Переезд или Найди себе омегу.

Карин проснулась в хорошем настроении. Сегодня выходной, а это значит, что можно будет провести этот день с пользой для себя. В первую очередь девушка решила привести себя в порядок. Проснувшись в восемь утра, она вела себя довольно тихо, дабы не разбудить братьев. -Чувствую себя человеком!-сказала Карин вслух.-Ничего себе, два часа прошло! POV Карин Сейчас приготовлю этим оболтусам яичницу и может быть прогуляюсь до обувного. Тен-Тен говорила там распродажа началась. Блин яиц нету! Значит бутеров сделаю. Хлеб есть, сыр тоже. Там даже огурчики завалялись. Отлично! End of POV С этими мыслями красноволосая омега отправилась будить братьев. Сначала она пошла в комнату к Наруто, потому что того будить дольше и сложнее. После пары ударов подушкой и пинков парень продолжал спать. Омега продолжала его колотить, уже успев снять с него одеяло и вытащив у него из под головы подушку. На шум и возню подтянулся разбуженный Тсукури. Он молча принес Карин стакан холодной воды. Та беспощадно вылила его на Намикадзе. После "водных процедур" он наконец-то проснулся. Резко сев на кровати он широко распахнутыми от шока глазами смотрел на "добрых родственничков", а те уже начинали смеяться с блондина, который был как мокрая курица. -Доброе утро, Наруто!-сквозь смех проговорил Дейдара. -Бутерброды на столе, я в обувной на распродажу!-крикнув это сестра быстро ретировалась из комнаты, замечая, что Намикадзе начинает злится. -Нафиг мне ваши бутерброды!!! Я весь мокрый теперь! -Зато можешь косплеить курицу, которая попала под дождь!-Тсукури уже давно бесстыдно ржал. -Да завались уже! -Не завались, а кудахтахтах! -Блять! После более менее нормально прошедшего завтрака парни стали думать как им можно провести выходной. Сначала позвонив старому другу Наруто-Кибе они предложили ему поиграть в приставку у него. Тот согласился. Так братья скоротали время до прихода сестры из бутика. Пока Карин выбирала себе босоножки на весну и на лето по скидке и кеды с шипами на сменку, Наруто, Дейдара и Киба коротали время за джойстиками. Киба-старый друг Намикадзе со времен младшей школы. С ним также неплохо общается Дейдара, а Карин его просто как знакомого. Инузука ростом с Намикадзе, у него каштановые волосы и карие глаза с узковатыми, как будто вертикальными зрачками. На его щеках есть татуировки в форме красных треугольников. Почему-то такие татуировки у них набивают во всей семье. Киба говорит, что это из-за того, что его семья связана с якудза. Но ему не разрешается об этом говорить. Карин шла к общежитию с тремя пакетами. Она сорвала большой куш на этой распродаже. Теперь она еще и с босоножками. Карин от радости забыла про пакеты и подпрыгнула. Вскрикнув и выронив пакеты она зажмурилась и морально приготовилась к рваным колготкам(потому что асфальт). Но чьи-о сильные руки не дали ей столкнуться с землей. Это был Хозуки. -Эй Карин, ты в порядке? -Теперь да. Спасибо кстати.-омега потихоньку приходила в себя. -Привет кстати.-он начал поднимать упавшие пакеты. -Да, точно. Мы же не виделись еще сегодня.-она взяла пакеты у него из рук. -Точно не ушиблась?-платиноволосый поднял брови. -Нет-нет. Ты вовремя подоспел. Еще бы чуть-чуть и... -Ага. И не говори! -Давай я тебе мороженку куплю за то, что ты меня спас!-Карин улыбнулась ему. -А давай!-в глазах Хозуки заиграл интерес вперемешку с азартом. У ларька... Купив акулозубому фруктовый лед, омега тоже захотела мороженого. Вновь подойдя к ларьку, она взяла себе эскимо. Вот они опять идут вдвоем, соблазняя друг друга. Суйгецу взял у нее пакеты, аргументируя это тем, что они тяжелые. Теперь они шли держась за руки. Пока они гуляли прошло немало времени. Карин предложила сходить на мост, откуда хорошо видно закат. И вот они уже там. Пакеты стоят на скамейке, а Хозуки все также держит красноволосую за руку. И вдруг она шепчет: -Суйгецу, поцелуй меня. И он, впервые ничего не говоря в ответ, в противовес своей натуре, просто берет ее за вторую руку и целует. Две фигуры на мосту на фоне заката. Они держатся за руки. Ветер перебирает их волосы и одежду. Они утонули в нежных и теплых чувствах. Они утонули в этом поцелуе. Они утонули в своей любви.