Пять ночей и я твоя

Майк быстро вел девушку по коридору, крепко сжимая ее руку. Это словно дежавю: те же рисунки, те же стены, вот только теперь они идут не в комнату с костюмами, а она - не просто новый работник. Он теперь - не доставучий сотрудник, а единственный на Земле. Казалось, есть лишь он, она и пиццерия. Во всем мире только они вдвоем... Шмидт резко остановился, от чего Беккер врезалась ему в спину и ойкнула. Вместо того, чтобы выругать ее, Майк лишь притянул ее ближе и крепче сжал руку. Тепло...Он никогда ее так нежно не держал. Крепко, не желая никому отдавать. Он тихонько открыл дверь и вошел внутрь. Комната, в которой они оказались, была небольшой и заполненной шкафами, как в библиотеке. На полочках стояло множество папок с листами, и каждая папка была подписана. Майк уверенными движениями достал одну папку и положил ее на стол. - А что это за место?- неуверенно спросила Хелен, оглядываясь по сторонам. - Архив,- преспокойно ответил парень и достав из папки стопку бумаг, скрепленных скрепкой с надписью: "Личное дело", указал на стул,- присаживайся. Девушка послушно села и стала искать в этом всем подвох. Архив, личное дело, и все это после инцидента с изнасилованием. Что-то здесь не так... - Это случилось пятнадцать лет назад,- начал Майк, открывая первую страницу стопочки,- слушалось дело о бесследном исчезновении пятерых детей средь бела дня. Девушка поперхнулась. К чему это преступление? Неужели он... - Нет, их убил не я,- словно прочитав ее мысли, вздохнул Шмидт. Он открыл третью страницу, на которой была наклеена черно-белая фотография Скотта,- первым в списке подозреваемых оказался Коутон. Но его тоже отпустили, потому что железное алиби помешало им закрыть дело: в тот день наш телефонный друг взял выходной. Тут же, подозрения упали на дежурившего в тот день Джереми, но это тоже отбросили, потому что камеры не запечатлели его выхода за пределы офиса. И вот, дело дошло до Вильяма... Он перевернул страничку и указал пальцем на оторванный кусок листа. Там должна была быть Его фотография. - Этот гад решил избежать ответственности, потому тихонько пробрался в здание милиции и прикончив пару легавых принялся разыскивать свою папочку. Но черт, ему не повезло, и за этим делом его застали еще пара ментов, от которых он в скором времени тоже избавился, чтобы не привлекать лишних свидетелей. И успел он только оторвать листочек со своим именем и фотокарточкой... Майк снова вздохнул и опустил глаза. Он захлопнул папку с документами и положив ее на стол, встал со стула и сел на корточки напротив Хелен. Девушка покраснела, округлила глаза и заикаясь произнесла: - Чт-то случил-лось?..-она задрожала всем телом от теплого прикосновения горячей мужской руки к ее ладоням. Шмидт нахмурил брови и еле заметно улыбнулся. Он смотрел на Беккер своими чистыми, голубыми глазами и нежно сжимал ее руки. Девушка почувствовала, что краснеет еще больше и постепенно превращается в спелую свеклу. От такого перепуганного выражения лица, Майк тихонько усмехнулся и погладил девушку по золотисто-каштановым волосам. - Зачем такому милому созданию сдался такой гад, как я?- темноволосый снова вздохнул и посерьезнел,- если хочешь - закрой глаза. Хелен задрожала еще сильнее и зажмурилась. У губ потеплело и это тепло начало постепенно заполнять все тело, пробиваясь к каждому нерву, заставляя трепетать всю ее душу, радоваться каждую клеточку. - Открой рот,- сквозь зубы, дабы не отрываться от столь романтичного занятия, шепнул парень. Хелен тут же поняла в чем дело и решила попытаться повторить его действия. Поначалу, грубо говоря, у нее это получалось, как доить козла, но благодаря стараниям Майка и самой девушки, они таки смогли нормально поцеловаться. Когда воздух начал иссякать, они отцепились друг от друга, чтобы отдышаться. Хелен тихонько приложила пальцы к губам и ощутила теплые капельки. - Ты укусил меня!- это было единственное, что она смогла ему сейчас сказать. - Что, правда?- удивился Шмидт и непривычно для себя, смутился,- я не хотел...прости... Он выглядел так забавно, что девушка нехотя улыбнулась и чмокнула парня в лоб. Майк еще больше смутился и взял руки девушки в свои. - Хелен, мне нужно кое-что тебе сказать,- он посмотрел на нее своими прозрачными глазами,- может, для такого романтика, как ты, возраст не имеет значения, как в принципе, я все это время и думал. Думал, пока не появилась ты. Когда я узнал о твоих чувствах, начал потихоньку понимать, что тебе со мной будет плохо. Просто поверь мне: твоя влюбленность скоро пройдет, как обычное опьянение. От этого чувства ко мне у тебя останется лишь горький привкус и долгое похмелье, как после тяжелого вечера с парой бутылок игристого вина..Тебе и впрямь не стоит травить свою юную жизнь таким бездушным идиотом, который не ценит то, что ему дается. Прости, но я до сих пор ничего к тебе не чувствую... Хелен не верила его словам. Она не верила, что он мог сказать это так серьезно, без пафоса, без издевки. Она хотела верить, что он снова шутит, смеется над ней, но он не улыбнулся. Он говорил серьезно, спокойно, размеренно дыша. Это не было так волнующе для него, как для Хелен. Нет, он и впрямь ничего не чувствует, и ей не стоило хоть на что-то надеяться... Девушка слабо улыбнулась и опустила повлажневшие от навернувшихся на них слез глаза. Судорога пробирала до косточек, но она держалась, чтобы не закричать, не зарыдать, как маленькое дитя. - Черт, я знал что ты заплачешь. Прости, я, наверное, сказал это слишком грубо, слишком... - Нет!- перебила его девушка и подняв глаза широко улыбнулась,- ты все сделал правильно. Может и правда, это всего лишь влюбленность, а настоящее чувство ждет меня впереди. Спасибо, что ты сказал мне правду, которую я не решалась сказать сама себе. Да, спа... Она резко остановилась. Майк не мог понять почему и начал волноваться, что-то у нее спрашивать, держать за руки, что-то говорить. Но сейчас, она ничего не слышала. Она молча смотрела в одну точку, слегка приоткрыв рот. Она не могла ошибиться. Это была Его фотография, Его имя, ЕГО ФАМИЛИЯ...Никто не знал фамилию Вильяма Винсента. Он тщательно скрывал ее, а когда начались припадки и провалы в памяти, он и вовсе ее забыл. Забыл, потому и сотворил такое с Хелен. Если бы он тогда вспомнил, покопался в памяти и нашел оторванный кусочек из личного дела, на которым черным по белому была написана его фамилия. Фамилия, которая изменила бы как судьбу Винсента, так и судьбу Хелен. Фотография на оторванном кусочке, который валялся на полу, за спиной Майка, была пожелтевшей от времени и частых дождей. На нем был изображен тот, кого она искала, и тот, кого она больше всего боялась. Рядом с фотографией, было большими, черными буквами напечатано: "Подозреваемый в убийстве Виллиам-Винсент Беккер".