дин убрал волосы с кровоточащей ссадины на виске Сэма и скривился. – Полагаю, никто не заметил, как она коньки отбросила. Ты в порядке? – Да, – Сэм медленно кивнул и потянулся, разминая спину после столкновения с сервантом. – Значит, она прокляла город, умерла, и теперь ее призрак не позволяет чарам развеяться? – Это что-то новенькое, – помрачнев, Дин оглядел комнату. – Нам следовало подготовиться к встрече с чертовым призраком, – он снова взглянул на Сэма. – Кухня. – Кухня, – согласился Дин и осторожно вышел из маленькой гостиной в коридор. – Там должна быть соль, – Сэм взглянул на лестницу, мимо которой они проходили. – Ее тело тоже должно быть здесь. Вряд ли его вынесли отсюда и сожгли. – Чувак, – Дин махнул рукой, указывая на темную столовую. На столе среди лужиц воска давно истаявших свечей лежало мумифицированное тело ребенка с высохшими цветами на груди. – Это ее сын, – тихо сказал Сэм и подошел к столу. – Вообще-то нельзя обвинять ее в том, что она прокляла город. Ее сына убили у нее на глазах, – он осторожно положил руку на маленькое плечо, сожалея, что все так обернулось для этого мальчика. – Ну да, только прежде его дорогая мамуля порешила кучу местных жителей, – напомнил ему Дин. – Она вовсе не невинная овечка, – словно в ответ ведьма снова материализовалась с яростным криком. На этот раз Сэм успел отогнать ее и быстро отошел от тела мальчика, чтобы обыскать кухню на другой стороне коридора. – Я поищу соль. – Я поищу что-нибудь горючее, – пригнувшись, Дин стал шарить в шкафчиках под кухонной столешницей, чихая от поднявшейся пыли. – Могла бы и горничную вместе с собой запечатать. Сэм открыл дверь в кладовку и со стоном заслонился рукой от пыли. Продукты на полках давно испортились и обратились в прах. Он был рад, что они уже не воняют, как наверняка воняли когда-то. Задержав дыхание, он стал разгребать слой мусора на коробках и жестянках, отыскивая соль. Дин, улыбаясь, распрямился. – Есть! Нашел горючее, – услышав какой-то стук по столешнице, он обернулся и ахнул при виде ножей, взмывших в воздух. – Сэм, берегись! – ножи устремились к нему, и он мгновенно перемахнул через стоявший неподалеку кухонный стол. Еще не коснувшись пола, он почувствовал, как левую руку обожгла боль. Спустя секунду рядом с ним приземлился запыхавшийся Сэм. – Знаешь, твоя способность злить женщин поистине удивительна, – простонал Сэм и сел. Схватившись за бок, он увидел на руке кровь. – Ты должен быть полюбезней с призрачными дамочками. – Иди ты, – Дин встал на колени и взглянул на свою руку. – Вот дрянь! Моя любимая куртка! – от плеча до локтя рукав был распорот, в прорехе понемногу выступала кровь из неглубокого пореза на руке. – Я нашел соль, – продемонстрировав упаковку, Сэм подобрал с пола дробовик. – Она, должно быть, наверху. – Эй, погоди-ка, – Дин схватил его за плечо и задрал на нем рубашку. Весь правый бок Сэма был рассечен, достаточно глубоко, чтобы рубашка и верх джинсов покраснели от крови, но не настолько, чтобы это внушало серьезные опасения. – Выглядит неважно, – Дин снова опустил рубашку и ткнул Сэма в бок, рядом с раной, так что тот зашипел и отшатнулся. – Отвали, сволочь! – Сэм оттолкнул руку Дина. – Ты можешь сосредоточиться хоть на пять минут? Фыркнув, Дин первым вышел из кухни и направился к лестнице. – Не будь таким стервецом, – поднявшись наверх, они свернули в коридор, где им пришлось увертываться от летевшего в них стола. – Она нас раскусила, – сказал Сэм, одной рукой схватившись за бок, а другой зажимая под мышкой контейнер с солью. – Не является нам, чтобы мы не могли пальнуть в нее. – Терпеть не могу, когда они просекают наши замыслы, – Дин заглянул за угол и кивнул, не увидев мебели, которую она могла бы в них швырнуть. Сэм открыл дверь в первую комнату, которая, судя по всему, была детской – с маленькой кроватью и игрушками, разбросанными по полу. Покачав головой, он закрыл дверь и двинулся дальше. Дин заглянул в комнату на противоположной стороне и махнул рукой брату. – Я нашел ее, – Дин осторожно вошел в комнату. Он не спускал глаз с массивного гардероба рядом с высоким окном, пытаясь уловить малейший признак движения. Ведьма Лара лежала на большой кровати. Как и ее сын, она высохла за десять лет, проведенных в запечатанном доме – кожа потемнела и сморщилась, обтянув кости. Ее правая рука лежала на груди, в ней был зажат маленький зеленый пузырек. Сэм пригнулся, чтобы лучше рассмотреть склянку, и принюхался. Потом выпрямился и потер нос. – Пахнет миндалем, – запах был совсем слабым, но все же уловимым. – Она отравилась цианидом. – Не жалей ее, тигр, – Дин сделал ему знак, и Сэм, открыв банку с солью, стал сыпать содержимое на тело. – Она губила людей, довела до того, что ее сын погиб, когда она попыталась избежать расплаты за содеянное, а потом убила себя и взяла в заложники целый город. – Я знаю. Мне жаль не ее, а ее сына, – сказал Сэм. Опустошив контейнер, он отшвырнул его в сторону. – Она не оставила ему выбора, – Сэм отступил назад, чтобы Дин мог вылить на нее керосин. Внезапно температура в комнате резко упала. Он вскрикнул, когда вокруг его груди, казалось, сомкнулся стальной обруч, и невидимая сила подняла его в воздух. – Дин! Дин обернулся и мгновенно нырнул вниз, заметив летящую в него лампу. Сразу после этого на него градом обрушились книги, стоявшие на полке. Не сумев увернуться от них, он закряхтел, когда они заколотили по его голове и плечам. – Сэм! – подняв голову, он увидел, как Сэм задом наперед летит в направлении окна. Метнувшись вперед, Дин успел поймать брата за руку как раз в тот момент, когда тот врезался в стекло, и оно разбилось. Повалившись назад, Дин увлек за собой Сэма, и оба очутились на полу. – Чувак, слезь с меня, – простонал Дин, придавленный внушительным весом младшего. Сэм скатился на пол, ударившись в торец кровати. – Заканчивай, пока она нас не прикончила. Дин зарычал от злости и поднялся на ноги, увернувшись от летевшей прямо в него вазы. Схватив бутыль с керосином, он стал щедро поливать им труп, но скоро упал на колени, после того как Сэм схватил его за ремень и дернул вниз. Спустя секунду в стену врезался стул, пролетев как раз там, где только что была его голова. – Спасибо, – вскочив с пола, Дин вылил из бутылки остатки, затем вытащил свою зажигалку, щелкнул ею и бросил на кровать, как только появилось пламя. Ведьма материализовалась, протянула к его горлу бледные руки, а потом ее охватило пламя, и она исчезла. – Все кончено? – спросил Сэм, не торопясь подниматься. Пока что его вполне устраивал пол, где он мог не обращать внимания на свой бок и ноющую спину. Дин присел рядом с ним на корточки и кивнул. – Стерва спеклась, – расплывшись в улыбке, он посмотрел на полыхающий труп. Внезапно в воздухе произошло какое-то оглушительное сотрясение, из горящего тела вырвался сноп света и растекся в стороны, просочившись сквозь стены наружу. Дин пригнулся над братом, заслоняя его глаза от вспышки, и поднял голову, когда свет померк. – Хм… вот ТЕПЕРЬ все кончено. Сэм фыркнул. Подняв левую руку, он взглянул на часы и улыбнулся. – Чувак, сейчас 11:23. – Наконец-то! – с облегчением воскликнул Дин. Он снова нагнулся к Сэму и схватил его за руку. – Пошли Йети. Пора отсюда сваливать.

***

Приковыляв обратно в город, они застыли на месте с вытаращенными глазами. Казалось, все обитатели Блумвуда высыпали на площадь, и все они с благоговейным ужасом смотрели на башенные часы, которые показывали 11:49. В задних рядах толпы Сэм заметил женщину с сыном, которых они видели в кафе. Глядя, как стрелки движутся по циферблату, она крепко прижимала к себе мальчика. – Дин, – Сэм кивком указал на них брату, и оба направились к женщине. – Мисс? – окликнул Сэм, поравнявшись с ними. Он улыбнулся, когда она обернулась и посмотрела на него. – Все закончилось. Вы с сыном можете отправляться домой. – Мы… мы можем? – уставившись на них округлившимися глазами, она крепче прижала к себе ребенка. – Вы уверены? – Да, мэм, – кивнул Дин и улыбнулся мальчику. – Теперь никаких проблем быть не должно. Какое-то время она размышляла, а потом взглянула на своего сына. – Домой, – тихо сказала она и снова посмотрела на них сквозь слезы. – Что я скажу его отцу? Что, если он уже не ждет нас? – она встряхнулась. – Нет, это неважно. Мы можем уйти, – она ахнула, казалось, впервые увидев их. – О господи… вы ранены. – Мы в порядке, – заверил ее Дин. – А вам пора идти. – Мальчики! – Хэл, заметив их, уже трусил навстречу. С первого взгляда на пыльных и окровавленных молодых людей он понял, что они каким-то образом причастны к снятию проклятья. Когда женщина с сыном быстро пошли прочь, он подошел к ним и поддержал пошатнувшегося Сэма. – Эй, легче. Похоже, ребята, вас нужно немного подлатать. – Мы в порядке, – заверил его Сэм. – Не обращай на него внимание. Нам не помешала бы первая помощь, Хэл, – Сэм закатил глаза, но Дин улыбнулся и закинул руку младшего себе на плечи. – Этой принцессе нужна пара-тройка стежков. – Чувак, ты упрямый как баран, – Сэм зыркнул на брата, пока тот вел его в кафе на другой стороне улицы. – Не знаю, как вы это сделали, – Хэл зашел за стойку и вышел оттуда с красной аптечкой. Поставив коробку на стол, он жестом велел Сэму сесть. – Но вы спасли нас, верно? Что с ведьмой? – Ее больше нет, – сказал Дин, не вдаваясь в подробности. Ему совсем не хотелось рассказывать о том, что она убила себя, и все эти годы ее дух обитал в том доме, подпитывая проклятье. Хэл кивнул и, выдвинув стул, сел рядом с Сэмом. – Думаю, пройдет много времени, прежде чем им надоест смотреть на часы, – фыркнул он, выглянув в окно. – Черт, да я сам наслаждаюсь этим зрелищем. – Не помешает прибавить тут света, – заметил Дин, когда Сэм задрал рубашку, чтобы можно было увидеть рану. – Погоди-ка, – Хэл подошел к дальней стене, на которой виднелся ряд пыльных выключателей. Секунду помедлив, он протянул руку и включил их все. Поначалу ничего не произошло, но затем свет мигнул, и над ними одна за другой зажглись все лампы. – Вау. Дин фыркнул. – Такое впечатление, что счета за электроэнергию в этом городе какое-то время будут астрономическими. Сэм рассмеялся, но зашипел, когда Дин приложил к ране тампон с антисептиком. – Сколько, по-твоему, человек здесь останутся? Хэл заставил себя оторваться от созерцания горящих ламп и пожал плечами. – Не знаю. Сам я, наверное, уеду. После того, как проторчал здесь безвылазно десять лет… мне нужна передышка. Полчаса спустя Хэл отвел их на улицу и остановился перед видавшим виды пикапом. – Думаю, я мог бы… я подброшу вас к вашей машине. – Горожане все еще стояли на площади, топчась на одном месте, переговариваясь и глядя на часы. Хэл забрался в кабину своего фургона и повернул ключ, который он оставил в замке зажигания десять лет назад. Мотор застучал, чихнул и завелся. Люди на площади издали восторженный вопль и как по команде устремились к припаркованным машинам. . – Похоже в этом районе на дорогах ожидаются пробки, – заметил Сэм, залезая в кабину и усаживаясь рядом с Хэлом. Дин втиснулся рядом с братом.

***

Как только пикап Хэла отъехал, Дин бросился к Импале, едва ли не пританцовывая, и с улыбкой погладил капот. – Ты скучала по мне, Детка? Хохотнув, Сэм двинулся следом. Он открыл свою дверь и, сложившись пополам, залез на сидение, издав слабый болезненный стон. Он закатил глаза, когда Дин сел за руль и погладил его, прежде чем взяться за ключ в замке зажигания. – Оставить вас на минутку одних? – Тебе ведь тоже не хватало ее, чувак, – Дин вызывающе посмотрел на Сэма, который спустя секунду снова закатил глаза и рассмеялся. – Да, мне не хватало машины. Теперь мы можем ехать? – Сэм откинулся на спинку, когда Дин повернул ключ. Он вынужден был признать, что звук ожившего мотора Импалы подействовал на него благотворно. Не удержавшись, Дин погладил приборную панель. – Ты моя детка, – он переключил рычаг скоростей и задним ходом вырулил на дорогу. – Через Странновилль мы не поедем. – Лично я ничуть не против, – Сэм открыл окно, чтобы впустить в салон прохладный ветерок раннего вечера, пока Дин разворачивался, чтобы ехать обратно тем же путем, каким они приехали сюда. – И больше никаких попыток срезать по дорогам, которых нет на карте. Дин кивнул. – Согласен, – он подскочил от неожиданности, когда в кармане заиграла музыка, и нащупал мобильник. – Вау. Как мне не хватало этих звуков, – Сэм ухмыльнулся, когда Дин откинул крышку телефона. – Бобби! Ты не поверишь… что? – какое-то время Дин молча слушал, как Бобби орет на него, а затем повернул мобильник так, чтобы Сэм мог услышать вопль «Балбесы!». Сэм засмеялся. – Полагаю, он скучал без нас. – Бобби… Бобби! Ты дашь мне объяснить? – Дин закатил глаза и спустя секунду со смехом закрыл телефон. – Итак, мы едем к Бобби. – Он ни за что нам не поверит, – усмехнулся Сэм. – Черт, я сам там был и то не уверен. – Я умираю с голоду. Ты есть хочешь? – Дин с улыбкой взглянул на брата. – Нам нужна еда. Который час? Должно быть, пора ужинать, – он проследил, как Сэм поднимает руку, чтобы взглянуть на часы. – Чувак, если ты сейчас скажешь «одиннадцать двадцать», я ВЫКИНУ твою гиганторскую задницу из машины. Сэм расхохотался, когда машина стрелой помчалась по федеральной трассе. Включив радио, Дин прибавил громкость, радуясь, что слышит эти звуки, и что они снова на этой бесконечной дороге – там, где им и положено быть.