Найди меня...

Ураган длился уже четвертые сутки. Люси было неимоверно скучно сидеть взаперти. Да и здание не пойдешь обследовать: Ангел строго настрого запретил покидать пределы главного зала. Хартфилия решила, что лучше для нее же самой, оставаться послушной. Несмотря на то, что за прошедшее время Сорано стал терпимее, девушка все равно его боялась. До жути, до дрожи в коленях, до икоты. Страх никак не хотел отступать перед темным волшебником, пусть Хартфилия уже и убедилась, что он ей ничего не сделает. По крайней мере пока. Еще этот странный разговор в первый день их пребывания в крепости так и не хотел выходить из ее головы. Люси раз за разом вспоминала его и пыталась найти ответы. "Что ты хочешь там найти? Чего тебе нужно от меня?" — звучащий внутри головы голос оглушал, повторяя однотипные вопросы несчетное количество раз, пульсируя по венам и словно размазываясь по стенкам черепной коробки. Девушка, стараясь не обращать внимания на голос разума, сопоставляла факты. Казалось, что ответ совсем рядом, у нее перед носом, но упускает что-то важное. Но что же? Люси не знала, не могла понять. Она внимательно наблюдала за повзрослевшим Ангелом. Он стал более мягким, спокойным, по крайней мере внешне, садистский блеск в глазах исчез, когда он смотрел на нее. Появилось что-то другое. Что-то отдаленно напоминающее... заботу, нежность? Хартфилия отогнала от себя глупые мысли. Он все еще преступник, который мучил ее, он все еще враг. Сейчас заклинательница упорно делала вид, что читает книгу, однако она уже второй час читает одну и ту же строчку. Сорано, судя по всему, тоже было нечем заняться. Он создал парочку маленьких ангелочков, которые носились вокруг него, жалобно попискивая. Один из хитрых проныр умудрился дернуть парня за локон, а другой свить из его волос гнездо. Темный маг лениво отмахивался от них, иногда ловя. Развеяв своих существ, Ангел лениво встал и подошел к зеркалу. Глубоко вздохнул, парень потянулся за расческой, ибо на голове было черт знает что. Первое время Люси просто наблюдала за тщетными попытками парня распутать клубок, а потом неслышно подошла. Ловко выхватив из рук темного мага расческу, Хартфилия слегка надавила ему на плечи. Сорано удивленно посмотрел на девушку, но ничего не сказал, послушно сев. Заклинательница, с трудом сняв резинку с волос, принялась как можно аккуратнее расчесывать. Кое-где Люси приходилось распутывать узлы руками. Парень морщился, но молчал. - Послушай, Ангел, - неуверенно позвала девушка. - Расскажи о себе, - неожиданно даже для самой себя попросила Хартфилия. - У нас была небольшая, но довольно-таки счастливая семья. Мои родители не были волшебниками, а работали на небольшой ферме за городом. Я был старше Юкино на три года. Вместе с ней мы подолгу засиживались в академии для магов. Я, читая книги, а она со мной за компанию. Больше всего мне нравились рассказы о звездном небе и его обитателях. Наверное, именно тогда я и определился, что в будущем стану заклинателем. Ну а сестра брала пример с меня. Однажды, наши родители уехали в длительную командировку в соседний город, оставив нас на попечительство няньки. В тот же вечер к нам домой завалилась группа темных волшебников. Женщину убили на месте. Закололи обычным ножом. Волшебники принялись обыскивать дом. Тогда я понял: надо бежать. Разбудив уже спящую Юкино, я использовал всю свою магическую силу, что была у меня на тот момент, и переместил ее далеко за пределы родного города. Сам же я хотел убежать через окно, однако не успел. Меня оглушили и забрали. Очнулся я уже в темной камере Райской твердыни. В камере нас было пятеро. Я, Миднайт, Гонщик, Кобра и Хотей. Я помню, что над нами часто издевались, а потом, раненых и голодных заставляли работать. Через некоторое время в Райской твердыне произошел бунт, - парень замолчал. - Его устроили Жерар и Эльза, - продолжила за него Хартфилия. - Выбраться смогла, кстати, только она. - Да, бунт был. Но Жераром завладела некая темная магия и он подмял всех под себя. Строительство проклятой цитадели продолжилось. Спустя еще какое-то время к нам пришел Брейн и забрал нас пятерых. Так сформировался "Орасион Сейс". Все свои серебряные ключи я купил, а Близнецов и Скорпиона забрал у светлого мага, которого победил мастер. В шестнадцать, выполняя задание, я наткнулся на Карен Лилику. Могу сказать только одно - она умерла быстро, - Ангел беззлобно хмыкнул. - Ей не хватило магической силы, дабы призвать второго духа. Ну а дальше ты и сама должна знать. Есть, конечно, еще один интересный фактор. Седьмым членов нашей темной гильдии изначально должна была стать Уртил Милкович, дочь Ул. Однако Брейн посчитал ее слишком опасной, а посему оставил в Райской твердыне.* - Я закончила, - убито произнесла Хартфилия, откладывая расческу. - Благодарю за рассказ и... честность. Люси вернулась на свое прежнее место, мгновенно закутавшись в плед, как в кокон. Слова о Карен задели ее. А правда о дочери учителя Грея шокировала. Девушка никак не ожидала, что еще одна созидательница льда жива. "Эх, вот бы сейчас Грею рассказать", - с тоской подумала держательница, глядя в замерзшее окно. Сейчас волшебница с превеликим удовольствием оказалась бы у себя в гильдии. Такой родной и суматошной. Хартфилии хотелось увидеть лица Нацу, Эльзы, Грея, Миры, даже той же Джувии со своим извечным "соперница". - Ангел, что стало с моими друзьями? - в полной тишине спросила Люси. - Они живучие, сама знаешь, - небрежно бросил Ангел с долей злости. - Можешь звать меня по имени. Девушка сделала вид, что последнюю реплику не услышала. - И все же, почему ты спас меня? - на слове "спас" Хартфилия скривилась, выжидающе уставившись на парня. Вопрос был нагло проигнорирован. - Ноль внимания - фунт презрения, - сама себе проговорила заклинательница, натягивая теплую материю до самых глаз. "Поспать что ли?" - как-то отстранено подумала заклинательница звездных духов, прикрыв глаза. - Люси? - негромко позвал Ангел. "Теперь я буду тебя игнорировать", - со злорадством подумала девушка. - Спишь? - нет ответа. - Значит, спишь. Вечно ты ничего дальше собственного носа не видишь, - вздохнул Сорано. - Причина ведь очень проста. Я люблю тебя. Но ты все равно мне не поверишь, - Хартфилию будто током ударило. Она едва удержалась от того, чтобы не распахнуть глаза и не дернуться. В словах Ангела была истина. По крайней мере, наполненный тоской голос сразу выдавал это. Однако, сама Хартфилия испытывала к нему только страх. И ничего более...