Ради общего блага

На самом-то деле, нихрена они не против синей команды играют, и даже не против компьютера. Возможно, она не гений, но она и не настолько глупа, чтобы подчиняться идиотским правилам каких-то придурков, возомнивших себя кукловодами; ей и без того слишком много и часто манипулировали... или, по крайней мере, пытались. Не за что больше сражаться, этот мир уже не спасти, да и разрушать его уже больше некуда. В ее сердце не осталось больше ничего высокого, благородного и гуманного, а уж о каких-то надеждах и планах, требующих участия всех этих уродов и фриков, которые никогда и не хотели видеть ее в своей команде, и говорить не приходится. Ничего не мешает ей претворить в жизнь свой последний сценарий апокалипсиса и избавиться от этих неблагодарных имбецилов уже навсегда. - Нет. Больше ты не причинишь ему никакого вреда. Вриска вздрагивает, раздраженно захлопывает ноутбук, чтобы скрыть то, над чем она на самом деле работает, и поворачивается лицом к Канайе, которая стоит за спиной, скрестив руки на груди, и неодобрительно разглядывает ее сверху вниз. - Не смеши меня, - выпаливает она, - Я зарыла топор войны уже уже давно, да и вообще, мы же теперь в одной команде! Это я должна его удерживать, чтобы он сам себя случайно не пришиб! Он же вообще ничего в этой игре не понимает, и я не удивлюсь, если он еще что-нибудь себе сломает даже под моим мудрым руководством! - Ты совсем не умеешь врать, Вриска, - чуть качает головой Канайя. - А ты совсем не умеешь играть! - огрызается Вриска, - Ты такаааааааая тормознаааааааая! Ты же уже должна была пройти через первые ворота, ну и? Кажется, придется внести кое-какие изменения в план. Она рассчитывала все так, чтобы добраться до улья Канайи как раз тогда, когда его хозяйка отправится исследовать игру, а Каркат будет занят проблемами со своими собственными мобами. Здесь не должно было быть никого, кроме парочки чертей. - Я откладывала начало моих странствий, чтобы соотнести его с твоим прибытием, - голос Канайи совершенно спокоен и бесстрастен, - Это необходимо, чтобы я могла продолжать наблюдение за тобой, даже если компьютера с серверным клиентом нет под рукой. Естественно, так ты никому не причинишь никакого вреда. Отлично, дрон ее подери. Канайя Марьям, мастер нежеланных вмешательств в чужие дела - о чем они вообще думали, когда приглашали ее в команду? - Ты так говоришь, как будто это своими глазами видела, - Вриска пытается говорить зловеще, низким и пугающим тембром, но голос предательски срывается на истеричный фальцет. Канайя наклоняет голову и говорит именно тем тоном, запала для которого самой Вриске не хватило: - Конечно, я видела все, что ты делала и когда-либо сделаешь. Большая часть твоих дел более чем неприемлема для блага всей команды, и, когда понадобится, я остановлю тебя. Это уже совсем не похоже на простое вмешательство, а Вриска Серкет никогда и никому не позволяла себя контролировать. Она резко отворачивается к ноутбуку и со злостью открывает его, ломая ноготь об крышку: - Так давай, останавливай! Ты хочешь сама сломать порядок вещей и разбить цепь игроков? Хочешь, чтобы слабым звеном стала я, а не он? Ну, давай, я жду! Прежде чем она успевает коснуться клавиатуры, Канайя молниеносно выступает вперед, хватает ее за живую руку и сдергивает со стула с неожиданной для хрупкой девушки силой. Пойманная врасплох и еще более разозленная, Вриска пытается удержаться на ногах, спотыкается и падает прямо на Канайю, которая лишь кладет руку ей на плечо и сжимает до боли. Чего-то подобного определенно стоило ожидать от тролля, который более чем регулярно балуется с бензопилой, но почему-то эта ее способность совершенно вылетела из головы. Впрочем, механическая рука все еще сильнее живой, но Вриска медлит. - Не нужно быть Провидцем, чтобы понять, что случится, если ты нарушишь перемирие, - мягко говорит Канайя ей в ухо, щекоча острый кончик мятным дыханием, и вдруг Вриска отчетливо осознает, насколько она сейчас беспомощна и с какими силами заигрывает, несмотря на всю свою удачу, - Даже ты сама будешь жалеть о том, что натворила, но это понимание придет к тебе слишком поздно. Я не смогу спасти тебя от мести остальных, и даже если не выйдет у них, то сама игра в конце концов оборвет твою жизнь. - Я сама знаю! - рычит Вриска, дергается, пытаясь вырваться, но захват руки как-то незаметно переходит в крайне болезненный залом, и она скулит: - Я не такая тупая, как ты думаешь! - Я знаю, что ты знаешь, - Канайя наконец отпускает ее плечо, позволяя выпрямиться, но полностью руки не убирает. Как было бы приятно врезать ей, прямо в лицо, стереть эту сахарную улыбочку. - Ну и почему ты до меня докопалась тогда? - Вопрос скорее в том, почему ты решила совершить столь изощренное самоубийство. - Да потому что игра - дерьмо! Команды какие-то, кооперация, тьфу. Даже PVP нормального не запилили! Канайя криво усмехается - за все это время это первая ее эмоция, хоть как-то похожая на улыбку. - Это все негативные стороны игры, которые ты можешь перечислить? Я надеялась, что ты будешь более словоохотлива. - Ой, все, иди нахуй, - говорит Вриска, потому что ей как-то совершенно нечего больше сказать. Канайя улыбается чуть шире: - Ах, Вриска Серкет. О тебе весьма и весьма непросто заботиться. - Ну и не заботься! - кажется, это должно было прозвучать как вызов, но получилось жалобно и крайне жалко. - Я уже приняла решение, - напоминает ей Канайя, - а теперь это должна сделать ты. Ты можешь вести себя как глупая личинка и дальше заниматься саморазрушением, а можешь пройти через ворота вместе со мной, поубивать чертей и, может быть, прожить немного дольше, чем в первом случае. И тут до Вриски доходит. Да, Канайя определенно не глупа. Она знает и знала с самого начала, что если они быстро и безболезненно умрут, то слишком много... кого-нибудь этому порадуются. Продолжить игру - значит показать фак и им всем, и игре, и самой жизни, а использовать все свои запасы удачи, все их на какой-то дерьмовый апокалиптический девайс и вовсе будет огромной глупостью. Глубоко вздохнув, Вриска разжимает кулак здоровой руки и пропускает когти между тонкими пальцами Канайи. Ну да, глупо так ластиться, но как же приятно.