Все что потребуется

Итачи любил наблюдать за ним издалека. Как развеваются на ветру его длинные светлые волосы, когда он тренируется на свежем воздухе. Как на его красивом лице появляется ослепительная улыбка, когда он начинает одну из своих обычных дружеских перебранок с Сасори. Как загораются его голубые глаза, когда он говорит о своем искусстве. Итачи ценил эти моменты, когда он мог рассматривать его, оставаясь незамеченным. Только так, украдкой, он мог увидеть его улыбку. Потому что как только Дейдара замечал Итачи, его лицо превращалось в безразличную маску, а в холодных голубых глазах загоралась ненависть. Итачи знал, чем он заслужил ее. Дейдара, который всего добился сам, не обладая от рождения никакими особенными талантами, не мог поверить, что он был побежден Учихой, которому сила была дана природой. Шаринган – вот за что он ненавидел Итачи. Только два человека знали об этой его одержимости. Его напарник, Кисаме, пару раз замечал взгляды Итачи, направленные на Дейдару. Иногда он отпускал шутки по поводу пристального внимания Учихи к блондину, но быстро умолкал, натыкаясь на разъяренный взгляд красных глаз. Еще свежи были воспоминания о том разе, когда он ненамеренно зашел слишком далеко, в шутку заявив, что он и сам не прочь поразвлечься с Дейдарой. Кисаме не успел заметить, как оказался в черно-красном мире Цукиеми. Это стоило Итачи наказания от Лидера и небольшой толики его слабнущего зрения, но он не сожалел об этом. Однажды к Итачи подошел Сасори. Учиха почти никогда не общался с кукольным мастером, и был слегка удивлен и встревожен. - Что тебе нужно от Дейдары? - сразу перешел к делу Сасори. Итачи не моргнул и глазом, сохраняя безразличное выражение, однако внутри него все напряглось. - Я вижу, как ты на него смотришь, - пояснил Сасори. – Ты не настолько скрытен, как тебе хотелось бы думать. Тебе повезло, что он такой невнимательный. Итачи упорно молчал, и на лице Сасори появилось раздражение. - Держись от него подальше, - прорычал он. – Ты же знаешь, Дейдара тебя на дух не переносит. - Я люблю его. Только увидев выражение шока на лице Сасори, Итачи понял, что сказал это вслух. Он сожалел, что слова сорвались с его языка, но не стал исправляться. Итачи не питал никаких иллюзий относительно своих чувств к блондину. - Ты ведь пошутил, верно? – с надеждой спросил Сасори. Уничтожающий взгляд, посланный ему Учихой, подтвердил его худшие опасения. Секунду Сасори просто неверяще смотрел на Итачи. Потом с его губ сорвался тихий смешок. Вскоре он перерос в надрывный истерический хохот, и Учиха мог лишь раздраженно наблюдать за складывающимся пополам от смеха кукловодом. - Ты… действительно… любишь его, да? – задыхаясь проговорил Сасори. – Любишь Дейдару? – смех стихает и его тон становится более серьезным. – Ты даже не представляешь в какое неблагодарное дело ты ввязался. Дейдара не создан для любви. Он как его искусство – изменчив и непостоянен. Он никогда не сможет по-настоящему полюбить. Последние слова Сасори прозвучали с непонятной горечью, и Итачи поинтересовался про себя: а что испытывает к своему напарнику сам кукловод? Он не хотел верить словам Сасори. Ему хотелось верить, что когда-нибудь Дейдара сможет ответить на его чувства. Итачи продолжал наблюдать за ним. Он был рядом с Дейдарой, когда тому сообщили о смерти Сасори. Итачи надеялся уловить на его лице хоть какие-то эмоции, что-то, что говорило бы о его привязанности к своему напарнику. Однако, блондин лишь тихо рассмеялся и пробормотал себе под нос: - Похоже, мое искусство все-таки победило, а, Данна? Казалось, Дейдара был искренне привязан лишь к своему искусству, которому посвещал всю свою жизнь.