5 глава. Вдох-выдох
30 марта 2015 г., 13:58
— Еще неделя до твоего Дня рождения, и мне вот интересно, что он тебе подарит, — потерев ладони друг о друга, проговорила Рокси. Начало октября, они с Майклом уже четвертую неделю гуляют после школы, и пока все обходится только сцепленными ручками, и не более. — Что он придумает?
— С чего ты вообще решила, что он мне что-то подарит? — невозмутимо отозвалась Андреа, копаясь в шкафчике.
— А ты серьезно решила, что он не подарит? — подивилась та. — Он тебя пятый (пятый же вроде?) месяц обхаживает, терпеливо ждет, столько времени убил... И ничего не подарит?!
— У тебя уже есть предположения?
— Ну... Он тратиться не любит. И если тратится на тебя — ты уже ему дорога. Ну, там прямая процентная зависимость. Для него это так, по крайней мере.
— То есть, если он купит мне автомобиль, то я для него дорога как родная мать? — хмыкнула та.
— Плохое сравнение, учитывая, что ее у него нет. Но автомобиль он тебе подарит, когда ты станешь его женой.
— "Когда ты станешь его женой", — передразнила Андреа. Они направились на выход из школы. — Ты прямо распланировала уже все.
— Это не я, это он. Между прочим, твой принц в черных доспехах уже тебя ждет, так что... не буду мешать, — Рокси многозначительно повела бровями, улыбнулась и обернулась, ища парня глазами. — Джексон! Не расстраивай меня и не говори, что занят на вечер!
— Для тебя я всегда свободен, детка, — донеслось до шатенки, и она усмехнулась, помахав сумасшедшей парочке.
Майкл уже действительно ее ждал, хоть и пока не замечал, отвлеченно затягиваясь крепкими сигаретами. Андреа смотрела на него и понимала, что улыбается. Он стал кем-то большим, чем другом. Он стал кем-то, кто ее понимал, воспринимал всерьез. Это подкупало, прельщало. Ей хотелось с ним быть. Этот выбор она сделала давно, но теперь могла его признать. Забавно, что Рокси поняла это еще тогда. И была права. Но было и еще что-то, что изменилось — она сама. Девушка училась себе верить, своим ощущениям. Перестала скрывать себя за балахонами, отстояла право носить темные тона одежды, которые любила, училась краситься понемногу, ухаживать за волосами. Теперь она больше обращала внимание на себя, думала, чего хочется ей. Это находило место и в фотографии. Они стали контрастными, подсвеченными белым. Смотрелись болезненными снимки, но ей это нравилось.
— Привет, — проговорила девушка, неловко заправив прядь за ухо.
— Привет, — хрипло поприветствовал он и закашлялся от дыма. — Лучше отойди, пока дымлю.
— Ты знаешь, я люблю, когда курят поблизости.
— И это плохо!.. И что это за хмырь, который на тебя косится? — парень сощурился, принимая угрожающий вид. Андреа оглянулась, последив за его взглядом, и презрительно скривилась. Дэн с довольно подозрительно-нахальным выражением лица смотрел на них, что-то говоря своему приятелю.
— А... да так, придурок один. Пошли.
— Эй, Дакхарт! — вдруг послышался знакомый противный голос. Девушка поморщилась, вздохнула и обернулась. — Ты что, любишь кого постарше и поопытнее? Так у меня опыта тоже хватает!
Она не успела и моргнуть, как Майкл, гневно зашипев, направился к парню, словно большой хищный кот и, схватив его одной рукой за грудки, слегка приподнял над землей.
— Малолетний ублюдок, — глухо проговорил он, буравя пацана чернющим взглядом. Тот аж обмер от страха, хотя ничего серьезного ему не грозило. Его приятели застыли на своих местах, хотя раньше любили кулаками помахать и чуть что лезли в драку. — Еще хоть раз посмотришь в ее сторону, я тебе выверну руку. А откроешь рот — больше тебя никто не увидит. По крайней мере, целиком.
Это было сказано негромко, но в повисшей угрожающей массой тишине прозвучало как-то слишком громко и слишком страшно. Майкл выпустил Дэна, молча взял испуганную девушку за руку и повел ее дальше по улице.
— Ты в порядке? — как ни в чем не бывало поинтересовался он.
— В порядке ли я? — переспросила она. — Ты только что угрожал семнадцатилетнему пацану расправой практически ни за что! В порядке ли я? Все прекрасно!
— Чего ты психуешь? — все так же невозмутимо спросил парень, замечая, что руку она все же не вырывает. — Я же не всерьез.
— А прозвучало так, словно всерьез.
— Андреа, — кривая снисходительная усмешка появилась на тонких губах, — я не маньяк и не убийца. Просто такие мрази мягко не понимают, им нужно сразу показать, что поперек дороги лезть не надо. И чем грубее — тем лучше. Другого авторитета они не воспринимают.
— Это так важно? Не проще просто плюнуть и забыть?
— Никогда, — он с шипением развернулся, притянув за запястье девушку к себе, — никогда не позволяй вытирать о себя ноги. Люди это запомнят и привыкнут.
— Это жестоко, — заметила Андреа.
— Жизнь — вообще жестокая штука, — жестко улыбнулся Майкл, отпуская ее. Она вспомнила, что Рокси говорила что-то подобное, только словно с сарказмом, усмехаясь и решая про себя, что ей надо соответствовать. Парень же явно очень серьезно это воспринимал. — Либо своей жизнью правишь ты, либо кто-то, причем твоей, а ты — прогибаешься. И это дерьмовая позиция.
— Рокси тоже так часто говорит, — проронила шатенка, поправляя съезжающую лямку рюкзака.
— Давай свою сумку сюда, — отобрал он ношу. — Рокси твоя во многом права и вообще девушка неглупая. Правда, занимается фигней и себя тратит по пустякам.
— Она о тебе того же мнения, но вы конфликтуете.
— Мы по форме различаемся. И мы не изменимся. Я — точно нет.
— Вот и она так же сказала, — засмеялась девушка.
Повисла тишина. Она размышляла о том, как же она так умудрилась заиметь в близких людей двух так похожих между собой людей, а он явно размышлял о чем-то для себя серьезном, жуя губы и решаясь на что-то.
— Андреа, — все же начал парень, — у меня к тебе вопрос.
— М?
— Кто мы друг другу?
— Эм-м-м, — замялась шатенка, не зная, что и ответить на такой прямой вопрос.
— Или тебя все устраивает? — продолжал Майкл наступление.
— Нет, — смущенно выдавила она.
— А что тебя не устраивает?
— Неопределенность.
— Однако ты, видимо, не собираешься с ней бороться.
— Я не знаю, что на это ответить, у девушки своей спроси, — отмахнулась Андреа, пряча улыбку.
— У моей девушки? — искренне удивился парень. — А она у меня есть?
— Есть, — она кивнула, отводя взгляд.
— И давно?
— Давно.
— Неожиданно, — хмыкнул он и, одним движением выпустив ее руку и обняв за талию, добавил:
— Однако очень приятно.
— Теперь будешь меня приватизировать? — усмехнулась девушка.
— Ну... не совсем. Однако, думаю, рассказать твоим родителям стоит.
— Ты с ума сошел? — испуганно отпрянула Андреа. — Это же будет скандал, меня из дома выкинут. Ты вообще понимаешь, что мне грозит?
— Ты преувеличиваешь, — усмехнулся тот снисходительно. — Ты их единственная дочь, куда они тебя денут? И не они же со мной встречаются.
— А вот моя мама думает иначе! Она уверена, что моя жизнь — это ее жизнь, и я не собираюсь ставить под угрозу хотя бы маломальское спокойствие.
— Ну, если тебя это так беспокоит, то у меня есть собственная квартира, куда мы можем переехать.
— Ты не врубаешься? — нахмурилась девушка. — Дело не в том, что я без жилья останусь, дело в том, что мои отношения с родителями разрушатся.
— Ты ими не слишком дорожишь, — заметил Майкл.
— Это не значит, что они мне не важны! Нет, я не буду ничего рассказывать!
— Это значит, что мне стоит это сделать самому?
— Нет! - истерично взвинтилась она. — Не смей этого делать!
— То есть ты стыдишься наших отношений? — тоже начал распаляться парень.
— Нет! Но это не значит, что я сразу должна всем об этом рассказывать.
— Рокси ты, однако, все расскажешь.
— Она обо всем лучше моего знает, какой мне смысл ей врать? И она не устроит мне ссору, обвинив во всех грехах.
— Может, тогда, дело не в твоей маме, а в тебе?
— Хватит, — резко прервала она. — Я не хочу больше об этом говорить, но своего решения не изменю и тебе им все рассказать не позволю.
— Как скажешь, — раздраженно ответил он, всем своим видом показывая, что не оценил ее доводы и остался при своем мнении.
* * *
— И как все прошло? — протянула Рокси в трубку. Андреа плюхнулась в кресло и, сев по-турецки, откинулась на спинку. — Да как... Теперь я официально его девушка. — О-о-о! Ну наконец-то! Блин, я даже за него рада, пойду чечетку станцую, — с энтузиазмом отозвалась та, и девушка усмехнулась, машинально проведя глазами по комнате. — Ты, я смотрю, очень за нас рада. — Я рада хоть какой-то определенности, и что ты решилась в кои-то веки. Но ты вот унылая что-то. Не говори мне, что он тебя принуждал, я ему вмажу. — Нет, — засмеялась она. — Он хочет, чтобы родители знали. Повисло молчание. — Он *банулся? — тихо поинтересовалась Рокси, не хуже девушки зная ее семью. — Он просто не понимает всего. — За пять месяцев мог бы и понять. Просто, видимо, не хочет, — фыркнула та. — Но рассказывать-то я не собираюсь. — Он так права на тебя хочет заявить. У него собственничество взыграло, так вот пусть засунет его себе в задницу. Он не один тут все решает. — Я побаиваюсь, Рокси... он ведь сам все может рассказать. — Поговори с ним, — чуть помедлив, проговорила подруга. — Не так, как обычно ты с ним разговариваешь, а жестко, чтобы он понял, что ты против этого, и если он ослушается, то это конец. — Я и так дала ему понять как могла. — Ой! - протянула та. — А то я тебя не знаю! Да, ты, может, и была резкой, но это не значит, что была жесткой. Он знает тебя не хуже меня и в курсе, что твоя эмоциональность быстро проходит. Он ждет, что ты поменяешь свое мнение, а ты должна ему доказать, что не собираешься этого делать. Ты даже послать его можешь в сердцах, но он все равно поймет, что на самом деле этого не хотела. — Это поэтому у тебя Лео "не посылается"? — понимающе улыбнулась Андреа. — Да. Джексон не дурак и знает, когда я говорю серьезно, а когда — нет. Но Джексон не эгоист и не собственник. Я не хочу, чтобы твой Майкл видел в тебе слабину, на которую можно давить. Не давай ему этого шанса, он воспользуется им даже неосознанно. Натура такая. — А тебе откуда знать? Ты единожды его видела. — Я такая же.* * *
Наступил ее день рождения. Андреа ждала его с нетерпением, подцепив энтузиазм Рокси и сгорая от любопытства, что же ей подарит Майкл. Вопрос о том, говорить ли родителям, оставался на прежнем месте, каждый тянул в свою сторону, но сегодня хотелось немного его оттолкнуть, забыть о нем... хотя бы на один день. Утро встретило ее запахом роз. Они лежали рядом с ней на подушке, когда она проснулась. Девушка улыбнулась, посчитав их количество: ровно семнадцать роз и одна маргаритка. И нет, это не Майкл, это мама. Она хорошо знала, что дочь испытывала слабость к этим цветам, и приносила их к утру каждый год, начиная с одиннадцатилетия шатенки, иногда лишь составляя букет, чтобы роз было четное количество, но общее число цветов — нечетное. Да, Луиза зачастую была слишком строга, но хорошо знала Андреа и любила ее, пусть и по-своему. — С Днем Рождения, дорогая, — улыбаясь, заглянула она в комнату. — Давай, поднимайся, и пойдем завтракать. Завтрак ничем особо не отличался, праздновали они всегда вечером, но все же витала радостная легкая атмосфера, которая сама по себе невольно поднимала настроение. Даже обычно невозмутимый Стив сегодня улыбался. В школе ее с широкими улыбками встретили Лео и Рокси, последняя даже подпрыгивала на месте от нетерпения, пряча что-то за спиной. — Meine Liebe, я тебя поздравляю с Днем Рождения, — пафосно начала она, — желаю, чтобы ты еще раз сходила на Bright, поступила, куда хочешь, развивалась в мастерстве фотографии, не теряла оптимизма и жизнерадостности, открывала в себе что-то, ну и... да, удачи на личном фронте. — С тобой у меня это точно все будет, — рассмеялась девушка, обнимая подругу. — Ну, это небольшой подарок, я старательно на него копила, чуть сама себе не приватизировала... маме только не показывай, — она протянула небольшую коробочку, и Андреа, немного ее повертев, поняла, что это линзы. Черные линзы, как она и хотела. — Я тебя обожаю! — восхищенно воскликнула шатенка. — Спасибо! — Таки да, я угодила, — разулыбалась та. — Ну а я присоединяюсь к поздравлениям, добавлю только, чтобы ты не теряла мозгов, как некоторые, и тоже дарю небольшой презент, — проговорил Джексон, обращая на себя внимание. Он молча протянул штуки три самодельных феньки, и она улыбнулась. — С руки снял? — Обижаешь! Специально плел! — О, как это мило! — протянула Андреа, обняв парня. День прошел как-то очень туманно и солнечно одновременно. Она постоянно улыбалась, принимала поздравления и болтала о чепухе. После школы друзья проводили ее до кафе, где они встречались с Майклом против своего обыкновения, и, казалось, лучше уже некуда. Войдя в помещение, девушка почувствовала легкое волнение. Парень тут же заметил ее и, помахав рукой, улыбнулся. Он стал чаще улыбаться. Удивительно, как преображалось его лицо, словно озарялось светом. И не для кого-нибудь — для нее. — Привет, — вздохнула Андреа, присаживаясь рядом. Она сегодня прихорашивалась: подбирала одежду, украшения, волосы укладывала, надушилась, даже накрасилась. — Привет, именинница, — он улыбнулся шире, показав зубы и убрал непослушную прядку ей за ухо. Девушка смутилась. — Я долго думал, что тебе подарить, даже была мысль написать твоей Рокси, но все же... короче, вот, — Майкл с видимым напряжением на вытянутой руке держал плюшевого медведя довольно крупных размеров и с осторожностью ждал реакции. Ее сложно было описать. У нее была маленькая тайна: она писала слабость к плюшевым игрушкам. Об этом знала еще только Рокси, потому что отчасти поддерживала эту страсть. И скрывала девушка это не потому, что стыдилась, нет. Некому было говорить, да и не зачем. И парень откуда-то, неизвестно откуда, об этом узнал. Это было приятно. — Ты серьезно? — с горящими глазами спросила девушка и улыбнулась. — Спасибо! Ты как знал! — Фух, — выдохнул он и тоже улыбнулся. Постороннему человеку сложно было назвать улыбкой лишь приподнятые уголки губ, но она знала его достаточно, чтобы понимать его максимум. — А теперь говори, что будешь? — Мороженое! — с энтузиазмом отозвалась Андреа и засмеялась. — Много-много мороженого. Конечно, выбрала она не так уж много, но все же прилично им объелась, пришлось еще Майклу отдать. — До чего ты мало ешь, — удивлялся он, пока она вяло потягивала холодный чай и ждала, пока все провалится. — Это плохо? — Это экономно. Хотя немного странно. — Рокси тоже удивляется постоянно. — Она больше похожа на девушку с аппетитом, — парень усмехнулся. — Мне вот интересно, как вы так хорошо друг друга понимаете, хотя виделись всего один раз? — Так бывает, — парень пожал плечами. — А она сама говорит, что ее сложно понять. Я, и правда, до сих пор ее иногда плохо понимаю. — От человека зависит. Когда тебе домой? — Через полчаса, — Андреа вздохнула, посмотрев на часы. — Пошли пока прогуляемся? — Хорошая идея, — она встала и поморщилась из-за ощущения полного желудка. — Интересно, отец придет? — А может не прийти? — Может. Запросто, — девушка погрустнела, чуть сжав худые пальцы парня. — Ему... плевать на меня, так что... — Знакомо. — Ты не говорил о семье... — А что рассказывать? Мать я не видел ни разу: она оставила меня отцу на попечение и сбежала с каким-то испанцем. Отцу я тоже был не очень интересен, я жил в окружении нянек. Он поначалу хотел, чтобы я стал его преемником, но потом плюнул, и теперь я сам по себе. — И чем ты занимаешься? — Я... как-нибудь потом расскажу. Они остановились у поворота на их улицу. Забор оплетал дикий виноград, бросающий на них прохладную тень. Андреа сначала не поняла, почему они остановились, задумчиво смотрела на потемневшие от пыли бантики балеток, а потом почувствовала, как осторожные пальцы погладили щеку, за подбородок подняли голову и легли на шею. Черные глаза пронизывали насквозь, несколько отливающих синью прядей, выбившись из хвоста, падали на лоб, и она сама не заметила, как перестала дышать. Его лицо приближалось, и девушка смущенно зажмурилась, почувствовав мягкое прикосновение к губам, и замерла. Все было, как в красивом кино. Солнце бликовало в листве, отбрасывая зеленые зайчики на них, где-то недалеко в комнате с открытым окном неизвестный слушал Maroon 5, за забором играли с собакой, от раскаленного асфальта поднимался жар по лодыжкам, и только что мимо проехала машина, просигналив им. Но Андреа это все было неважно. В редкие вздохи она чувствовала вкус его запаха на языке, на тонких влажных губах — легкую горьковатость от сигарет и американо. Нагревшаяся одежда под пальцами и его руки. Одна все еще на шее, вторая на талии. Девушка никогда раньше не была так близко. От этого кружилась голова и дрожали колени, немного шумело в груди. Казалось, прошла вечность, но вот Майкл отстранился, улыбнулся, отвел ее домой, отдал медведя и ушел, все усмехаясь чему-то своему. Придя домой, Андреа глубоко вздохнула и выдохнула. В помещении куда прохладнее и как будто бы стало легче дышать. Тело еще била дрожь, на губах цвела улыбка, и почему-то хотелось засмеяться, что она и сделала. Тут же включила ноутбук, чтобы написать Рокси. Рокси: Ну и что он подарил? Я сгораю от любопытства. Андреа: Медведя. Очень большого. Белого, с розовыми сердечком и носом. Рокси: Ахахаха! Подожди, я проржусь! Андреа: А что такого? Рокси: Это безумно мило. Так мило, что с ним не вяжется. Хотя он молодец, конечно, угадал с подарком. Андреа: Это да... сижу вот, смотрю на него. Рокси: На Майкла? :D Андреа: На медведя! Рокси: А то я уж испугалась. Мама бы твоя обалдела. Девушка побледнела. Выругалась. Андреа: ТВОЮ МАТЬ! МАМА! Рокси: ? Андреа: Она же спросит, откуда медведь! И не спрячешь его, он громадный! Рокси: Бляяяяяять... Она заметалась. Что делать? Что делать?! Ну не выкидывать же его! Ни Рокси, ни Джексон его бы не смогли купить, вещь недешевая и не такая практичная, чтобы они это стали делать, и Луиза об этом знает. А больше дарить и некому. Про Майкла лучше не говорить, на него у нее и так зуб. Хлопнула входная дверь. Андреа застыла посреди комнаты, не зная, что делать, паника накрывала жгучей холодно-горячей волной. В голове шумело, кровь прилила к лицу. — Андреа, дорогая, ты дома? — послышался голос матери, приближающийся к ее комнате. — Эм... да, мам, подожди, я еще не переоделась, — дрожащим голосом ответила та, судорожно сдергивая узкие джинсы и думая, что же делать. Так, лучшая защита — это нападение. Лучше сказать сразу, но о Майкле не упоминать. Если спросит — подарил феньки, в этом страшного ничего нет. Вдох-выдох, вдох-выдох. — Мам? — девушка позвала, выходя из комнаты и думая, куда могла направиться мать. — Я в спальне, — был ответ. Вдох-выдох. — Смотри, что мне Рокси с Лео подарили, — она продемонстрировала игрушку, вытянув ее перед собой. Женщина скептически окинула ее взглядом. — Столько денег, и на такую безделушку потратили... — Луиза покачала головой. — Совсем не в их духе. Андреа, что с тобой? Ты так покраснела. — Эм.. Я гуляла, а на улице жарко, — промямлила та. — Ясно. А что же твой Майкл? — мать поинтересовалась из вежливости, но не могла не подчеркнуть едко его имя. Она отвернулась к зеркалу, снимая украшения. Вдох-выдох. — Мы с ним и гуляли. Сходили в кафе, он мне феньки подарил... Да и все. — Все? - женщина недоверчиво приподняла брови, все еще смотря на отражение. — Да, — для убедительности Андреа слабо кивнула, чувствуя бьющийся в висках пульс. — Хм... — промычала скорее себе Луиза и окинула себя взглядом. Через полчаса пришел отец с цветами и как-то надуманно-радостно поздравил дочь. Она вежливо поблагодарила за цветы и пожелания, едва ли не морщась от такого показного радушия. Словно он просто кому-то это должен. Неприятно, до горьковатого осадка где-то в душе. Праздничный вечер в кругу семьи прошел спокойно с легкими улыбками и разговорами ни о чем. Андреа тихо радовалась, что прокатило и особых подозрений медведь не вызвал. Отцу на это вообще плевать, так что дальше можно не беспокоиться. В восемь ее отпустили к себе, и на экране сразу выплыло два диалога. Рокси: Ну что? Как? Девушка усмехнулась. Андреа: Нормально все. Это купили вы с Лео, если что. Рокси: Окей. Майкл: Родители, надеюсь, не особо ругались? Я еще рассчитываю тебя увидеть. Андреа: Я не говорила, что это твой подарок. Майкл: А чей тогда? Санты Клауса? Андреа: Рокси и Лео. Майкл: Отлично. Мне очень приятно. Андреа: ? Майкл: Я подарил тебе его не затем, чтобы ты выдала его за чужой подарок. Она побледнела. Рокси: Майкл-то знает? Андреа: Сейчас узнал. Мы ссоримся. Рокси: По поводу? Андреа: Ему неприятно, что я выдала его подарок за чужой. Рокси: Минуту, а чего он ждал? Андреа: Не знаю... Андреа: Ты же не думал, что я действительно все расскажу? Майкл: Так было бы хотя бы честно. Ты соврала. Давай я тоже скажу, что у меня девушка совсем не ты? Ее пробила дрожь. Вдох-выдох. Андреа: Это другое совсем. Не путай. И я не собиралась тебя оскорблять. Майкл: Однако оскорбила. Я не понимаю, мне вышивку дополнительно надо было заказать, чтобы ты его ни на кого не переименовала? Если ты меня стесняешься, то и не надо было соглашаться неделю назад. Дышать было нечем. В носу защипало. Вдох-выдох. Через силу. Андреа: 2 пересланных сообщения Рокси: Пусть заткнет свое самолюбие себе в задницу и дуется, сколько ему влезет. Не вздумай даже извиняться. Андреа: Не делай из этого драму! Майкл: Ты сама делаешь из этого драму. Не выгонят же тебя из дома только из-за этого. Хватит постоянно думать о родителях, заимей свои мозги. Андреа: А ты, видимо, и такой мной доволен, раз раньше не возражал. Майкл: А что мне было говорить? Я тебе кто? Да и сейчас, видимо, никто. Андреа: 4 пересланных сообщения. Рокси: Чо он как баба? Ну честное слово. Андреа: Если тебе так хочется думать, то думай. Я не обязана тебя разубеждать. Она с размаху захлопнула ноутбук. Плечи подрагивали, на домашние шорты капнули соленые капли. Девушка положила голову на сложенные руки и тихо зарыдала. Шла только первая неделя отношений...
