А почему бы нет?

"Они живы!" - слышу я в своих ушах и вижу долгожданный свет. Мы выжили. Мы сделали невозможное. Мы выжили в этом грёбаном Лабиринте. Пусть даже Алби и не особо похож на живого. Нас встречают. Нам рады. Алби, правда, плох, но сыворотка ведь есть. Я не помню свои действия. Просто внезапно оказался в Хомстеде в койке. На соседней Минхо уже вовсю похрапывает. В соседней комнате - Алби. Скоро он вступит в Метаморфозу. А я так вымотан, что мне плевать. Может, это плохо, но мне лень об этом думать. Я просто забываюсь, засыпаю, без снов. *** Я просыпаюсь от чудовищного крика. На грани пробуждения он кажется мне пением из призрачной оперы. Это Алби. Я проспал часа два под это. Удивительно. А Минхо продолжает. Либо он настолько измотан, либо у него конкретно стальные яйца. Я выхожу из Хомстеда. Иду в лес. Там и досыпать буду, ибо, несмотря на крики, которые даже здесь слышны, хочется спать. По телу будто проходит трещина, которая ноет и болит тяжёлой болью. И раны, полученные от гривера, не дают забывать о себе. Я иду на автопилоте до пункта назначения. Валюсь на траву и просто засыпаю у самой стены. *** На этот раз меня будит мягкий голос. Я утыкаюсь всё ещё бессмысленным взглядом в фигуру Минхо. Он держит что-то в руке. Почему-то мне кажется, что это огонь. Но сон отступает. И я вижу, что Минхо держит стеклянную банку с какой-то жидкостью. Я смотрю вверх и даже сквозь кроны деревьев вижу, что уже стемнело. - С пробуждением, Салага, - говорит Минхо, садясь у стены рядом и выпивая из банки. Я перехожу из лежачего положения в сидячее и утыкаюсь взглядом в ствол дерева. Голова пуста. И вроде на душе должно быть легче, но нет. Такое ощущение, что где-то внутри накопился слой пыли толщиной в ладонь. Минхо протягивает мне банку. - Что это? - спрашиваю я. Голос слегка охрип. - Это то, от чего становится легче. Да он что, мысли мои читает? Я беру банку и делаю пару глотков. От неожиданности я даже давлюсь. Пойло действительно оказалось огнём. Интересно, это Создатели присылают глейдерам алкоголь или они сами приспособились готовить это? Я морщусь и возвращаю банку Минхо. Он усмехается и отпивает. Но легче действительно становится. Чуть-чуть, едва заметно. Усталость слегка отступает, и воспоминания не такие настойчивые. Я должен был умереть там. Мы все должны были. Я забираю пойло и делаю ещё пару глотков. Да, действительно легче. Я откидываю голову назад и смотрю сквозь крону на небо. Оно безобразно чёрное. - Минхо, почему у вас нет звёзд? - спрашиваю я, недоумевая, откуда я знаю про звёзды. Но знаю ведь. - Думаешь, кто-то из нас их забрал? - усмехается он, а дальше мы просто молчим. Я уже сплю почти, когда он прерывает ток тишины: - Весь Глейд гудит о тебе, Салага. Я ничего не отвечаю. - Знаешь, если бы не ты, ни меня, ни Алби в живых уже не было бы. Я струсил, а ты проявил характер. Даже самые отстранённые и стебанутые зауважали тебя. - Минхо, - он поворачивается ко мне. - Может это был не характер? Просто... я боюсь. Сейчас я боюсь до одури. В голову лезут разные "а что, если...". И они меня так пугают. А хуже всего, что я до сих пор понимаю, что там моя судьба, в Лабиринте. И я должен быть бегуном. Но я боюсь. Я больше не хочу этого, - я смотрю на него. - Это нормально. Страх испытывать естественно. Просто тогда ты его не испытал, потому что было что-то более важное. Я ухмыляюсь и отпиваю ещё жидкости. - И всё-таки что это? - Это творение Галли. Его фирменный рецепт. Этанола почти как в виски. - И из чего же он готовит этот почти вискарь? - О, этого никто не знает. Он раз в месяц выгоняет Фрайпана из кухни и готовит эту свою бадягу. Фрайпан, конечно, видит, какие продукты он использует, но секрета не раскрывает. Не понимаю, правда, к чему все эти тайны. - Хах, своя система. Вы тут неплохо приспособились, - я смотрю на жижу, и тут мне в голову стукает ещё один аспект человеческой жизни, об адаптации которого в Глейде я не имею ни малейшего понятия. - Минхо, а как вы тут живёте без, ну, девчонок? Паренёк почти подавился от неожиданности. А потом рассмеялся. Звонко и слегка пьяно. - Ну, я не знаю, как другие. Это у нас не тема для разговоров. Но знаешь, со временем мысли о сексе просто уходят. Нам всем не до этого. Вначале, может, некоторые и подрачивают, но это не особо приятно, учитывая, что ты просто не знаешь, на кого ты дрочишь. Потому что не помнишь девушек. - Ну так, может быть, кто-то дрочит на парней? - без капли стеснения и каких-либо задних мыслей говорю я. Минхо всё-таки давится, и я похлопываю его по спине. А потом он задумывается. - Знаешь, Салага, я думаю, в тайне от всех такое имеет место быть. Возможно, кто-то даже трахается втихаря. Я отпиваю ещё. Взгляд у Минхо немного шальной. Да и я чувствую эту пьяную муть. Голова кружится слегка. Я поворачиваюсь к Минхо. - А почему бы нам не поэкспериментировать? - сам не понимаю, как это вырвалось. Я точно сказал это вслух? Минхо удивлён. Значит да. Но он не шокирован. Всего лишь удивлён. И облизывает губы. Очень, надо сказать, сексуально облизывает губы. Я толкаю его на траву и нависаю сверху быстрей, чем успеваю понять, что сама мысль об этом пришла мне в голову. Мои руки по обе стороны его головы. От нас обоих несёт перегаром. Провожу по губам языком. Он не сопротивляется и не отталкивает. Даже больше: он первый начинает поцелуй. Нетерпеливо и жёстко. Теперь удивлён я. Я не ожидал от него такого рвения. И он берёт надо мной верх в этом грёбаном поцелуе. Я не замечаю, когда его руки успели оказаться у меня под майкой. Его руки проходятся по коже, слегка царапают короткие ногти. Я утыкаюсь ему в ключицу, пытаясь отдышаться. Чёрт, его шея так и просится получить пару укусов. И я не собираюсь ей в этом отказывать. Смыкаю челюсть так сильно, что Минхо шипит и в ответ впивается ногтями в спину. Следующий укус ниже и нежнее. А затем я просто сдираю с него кофту и начинаю водить языком по груди, кусая всё, что кусается. И в конце концов спускаюсь к бугорку на штанах. Я понятия не имею, что делать. Хотя нет, я понимаю, чего сейчас хочется Минхо. Но как это делать? Откуда мне знать? Быть может, я и не брал никогда в рот раньше. Но я решаю делать то, что подсказывает мне мой опьянённый разум. Мягко кусаю его член сквозь ткань. Он шипит и выгибается, откидывая голову назад. Я стягиваю с него штаны и бельё. Перед моим лицом чуть покачнулся эрегированный член. Я точно решил делать минет? Может, не стоит? - Чего завис, Салага? - доносится до меня голос Минхо. - Струсил? - Ни в коем разе. Я улыбаюсь и беру в рот головку. Минхо глотает воздух и запускает мне в волосы пальцы. А я беру глубже. Пока член не утыкается в глотку. Сначала я медленно двигаю головой, но для Минхо это словно пытка. И в конце концов он сам задаёт ритм, насаживая так глубоко, что я едва успеваю дышать. Если бы мой желудок не был пуст, меня вывернуло бы. Но Минхо плевать на это. Он быстро выдыхается и спускает мне в глотку, издав короткий стон. Я сажусь на траву, откашливаясь. Я невольно всё проглотил, и надо сказать, сперма довольна специфична на вкус. Минхо валяется на траве с закрытыми глазами. Его дыхание выровнялось. Он открывает глаза, уставившись на меня. И тут я понимаю, что у меня самого стоит. Минхо ухмыляется. Он поднимается и заваливает меня на траву. - Теперь моя очередь быть сверху, Салага. Он стягивает с меня штаны и трусы одним махом. Моя нога у него на плече, а его рука на моём члене. И это так быстро и рвано, что крышу сносит в ебеня. Он не даёт мне времени очухаться, а я не могу сдерживать стоны. Чувствую, что надолго меня не хватит. И меня накрывает. Уши закладывает и голова кругом. Я запачкал себе всю рубашку. Минхо ухмыляется. Он продолжает медленно водить по члену, а я снова возбуждаюсь. Что он ещё задумал? Выдоить меня к чёртовой матери? Он проводит пальцем по моей шее, собирая попавшие на неё капельки, подносит пальцы ко рту, облизывает, глядя мне в глаза. Это словно кадр из дешёвой порнухи, но этот жест возбуждает до одури. Он облизывает этот грёбаный палец, а я не могу оторвать от него взгляд. - Минхо, если ты не прекратишь это делать, то я тебе отдамся, как последняя шлюха, - шутя, говорю я. - А ты думаешь, что если прекращу, то не отдашься? - посмеивается и приставляет свой член к моей заднице. И здесь я осознаю всю величину своей наивности. Он начинает входить, а я пытаюсь сдержать стоны боли и отстраниться. - Потерпи немного, - его голос мягкий, но это ни черта не успокаивает. Он удерживает меня за бёдра, пока входит, замирает. Я должен привыкнуть к этому? У меня даже возбуждение спало. Минхо обхватывает мой член и начинает медленно надрачивать. Вот это реально помогает отвлечься. Я закрываю глаза, и Минхо делает первый толчок. Он проезжается по точке внутри, и я не могу сдержать стон. И это становится нажатием на спусковой крючок для Минхо. Он перестаёт сдерживаться, наращивает нужный ему темп, а я просто таю от жара. Это офигенно, умопомрачительно, сногсшибательно и снова офигенно. И остро. Мы оба не стремимся бить рекорды выдержки. Он кончает в меня, а я снова заливаю себе рубашку (понятия не имею, как я буду её стирать). Минхо ложится рядом на траву и мы смотрим в небо. Всё ещё темным темно. - Стонешь ты реально, как последняя шлюха, - усмехается Минхо. - Да пошёл ты, - говорю без капли злости. Просто, чтобы не оставлять без комментария его заявление. Я закрываю глаза. Нужно ещё поспать до рассвета. Иначе утром будем оба убитые. Я снимаю грязную рубашку и отбрасываю в сторону. Устраиваюсь поудобней, ложась на бок. А Минхо не стесняясь пристраивается сзади. Ну и чёрт с ним. Мне теплее будет. И я засыпаю. Быстро и снова без снов.